Отвергнутые

– Жрите, вам недолго осталось, – с издевкой бросил один из магов-надзирателей, в его голосе слышалась ядовитая усмешка.

Тут я окончательно не выдержала, слезы хлынули из глаз, но легкое прикосновение к руке заставило меня убрать ладони от лица и поднять голову. Передо мной на корточках сидел Медек. В его глазах плескалась тревога, но в голосе звучало спокойствие:

– Гейла, тебе нужно поесть.

Он протянул мне тарелку. Резкий кислый запах ударил в нос, заставив скривиться. В посудине болталась сероватая жижа с жутковатыми желтыми сгустками, вызывающая лишь отвращение.

Я не отреагировала.

– Тебе надо поесть, – повторил он, на этот раз более настойчиво.

– Зачем? Если мы все равно умрем? Ты же сам сказал!

– Гейла, – протянул он, – да, ситуация непростая, но я сделаю все, чтобы спасти тебя. Поешь, пожалуйста, давай по очереди, одну ложку ты, другую я.

Я уставилась на него в полном недоумении, и вдруг камеру огласил мой собственный истерический хохот. Этот звук был так же неуместен, как и его терпеливые слова. Но, как ни странно, смех принес облегчение, хотя я понимала – это лишь передышка.

– Хорошо, но с условием, – решила я воспользоваться моментом, – Ты расскажешь мне что-нибудь о себе.

Теперь мой взгляд был тверд и требователен.

– Хорошо, следующая ложка твоя. – он криво улыбнулся, – только советую зажать нос. только нос зажми.

"Неужели все так плохо?" – промелькнула мысль, но проверять не рискнула.

Зажав ноздри, я черпнула полную ложку этой мерзости и, не раздумывая, отправила в рот. Безвкусная слизь обволокла язык, а желтые комочки противно хрустели при каждом движении челюстей. Жевать действительно оказалось ошибкой. Стиснув зубы, я с трудом проглотили эту гадость, едва сдерживая рвотные позывы.

– Твоя очередь, – произнесла я гнусаво, не разжимая носа.

Спустя десять ложек, проглоченных с мучением, тарелка была пуста. Медек тут же отодвинул ее в угол камеры и пристроился рядом, его плечо почти касалось моего.

– Ну? – я ткнула пальцем в его грудь, заставляя встретиться взглядом. – Рассказывай.

Он отвел взгляд, устремив его сквозь решетку, словно вглядываясь в прошлое.

– Гейла, скажи мне, почему ты ушла вчера? Я полагаю, ты все вспомнила, и в этом была причина?

– Да, – ответила я грустно.

Мне было больно и обидно. Обидно за все, что случилось, и особенно за то, чего не случилось между нами.

– Так я и думал. Раз ты все вспомнила, мне будет проще объяснить.

В камере повисла тишина. Он молчал, а я не торопила. Я чувствовала, что сейчас он скажет что-то очень важное.

– Отец… – Медек начал с видимым усилием, – всегда жаждал власти. Не просто влияния – абсолютного превосходства. И средства достижения этой цели могли быть любыми, как правило, не самыми гуманными. Он наметил для себя две цели: уничтожить оборотней как народ и завладеть их силой. Как ни странно, у отца было много последователей, жаждущих того же. В основном это были маги высшего уровня. Из года в год они придумывали, как стать сильнее за счет оборотней, отлавливали их и ставили над ними эксперименты. В одном из таких экспериментов им удалось извлечь зверя из оборотня и пересадить его в другого человека. Но зверь не прижился и погиб вместе с человеком. Умер и тот оборотень, которого лишили зверя. Это их не остановило, они снова и снова пытались осуществить задуманное, но человек не мог принять зверя, так же, как зверь человека. Тогда-то мой отец и обратил внимание на меня. Мне тогда было четырнадцать лет. К тому времени я уже прошел свое первое обращение. Мама помогла, не знаю, как ей это удалось. Она была обычной волчицей, не обладала силой Альфы, но смогла достучаться до моего сознания. Отец решил, что, раз у них не получается с людьми, нужно поэкспериментировать с оборотнями. Но с кем попало он не хотел. Я до сих пор помню, как он вошел ко мне в комнату и объявил, что сегодня в мое сознание будет подсажен еще один волк. Мне было страшно. Но эксперимент прошел удачно, мой волк не был доволен, но все же нашел общий язык с незваным гостем, мы выжили. К сожалению, одним волком мой отец не ограничился.

Медек замолчал, а я все не могла поверить в услышанное. Мне бы и в голову не пришло так издеваться над оборотнями. Два волка – многие с одним не могут справиться. А то, что Медек произнес дальше, повергло меня в шок:

– Во мне семь разных сущностей. Когда они только появились, они рвали мое сознание своими требованиями и желаниями. Для меня, в моем сознании, не осталось места. Они буквально ломали мое тело, каждый хотел своего. Я не понимал, где я и кто. Шло время, и они затихли, возможно, смирились друг с другом. Мне даже показалось, что я наконец-то взял над ними верх. Но спустя время я заметил, что любая моя эмоция возвращает хаос, и все начинается заново. Я стал контролировать свои переживания, и мое состояние улучшилось. Я наконец обрел надежду найти общий язык со всеми моими волками. В какой-то момент отец понял это, и тогда начался мой персональный ад. Он находил все новые способы спровоцировать меня. И с каждым разом эти способы становились все более изощренными. Так же у него появилась новая цель: волков во мне объединить в одного. Меня поселили в лабораторию. Маги делали со мной все, что хотели. Благодаря им я стал сильнее и выносливее, устойчивее к магии и ядам. Вместе с тем они создавали средства, чтобы сдержать меня. Одним таким зельем ты и воспользовалась, когда привязала меня к кровати. Видимо, оно досталось тебе от моего отца.