Доблесть

Юлия Тишь

Доблесть

Часть 0. Погибель Бельфегора

Транспортный челнок спускался в атмосферу, сближаясь с храмовым комплексом и вот-вот готовился к посадке. Асмодей сидел на своем кресле и о чём-то размышлял, в то время как остальные члены отряда вели оживленные беседы, пытаясь перекричать шум двигателей.

Через мгновение юноша почувствовал сильный толчок, это означало, что шаттл встал на опоры, твердо упершись в поверхность. Двигатели перестали звенеть и дверь десантного отделения открылась и медленно опустилась на землю, превратившись в трап.

Выходя из челнока, Асмодей отметил, что комплекс выглядел обширным и напоминал собой древний старинный город. Первое что бросилось в глаза, после того как он шагнул на каменную плитку, это – колонны расположенные по обеими сторонам двора, которые были частично обрушены, а на их вершинах, сидели существа отдаленно напоминающие птиц.

Все постройки и шпили на территории города, были выполнены в форме треугольных пирамид, что казалось странным для Асмодея. Обычно пирамиды которые он помнил, имели четыре грани, но эти отличались – их было всего три. И теперь ему пришлось бы выдумывать новое название для это фигуры. Разной высоты пирамиды, виднелись в центре города, возвышаясь над остальными постройками, которые стояли по обе стороны аллеи, в конце которой виднелись пирамиды. Все они не имели никакого видимого входа, словно были цельными кусками камня. Кроме одной – большой главной.

«Треомида?» Нет, глупость какая-то» – подумал Асмодей, размышляя над только что придуманным наспех названием, делая пометки на листе бумаге, который закрепил на деревянном планшете. Асмодей двинулся вперед, а следом за ним из челнока вышла высокая девушка, которая щурясь от яркого света поправляла свои длинные волосы, пытаясь прибрать их за уши. Она с удивленным взглядом спустилась вниз по трапу, держась руками за фотокамеру, которая висела на её шее.

– Асмо, гляди! Там наверху! – воскликнула девушка, завидя птиц на высоких колоннах и тут же принялась их фотографировать, но Асмодей проигнорировал её и продолжил свой путь дальше, вглубь комплекса, заинтересованный загадочных местом, в котором царила по настоящему зловещая обстановка. Ньяла была возмущена тем, что Асмодей её проигнорировал. Она бросила пару недовольных гримас в его спину и молча последовала за ним.

Двор выглядел мрачным и учитывая то, что снаружи стоял день, в заросших лианами руинах было местами темно. Пол двора выложен из каменной плиткой полностью покрытый пеленой из листьев и мха, и дикая растительность, лишь изредка позволяла увидеть голый зеленоватый камень.

– По ощущениям градусов 25, как думаешь, Асмо? – произнесла только что подошедшая Ньяла, глядя на Асмодея, который изучал округу двора, пытаясь уловить каждую деталь, составляя подробный план местности.

– Не отходи далеко, – снова проигнорировав вопрос, сказал он, доставая бинокль из сумки, а затем посмотрел через него в направлении главной пирамиды.

Это место напоминало Асмодею город, но только давно покинутый и убрав бинокль, он молча с задумчивым видом двинулся вперед осматриваясь по сторонам. Ньяла боялась остаться одной, поэтому оглянулась назад и после того как поняла, что ей не очень то приятно находиться в окружении солдат, последовала за юношей.

Улицы выглядели пустыми. Помимо пирамид, тут расположились и другие дома, из мрачных окон которых, иногда доносились шорохи дикой фауны, как предполагал Асмодей, и каждый раз пытался успокоить Ньялу, которая то и дело вздрагивала от испуга, услышав очередной звук.

Расстояние до главной пирамиды оказалось больше, чем ожидалось и чтобы дойти до входа на площадь, которую он видел при приземлении, потребовалось почти 20 минут.

– Примерно полкилометра, – произнёс Асмо и сделал пометку на планшете, на котором уже схематично изобразил карту. Он опустил планшет, который повис на его шее, удерживаемый на узкой кожаной ленте и потянулся за радиоприемником на поясе.

Юноша желал убедиться, что сигнал всё ещё активен, ведь именно он привлёк внимание их исследовательского судна. Он взял рацию в руки, а после повернул ручку и из динамика послышался треск помех, сквозь которые доносился тихий женский голос:

"Молон… аз ри… зеден… пшшш…"

Молодая женщина сквозь тихий плач, полный отчаянья твердила эту фразу, с различной интонацией, затихая лишь на пару секунд и снова умоляя, словно это был зов о помощи. На душе Асмодея стало очень тяжело, и он ощутил странное чувство, от которого тут же пожелал избавиться, но едкая тяжесть в его груди, никуда не уходила.

– Всё ещё зовёт? – произнесла Ньяла, но Асмо промолчал и лишь просто убрал радиоприемник назад в сумку, а после направился вперёд к пирамиде.

Отсюда она казалась просто громадной. Прямо по центру грани, которая выступала вперед, располагалась большая дверь. Она уходила метров на 50 в высоту и примерно настолько же в глубину, а в центре площади стоял каменный алтарь. Набравшись смелости Асмодей шагнул вперед, ближе к нему, чувствуя что страх медленно овладевает им.

– Что думаешь? – спросила его Ньяла, медленно идущая за ним, стараясь не наступать на скользкий мох и листья.

– Мрачное место, – ответил он остановившись в центре двора, борясь с нарастающим напряжением по всему телу

– Какая мерзость, – заявила девушка указывая на алтарь, который был выполнен в форме неизвестного чудовища с множеством глаз, держащего над собой чащу. Существо казалось страдающим и стало ясно, что ему было тяжело нести этот груз на своих плечах. Рассмотрев его по ближе, лицо Ньялы, тут же прониклось состраданием и Асмодей отчетливо прочитал в её глазах:

"Мне жаль"

Каменное существо выглядело высоким и достигало груди Асмодея, держа крупных размеров чащу наклонив вперед. Он тут же заинтересовался им, пытаясь найти больше подсказок, собирая картинку, о том, что это за место. Парень обошёл вокруг постамента и заметил на полу какой-то символ, который едва виднелся из-под плотного слоя растительности, а затем опустился на корточки и принялся руками расчищать листья, открывая всё больше и больше символов.

– Ньяла, помоги мне, – попросил он девушку и она тотчас, принялась помогать счищать листву, присев рядом с ним.

Как он и предполагал, символы шли вокруг алтаря прямо по центру двора, образуя замкнутый круг. Но что они означали, было неясно. Они напоминали больше некие простые картинки, нежели письменность.

– Гляди! Это похоже на живое существо! – воскликнула Ньяла указывая на символ, который показался ей знакомым. – Вот голова! А это ноги и руки! А вот этот похож на самолёт!

– Что? – удивился Асмо, подползая к девушке, которая озадаченно пыталась расшифровать надпись. Он смотрел на эти загадочные каракули и мог с трудом различить то, о чём говорила девушка.

– Глупости Ньяла, вряд ли это просто картинки. А даже если и так, то откуда нам знать, какой смысл они имеют?

– А это – весы! Вот смотри! – как бы Асмодей не хотел верить, но символы были действительно похоже на то, о чём говорила Ньяла. Неужели даже вдали от дома, в совершенно незнакомом мире, они встретили символы которые так отчетливо напоминали ему о их культуре?

Девушка поднялась с полу и обошла по кругу, осмотрев каждый из них, но в какой-то момент поскользнулась на мху и начала падать, чудом успев ухватиться за чашу. Асмодей резко вскочил и подхватил застрявшую в неудобном положении девушку.

– Ньяла, будь осторожна, – сказал он, помогая Ньяле принять более устойчивую позу.

– Всё в порядке? – спросил он, видя как она отчего-то терла свой висок.

– Да. кажется я… – неуверенным тоном прозвучало из её уст.

– Что-то произошло, в момент когда я коснулась чаши…

– Что, Ньяла? – удивился Асмодей и его страх мгновенно усилился.

Она могла понять что изменилось. Всё было по-прежнему, но у неё словно что-то появилось в голове. Поэтому она отошла в сторону и снова посмотрела на символы. Девушка мгновенно пришла в ужас. Кажется она теперь понимала их значение, она быстро забыла о боли в голове и медленно отправилась по кругу осматривая их ещё раз.

– Кажется я понимаю… – сказала она.

– Что?

– Только лишь тот, кто готов потерять самое дорогое, получит желаемое… – произнесла вслух Ньяла, стоящая спиной к нему.

– Что? О чём ты го… – произнес Асмодей, и девушка тотчас обернулась к нему лицом. Её глаза горели красным, а лицо было безжизненным. Она стояла и говорила обрывки фраз, наклонив свою голову в сторону словно одержимая:

– …получит желаемое… ты готов?.. готов потерять самое дорогое…

Асмодея охватил ужас, он отошёл на шаг назад и оглянулся, ища взглядом бойцов. Солдаты стояли возле входа на площадь, не подавая никаких признаков беспокойства. Словно никто не замечал, одержимую Ньялу, которая громким голосом твердила странные вещи.

– Расстаться с самым ценным, чтобы получить желаемое! Чем ты готов пожертвовать, ради спасения своего дома? – кричала Ньяла, постоянно меняя громкость голоса, отчего Асмодей повернулся к ней вновь. Девушка стояла прямо перед ним, лицом к лицу, отчего юноша в испуге отскочил назад.

– Ха-ха-ха. Какой пугливый! Разве ты думаешь, что достоин? Разве такой слабак как ты, может спасти свой мир? – продолжала девушка и каждая её фраза эхом разносилась на несколько голосов, повторяя сказанное и в этот момент её голос сильно исказился. Солдаты стоящие в стороне, словно нарочно не замечали происходящее вокруг, а затем взгляд Асмодея упал на алтарь, возле которого стоял он сам и о чём-то беседовал с Ньялой.

– Да… Верно… Здесь только ты и я… Нам никто не помешает…

– Кто ты? – спросил Асмодей, понимая, что перед ним была не его подруга, а кто-то другой, чувствуя как голова начинала раскалываться от резкой боли. Девушка снова засмеялась, а затем изменилась в лице, сменив гримасу на более серьезную.

– Скоро ты об этом узнаешь, – произнесла она мягко и нежно, а затем внезапно пропала.

– Асмо, ты чего? Всё хорошо? – он очнулся от голоса Ньялы, которая трясла его за плечи.

– Да, всё в порядке. Что произошло? – говорил он, потирая рукой голову, которая невероятно болела, заставляя его корчиться.

– Мы с тобой говорили, а потом ты внезапно застыл как камень. Возможно мы плохо изучили состав атмосферы.

– Всё в порядке, спасибо, Ньяла.

– Я хотела тебе сказать о том, что знаю значение символов на полу. Тот, кто готов расстаться с самым дорогим, получит желаемое. Вот что тут написано.

– Откуда ты узнала? – спросил Асмодей, внимательно глядя на девушку, в надежде, что ему снова не почудиться та странная картина. Боль в голове утихла.

– Я без понятия, просто знаю и всё. Кажется это все алтарь… – говорила она, и в этот момент юноша тоже захотел понять значение этих слов и медленно потянулся в сторону чаши. Но Ньяла резко остановила парня, оттолкнув его в сторону отчего он удивился.

– Нет, стой, вдруг это опасно! Не трогай чашу, хватит и того что я дотронулась до неё.

Но Асмодею было любопытно и он снова посмотрел на символы и внезапно осознал, что теперь их тоже понимает, каждый из них. Каждый рисунок, что он видел, в его голове теперь отдавался вполне конкретным словом и он без труда смог отличить их друг от друга. Он отошёл в сторону и снова достал радиоприемник из сумки и поспешил его включить и внезапно пришел в шок.

"Прошу вас… кто-нибудь… помогите…"

Фраза была отчетливой и понятной, после чего он глянул на застывшую в ужасе Ньялу и моментально понял, что она теперь тоже это понимала.

– Мы должны помочь ей, – произнес Асмодей.

– Но кто она? Что если это ловушка? – засомневалась Ньяла.

– Ты слышишь её голос? Кто бы она не была, она страдает! Мы обязаны ей помочь! – твердил Асмодей, снова уловив жалобные просьбы из динамика.

– Хорошо, ты прав, – согласилась девушка.

* * *

Дверь храма с близкого расстояния казалась ещё больше, скрываясь в тенях поросших поверх неё лианами. Причудливые узоры украшали её поверхность и, по краям виднелись те же самые символы, что и во дворе.

– Ндааа, такое мы точно не сможем взломать. Велен, есть идеи? – спросил Асмодей у помощника стоящего рядом.

Велен подошёл к двери со сканером в руках и принялся её осматривать. Сканер издал протяжный звук, а затем начал отрывисто пищать. Командир прошел от одного края двери к другому, и снова направился назад к ученым.

– Там метра 3 камня в толщину, мы несколько дней будем бурить такую дверь, – ответил он. – Но я думаю в этом нет необходимости, внутри нет ничего полезного, поэтому не имеет смысла тратить столько времени на это, – закончил помощник, передавая устройство солдату.

– Я передам данные капитану Эдгару, на «Проктор», – продолжил говорить Велен.

«Прошу, пожалуйста… тут так темно… мне страшно…» – навязчивая мысль мелькнула в голове у Асмодея. И головная боль снова вспыхнула, от чего он резко приложил руку к виску, так чтобы никто не заметил.

– Мы могли бы использовать это место, в качестве временного укрытия, – сказал в ответ Асмодей, пытаясь переубедить своего помощника.

– А это хорошая идея! Стены выглядят крепкими. К тому же мы не знаем, что может скрываться в этих джунглях – поддержала его Ньяла, глядя в сторону дикого тропического леса.

– Хм, и правда. Но, бурение займёт несколько дней. – напомнил Велен.

– Не думаю что у нас есть другие занятия. Но я кажется знаю как ускорить процесс. Несите взрывчатку. Есть одна мысль. – попросил Асмодей.

Последний заряд был заложен в специально просверленное отверстие. Группа решила не взрывать всю дверь целиком, а лишь проделать в ней проход, чтобы в него можно было пройти, при помощи циклического подрыва, пробурив небольшие отверстия по всей длине, и заложить взрывчатку. Это казалось довольно разумной идеей, ведь дверь таких размеров действительно пришлось бы бурить несколько дней, а то и недель.

К тому же состав породы строения был неизвестен, это добавило бы ещё пару дней для выяснения этого. Минирование заняло несколько часов и кажется солнце уже начинало заходить над поверхностью этого мира. И в то время пока сапер устанавливал детонатор, Асмодей размышлял о том, как же эта женщина угодила в такую ситуацию и где она может находиться, потому что пирамида была просто огромной и вероятно чтобы отыскать её, понадобиться много времени.

– Я придумала названия для этого мира. Аркадия, как вам такое? – произнесла Ньяла.

– Мне нравится, – сказал рядом стоящий Велен.

– Готовы? – сообщил сапер, который только что закончил возиться со взрывчаткой.

– Да, – ответил Велен.

– Так значит, Аркадия… – произнес Асмодей. Прогремела серия взрывов, а следом послышался хруст камня. Дверь храма была пробита, и внутрь хлынули лучи фонарей, пробивающихся через многовековую пыль и тьму и исследовательская группа вошла внутрь

Коридор по которому они шли был таких же размеров, что и входная дверь. Асмодей с Ньялой двигались впереди, и осматривали с фонарями каждый угол этого древнего храма колоссальных размеров. Асмодея всё ещё беспокоила странная головная боль, а ещё любопытство. Не каждый день удавалось побывать в древнем загадочном месте, поэтому боль затмилась неподдельным интересом и он даже на время позабыл о призывах о помощи.

Источников света внутри не было, даже лучи солнца не могли пробиться внутрь. Под самым потолком виднелись полусгнившие баннеры черного цвета. Понять что изображено на них не представлялось возможным, так как ткань подверглась губительным силам времени. На стенах галереи виднелись различные рисунки, отражающие некоторые фрагменты истории, связанные с этим местом. А вдоль стен стояли каменные столы, с различной утварью, напоминающей глиняную посуду.

– Восхитительно, – шепотом произнесла Ньяла, осматривая, очередной рисунок встав напротив него. Трое их спутников следующие за Асмодеем и Ньялой, так же приостановились посреди коридора, ожидая пока исследователи изучают картины. На стене было изображено, как толпа существ с копьями в руках, окружили огромного рогатого монстра. А на другой картинке его загоняли в храм, похожий на тот в который они вошли.

– Гляди! Тот демон, он просто огромен! Каким же им удалось с ним совладать? – произнесла Ньяла, с интересом наблюдавшая за событиями на стене. В этот момент луч фонаря упал на следующую фреску, на которой был изображен сосуд на алтаре.

– Похоже, дело в этом сосуде. Но куда же подевались эти существа? – продолжила она.

– Интересно… Никаких признаков жизни. Но я зафиксировал слабый сигнал. Дальше – впереди, идем, – сказал Асмодей и направил луч фонарика во тьму перед собой, а затем двинулся вперед.

Ньяла и остальные медленно направились за ним, пытаясь хоть что-то разглядеть в этой кромешной тьме. Судя по тому, что от фонариков не было толку, коридор казался очень длинным. И перед ними буквально не было – ничего, словно они шли в пустоту. Столы стоящие у стен, перестали попадаться в лучах света, сменившись различной живописью, которая уже не выглядела примитивной уходя высоко, скрываясь в тенях и расползаясь по всей стене.

Картина на стене имела гигантские размеры и мощности фонарей не хватало, чтобы разглядеть её целиком. Отдельные её части, вполне читались и были очень детально проработаны, изображая каких-то существ с продолговатыми черепами и Асмодей переводил фонарь, от одного её фрагмента к другому.

Вот сцена как, двое существ о чём-то говорили облаченные в красивую одежду, а здесь была изображена масштабная битва. В этой части существа сидели за столами и пировали, празднуя победу в сражении. Но картина была действительно огромной, от чего он решил двинуться вперёд, чтобы уловить больше моментов этой истории.

«Вся сила, будет твоей… разбей сосуд… просто помоги мне…» – снова слышалось в голове Асмодея, а боль всё становилась сильнее. Он смело сделал очередной шаг вперёд и под ногой внезапно что-то хрустнуло. Луч фонаря резко направился вниз, уставившись на источник звука и осветил череп продолговатой формы, в которым и застряла его нога, а через секунду лучом света Асмодей выловил ещё один череп. А затем ещё один и ещё. Черепов было так много, что весь пол перед ними, на несколько метров вперед был усыпан ими, уходя дальше во тьму.

– Так вот куда все они подевались… – произнес Асмодей.

– Наверное они здесь уже очень давно, раз тут одни кости. – послышалось из-за спины, голосом Ньялы.

– Но где же то существо с фрески, – спросил будто сам себя Асмодей, глядя на детально проработанное существо изображенное на картинке.

– Что это? – воскликнул один из членов группы, указывая на алтарь в луче фонаря.

Черепа на полу образовывали гору, с вершины которой торчал каменный постамент с пустым прозрачным сосудом. Асмодей тут же направил свой фонарь на него, а затем навелся сканером. Это и был источник того сигнала, который они уловили с «Проктора». Ему уже было не интересно, для чего он нужен и что это за место. В его голове вертелась только одна мысль, вперемешку с адской болью в области висков.

«Разбить сосуд, спасти Бельфегор, любой ценой!»

Асмодей молча шагнул вперёд и луч его фонаря внезапно погас, а следом раздался звук бьющегося стекла.

– Ммм, значит любой ценой… как пожелаешь, сладенький… – раздалось женским, всё также делящимся на множество звуков голосом.

– Возвращайся в свой родной… Бельфегор. Ха-ха-ха, скоро увидимся. Оказывается не такой уж и ты, слабак! – и в этот момент женский голос затих, а вместе и с ним исчезла ужасная мигрень.

Стены храма задрожали и сверху послышался хруст камней, а через секунду из темноты под потолком посыпались камни. Огромных размеров валун, с треском полетел вниз. Лучи солнца ворвались внутрь, освещая залу и перед группой предстало ужасное зрелище. Колоссальных размеров создание, вернее его скелет скованное цепями и причудливой короной на голове, сидело на троне с пробитым черепом, а вокруг него повсюду разбросаные кости существ поменьше.

* * *

Прошла неделя с того момента когда группа Асмодея, открыла новый пригодный для жизни мир, который получил название – Аркадия.

Область вокруг храма, была частично изучена, взяты пробы воздуха и воды, а почва оказалась пригодна для выращивания растений. Проктор-13 вошёл в атмосферу планеты, сойдя с орбиты, нависнув тенью над храмом. Транспортные челноки поднимались с земли и спускались вниз, доставляя тонны грузов на поверхность нового дома. И на фоне храма, корабль выглядел просто огромным.

Двор расчистили от дикой растительности, а останки костей в храме сжигали команды техников с огнеметами. Некогда мертвый город, внезапно наполнился новыми жителями, которые бродили по улицам выбирая себе жилье по вкусу.

Капитан Эдгар решил основать первое поселение прямо в руинах этого храма, потому что стены выглядели надежно, ограждая их от неизведанных джунглей, внушая им безопасность. Они возвели большой оборонительный периметр, который перекрывал все возможные выходы наружу, внутрь которого грузовые шаттлы опускали друг на друга небольшие модульные постройки, необходимые им для исследований. Теперь им больше никуда не нужно было лететь, это место станет для них новым домом.

* * *

Ньяла осталась помогать экспедиционной группе развернуться на поверхности, выстраивая первое поселение, в то время как Асмодей отправился на Бельфегор, чтобы лично сообщить благие вести. Путь домой занимал примерно неделю и оставалось ещё достаточно времени, чтобы вернуться, а затем покинуть погибающий мир на Ковчеге. Всё складывалось как нельзя лучше, и у них появился шанс спастись, от всепоглощающей Аиды. При хорошем стечении обстоятельств сбудется хороший прогноз, и у Бельфегора будет ещё дополнительная неделя. А пока оставалось только лететь сквозь пустоту и наблюдать бесчисленные звезды, проносящиеся мимо.

Асмодей находился на борту челнока, который пересекал экс-пространство. Корабль значительно уступал в размерах «Проктору» и оттого его масса позволяла двигаться намного быстрее. В лучшем случае он будет дома, примерно через три дня.

История с храмом очень тревожила Асмодея, наводя на размышления. Голос в голове больше не появлялся, как и навязчивые мысли, которые его преследовали на поверхности планеты. Кроме одной.

«Поскорей бы вернуться домой!» – ничего особенного, хотя кто знает, может это и есть он, тот самый навязчивый голос из храма. Юноша был в пути уже третий день и поэтому в ближайшие часы, а может и минуты пилот должен объявить о прибытие в систему Аиды. Поэтому Асмодей решил отправиться в кабину.

– Как долго ещё лететь? – спросил пареннь, войдя в кабину пилотов.

– Выйдем из экс-пространства через 1 минуту, – сообщил пилот.

– Так чего же вы раньше не сказали? – спросил Асмодей и уселся в кресло за пилотами поудобнее и пристегнул ремень.

– Как раз собирались сообщить, сэр.

Челнок беззвучно вырвался из экс-пространства и резко принялся понижать скорость до скорости света. Вдали через бронестекло виднелась звезда, готовая вот-вот обратиться черной дырой. На фоне белой угасающей звезды, висел в пустоте прекрасный Бельфегор – его родной мир. Всё вокруг было черным, казалось все остальные звезды уже давно погасли в этой части пустоты. И лишь висящий вдали над планетой огромных размеров корабль, сиял огнями иллюминаторов по всему корпусу. Это Ковчег, величайший научный труд народа Бельфегора, в который их люди, всеми силами вкладывались последние несколько десятилетий.

Асмодей вспомнил слова того голоса и боль резко прокатилась по его голове, а затем затихла вновь.

«Возвращайся в свой мир… Скоро увидимся.»

Это слегка потревожило его, но затем он прогнал все мысли прочь. Сейчас было важно только одно – нужно сообщить совету координаты их нового дома.

– Ха, глупости какие-то, – произнес он случайно вслух.

– Вы что-то сказали, сэр? – переспросил его пилот.

– Нет.

– Понял, заходим на посадку.

– Оповестите совет, что мы прибыли.

– Принято.

Шаттл шёл на снижение войдя в нижние слои атмосферы, но что-то было не так. Внезапное чувство тревоги снова нашло на Асмодея, и небеса потускнели в этот момент. Белый карлик очнулся ото сна и начал постепенно обращаться в черную дыру. Свет в небе пропал, а затем вспыхнул вновь, озарив всю планету красным светом. Красное облако в небе начало завихряться вокруг черного круга, начиная медленно поглощать всё, что находилось в непосредственной близости от звезды. Погибель наступила раньше, чем предсказывали ученые. Планеты находящиеся рядом, были уничтожены в одно мгновение, даже не успев произвести эвакуацию. Бельфегор находился дальше всех, и будто отчаянно сопротивлялся, содрогаясь от силы притяжения.

С крыш высоток начали отрываться куски металла и быстро уноситься в небо, а следом в воздух начало утягивать аэромобили. Челнок тоже еле заметно накренило, но его двигатели продолжали бороться с притяжением.