Пророчества Ксении. Книга первая. Тест на жизнь

В раздумьях Марина не заметила влетевшее в ресторан стихийное бедствие по имени Оксана. Подруга начала быстро тараторить о том, как Мариша здорово выглядит, как загорела, как постройнела. В это же время она умудрилась еще и поинтересоваться, что та успела заказать и, обращаясь к подошедшему официанту, мило улыбаясь, сказала: «Мне повторить тоже». Оксана устроилась за столиком напротив подруги и быстрым потоком слов начала делиться своими новостями. Марина была к этому готова, так как знала ураган «Оксана» уже почти 10 лет и терпеливо, но в пол уха, слушала весь поток новостей. К моменту, когда принесли заказ, новости закончились, и Марина спросила:

– Ну, давай, рассказывай, что за всемирная катастрофа помешала моему отъезду?

Оксана на мгновение замерла, сделала удивленное лицо и спросила:

– Почему катастрофа? – смешно поморщившись, с обидой в голосе сказала, – Вот все вы так, не цените моих масштабов и возможностей. В общем, я нашла работу твоей мечты, тебе надо перебираться в Питер, квартиру оплатит работодатель. – На одном дыхании выдала всю информацию подруга.

Марина захохотала. Безудержный смех стал застревать в горле и перешел на всхлипывание, слезы сами покатились из глаз.

– Ты чего, подруга? Хорошо оплачиваемая работа, если хочешь, затребуем персонального водителя с машиной.

– Я люблю его, но не знаю, как теперь его искать, – всхлипывая, сказала Марина, – Я вела себя как надменная дура, и теперь ничего не исправишь.

– Ой, да ладно. Всех найдем, все исправим. Ты же меня знаешь. – С нежностью в голосе произнесла подруга – Ты мне веришь?

– Да.

До четырех часов утра две милые барышни беседовали за столиком у окна, пока к ним с извиняющимся видом не подошел официант и не сказал, что заведение закрывается. Выходя из уютного ресторана на ночную и холодную улицу Питера, Марина уже четко понимала – переезду и новой работе быть. Впереди еще было долгое объяснение с родителями и обещания часто приезжать, нужно было решить что-то с московской квартирой, возможно, сдать ее. Но главное, ураган «Оксана» окончательно разрушил в ней страх, боль и выдул все отчаяние…

***

Николай наконец-то решил разобрать дорожную сумку. Прошло четыре дня, как он вернулся домой. Накопилось много дел: отчет о поездке, стопка счетов на оплату коммунальных услуг, пачка писем с угрозой об отключении воды, света, газа и вообще лишения право на проживания в квартире… Он отсутствовал дома восемь месяцев.

Из бокового кармана дорожной сумки он достал книгу «Путешествие в вечность» какого-то неизвестного для него иностранного автора. И откуда это? Я такое точно не купил бы. Размышляя, Николай открыл книгу… Книга была прочитана часам к двум ночи, прямо тут, в коридоре, на обувной банкетке, рядом с неразобранной дорожной сумкой. И все-таки, откуда она у меня?.. А… Да, Марина мне дала ее на прощание. Почему книгу? И почему именно эту?

Ее глаза. Эти по-детски, телячьи глаза он не мог забыть. Не мог, наверное, потому, что он их уже видел когда-то раньше. Память упорно не давала ему вспомнить. Что-то неуловимое, вот-вот поймаю… но нет.

К огромному списку задач Николай добавил еще одну: надо найти Марину. Вопросы типа: кому надо, зачем надо, его сейчас не волновали. А вот с чего начать и где искать? Он стал внимательно изучать выходные данные книги. Она вроде переводчик. Вот название издательства. Ага, это в Москве, уже проще. У Сергея, брата, когда-то был журнал, теперь вроде типография, вероятно, найдутся связи с издательствами. Николай понимал, прийти в издательство и спросить Марину-переводчика обыкновенная глупость. Во-первых, он не знал ее фамилии. А во-вторых, даже если бы и знал, вот так прямо и сказали бы человеку с улицы ее телефон.

На следующий день после обеда, Николай заехал к брату.

– О, пропащая душа. Вернулся, наконец.

Радостно приветствовал брат Николая, вставая из-за стола.

– Вернулся и уезжаю завтра опять. У меня к тебе просьба.

– Не может быть. Колька, ты?

Николай сразу как-то и не заметил, что брат был не один. Секретарша в приемной, перезвонив начальству, пригласила войти, и он совсем не ожидал, что в кабинете есть кто-то еще. Он посмотрел на мужчину и старался вспомнить его имя.

– Анатолий? Не может быть. Давно мы не виделись. Как ты? Как семья.

– Да все вроде потихоньку. Дочь выросла, закончила институт, сходила замуж не очень удачно, теперь вся в работе. Моя Татьяна на пенсию вышла, вот теперь и я за ней. Выслуга, задерживаться не стал – выдохся. Как сам? Брат говорит, ты все кочуешь?

Николай улыбнулся.

– Есть такое.

– Ну, может, все-таки, выберешь время – заглянешь. Татьяна будет рада – и, уже обращаясь к Сергею – Не буду мешать родственному общению. Спасибо Серега, заеду на следующей неделе. Удачи вам.

– Садись кочевник – рассказывай. Я не понял утром, по телефону, зачем тебе нужен переводчик – сказал Сергей, когда за Анатолием закрылась дверь – Ты что решил куда-то далеко совсем убежать? От себя не убежишь.

От последних слов Николай слегка поморщился, но сделал вид, что не услышал.

– Понимаешь, мне нужно найти одного переводчика. Ее зовут Марина, а вот фамилию я не знаю. Да не смотри на меня так, мне ее порекомендовали, я хочу перевести диссертацию для конференции. У меня есть название издательства, где она работает, но нет времени – завтра улетаю. Поможешь?

– Диссертация. Издательство. Марина. – Брат широко улыбался. – Ну понятно, рекомендовали… Конечно… А может и к лучшему. Не переживай, найдем прекрасную Марину.

Николай сидел в самолете и держал в руке ее книгу. Почему ее? С чего он решил, что это ее? Но внутренний голос говорил ему: потеряешь книгу – не найдешь ее. Самолет набирал высоту, в Москве оставался брат, который обещал помочь. Николай закрыл глаза и в первый раз, за долгое время, у него появилась причина, чтобы скорее вернуться домой.

Глава 3.

Марина стояла на набережной канала Грибоедова и любовалась Храмом Спас-на-крови. Чуть прохладное августовское утро с ослепительно ярким солнцем добавляло чувству внутреннего полета еще больший эффект. Одиннадцать месяцев напряженной и увлекательной работы в Питере закончились. Пространство вокруг храма начало заполняться потихоньку туристами, и Марина уже собиралась продолжить свою прощальную прогулку по Питеру, когда услышала за спиной разговор.

– Вот понимаешь, он прислал мне письмо вчера. Я его еще не читала и не знаю – читать или нет.

– Маруся, ответь сама себе на вопрос: это письмо может изменить твое отношение к нему? Как только честно ответишь – сразу поймешь, что делать.

«Этот голос… очень знакомый…» – подумала Марина и, не очень резко, обернулась назад.

В метрах трех от нее, стояли две девушки. Одна с ярко рыжими, вьющимися волосами задрав голову в небо, казалось, пыталась заглянуть куда-то дальше, туда за храм. Вторая, несколько постарше, смотрела на поверхность воды в канале, которую потревожил первый прогулочный катер. Что-то неуловимо знакомое было в этой девушке постарше, Марина напрягла память.

«Ну конечно, это же та… из аэропорта… кажется, ее зовут…Ксения!» – вспомнила она.

Как будто услышав Марину, Ксения оторвала взгляд от уже почти успокоившейся воды и обернулась в ее сторону. Их глаза встретились.

– А я вас помню, – сказала она, обращаясь к Марине – жуткий дождь в краснодарском аэропорту. Он Вас сильно тогда раздражал.

Марина улыбнулась.

– Странно, что вы меня помните.

– Почему странно? Вы помните меня, я помню вас, тот ливень и задержку рейсов.

Марина помнила ее.

Уже как-то улеглись страсти от той мимолетной встречи с Николаем. Переезд и новая интересная работа почти не оставляли времени на воспоминания. С головой нырнув в интересный проект, она все реже и реже вспоминала о нем, реже плакала от несчастной и мимолетной влюбленности, реже возникало желание все бросить и искать его. Ну, где, где я его буду искать? Что я о нем знаю? Врач из Москвы по имени Николай? Глупо.

А вот о Ксении она вспоминала. Она помнила ее слова, но больше помнила ту интонацию и безапелляционность, с которой они были сказаны. Внутренняя сила и уверенность в голосе тогда Марину больше удивили чем, то, что было сказано.

Марина хотела было напомнить Ксении о тех словах, но та вдруг сказала:

– День только начался, и он будет очень длинным.

Рыжая девушка посмотрела на Марину, потом перевела взгляд на свою спутницу и, рассмеявшись, сказала:

– Ксю, ты как всегда неподражаема. – И уже обращаясь к Марине – Меня зовут Маруся. Наша Ксю, иногда, любит говорить загадками, но никогда не ошибается.

– Просто не всегда есть возможность это проверить, – засмеялась Ксения.

– Интересно, мы с вами еще встретимся? – Марина посмотрела на Ксению.

– Как говорит Ксю: надо только захотеть – улыбаясь, сказала Маруся – Хорошего дня.

– Встретимся. – Сказала Ксения, обняла Марусю, и, весело болтая, они пошли в сторону Михайловского сада.

Марина смотрела им вслед и думала: что же может объединять таких разных людей. Юная, задорная Маруся и спокойная Ксения. Они явно не сестры – слишком разные даже внешне.

Продолжая размышлять о неожиданной встрече, Марина дошла до Невского проспекта и свернула в сторону Фонтанки. Проспект уже наполнился толпами туристов, со всех сторон звучала многоголосье на разных языках. Она сильно полюбила Петербург за эти одиннадцать месяцев. И в этом красивейшем городе у Марины были свои любимые места. Одно из них, Аничков мост, был в списке прощальной прогулки.