Второй круг

Я же с детства знала поговорку, которую говорили мои взрослые родственницы-бумеры: «Я и лошадь, я и бык, я и баба и мужик». Какие требования были к мужчинам? «Не пьёт и ладно» «Пьёт? Ну, ничего! Это же мужик!» Но что тоже культивировалось в мальчиках – терпение: «Плохо тебе? Терпи!»

Женщины-миллениалы очень требовательны к себе, потому что привыкли с детства, что с них строго спросят, если что-то ни так. Мужчины часто инфантильны, слабовольны, имеют множество зависимостей, в том числе от компьютерных игр, потому что нет реальной самореализации, и они ищут признание через виртуальные достижения. К ним изначально были более низкие требования. Даже в школе, если девочка училась на «пятёрки», она считалась единственной нормальной в классе среди девочек, остальные девочки, так называемые «ударницы», уже были вторым сортом, «троечницы» – третьим, а «двоечниц» вовсе не считали за людей.

Какое ранжирование было среди мальчиков: «двоечник» – плохо, но терпимо, возможно из него еще что-то вырастет, «троечник» – нормально, да, что-то не получается, но в принципе, это же мальчик, ему можно учиться на «3», «ударник» – элита класса (их было, на моей памяти, очень мало), а «отличник» – небожитель, обычно один на всю школу.

Когда миллениалы стали взрослыми, то у женщин – ворох комплексов, потому что они буквально сравнивают себя с моделями на обложках глянца, того же от них ожидает социум. А какое требования общества ко внешности мужчины? Он, согласно популярному фразеологизму, должен быть чуть красивее обезьяны. Или так: мужчина должен быть небрит, вонюч и слегка пьян и этот образ передается из поколения в поколение, а гайки в отношении женских стандартов красоты всё закручиваются.

Наверняка в своем окружении вы можете найти примеры, когда миллениалы ведут себя как бумеры. Например, мои токсичные подруги именно такие. Это и есть практическое объяснение темы мышление прошлого и мышление будущего, о чем была речь в книге «Большая игра». Соответственно подруги проявляются как бумеры, хотя рождены в 80-е, они даже младше меня. И при этом выглядят старше своего возраста, имеют возрастные проблемы со здоровьем и грузное тело, как у их мам. Однажды мы с одной из этих подруг пошли в студию (исполнять очередные её причуды, на которые я велась), и сотрудник студии принял её за мою маму – у мышления прошлого есть последствия.

Ценности миллениалов.

– Быть молодцом, собирать грамоты, медали, дипломы.

– В работе ориентироваться на одобрение руководителем, а не на пользу.

– Экологичность, спасение природы.

– Саморазвитие. Бесконечные обучения.

– Логомания, которая делает тебя частью общества избранных.

– Идеальная жизнь, как в Pinterest.

– Открытость миру и новым идеям.

– Путешествия.

– ЗОЖ.

Зумеры

Зумеры (Z) – с 1997 по 2012 – адаптивны к новым технологиям, клиповое мышление (воспринимают информацию фрагментарно, короткими яркими образами), синдром дефицита внимания и гиперактивность (СДВГ), знают свои личные границы, умеют говорить «нет», не хотят работать.

В чем они намного комфортнее предыдущих? В том, что зумеры проще признают ошибки (бумеры вообще не признают, иксеры – обвинят другого, миллениалы изворачиваются, потому что нельзя быть не молодцом). И в этом плане работать с толковым зумером гораздо удобнее, чем с миллениалом. Потому что когда ты указываешь на ошибку зумеру, то следующее, что он сделает – предложит вариант, как ее решить и он не испытывает стыда за ее совершение. А если указать на ошибку миллениалу, то миллениал эмоционально начинает это переживать и приготовит целую речь, смысл которой будет сводиться к оправданиям, а затем из-за своих переживаний он не будет готов приступить к выполнению новой работы тотчас.

Зумеры – первое поколение, которое массово отделило секс от традиционных сценариев. Для многих он не является обязательным элементом жизни, ведь наличие секса никак не влияет на их социальный статус. Зумеры спокойно живут без него месяцами, годами. Асексуальность для них норма, потому что, с одной стороны, увлечения, ментальное здоровье важнее погони за отношениями. А с другой – это выход из зоны комфорта, чего зумеры очень не любят.

Если для бумера или иксера ответ женщины «нет» на предложение о сексе значит «да», то для зумера даже ответ «не знаю» значит «нет».

В большинстве своем, зумеры – дети иксеров. Их родители не отличаются дисциплинированностью по отношению к своему телу и здоровью, но в них сильна предпринимательская жилка и яркие их представители успели заработать не только на квартиру и дачу себе, но и купили недвижимость своим детям, а наличие материальных благ сделало зумеров более инертными и менее предприимчивыми. Также я обратила внимание, что зумеры, особенно мужского пола, достаточно часто не ставят свои фото на аватар в мессенджерах и не пишут настоящего имени. Это прямое наследие их родителей – самых недоверчивых из всех поколений, а дети просто переняли их установки.

Типичные зумеры часто оказываются бытовыми инвалидами, не способными к самостоятельной жизни. И если бумеры воспитывали миллениалов так, чтобы дети страдали, как они сами, то иксы делали наоборот – раз я страдал и знаю, что такое жизнь в ограничениях, то сделаю все возможное, чтобы мой ребенок ни в чем не нуждался. Из чего последовало, что многие зумеры даже в 20–25 лет полностью зависят от взрослых.

У знакомой в отделе практиковался 20-летний парень, и весь коллектив не мог найти с ним общий язык. Во время рабочего дня он постоянно издавал странные звуки – чпокал губами, произносил «уф», тяжело вздыхал в тишине офиса, объясняя такое поведение нервами, а на деле это были привычки из игровых голосовых чатов: в игру не играет, а звуки издаёт. А когда ему говорили, что другим это мешает, он не понимал почему. Также мог запросто заявить при руководителе, что ему скучно или что ему нечего делать. Еще он умудрился отправить рассылку с ошибкой на 100 тысяч клиентов. Когда директор спросила, почему не переспросил задание и вместо рабочих тем интересовался, умеют ли рыбы думать и что такое кукушка, практикант ответил: «То, что рассылка ушла с ошибками – не мои проблемы». А когда на него прикрикнули из-за финансовых и репутационных потерь, он возмутился на весь офис: «Какие же вы неприятные люди! Я таких еще не встречал в своей жизни! Почему я должен страдать?» По окончании практики, он решил откликнуться на вакансию маркетолога в другой компании без должных знаний в этой области, просто ему так захотелось. К собеседованию готовился с помощью ChatGPT и, конечно, провалился, потому что вопросы на реальном интервью были не такие, как предполагал чат.

Ещё зумеры часто смотрят пустым взглядом, когда им что-то объясняешь и становится не понятно, усвоил ли человек информацию или нет. Слабая мимика выдаёт привычку общаться в чатах, где не нужно показывать эмоции.

Также известны случаи, когда представители этого поколения уходили на перерыв и не возвращались, потому что решили, что «офис – не моё».

К нам в кабинет тоже приходил работать зумер Игорь, который к 19 годам имел зависимости от кофеина, вейпа, игр, телефона и, по моим наблюдениям, у него было РПП. Также он не понимал такую особенность окружающей действительности, что всё имеет свойство заканчиваться. Сотрудница поставила на свой стол упаковку влажных салфеток, он спросил можно ли ими воспользоваться, она разрешила, не подозревая, что за 1 рабочий день Игорь истаскает всю пачку. Если у кого-то был день рождения и коллеги приносили угощения, с расчетом на всех, он набивал конфетами полные карманы, а все, что надо есть сразу, съедал, не принимая в расчет то, сколько всего человек и на сколько человек рассчитано принесённое. Руководитель провела с ним беседу о том, что надо посчитать сколько людей и сколько порций угощения и сказала, что обычно, люди приносят такое количество, чтобы все могли попробовать. Игорь так и не смог понять, что от него требуется и все 3 месяца, что мы работали в одном кабинете, брал всего столько, сколько ему хочется, а если не брал, то не от того, что понимает причину, а просто не хотел выслушивать занудные замечания.

Часто у него болел живот, коллеги всегда были отзывчивы к его жалобам, давали лекарства и советовали, как сделать так, чтобы избежать проблем в будущем. Но после того, как этот молодой человек сообщил о своем увольнении, то стал назло брать еще больше, чем раньше, а если на столе для снеков оставалось 3 конфетки, он мог забрать их все. Если его просили закрывать дверь в кабинет, он назло оставлял ее отрытой и старался выходить чаще, чтобы всех позлить. Как-то оставил после себя в кафетерии, где мы обедаем, стул и стол весь в крошках и сотрудница из нашего кабинета была вынуждена убирать за ним. Когда она вернулась в кабинет и сказала ему: «Игорь, почему ты убежал из кафетерия и не убрал за собой?» Он ответил: «Так ты и убирай!» Ему действительно были непонятны какие-то базовые бытовые вещи и то, как нужно общаться с людьми, хотя он точно не дурак, сообразительный в работе, но по бытовой части и по части взаимодействия с людьми оффлайн – полный провал.

Однажды мы увидели объявление о доставке домашнего винограда в офис, всего по 100 рублей за килограмм, свежайший виноград, собранный сегодня. Мы стали обсуждать кто сколько будет заказывать, Игорь это услышал и говорит: «Я тоже хочу, но у меня нет денег! Вы меня угостите?» Ему ответили, что все кто хочет – скидываются. Не потому, что нам жалко, а потому что он безобразно себя вел по отношению к нам. И что нас с коллегами больше всего поразило, так это отсутствие взаимосвязи в его голове – то, как ты себя ведешь с людьми, отразится на их отношении к тебе. Игорь и подумать не мог, что, если он будет нам хамить и дерзить, мы не захотим давать ему таблетки от боли в животе, угощения и жаловать его вниманием. Что мы – не мама. Однако одна из коллег, у которой двое сыновей, все-таки не сдержалась и угостила его. И вот обратная связь от Игоря на другой день: «А мне, кстати, виноград вообще не понравился! Он к с косточками. То есть это надо выплевывать каждую косточку. Короче, мне не зашло. Я сливы люблю, вы сливы случайно заказывать не будете?»

Чтобы как-то прижучить его и больше не наблюдать его издевательства над нами, мы придумали небольшой пранк, связанный с армией, однако руководитель строго-настрого запретила нам его разыгрывать, так как небезосновательно боялась за его здоровье – могло не выдержать сердце. В целом, да, молодой человек был явно физически недоразвит, потому что все свое свободное время проводил только в телефоне, и живя в пяти минутах ходьбы от моря, ни разу не побывал на пляже – не видел в этом смысла.

Дурачки были в любом поколении всегда, но все истории про типичных зумеров сводятся к тому, что они ощущают себя центром вселенной и не понимают, что с окружающими тоже надо считаться. Например, Игорь как-то сидел на рабочем месте и в кабинет зашла сотрудница, которая его на 15 лет старше, а тот ей: «А почему ты зашла и не поздоровалась со мной?» Ему все чуть ли ни хором отвечают: «Игорь! Так ты сам ни с кем не здороваешься!» Он: «А, да?» На самом деле сотрудница поздоровалась, просто он не слышал, потому что зумеры часто не воспринимают происходящее вокруг, однако не забывают напомнить о своих правах. Также он мог себе позволить встать во время совещания и начать что-то говорить параллельно с выступающим. Все ему: «Игорь! Идёт совещание!» А он: «А, точно, забыл». Ну хорошо, ты забыл, что ты на совещании, но, если глаза-то поднять, увидишь, что это не обыденный рабочий процесс… однако, внимание зумеров не такое объёмное, чтобы вместить в себя это и сделать какие-то выводы. Случаи с совещанием повторялись несколько раз. Аналогичное поведение было и у моей сокурсницы, 25-летней Олеси, когда я получала доп. образование. После каждой новой темы у нас были видеозвонки в мини-группах, чтобы мы могли попрактиковаться и задать все интересующие вопросы. Так вот Олеся всегда вступала в разговор в то время, когда кто-то уже говорил. Ей несколько раз давали понять, что надо слушать других, пока они говорят, а когда закончат – можно вступать остальным. Ей хорошо давались новые темы, хотя обучение очень непростое, но она никак не могла понять, когда же все-таки можно вступать в разговор? То есть ей было непонятно, почему она не может говорить тогда, когда она хочет, соответственно, можно сделать вывод, что из-за маленького объёма внимания она не могла сфокусироваться на разговоре, чтобы понять, что происходит именно сейчас.

Другая знакомая работала в колл-центре, куда приняли 28-летнюю девушку. Функционал новенькой заключался в ответах на вопросы, которые будущие клиенты оставляют в интернете на разных площадках. Ей дали шаблоны ответов, однако, когда возникали нестандартные ситуации, она не спрашивала у коллег как их можно решить (учитывая, что коллектив очень дружелюбный), а придумывала ответы сама. После её увольнения выяснилось, что она обещала клиентам несуществующие услуги, а шаблоны отправляла без добавления нужной информации, например: «…если вас интересуют подробности, пожалуйста, обратитесь к менеджеру (вставить имя) по номеру (вставить номер)». Представляете в каком ужасе были другие сотрудники, которые это разруливали после ее ухода?

Но я смотрю на всё это и думаю, мы – миллениалы были более социально адаптированы, лучше вливались в офисную культуру и совершали меньше ошибок. Однако это происходило только потому, что нас всегда держали в страхе. Мы боялись что-то отмочить чтобы не быть униженными и оскорбленными и из страха потерять работу. Да, мы такие исполнительные, культурные и соблюдающие субординацию, однако, что за этим стоит? Возможно ли воспитывать новые поколения через осознанность, чтобы они понимали, что являются частью общества, с нуждами которого надо считаться, и при этом чтобы никто их не ломал и не запугивал?

А почему зумеры такие? Во-первых, из-за цифрового воспитания и увлечений компьютерными играми, они начинают мыслить в плоскости, что ошибка не фатальна, всегда можно перезагрузиться и начать заново. Поэтому после косяка с рассылкой на 100 тысяч человек, зумер пребывает в уверенности, что все исправимо, зачем вы на меня накинулись, неприятные люди? Во-вторых, зумеры всю свою жизнь живут в контексте культуры мгновенного результата, ведь в цифровом мире все происходит по клику: заказ еды, самокат, развлечения, общение; и поэтому пропадает понимание длительных процессов и усилий, необходимых для достижения цели. Захотел быть маркетологом – почитай, что скажет ChatGPT, зачем учиться 5 лет, они уверены, что в мире всё так и работает. И третье – клиповое мышление. Информация потребляется короткими, яркими, несвязанными порциями (короткие видео на скорости х2). Это буквально убивает способность к длительной концентрации, глубокому анализу и построению сложных причинно-следственных связей. Отсюда им скучно в оффлайн-жизни, и они не способны на долгий фокус на чем-то одном.

Вместе с тем родители-иксы, желая дать детям всё, чего не было у них, ограждали их от любого дискомфорта и ответственности. А также сами попали в ловушку девайсов, в которых торчали все своё свободное время, подавая пример и ребёнку. В итоге выросли люди, которые искренне считают, что ошибка на работе – не их проблема, а критикующее начальство – просто неприятные люди, от которых нужно защищаться. Недавно под одной публикацией от туристического агентства я увидела такой комментарий: «Посчитайте стоимость отдыха. Двое взрослых и ребенок, 21 год». Другие комментаторы возмутились, что, мол, маманя, полегче, 21 – это взрослый человек, ответ последовал такой: «Для меня она будет ребенком всю жизнь!»

Плюсы у этого поколения точно есть: адаптивность к новым технологиям, незашоренность мышления, им легко отсоединиться от всего ненужного и оставить только то, что приносит пользу. Они не станут делать работу для галочки или ради похвалы, как миллениалы, а будут заниматься только тем, что приносит действительную пользу. И благодаря этому поколению в обозримом будущем скорее всего будут пересмотрены угнетающие графики рабочего времени 5/2 с 9-ти до 6-ти, и расширятся возможности удаленной работы. Но вместе с тем отсутствие дисциплины, которую им не додали в детстве, может сыграть с этим поколением злую шутку.

Ценности зумеров.

– Свободный график, удаленная работа.

– Удовольствие от жизни.

– Спокойствие.

– Социальная ответственность – следят за экологической повесткой.

– Отсутствие агрессии и стрессов.

Отношения матери-бумера и дочери-миллениала

Да, бесспорно, теория о том, что родителей надо почитать и уважать, о чем говорит абсолютное большинство современных лайф-коучей, хороша. Но без осознания с чем конкретно я имею дело, она нежизнеспособна и принесёт еще больше страданий для вас обоих, привязав того, кто хочет развиваться к зоне отсутствия этого роста. Следующий пример как никакой другой поможет объяснить ошибочность призыва принять родителя и поклоняться ему, без анализа влияния его поведения на вас и без анализа ваших взаимоотношений. Так вот, слепо поклоняться родителю – это все равно что прийти в саванну в поисках домашнего питомца: ой, котик симпатичный какой, большой, будешь моим питомцем, иди сюда…

Мои родители развелись, когда мне было 3. Отец уехал в другой город, а я осталась жить с мамой и бабушкой, пока не закончила школу. Воспоминания о моей семье? В основном плохое настроение мамы, к которой не всегда можно было подойти и что-то спросить, целый список тем-табу, начинавшийся с того, что нельзя спрашивать куда она уходит и когда вернется. Отсутствие информации о том, где мама, порождало во мне большую тревогу.

Я помню себя в детстве как комок нервов, я не могла расчесываться – это нервировало меня, а приходя со школы, я сдирала с себя вещи и швыряла с психом их куда попало, могла истерить даже когда вроде бы все хорошо (важно: я это делала в одиночестве, при маме так себя вести было нельзя). Удивительно, но, если среди моих знакомых провести опрос на тему «Кто из вашего окружения самый уравновешенный и спокойный», наверняка все назовут меня, что буквально отражает действительность, хотя в детстве я была другой. И сейчас я подозреваю, что в детстве я была лишь зеркалом атмосферы, царившей в доме.

Однако порой наши с мамой отношения были дружными, она – первый человек в роду, кто получил высшее образование, мама остроумная, начитанная, у нее хорошо получается рукодельничать, она многому научила меня и многое вложила. У мамы классное чувство юмора, которое передалось и мне. Еще она – высококлассный специалист и я уверена, что те, кто работал с ней, могут оценить по достоинству ее профессионализм, у меня в этом нет никаких сомнений. Но когда я печатала эти слова через предложение назад, описывая её качества, в моей голове эхом звучали её слова обо мне: что я ничего не знаю, что, когда закончу школу, пойду учиться в ПТУ, потом стану дворником, что у меня руки из жопы растут и так далее. Контакт с бабушкой я практически не помню, как будто у нас не было какой-то глубокой связи. Бабушка жила своей жизнью, у нее были подруги, они вместе ходили в церковь, дома она читала молитвы, готовила, занималась рассадой или вязала и наши миры практически не соприкасались. И да, они с мамой устраивали мне хрестоматийные утра выходного дня советского ребенка, когда кастрюли начинали греметь еще до 7-ми утра и мои: «Дайте поспать!» не имели абсолютно никакого веса.

Были, конечно, и классные воспоминания, связанные с детством, например, зимой, когда в квартире был дубак, мы с мамой сидели в ванной комнате (единственное теплое место в доме) во время январских каникул, и часами играли в карты, в качестве стола используя стиральную машинку. Иногда мама брала домру, открывала книгу с текстами романсов, и мы вместе пели с ней романсы по книге под её аккомпанемент, мне это нравилось. Мама помогала мне шить наряды куклам, всегда уважительно относилась к моим играм и поддерживала моё желание развиваться творчески. Также я всегда ждала, когда мама придет с работы и была рада, когда она дома. Но хорошее, что было между нами не может закрыть собой основу ее отношения ко мне: агрессия, холодность, отстраненность, частые обиды на мои слова, которые я произносила не нарочно. Я никогда не пыталась обидеть маму хотя бы потому, что я её боялась. Весь этот напряг был приправлен запредельным уровнем секретности – ведь даже о разводе родителей при мне случайно взболтнула тётя, когда мне было уже лет 10! До этого приходилось самой проводить расследования. Я знала, что они разведены, что у папы другой брак (видела штампы в паспорте, подслушивала разговоры взрослых), но мне об этом никто не рассказывал, спрашивать было нельзя, а на вопрос: «Где твой папа?» велено было отвечать: «На заработках».

После окончания 11 классов, я переехала из нашего маленького городка в Екатеринбург. Сначала мама поехала со мной и помогла мне найти жильё: она просто ходила по улицам, когда я была на подготовительных курсах в универе, и спрашивала у бабушек не сдают ли они комнату. Таким образом мама нашла мне койко-место у одной из них. Соответственно и материально в первые годы учебы тоже полностью обеспечивала меня мама, наверно она мне давала бо́льшую часть заработанных денег, казалось, что она готова отдать мне всё, что у нее есть.

Когда мне было около 18, мама встретила мужчину, с которым по сей день продолжает отношения, с тех пор наши с ней отношения потеряли былой напряг, они стали более обычными, более теплыми.

С детства у меня была установка, что маму нельзя расстраивать и когда умер папа (мне было 24), я побоялась сообщить это по телефону, поэтому приехала на автобусе к ней (8 часов езды), дождалась утра, чтобы не рассказывать на ночь, дождалась пока поедим, чтобы у мамы не испортился аппетит и только потом сказала. Да и в принципе любые плохие новости, касавшиеся меня, без которых не обходиться ни одна жизнь, я сообщала ей со страхом, потому что знала, что мне придется её утешать и успокаивать, а то что с этим жить мне, как будто даже не рассматривалось: у меня умирает отец – успокаиваю маму, улетаю на год в другую страну, где у меня никого – успокаиваю маму, увольняюсь с работы – успокаиваю маму, болею – успокаиваю маму. Спокойствие мамы важнее всего и всегда на первом месте. Моё состояние? Я даже не знала, что на это нужно обращать внимание.

Однажды бабушка сказала маминому мужчине такую фразу (не помню по какому поводу): «Мне её [речь о моей маме – бабушкиной дочери] проще поставить на окно и столкнуть вниз, так я буду знать, что она на месте, чем ты будешь мне трепать нервы!» Перевод: мёртвый ребенок более удобен, чем ребенок в неопределенности. Когда чадо в могиле, я точно знаю где он и я его контролирую, когда он вне поля моего зрения и я не могу его контролировать, это вносит неопределенность и мешает мне спокойно жить. Собственно, иногда я считывала и от своей мамы, что лучше бы меня не было, чем тот мысленный хоррор, с которым ей приходится взаимодействовать, не имея возможности полностью меня контролировать.

Чтобы быть хорошей для мамы я стала неосознанно стремиться к «правильной» жизни, в которой можно расставлять галочки по чек-листу ценностей социума, об этом я писала в самом начале своей первой книги. Мы поменялись ролями, и я стала выполнять роль старшей и ответственной: водила маму в музеи, на концерты, возила в поездки, покупала новые вещи, радовала подарками. Я постоянно отправляла ей ссылки на статьи по саморазвитию, книги, рекомендовала ей какие-то видео и курсы, мне хотелось вытянуть маму на новый уровень мышления.

Почему в наше время не редкость, когда дети исполняют роли родителей для своих мам и пап? Поколение бумеров намного инфантильнее, чем миллениалов: жесткие социальные нормы, которые можно передать фразой «будь как все, не высовывайся», стали причиной того, что они зачастую не могут принимать самостоятельные решения и хотят, чтобы им кто-то говорил, что делать дальше. С другой стороны, поскольку их рожали как рабочую силу, во взрослом возрасте они компенсируют то, чего у них не было в детстве – им нельзя было жаловаться, капризничать, проявлять свою индивидуальность. И есть ощущение, что, когда их дети встали на ноги, у бумеров и сработал компенсаторный механизм.