Всё решит танец. Часть 1

– Мы готовы, Алекс!

Танцоры знали, что система продумана до идеала. Благодаря ей балет ежегодно пополняют первоклассные танцоры. Поэтому вздыхали, стискивали зубы, запирая мат внутри, и делали, делали, делали, обещая себе, что если не попадут в главный состав балета, то на следующий год обязательно приедут в этот лагерь снова.

А еще их подстегивала конкуренция – другие студии ни на шаг не собирались отставать, стараясь хоть в чем-то победить лучшую столичную школу. Ветер соревнования сквозил даже здесь – на утренней зарядке.

День не делился на часы. Он заполнялся тренировками, распадаясь на ритмы. Восемь счетов, еще раз, и еще раз, пока мышцы не начнут двигаться сами – без команды, на автомате. В танцзалах пахло деревянным стертым полом, пот струился по лопаткам, а зеркала дрожали от звука басов в колонках.

Массовые мастер-классы от педагогов, на улице и в залах, каждый раз превращались в концертное шоу – те же энергия, амбиции и кач. Самым приятным в этом было то, что выученные связки лагерь танцевал самым полным составом, не разделяясь по группам и возрасту. Со стороны это выглядело флешмобом. Но только они знали, сколько сотен повторений стоит за этой зрелищностью.

А настоящие флешмобы устраивались уже вне лагеря, когда танцоров просвещали болгарскими окрестностями. Тогда, выбрав какую-нибудь многолюдную площадь города, они врубали стильный трек через принесенную с собой портативную колонку, и устраивали мини-концерт перед удивленной публикой.

– Смотри! Смотри! – смартфоны тянулись вверх, оживленно снимая синхронно танцующую толпу.

Туристы и местные жители подтягивались ближе.

Три минуты флешмоба, музыка стихала, и танцоры разбредались в разные стороны, словно и не вместе.

Вне тренировок танцоры проводили время на корте, играя банально в футбол, обеспечивали южный загар у моря, заводили романы и соревновались в лагерных приколах, известных не один десяток лет.

Ребята из старшей группы, хотя и старались снисходительно показать всем, что они взрослые и серьезные, но так же по ночам закутывались в тонкие казенные одеяла и рассказывали друг другу страшилки, ухохатываясь над собой. Да и кто их не рассказывал? И если уж все это называлось лагерем, территория которого больше походила на хороший отель, why not?2[2]– как любил говорить Арсений. Пусть им уже не 15 лет, и их номера больше напоминали студенческую общагу, а в экскурсионных поездках они на правах старших присматривали за более мелкими студийцами. И, возможно, некоторые из них на следующий год приедут сюда уже в качестве тренеров, но они позволяли себе быть детьми, не зависимо от возраста и обстоятельств.

Вот и сейчас ребята в очередной раз собирались воспроизвести старинный лагерный прикол. Развлечение предложил Дэн, которому уже успели дать новое имя – мистер N, намекая на его родной город Новгород. В ответ Дэн заявил, что тогда остальные в этой комнате – мистеры M, то есть москвичи. В тот же день на двери их общей комнаты появилась табличка из альбомного листа с небрежно выведенной черным маркером надписью M&N.

– К девчонкам пойдем? Пастой мазать, – Дэну хотелось повеселиться, а спать, наоборот, не хотелось.

Но ребята встретили его предложение без энтузиазма.

– Этим пусть двенадцатилетние занимаются, – Арсений сделал глоток из банки с любимой газировкой и закинул ноги на спинку кровати.

– А мы их опередим, – выпалил Дэн, вдруг сорвавшись с места, и они наперегонки с Темой под дружный смех оставшихся танцоров вылетели из комнаты.

На шум пришел тоже не спящий Алекс. Присел рядом, готовый рассказать парочку своих историй из гастрольно-концертной деятельности, коих у него было до бесконечности много. Он, вообще, любил поговорить.

Вредный напиток в руках Арсения от внимания тренера, естественно, не укрылся:

– Это у нас продают?

Арсений даже не пытался спрятать газировку.

– Это что ли? – он потряс банкой. – Не, сегодня когда в город ездили, купил…

– И решил выпить ночью, чтобы вес набрать наверняка, – укоризненно заметил Алекс, тем не менее улыбаясь.

– Ой, ладно, от одной-то банки… Я утром уже на зарядке все сгоню.

Арсений опять потряс банкой и заглянул внутрь, поворачивая ее к окну. При лунном свете на дне виднелась капля.

– Блин, как ее оттуда достать? Я же ее слышу! И вообще, – он, словно вспомнив что-то, отвлекся от своего занятия и повернулся к Алексу. – Как курить, так ни слова против, а как газировка – сразу грузить начал.

Алекс хмыкнул:

– Вообще-то против. Дыхалку надо беречь… Как застану с сигаретой – проведу полную лекцию о вреде курения для танцора. Но ты и сам все понимаешь, взрослый парень же. Вот вернусь в сентябре на гастроли, грузить уже некого будет – больше не педагог.

– Ты осенью в тур? – переспросил Данька. – Это уже точно?

Алекс кивнул:

– У вас Алина преподавать будет, мы с ней меняемся. И вот ей не показывайтесь с сигаретой, она даже нас отчитывает, мол, танцоры, где ваш здоровый образ жизни и далее по тексту… Но это ладно. Вот на гастролях нашему менеджеру нельзя с сигаретой попадаться вообще – штраф. С каждого! Вот так один попадется, а весь балет оштрафуют… Вы представляете, что балет с ним сделает потом?!

Ребята засмеялись, в красках представив месть балета.

– Такой стимул бросить, – улыбнулся Арсений.

– Действенный, – согласился Данька, переглянувшись с другом.

Тренер нехотя встал с кровати:

– В общем, парни, жду вас после отчетника у нас в составе. А я пошел… на звезды в море посмотрю.

– Алекс, мы тоже хотим, – засуетились ребята.

– Вам не положено…

– Ночь, волны, сонный пляж, романтика…. – мечтательно протянул Арсений.

Алекс покачал головой:

– Не, пацаны. Отбой есть отбой. Распорядок дня не нарушайте, не на курорте. Только не вздумайте сбегать, – предупредил он строго. – Мне же первому влетит. Не подводите брата-танцора.

У самой двери педагог задумался и повернулся к парням:

– Не хотите спать – в картишки перекиньтесь. У меня есть. Принести?

Ребята дружно помотали головами. Картишки у них были свои.

Глава 6

Утром Данька наотрез отказывался выползать из постели, не видя никакой прелести в очередной зарядке.

– Дань, вставай…

Арсений стоял возле его кровати с полотенцем на голом плече после душа и без энтузиазма привычно воспитывал друга. Его самого мучило единственное желание – рухнуть рядом и поспать еще немного.

– Дань…

– Ммм? – раздалось из-под одеяла невнятное мычание.

– Вставай, зарядка ждет.

– Чего я там не видел? – Данька откинул одеяло для притока свежего воздуха.

– Сейчас Алекс тебя ногами выпинает отсюда.

– Угу, хорошо, – Данька перевернулся на другой бок.

Арсений невольно позавидовал – дрыхнет, и ни стыда ни совести. Он потянул одеяло за край, пытаясь его сбросить на пол, но Данька держал крепко.

– Я не буду отмазывать тебя перед Алексом! – предпринял он последнюю попытку.

Угроза не подействовала.

– Иди… – Данька закутался в одеяло, устраиваясь поудобней.

– Ну, я пошел, – Арсений сделал шаг к двери.

– Пока, – друг снова начинал дремать.

– Даниэль!

– Да иду я, сейчас приду, – друг смачно зевнул, совершенно не собираясь вставать с кровати.

Когда танцоры уже возвращались с пляжа, вымотанные Алексом по полной программе, из корпуса показался Данька. Он неспешно направился к группе, засунув руки в карманы широченных спортивных штанов. Арсений ядовито захихикал, предвкушая комедию – Алекс такое без внимания не оставит.

– Выспался? – тон тренера был обманчиво равнодушным.

– Угу.

Данька довольно растянул губы в улыбке и даже не собирался оправдываться. Он, вообще, считал лагерную зарядку детским садом.

– Молодец, – похвалил Алекс. – Упор лежа.

– Алекс, ну ты чего так сразу? – лениво выгнул бровь Данька, не вынимая рук из карманов.

– Упор лежа! – в голос тренера добавились командирские нотки.

Данька вздохнул и под всеобщее ликование танцоров опустился на газон, принимаясь отжиматься.

***

Где искать Арсения, знали все – если его не было на пляже, у бассейна или на корте, значит оставалась одна дорога – в танцзал.

Первых три варианта Данька даже не стал рассматривать. Так и есть – Арсений в одних штанах, закатанных по колено, отрабатывал совсем свежую, недавно выученную связку по модерну. Из колонок орал первый попавшийся хип-хоп, служащий больше для фона, чем для ритма.

Данька молча прошел к сложенным в углу спортивным матам и присел, наблюдая за другом. Арсений, увидев его отражение в зеркалах, небрежно поднял с пола пульт, вырубая музыку, и повернулся к Даньке.

– Что нового? – тот покачал головой. – Альбинку не видел?

– Не-а, – почесал еще больше загорелую щеку друг. – А у вас с ней серьезно что ли?

– Ну так… на время лагеря… Сам понимаешь… – Арсений поправил раскатавшуюся штанину.

– Татуировку хочу, – вдруг брякнул Данька. – На плече… какую-нибудь… Приеду в Москву – сделаю.

– Зачем? – поперхнулся Арсений.

– Да просто… – пожал плечами друг.

– Обычно не просто делают. И долго думают, – заметил Арсений.

– Ну, это прикольно. Да я думал как-то, потом забыл, а теперь вот приспичило.

– Ну смотри, брат, не пожалей потом, – хохотнул Арсений, прислоняясь спиной к балетному станку. – А как у меня не хочешь?

Он тронул на груди серебряную цепочку с болтавшимся на ней плоским кулоном с непонятным рисунком и мелкой надписью на латыни.

– Амулет? Нет, не хочу. Неудобно, когда на шее что-то висит.

– Я даже танцую с ним, – возразил Арсений.

Данил задумчиво посмотрел на кулон.

– Родители подарили, да?

– Ага… Он удачу приносит и силы дает.

– Да я его помню – ты ж его таскаешь, не снимая. Но я хочу рисунок на теле. Короче, я так решил! – припечатал друг.

Арсений рассмеялся, отошел от станка, снова врубил музыкальный центр и продолжил оттачивать связку.

Данька скучающе наблюдал за ним, иногда поправляя:

– После поворота левая рука назад…

– Там один поворот или два? – уточнил Арсений.

– Не помню. Точно помню, что ноги потом во второй позиции.

– Это и я помню…

Повторив танец раза три, Арсений убавил громкость центра и подошел к матам, сгоняя с них Даньку.

– Хочу попробовать один прыжок… – он приволок на середину зала два высоких мата. – Помоги…

Вместе с Данькой они положили маты друг на друга.

Высчитав что-то для себя, Арсений подпрыгнул, виртуозно перевернулся в воздухе и, сгруппировавшись, приземлился на маты, упав на бок. Дыхание вмиг сбилось.

– Это не так уж и просто…

И Арсений снова подпрыгнул, на этот раз с короткого разбега.

– Где увидел? – друг наблюдал поодаль, готовый подстраховать, если понадобится.

– Нигде… В голове родился… Теперь осталось воплотить… – проговорил он, сползая с матов и пытаясь отдышаться.

Когда, наконец, Арсений смог исполнить прыжок без спортивных матов, пусть еще нечетко, но уже становясь на ноги, он позволил себе отдых. Выдохнул, довольный собой, вытер пот полотенцем, которое небрежно висело на балетном станке, и со словами «Пойду Альбинку поищу», вышел из зала.

Их он увидел сразу. Альбина лежала на горячем песке в ярком бикини и, смеясь, смотрела на Тёму. Тот, облокотившись на локоть, полулежал рядом и что-то увлеченно ей рассказывал. Рядом хихикала Камилла, то и дело хитро переглядываясь с Альбиной.

Арсений не обратил бы внимания – ну рядом, ну разговаривают, балет – это одна семья. «Все мы братья», – как сказал бы Алекс. Но то, с каким лукавством Альбина смотрела на Тёму, и как он, смущенно улыбаясь, говорил все более воодушевленно, рукой рисуя в воздухе образы, все это вдруг вызвало неоправданные опасения.

Арсений подошел ближе, остановился позади них на расстоянии, оставаясь незамеченным, и почувствовал, как, крадучись, настойчиво подбирается глупая ревность.

Альбина села, и Тёма сел тоже, вторя ей. Посмотрела на море – и он глянул в ту же сторону. Встала, стряхивая аккуратными пальчиками песок с плеча – Тёма встал следом, отзеркаливая ее жест. И все что-то говорил-говорил. Альбина кивала, иногда отвечала, а потом вдруг подалась вперед, чмокая Тёму в щеку. Его загорелые руки на мгновение обняли ее стройную загорелую талию, металлический браслет блеснул на солнце.

Арсений задохнулся от такой картины и подался вперед, стискивая зубы от злости, тут же пришедшей на смену ревности.

Девушка упорхнула с пляжа, так и не заметив своего бойфренда «на время лагеря». Камилла последовала за ней. А Тёма, проводив их задумчивым взглядом, повернулся и… глаза в глаза встретился со злым другом.

– Кхм, – кашлянул Арсений, подходя ближе. – И как ЭТО понимать?

Он сложил руки на груди, пытаясь все же не сорваться.

– Что? – искренне удивился Тёма. – Мы просто разговаривали.

– Я видел, – Арсений заиграл желваками, закипая.

– Князь, ты чего?

– Ты наивный или прикидываешься? – процедил Арсений. – Альбина моя девушка, что за поцелуйчики?

– Князь, да что с тобой, – расхохотался Тёма. – Это было на прощание. Просто дружеский жест. Не более.

– Тё-ма… – едва сдерживаясь, чтобы не наорать, по слогам проговорил Арсений.

– Да не нужна мне она, – не желая оправдываться, Тёма обошел Арсения и двинулся в сторону корта.

Потом вдруг обернулся и вполголоса заметил:

– И если уж на то пошло, она сама всем глазки строит.

– Что? – выдохнул Арсений, до боли сжимая кулаки.

– Ты бы получше следил за «своей девушкой»…

Договорить Тёме он не дал, сбив его с ног первым же ударом.

Но тот ловко вскочил с песка, не собираясь оставлять такое без ответа. Драка завязалась мгновенно, так, что загорающие поодаль танцоры не сразу сообразили, что произошло.

Разняли их быстро. С матюками растащили в стороны и держали за руки, пока те не перестали вы

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Контемп – направление современной хореографии, которое соединяет в себе западные и восточные техники: от классического балета, модерна, джаза до йоги и импровизации. Это лиричный, эмоциональный и пластичный танец.

2

*Why not? – Почему бы и нет? (англ.)