Расслабься, это любовь

— Кто здесь? — не понял Римир.

— Совесть, — пробурчала я, крепче обнимая ветку и судорожно соображая, как мне слезть.

Или не слезать? Как ни крути, здесь безопаснее, чем с Римиром.

О собаке я в тот момент уже не думала, под деревом появился хищник пострашнее.

— Чья? — развеселился Соколов, поднимая голову.

Мы встретились взглядами, а я в тот момент пожалела, что забралась так низко. К самой вершине нужно было лезть, и сесть на верхушке, изображая звезду.

Соколов выглядел бодро. Немного бледен, но щека уменьшилась в размерах вдвое.

— Ты что там делаешь? — Клянусь, он молча ржал.

Лицо его казалось серьезным, но глаза смеялись.

— Готовлюсь к чемпионату по скоростному лазанию по веткам! — тяжело вздохнула я.

— И как? Получается? — Соколов не упустил случая позубоскалить.

В тот момент я забыла, что боюсь высоты и доберманов и почти собралась слезть с ветки и надавать нахалу по голове, хотя, конечно, вчера сама нарвалась.

— Пока не очень, нужно еще немного потренироваться.

Римир сверкнул глазами, на мгновение опустил голову, снова поднял и пристально посмотрел мне в глаза.

— Ну, привет, клубничка, — вдруг совершенно другим тоном пропел Соколов, убирая руки в карманы джинсов. — Слазь, собака не кусается…

Глава 4

Юля

Первой мыслью, которая проскользнула в моей голове, было «слезать категорически нельзя». Второй — а чей, собственно, пес до сих пор плотоядно посматривал на мои ноги, свисающие с ветки?

Третью мысль — как мне отсюда слезть — я решила временно не думать.

Четвертая — как Мир здесь так удачно оказался — пронеслась фоном, надолго не задержавшись.

— Юлька, слазь давай, он правда не кусается, — продолжал уговаривать меня Римир тоном отъявленного змия-искусителя.

Мне кажется, примерно с той же интонацией уболтали Еву съесть яблоко в далеком прошлом.

— Откуда ты знаешь? Он что — твой? — озарило меня.

— Нет, просто по глазам вижу, что он нормальный парень. Да, блохастый?

Пес завилял попой, продолжая спокойно сидеть на месте.

— Соколов, если я узнаю, что он твой...

— То что ты мне сделаешь? — заинтересовался Римир.

Логичный вопрос, конечно. На который ответа у меня не было.

Видя, что я замялась, Римир победно сверкнул глазами и продолжал издеваться:

— Как там погодка наверху? Не дует?

— А как там зуб? Не ноет? — психанула я.

Римира знатно перекосило, а я поняла, что совершила тактическую ошибку. Нельзя было ему об этом напоминать!

— Юлька, а скажи мне, пожалуйста, чем вам с Серафимой не угодила преисподняя, что вы в этот мир пришли наносить добро и причинять справедливость? — уточнил Римир.

— Соколов, это каким полушарием понимать? — ахнула я. — Ты себя видел вчера в зеркало? Щеку свою видел? Да ты даже говорить нормально не мог!

— Вот поэтому я и спрашиваю, что вам в преисподней не сиделось, девочки? Сам Люцифер аплодировал бы вам стоя за ваш злодейский план.

— Мир, флюс — это не шутки! Мы для тебя старались, сам бы ты когда к стоматологу пошел?

— Сегодня! Я записан был еще вчера! Шкода, блин! Слазь давай.

— Ну Шкода, и что? Фамилию не выбирают, какой родители наградили, ту и ношу с гордостью, — возмутилась я. — Не буду я слазить.

— Почему?

— Я боюсь, — честно призналась я.

— Да он не кусается!

— Я высоты боюсь! — взвыла я.

Соколов сверкнул глазами, опустил голову, и я увидела, как задрожали его плечи.

Ладно, счет один-один, а карма в моем случае работает почти молниеносно.

И пока я негодовала от его коварства, к нам присоединилось еще одно действующее лицо.

Лицо было голубоглазое, имело очень короткую стрижку ежиком, высокий рост и такие же нахальные, как у Римира, карие глаза, и по этой причине доверия у меня не вызвал.

— Кас, ко мне! — гаркнуло лицо, подзывая пса.

Тот вскочил на лапы и в два прыжка приблизился к новоприбывшему, которого я к тому моменту уже тихо ненавидела и почти записала во врага номер один.

Тем временем злодей приблизился к Римиру и пожал ему руку так, словно они были старыми знакомыми.

— Как жизнь? — уточнило лицо у Соколова.

— Потихоньку. Леха, ты бы пса на поводке выгуливал, — грозно проговорил Римир и мотнул головой в мою сторону, — а то принцесса испугалась.

Леха поднял взгляд на меня и попытался не заржать.

— Милая барышня, приношу вам свои извинения за моего пса, — галантно пропел он. — Каскадер в принципе добрый.

— Правда? — обрадовалась я. — Я вот как его на дороге увидела, сразу так и подумала: ну, добрейшей же души собака с сантиметровыми клыками. Дай, думаю, в догонялки с ним поиграю. А он так радостно включился в игру...

— Добрый, но упрямый, — пошел на попятную Леха, — сестра моя его выгуливать пошла, а он, затейник, ее не слушается. И сбежал.

— Чтоб тебе каждый день такие добряки на пути попадались, — от души пожелала я.

— Ну правда, прости, красавица. Хочешь, помогу слезть? — предложил Леха.

— Хочу, — подумав, решила я, косясь на Римира.

— Леха, ты куда-то шел? — душевно уточнил у него Соколов. — Вот и иди. А это моя шкодина.

— Хороша шкодина, — хмыкнул Леха и осекся. — Ладно, пошел я. Девушка, еще раз извините. Если Мир надоест — я живу в двадцать пятом доме, квартира тридцать. Кас, рядом!

Пес преданно встал по правую сторону от Лехи и всем видом показал, что он очень послушный пес, а меня на ветку загнал кто-то другой.

— Алексей, тебе давно челюсть не ломали? — уточнил у него Римир.

— Понял, считай, меня тут нет, — поднял тот ладони вверх.

Я с тоской смотрела ему вслед и судорожно соображала, что мне теперь делать.

Вариант «остаться ночевать на ветке» уже не казался таким уж абсурдным. Проблема была лишь в том, что Каскадер по деревьям лазить не умеет, а вот Римир достанет.

— Теперь с тобой, — снова сосредоточился на мне Римир.

— Я сама, спасибо, — вежливо заметила я.

— Ну нет, клубничка, ты мне вчера практически жизнь спасла, я должен ответить тем же, — иронично протянул Римир.

— Забудь, ты мне ничего не должен. Лучшая награда — твое хорошее самочувствие!

— Юленька, не провоцируй меня, лучше сама слезь.

— А ты не провоцируйся! Зачем ты провоцируешься? — нервно тараторила я, снова игнорируя мобильный, который звонил не переставая.

Римир закатил глаза, вздохнул и выдал:

— Так, недоразумение кудрявое, считай, что сегодня я добрый старший брат твоей подруги и от чистого сердца спасаю твою прекрасную попу с ветки. О том, что вы отчебурашили вчера, мы с тобой позже поговорим.

— Насколько позже? — деловито осведомилась я.

— На днях, Юленька. Не волнуйся, без наказания ты не останешься.

— Как-то заволновалась, — призналась я. — Римир, а давай мириться? Забудем все, что было, а я дам честное слово, что больше тебя похищать не буду.

— Слазь, внебрачная дочь Сатаны, давай осторожно ноги спускай, на ветке повисни, я поймаю.

— Точно?

— Юля... Щас сам залезу, — пригрозил Римир.

— Обещай, что поймаешь.

— Зуб даю, — нервно хмыкнул Соколов.

— Тот, который болел?

— Все, двигайся, — Римир решительно пошел к дереву, а я — от страха, не иначе — пискнула, перекинула ногу и постаралась повиснуть на ветке.

Почувствовала, как сильные руки обхватили мои колени, и зажмурилась.

— Ветку отпусти, — приказал Римир.

Выдохнула, расслабила вспотевшие ладони и упала прямо в неласковые объятия жертвы моего вчерашнего приступа клептомании.

Римир перехватил меня, удобнее устраивая у себя на руках. На мгновение прижал к груди и осторожно поставил на землю.

Я распахнула глаза, радуясь, что обошлась малой кровью, и покосилась на свои ладони, на которых проявились свежие ссадины от шершавой ветки.

Римир перехватил мои ладони, посмотрел на ссадины и неодобрительно покачал головой:

— Надо обработать.

— Ага. Я пойду? У меня дома йод есть. И зеленка. И перекись.

Боже, что я несу?

Римир, явно забавляясь, смотрел мне прямо в глаза, осторожно поглаживая ладони.

У меня дыхание отчего-то сбилось, а щеки предательски запылали. Я растерянно хлопала ресницами, уговаривая себя, что снова влюбляться в Соколова — крайне неудачная идея.

Пожалуй, самая неудачная в этом году — сразу после идеи Симы похитить его же драгоценную персону.

— Мы снова друзья? — все же решилась уточнить я.

— Время покажет...

Глава 5

Юля

— Привет, а вот и я! — радостно объявила я, стоя на пороге жилища Серафимы.

Подумала и опасливо уточнила:

— Ты одна?

— Да. Входи, — деловито пригласила Сима, шире распахивая входную дверь.

Я вошла, сняла обувь, повесила на вешалку свой рюкзак и потопала вслед за подругой на кухню.

— Ого! Ты куда столько наготовила, — охнула я, глядя на огромную кастрюлю — литров на пять — с кипящим в ней борщом.

— Наказание, — процедила Сима, — он неблагодарный гад! Я для него старалась, папин драгоценный самогон израсходовала, а этот… Еды ему на месяц вперед. Вот! Пусть ест весь месяц борщ!

— Это Римиру? — обалдела я. — Сима, после такого количества у него по венам вместо крови борщ будет течь.

— Так ему и надо, — мстительно решила подруга, — Мы для него старались! Для его здоровья. Но спасибо, что маме с папой не сдал. И про то, что я папину машину брала, тоже ничего не сказал. Вчера принес продукты и велел готовить взамен на молчание. Шантажист!

— Правильно, в переговоры с террористами вступать нельзя! Может, дешевле было ему сухой корм взять? — засмеялась я. — Хватит надолго. К тому же, судя по заверениям производителей, корм вкусный, питательный и хрустящий. От него шерсть блестит и кости крепнут.

— Мама тоже каждый раз спрашивает, почему не продают корм для мужчин мешками, — поддакнула Сима.

Мы переглянулись и рассмеялись.

— Как дела в универе? — сменила тему подруга.

Мы с ней учились в одной альма-матер, но на разных факультетах. Подруга выбрала изучение иностранных языков, решив, что английский и китайский ей пригодятся в жизни, а я осваивала науку вбивать в головы малышне мудрое, доброе и вечное.

— Как всегда. Ничего нового, — отмахнулась я.

— Ладно, рассказывай теперь нормально, — потерла ладони подруга, любопытно сверкая глазами.

— О чем? — захлопала я ресницами.

— Юля, о встрече с моим братом в парке. Вчера ничего толком не объяснила. А мне же интересно.

Вчера мне действительно было не до разговоров. Оказалось, что все время, что я сидела на ветке, имитируя слишком уж откормленную птицу Говорун, мне звонила подруга, дабы предупредить, что Римир ушел и, возможно, крутится где-то поблизости.

Соколов же проводил меня до самого подъезда и всю дорогу очень странно себя вел. Ни тебе подколов, ни язвительного тона. Словно действительно переживал за мои рассеченные ладони и о чем-то сосредоточенно размышлял все семь минут, что мы шли.

Дома я ответила на звонок Серафимы, но при матушке рассказывать о своих приключениях поостереглась, ограничившись кратким пересказом и обещанием все рассказать завтра.

«Завтра» наступило, и Серафима полдня ждала от меня подробностей.

Пришлось рассказывать, пока подруга огромным половником перемешивала борщ, что-то шепча.

— Ты заклинание читаешь? — не удержалась я, когда в очередной раз Сима что-то зашипела себе под нос, пытаясь перемешать содержимое чана, который некоторые считают кастрюлей.

— Ага. Чтоб шерсть блестела и зубы не болели. Почему я ему готовить должна? У него девиц на каждый день недели по две штуки, пусть они своему красавцу варят!

— Прям по две? — хмуро буркнула я.

— Да! Не смей в него опять влюбляться, слышишь? — предупреждающе пророкотала подруга, выключая плиту. — Все, пойдем в мою комнату, скоро родители придут.

— Пойдем, — согласилась я.

Мы заперлись в комнате Серафимы, включили фоном музыку и с упоением обсуждали вчерашний вечер.

— Что за Леха? — заинтересовалась подруга, сдувая с лица рыжую прядь волос.

— Не знаю, но он знаком с Римиром. И собаку его зовут Каскадер.

— А Леха не в курсе, что собаку надо на поводке выгуливать? — продолжала злиться Сима.

Кажется, у нее от негодования даже веснушки на лице стали ярче.

— У меня его адрес есть, — подсказала я, — можешь сходить и высказать хаму все в лицо. Главное, не нервировать Каскадера.

— Это да, — закивала Серафима и отвлеклась на ноутбук.

— Кто пишет? — полюбопытствовала я.

— Серега из параллельной группы.

— Что хочет?

— На вечеринку приглашает.

— Когда? Куда? Ты пойдешь?

— Нет, конечно. С ним не пойду.

— Почему? Он с виду симпатичный, — глядя на фотку самоуверенного блондина на аватаре, спросила я.

— С виду — да, а на деле тот еще бабник. Я недавно узнала, что он список составляет.

— Какой? — я упала на диван и чуть отодвинула планшет.

— Ну, девчонок, с которыми он... Ну ты поняла. Спал, короче. Хочет до ста довести.

— Куда ему так много? — не поняла я. — Он что, не в курсе, как передаются некоторые обидные заболевания?

— Не знаю. Говорит, мол, есть теория ста свиданий.

— Поясни, — попросила я.

— Чтобы найти свою вторую половинку, нужно сходить на сто свиданий с разными людьми. И по статистике кто-то из них окажется твоей судьбой.

— Какая интересная теория, — иронично протянула я и потянулась за планшетом.

Ввела в поиск вопрос и громко оповестила:

— И правда, есть такая.

— Что там?

— Тут написано, что нужно составить список, определить черты идеального мужчины и начать ходить на свидания. Цитата: «После того, как список составлен, нужно начать ходить на свидания в места обитания мужчин. Чем больше мужчин там обитают, тем лучше. Конечно, встретить свою судьбу можно не сразу, но неудачные свидания можно занести в копилку своего опыта». В общем, чтобы найти своего принца, нужно посетить сто свиданий с разными мужчинами, — резюмировала я.

За дверью что-то упало.

Мы с Серафимой переглянулись, я отложила планшет, а подруга пошла выяснять, что именно.

Открыла дверь и недовольно процедила:

— Римир? Ты к нам зачастил в последнее время. Что упало?

— Ничего, — грозно ответил ей брат. — Где мой ужин?

— На плите. Привет, пап!

— Здравствуйте, дядя Саша! — вышла я поприветствовать отца лучшей подруги.

— Привет, девчонки, — отсалютовал нам дядя Саша.

Я покосилась на Римира и напряглась.

— Привет, — пискнула я. — Римир, что с тобой? Защемление межбровки? Тебе нужен врач?

— Дети Сатаны. Сань, тебе дочку подкинули в роддоме, ты в курсе?

— Да? Кому вернуть эту и где забрать мою? — засмеялся дядя Саша, пока Серафима пыталась испепелить брата взглядом.

Дядя Саша, как и Сима, имел рыжие волосы и зеленые глаза, так что сомневаться в родстве не пришло бы в голову даже самому лютому скептику.

— Сатане возвращай, не ошибешься. Где моя еда, Серафима?

— На плите, сказала же! — психанула подруга.

— Вот этот тазик на пять литров? — обалдел Римир.

— Это на всех, — легко махнул рукой дядя Саша, — как раз на рыбалку возьму с собой в термосе, на два дня еду. Спасибо, дочь.

— Все для тебя, папочка! — ехидно ответила Сима, победно косясь на Римира.

Тот, впрочем, выглядел скорее слегка шокированным, чем злым. И как-то странно косился на меня.

А я что? Я ничего, я примус починяю и приказываю своему сердцу биться чуть помедленнее в его присутствии.

— Мир, пойдем, машину посмотрим, что-то под капотом стучит, — позвал дядя Саша, — а потом поедим борщ Серафимушки. Девчонки, вы уроки сделали?

— Конечно! — протянули мы, делая самые честные глаза.

— Врушки. Делайте. Может, по мороженке? — хитро уточнил дядя Саша.

— Нет, пап, не надо, нам уже давно не десять лет. Мы заниматься!

Она впихнула меня в комнату, заперла дверь и выдала:

— Не влюбляться! Ясно?

— Предельно! Ладно, доставай учебники...

Глава 6

Римир

Что-то в моей жизни явно пошло не так. Где-то я свернул не туда, вошел не в ту дверь и прошляпил нужный поворот.

Я помнил наши последние встречи пару лет назад: тогда она была угловатым подростком, со смешно торчащими в стороны кудряшками. Для меня она всегда была лучшей подругой младшей сестренки, вторым полуросликом.

Я знал, что тогда она была в меня влюблена, собственно, Юлька своих эмоций и не прятала, но для меня она была забавной малышкой, и только.

А что сейчас? Сейчас ей девятнадцать, она обалденная красавица с такими глазами, в которых хотелось долго тонуть.

И если пару дней назад свое нездоровое возбуждение и азарт я мог списать на коктейль из коньяка и самогона, то сегодня не получится, ибо не пил. И вчера не пил, только голова болела.

Что-то в ней изменилось. Словно из гадкого утенка Юлька превратилась в прекрасного лебедя. Очень язвительного лебедя, но это могло быть даже пикантно... В определенных обстоятельствах.

Которые появились как по заказу. Будто кто-то сверху решил надо мной поржать и третий день подряд подкидывает мне встречи с той, о которой лучше не думать.

Вид моей самопровозглашенной зубной феи вчера на дереве снизил градус зубной боли, но добавил градус возбуждения и снова азарта. Внутреннего зуда немедленно снять подкидыша из ада с дерева и утащить в пещеру, дабы отучить поганку язвить взрослому дяде. Объяснить на пальцах, что поить и похищать сотрудника правоохранительных органов чревато последствиями в виде того, что сотрудник будет слегка заведен и крайне опасен.

Когда она успела так вырасти? Была же мелкая шкодина, а сейчас такая, что хоть патентуй как забористое средство, которое мгновенно выводит из себя. Сто свиданий они собрались посетить? Принца ищут?

Два часа прошло, мы с отчимом успели починить его тачку и вернуться в квартиру, дабы начать увлекательный квест «съешь пять литров борща и не подавись». И меня должно было уже отпустить, но не отпускало.

Беженцы из преисподней до сих пор сидели в комнате Фимы, а меня, кажется, как перекосило тогда, так и не отпускало.

И что меня взбесило? Сто свиданий? Сто гипотетических мужиков рядом с ней и моей сестрой?

Я чувствовал, что сем дольше об этом думаю, тем сильнее зверею. Настолько, что пошатнулся и уронил мамину статуэтку с полки.

Принца она решила искать и в места скопления мужиков ходить, и малую мою подбивает, засранка!

Мерзкое, почти незнакомое чувство, похожее на ревность, резануло изнутри.

Серафима всегда была нашей любимицей. И моей в том числе. «За сестру и двор стреляю в упор», — как говорится. Батя у меня был обычный мудак, с детства я помнил только ругань родителей и бухого отца. И нисколько не расстроился, когда мама собрала вещи и увезла меня жить к бабушке.

А потом в ее жизни появился Саня — мой отчим. Настоящий мужик с понятиями, строгий, но добрый и справедливый. Он меня воспитал, стал практически отцом. Когда у них с мамой родилась Серафима, ревности у меня не было. Я любил эту зеленоглазую рыжую мартышку, защищал от соседских пацанов и воспитывал в духе отчима.

А теперь эти две козы решили принцев искать в местах скопления мужиков. Мне что теперь, каждому морду бить? Всем двум сотням, с которыми собрались на свиданки две шкодины?

Может, я мало Серафиму наказал одной готовкой за их выходку?.. Раз время свободное для поиска принцев осталось. Надо было еще на уборку отрядить, и вторую шкодину за компанию туда же.

Воспаленный мозг почему-то сразу же, как по заказу выдал картинку, где Юлька в коротком платье и чулках с ярким пипидастром в руках томно смахивала пыль с дубового стола в моей кухне...

Как-то не здраво меня накрыло. Может, у меня кризис среднего возраста начался? Или это от обезбола? Может, я еще не протрезвел?

Определенно, другого объяснения своего нездорового влечения к Юльке я найти не смог. Флюиды у нее какие-то появились с возрастом, что ли?

Просто, блин, перестать о ней думать. Желательно переключить мысли на кого-то другого. На любую другую, потому что нездоровый азарт в отношении Юльки знатно напрягал.

Она младше, она подруга моей малой, наивная, чистая и вообще не для тебя она, Соколов.

— Проблемы? — Саня поставил на стол возле меня тарелку с борщом.

В центре стола уже стояла разделочная доска с тонкими ломтиками сала, зеленым луком и хлебом, а Саня полез в холодильник за сметаной.

— Нет, — я взял ложку и ждал.

— Ты какой-то загруженный сегодня. На работе напряги?

— У нас каждый день напряг, — отмахнулся я, — привычно. Куда на рыбалку собрался?

— Да я местечко одно нашел. Людей нет, зато рыбы полно. С мужиками завтра с утра выезжаем, в понедельник вернусь. За мамой и сестрой пригляди, — традиционно попросил отчим.

Он всегда так делал, даже когда уходил на пару часов.

— Когда мама с работы придет? Она просила посылку прихватить с почты, коробка в гостиной лежит.

— Через час поеду встречать, — отчитался отчим.

Сел за стол, бухнул в тарелку ложку сметаны и принялся уплетать борщ.

Мой аппетит меня никогда не подводил, поэтому я тоже с удовольствием попробовал варево сестры. Было вкусно, особенно с салом и луком.

Нужно сделать себе пометку сегодня никуда не ходить: мало кто оценит мой новый парфюм с луковыми нотками.

Я доел, собрал посуду, отнес в мойку, а Саня полез в свой шкафчик с НЗ.

— Не понял.

— Что?

— Серафима! Где мой самогон на рыбалку? Ты не переставляла?

Я хмыкнул, а рыжее недоразумение скромно появилось в кухне.

Второй полурослик оказался за спиной первого, а меня немного заклинило.

Должно же меня когда-то отпустить? Что ж так клинит на ней?

— Я... Папа... — пыталась оправдаться Фима.

Я вздохнул, покачал головой и «признался»:

— Я взял. Зуб болел, а самогон — лучшая анестезия.

Серафима расслабилась, а Юлька напряглась.

— Да? Ну и как зуб?

— Нормально. Зубная фея помогла, — хмыкнул я.

Обе девчонки насупились, но молчали. Надеюсь, им хотя бы стыдно!

— Ладно, у меня в гараже еще есть, — легко решил отчим.

— Дядь Саш, до свидания. Я домой пойду, работы много, — подала голос кудрявая наследница нечистого.

— Какой? — насмешливо уточнил я. — В аду черти распоясались? Воспитывать пойдешь?

Я мгновенно забыл, что около десяти минут назад запретил себе о ней думать.

— Подготовлю для тебя самый глубокий котел, — важно согласилась Юлька.

— С пеной и красотками? — Я послал ей улыбку, а кудрявая язва покраснела.

— Римир, — укоризненно позвал отчим, который яро исповедовал джентльменство.

Посмотрел на меня и добавил:

— Проводи Юленьку до дома, темнеет уже.

— Сама дойдет! — встряла Серафима. — Тут близко.

— Провожу, провожу, — хищно согласился я, — собирайся, птичка, парк нынче место опасное.

— Ничего опасного, из опасного там только Каскадер, но ты ведь сказал, что он добрый, а я тебе верю, — так улыбнулась Юлька, что меня словно под дых ударили.

Вспомнил Леху и снова завелся.

— Я соврал. Каскадер — самая опасная собака, он ворует носки и красивых девушек и тащит к Лехе. А Леха вообще маньяк-рецидивист.

— Я кольцо «спаси и сохрани» надела, — парировала Юлька, — так что обещаю дойти в целости и сохранности. В крайнем случае потом потребуете у Лехи большой выкуп за то, чтобы забрать меня обратно. Я ушла!

Последние слова она кричала уже из прихожей.

— Римир, помоги мне там с окном, оно не открывается, — остановила меня Серафима, когда я собрался догнать беглянку.

— Что с твоим окном? — вздохнул я и пошел в ее комнату.

Спокойно провернул ручку, открыл створку и со значением посмотрел на сестру.

— Ой, починилось, — воскликнула она неубедительно.

Я же смотрел в окно вслед кудрявой макушке, которая убегала быстрым шагом.

Покосился на рыжую и мысленно хмыкнул.

Сам же решил, что мне это не нужно. Не нужно, я сказал!

Глава 7

Римир

— Закончили тренировку! — гаркнул тренер.

Вся группа расслабилась, утирая пот со лба, потому тренер у нас был не мужик, а настоящий зверь, которого не просто так взяли тренировать подразделение «Грома». Гонял в хвост, гриву и копчик до кучи. Сам из бывших вояк, поговаривали — разведка.

— Соколов! — позвал меня Молот.

— Я, — я вытянулся в струну, утирая пот со лба.

— Орел ты, Соколов, орел! — Молот у нас любитель старых фильмов. — Сегодня — молодец!

Я кивнул и пошел в раздевалку. Я сегодня на тренировке всех бесов внутренних изгонял, которые зудели в груди. Такой себе сеанс экзорцизма, а вместо батюшки — Молот.