скачать книгу бесплатно
Ах, нет! Тысячелетие цветку
Погожий вешний день напоминает,
Он не познал ни ужас, ни тоску,
Что златокудрых сединой пятнает;
Не ждет, как люди, он последний сон
И не жалеет, что на свет рожден.
Мы в танцах, играх к смерти путь вершим,
Пройдя врата, что из кости слоновой,
Поскольку часто рекам нестерпим
Унылый бег по пустоши суровой;
Бросается влюбленный в водоверть,
На славную рассчитывая смерть!
В борьбе бесплодной тратим силы мы,
И супротив нас легионы мира,
Мы копим жизнь, в себе не чуя тьмы,
Живясь от солнца, от глотка эфира;
Проходят дни, и – вечности дитя –
Нас губит Время, прахом обратя.
Серенада[41 - © Перевод М. Кузмина.]
Для музыки
Не нарушает ветер лени,
Темна Эгейская струя,
И ждет у мраморной ступени
Галера тирская моя.
Сойди! Пурпурный парус еле
Надут, спит стражник на стене.
Покинь лилейные постели,
О госпожа, сойди ко мне!
Она не спустится, – я знаю.
Что ей обет любви простой?
Я не напрасно называю
Ее жестокой красотой.
Ах! Верность – женщинам забава,
Не знать им муки никогда,
Влюбленному, как мальчик, слава
Любить вотще, любить всегда.
Скажи мне, кормщик, без обмана:
То кос ее златистый свет
Иль нежная роса тумана,
Что пала здесь на страстоцвет?
Скажи, матрос, ты малый дельный:
То госпожи моей рука
Иль нос мелькнул мне корабельный
И блеск серебряный песка?
Нет, нет! То не роса ночная,
Не блеск серебряный песка,
То госпожа моя младая,
Ее коса, ее рука!
Правь, благородный кормщик, к Трое,
Матрос, ты к гребле будь готов:
Царицу счастья мы, герои,
Везем от греческих брегов.
Уж небеса поголубели,
Час утра тихий настает.
Дружина, на борт! Что нам мели!
О госпожа, вперед, вперед!
Правь, благородный кормщик, к Трое,
Матрос, не бойся ты труда,
Как мальчик любит, любит втрое
Тот, кто полюбит навсегда.
Эндимион[42 - © Перевод А. Триандафилиди.]
Для музыки
Сад яблонь весь раззолочен,
В Аркадьи птичья песня льется,
Спешат овечки в свой загон,
А козы дикие – на склон;
Вчера любовь открыл мне он,
Сказал-де, что ко мне вернется.
Взойди, Владычица луны!
Будь стражницей его любовной,
Юнца узнаешь, безусловно, —
Его сандальи багряны?.
Его узнаешь ты, но где ж он?
Всегда пастуший посох с ним,
Он, словно голубь, тих и нежен
И кудри так черны, как дым.
Где милый друг? Уж еле кличет
Усталой горлинкой она;
У стойла волк голодный рыщет
И лилий сенешаль не свищет,
Себе ночлег в лилеях ищет;
На хо?лмах мрака пелена.
Взойди, Владычица луны!
Взойди на Геликона пик.
Коль милого увидишь лик,
Сандальи, кои багряны?,
И кудри темные, и посох,
И козью шкуру, что на нем,
Скажи, что жду в вечерних росах
Под тусклым гаснущим лучом.
С росой упала ночи тьма,
В Аркадьи птичья трель не льется,
Сатиры в лес бегут с холма,
Нарциссы клонит вниз дрема?,
Они закрылись, как дома?;
Ко мне любимый не вернется.
Ты лжив, ущербный лик луны!
Где ж милый ныне, где же он,
Где посох, алых губ бутон,
Сандальи, кои багряны??