С правом переписки. Письма репрессированного. 1934—1941

Ну, больше не могу писать, устал. Только что пришел с завода, и кишки играют марш. Завод от места моего пребывания 3 ½ километра, прошел туда и обратно под сильным ветром, здесь ветры и снег пятые сутки, несет и дует зверски.

Город производит впечатление вымершего города. Для курьеза по дороге на завод должен пройти от начала до конца главную улицу Советскую, она тянется около 1 ½ километра, здесь сосредоточены все советские учреждения, так я для курьеза считал встречных прохожих, было 2 часа дня, насчитал 3 верблюда и 29 человеческих существа. Вообще местный народ холода побаивается, но я переношу довольно сносно, не знаю, как будет дело с жарой.

Ну, пока, оставайтесь бодры и здоровы, пишите по новому адресу:

Западный Казахстан, Уральск, Пролетарская улица, дом 78, Е. П. Ганенко.

Уральск, 12.2.1934

Дорогие мои

Только что опустил одно письмо и, вернувшись с почты, застал дома повестку на сто пятьдесят руб, что заставило снова взяться за перо. Но, так как корешок перевода был адресован на имя Трякина, то не подумайте, что я еще не на собственной квартире и не пользуюсь собственным именем. Мне просто принесли на мою квартиру, что меня сильно обрадовало, а, с другой стороны, опечалило, так как пятьдесят руб, ранее мне присланные, меня запутали во всякого рода предположениях, а именно, что вы сами сидите на бобах и, быть может, воете, конечно, втихомолку волками, тем более, что я до сих пор на три заказных письма не получил ответа, а так как мне здесь стало известно, что мои письма не подлежат перлюстрации, то тем более удивительно.

Ну да ладно, надеюсь, что вы все мои письма получили, и что я скоро получу от вас подробное письмо с описанием вашего сиротского житья-бытья и горемыкания, надеюсь, со всеми подробностями. Ну а пока немного о себе. Живу так себе, не плохо, но и не хорошо, комнатушка у меня теплая 4х5 моя половина, в другой половине 4х4 живет старушка хозяйка, никудышняя по уральски, а по нашему бесцерковка или беспоповка Полно, как в моей, так и в ее комнате, икон и крестов старой иконописи, и изразцов.

И условия она со мной заключила драконовские, правда, устные, но которым я принужден подчиняться пока больше, чем советским законам. На основании этих законов я лишен права курить и пить водку в своей комнате. Условия антисоветские, так как явный подрыв госбюджета, но, увы, я должен был подчиниться в силу квартирного кризиса. Как то не хочется верить, что в такой дыре, откуда все здоровое старается удрать, может существовать жилищный кризис, но это факт, а это в силу того, что город разрушается.

В общем, я от лишений, добровольно взятых на себя, пока не страдаю. Курю я контрабандой, ну насчет водочки вы, конечно, не поверите, поэтому просто умолчу.

Итак, я с 15/2 приступаю к исполнению своих обязанностей на местном механическом единственном заводе, в качестве помощника мастера по холодной обработке. Оклад 350 руб, паек итр, как справлюсь со своими обязанностями, не знаю. Пока по предварительному ознакомлению все данные за то, что справлюсь. Отношение администрации хорошее, много в этом направлении сделали ребята из Гепеу. Завод небольшой, но хорошо оборудован новыми станками. Мне дали молодую бригаду, прибывшую почти одновременно со мной из Ленинграда, комсомольцев, мобилизованных на один год для усиления местной промышленности. Их 16 человек, возраст 19 лет, кончили ФЗУ на путиловском заводе в 1930 г. Бойкие ребята, но в работе слабо, ну не беда, как-нибудь в работе со временем выровняются.

Ну и все о себе, сейчас ложусь ужинать, пока столуюсь у Трякина.

Столовых хороших нет, а те, что есть, похожие на мерзкие кабаки, наполненные грязью, дрянной и грязной пищей, да на десерт пьяными. В пьянстве рекорд здесь побивают знаменитые чапаевцы, при этом первое впечатление такое, что как будто половины жителей Уральска все партизаны и чапаевцы. Рекомендую Володе ехать сюда, для него здесь широкое поле деятельности для вранья и питья, здесь все врут о своих героических подвигах, и почти каждый уралец ранен был в грудь и голову беляками, при этом друг друга стараются уличить, что он был белый.

Ну, это скучная материя, надоела она мне в Харькове.

Ну, всего хорошего, живите, цветите до нашей встречи.

Привет всем.

У нас продолжается снежная буря, но тепло и с крыш капает.

Уральск, 16.2.1934

Дорогие мои

В последнем письме я писал, что приступаю работать на механическом заводе, но, так как климат здесь неустойчивый, то и ход событий в моих делах тоже подвергаются закону непостоянства. Я изменил первому решению и поступил в Госшвеймашину на оклад 250 вместо первого 350—400. Вас, быть может, удивляет, почему так? Очень просто, завод, как я уже писал, находится далеко от города, 1 ½ час ходу от квартиры, улицы немощеные, плюс пустыри, хулиганство и бандитизм. Вот когда это все я учел, что придется по роду своих обязанностей оставаться на пару часов после работы, я предпочел получать меньше, как ставку, так и паек, но здесь есть перспектива, так как мастерская при магазине на хозрасчете, которого почти нет, то есть имеется 2 тисков побитых, три ½ напильника, в общем, инструмент паршивого кустаря. Сейчас допишу письмо после первого дня работы, и за этот день отремонтировал две швейных машины и одну пишущую машинку системы «Континентал», для начала, как будто, неплохо. Управляющий кугут, но кажется парень неплохой, кажется, мешать не будет. До весны надеюсь наладить инструмент, а с весны начнется работа на процентах, можно будет заработать до 400 руб, пока работа будет проходить с прохладцей, думаю договориться с шубной фабрикой на вечернюю работу по ремонту швейных машин. В общем, потихоньку начинаю входить в курс местной технической жизни. Думаю, что пойдет еще месяц с натяжкой, а потом все пойдет, как по маслу. Я начал вести переговоры с местной типографией, тоже, кажется, удастся закрепить за собой текущий ремонт, одним словом, буду начинать учиться халтурить и халтурить.

17/2.

Что же вы, черти, до сих пор молчите. Пишите подробно о своем житье-бытье, ничего не скрывайте. Как наша Машуля на положении соломенной вдовы? Хотя бы хоть теперь хорошо высыпалась, да только, наверное, вы, черти, на смену мне лишаете ее этого удовольствия, смотрите, ежели что да как, да она пожалуется! То вам достанется от меня, если кто летом попадет ко мне, хотя меня здесь так запугали перспективой летних прелестей Уральска, что, пожалуй, я буду противником вашего приезда, так —то.

Теперь о деле. Здесь ни черта нет из инструмента, поэтому прошу по мере возможности, достаньте маленькие сверла от 2 мм до 7 ½, винтовальную доску, мелких напильников штук 10 и маленький штангель. Поговорите с Володькой, если он не сволочь, то пусть сходит до Самбурского и поговорит с ним, тот поможет. Достать нужно до зарезу, а также попросите Терентия1, или сами зайдите к Сене инвалиду и спросите его совета и содействия добыть рычаги и два комплекта букв для пишущих машин.

За все можно уплатить, если можно достать, то поспешите, это очень важно, а так же добыть сотни две велосипедных спиц с гайками, здесь совсем нет, и на них можно здорово заработать. Одним словом проявите инициативу и активность, точка.

Утро 18/2. Дописую утром, сегодня выходной день, первый в Уральске. Нажарил рыбы, позавтракал, напился чайку, рыбка прямо с Урала 5 руб кило, вобла, чай на уральской воде, поэтому кажется довольно вкусным.

Встаю я в 6 час и сам стряпаю, затапливаю русскую печь, потом ставлю самовар, и потом начинаю сибаритничать до 8 часов, и так каждый день идет ровно и спокойно для начала. Вот хозяйка немного докучает своей желтухой, болеет она, и как старуха боится смерти, и когда ее прижмет, то просит совета у человека, по ее понятиям просвещенного, что чертовски мне в тягость. Ну да это временно, или она поправится, или ноги протянет. Я дал ей срок 1 ½ месяца, она желает, конечно, выздороветь.

И так пока все благополучно, мал-мало начинаю входить в колею местной жизни.

Ну, привет хорошему народу, спешу занять очередь за хлебом, беру сразу на три дня, чтобы не возиться. Хлеб здесь хороший, без примесей, но белого нет, серый да ржаной. Покупаю я здесь кроликов по 4 руб штука, их здесь продают много и доступно, поэтому я решил ими питаться, жарю и варю, и заметьте, все сам.

Ну живите бодро до встречи.

Уральск, 21.2.1934

18/2 получил ваше письмо вечером, хотел было сейчас же сесть и писать ответ, но так как было трудно сразу разобрать Машины иероглифы, то решил оставить на другой день, но последующие дни был занят по делам моей домохозяйки. Я, кажется, уже писал, что она больна желтухой, ей 65 лет, и вот старый хрен не хочет умирать. Нужно было позвать доктора, потом бегать за лекарствами, да еще кое-какие мелкие поручения. Ко всему по вечерам плохой свет от лампы, только сегодня улучил пару минут, которые и использую под шум и свист бурана, который второй день полыхает, да так что и зги не видать. Как вы там думаете о моем житье-бытье, но я лично вас позволю уверить, что чувствую себя неплохо в этой своеобразной обстановке, как будет дальше, не знаю, а пока хорошо.

Образ жизни веду спокойный, спать ложусь в 8 ½ часов, в 6 встаю.

Но вот у вас что-то неладно, если верить Машке, которая имеет слабость преувеличивать все и всегда всюду ужасы, примерно, что Костя повесил нос, ходит мрачный. Если это правда, то при встрече через два года я потяну его за нос, ибо он у него, наверное, к тому времени будет до полу. Баста, темно.

22/2. Сегодня сюрприз, мой хозяин оказался говно в полном смысле. Пришлось поругаться и бросить работу, но у меня есть надежда устроиться на шубный завод. Скверно, что я запутался вначале материально, и сейчас трудно разворачиваться, так как на сегодня у меня осталось 12 руб, да еще совзнаках, что неприятно действует на нервы. Как видно, вам придется как-то меня еще последний раз выручить, зато потом я надеюсь, что буду вас поддерживать. Сейчас иду договариваться в гараж союзтранса, не знаю, чем кончится, потом сообщу.

Погода сейчас резко изменилась, тает, тепло, а утром был мороз, что будет завтра, трудно сказать.

Ну пока, всего, бегу из дому моей старухи, сегодня хуже скулит.

Ну всего хорошего

Подтяните Костика коллективом, держитесь бодро, тогда и мне будет хорошо, пусть он напишет заметки.

Привет всем.

Если запрошу телеграфно денег, то вышлите, сколько сможете, а может, я и обойдусь.

Я буду писать, когда твердо устроюсь, а пока буду молчать.

Уральск, 24.2.1934

Сел писать под вой вьюги снежной. Чертовски не постоянная здесь погода, вчера была чудная погода, тихо, солнце, и ночь ясная, лунная, а на утро жутко выходить на улицу, так что целый день лежу на кровати, читать нечего, все, что привез, уже перечитал, конечно, по два раза. Курить нельзя из-за больной старушки, что увеличивает на сегодня скуку. Но зато в остальные дни скучать некогда, хожу по гаражам и знакомлюсь с народом, т.е. шоферней, которых здесь довольно много, и единственный народ, который не нагоняет скуки. Работа наклевывается, но пока не работаю, хотя уже мог устроиться, но оказывается, что третье место, которое мне предлагают, пришлось отклонить по совету старожилов. Я один раз их совета не послушался и пошел в Госшвеймашину, и теперь каюсь и решил слушаться.

Когда поступал в Госшвеймашину, то меня предупреждали, чтобы я не шел, что там очень скверно, и что там никто более месяца не продержался, и оказалось, что они были правы, так как я, при всем моем желании работать, хотя бы для того, чтобы бежать от скуки, не мог выдержать более пяти дней. Ну, да черт с ними, все же я скоро устроюсь и, наверное, хорошо, только придется, наверное, еще немного потерпеть. Меня сейчас только одно беспокоит, что, пока я стану на твердые ноги, я заставляю вас терпеть нужду тем, что выкачиваю из вас гроши. Но, что делать, потерпите маленько, если можно, то продайте что-нибудь с вещей, потом все наверстается. Лишь бы сохранилось здоровье, остальное все наживное.

Черт возьми эту трущобу, жрет она много много денег, правда многое зависит от того, что я еще новичок, не достаточно приспособился, но постепенно начинаю приспосабливаться. Первый мой промах был, что я, нанимая квартиру, не знал, что значит иметь здесь свою топку печи, а оказалось, что это удовольствие по местному рынку стоит на два месяца сто сорок пять руб, в то время, когда можно было за 140—150 руб иметь комнату с отоплением. Мне показалось, что я буду иметь экономию, исходя из расчета годичного, но тут-то я и просчитался. На первое время приходится мириться, на дальнейшее время это все уладится, и я буду иметь кое-что посылать.

Главное, не делайте, а особенно Маша, никаких гадательных и скучных выводов, тогда все на будущее будет хорошо. Не знаю, какие причины, перемена ли обстановки, или местный климат, но я себя здесь чувствую хорошо. Сон и аппетит, я даже не помню, когда таким обладал, а главное, нервы, точно никогда у меня и не было неврастении. Вам, может быть, не верится, но это факт, который подтверждаю хотя своим почерком, если вы обратили свое внимание на него. При этом учтите, что перо ни к черту не годится, а чернило сделано из чернильного карандаша, требующее все время внимания, чтобы не посадить кляксу. После всего указанного вы должны поверить моему процессу перерождения, так что к концу моей трехлетки я безусловно буду перерожден и на что-нибудь еще в жизни обществу пригожусь вопреки пророчеству политических шарлатанов, живших и живущих паразитической жизнью на общественной шее. Так-то, хлопчики, все к лучшему в этом мире. Если сможете, то пришлите литературу по автостроению и ремонту, она мне очень нужна. Жалею, что не взял вместо того барахла, которое привез с собой. Здесь имеется до 10 гаражей с общим количеством грузовых машин 1350, из них только 60% на ходу, остальные в ремонте, и отсутствие частей, да 175 фордов легковых. Шоферы здесь зарабатывают ставка 200 р, а вырабатывают до 450 с мая по ноябрь, остальные месяца больше на ремонте, тогда на ставке. Я очень жалею, что не научился водить машину.

Ребята, разыщите мое итеэровское удостоверение и Машину справку с артели, она в столе.

Сейчас одолевает соблазн, буду стремиться попасть работать в гараж, на одном гараже, правда, сорвалось, в гараж связи нужен помощник механика, и договорился с механиком и завгаром, и дело было уже в шляпе, но когда дело дошло на начальство, то оно, блюдя классовую бдительность, отказалось провести приказом. Хотя гепеу дало справку, что не возражает, но оказалось, что у бывшего казачьего офицера что-то в этом роде больше классовой бдительности, чем у гепеу. Такие чудеса творятся только в стране, где строится социализм. Печально, но против фактов не попрешь.

Ну пока

PS. Как только устроюсь твердо с работой, стану вам описывать местный быт, есть много интересного.

Уральск, 27.2.1934

Сегодня был в скотоводтресте, говорил с директором. Обещал на этих днях устроить на работу, а пока дела дрянь, но не безнадежные. Нужна небольшая выдержка. По существу нужно монету, а ее то у меня нет, и негде достать, здесь по два месяца не платят зарплаты, так что даже на рынке не покупают хороших вещей, например, я носил светр и не мог продать. Благодаря такому казусу два дня ничего не жрал, за исключением сладкого чая, благодаря чему намного уменьшил свои сахарные запасы, а здесь на этот счет довольно туго, да ни черта!..

Как-нибудь трудное переживу, главное, настроение хорошее и здоровье тоже неплохое. Остальное как-нибудь мал-мала натянем. Сейчас погода установилась хорошая, дни солнечные 18 до 20, ветру нет, так что приятно гулять по улицам, что я и делаю. Все же Уральск.

В 8 часов вечера жизнь в городе полностью замирает, запоздавший обыватель стрелой проносится по улицам, стараясь обойти встречного из боязни быть раздетым. Здесь раздевание широко практикуется, да и убийства явления частые и обычные. В общем, хулиганство и пьянство процветают. Милиции не видать. Я это время, шатаясь по городу, только пять раз встретил мильтош, и то какие-то замызганные жалкие киргизята. Местный народ русские казаки очень грубые, без матерного слова не может фразы сказать, как мал, так и стар, киргизы намного лучше, особенно интеллигенты на редкость симпатичные люди. Собираюсь учить казахский язык, с ним здесь та же история, что и на Украине с украинским языком. Всем язык обязателен, но никто его не знает, тем более алфавит латинский и масса слов искусственных, киргизам непонятных. Так-то обстоят дела.

Что это вы, черти, ничего не пишете, за 6 недель от вас одно письмо, тогда как я вам написал, кажется это уже шестое. Смотрите, если я осерчаю, то перестану совсем писать, поэтому предлагаю принять меры к поощрению меня. Для этого предлагаю в порядке нагрузки особенно возложить обязанности эти на пролетарскую нашу часть, для них это тоже будет полезно как практика в литературном изложении своих мыслей, а Алешка по сему случаю еще и разовьет свое остроумие, которого ему немного не хватает. Что касается почтенной нашей лапушки, то предлагаю Виктору ее письма корректировать перед посылкой, иначе она меня замучит своими иероглифами и загрузит меня большой требующей разъяснения перепиской. Так я до сих пор полностью не разобрал ее письма, это теперь, когда я имею все свое свободное время, а что будет, когда я стану работать?

В общем, регулируйте все так, как ваши бытовые условия позволят, я в прошлом письме просил вас прислать мне литературу по автостроению и ремонту, а также разыскать мое удостоверение Горзавтреста, что я состою и. т. р., а также выписку ЦКК о стаже.

Был я на местном консервном заводе, находится он в семи километрах от города. Завод неплохой, но загружен на 40%, нет жести для банок. Рабочих на сегодня около 700 человек. можно было бы устроиться туда работать, но отдаленность и отсутствие жилища мешает возможности на сегодня поступить туда, к всему еще и черта оседлости, черт бы ее побрал. Хотя последнее, быть может, удалось бы нарушить, как исключение для специалиста. Я на эту тему не вел разговоров с моими опекунами, но наверное, придется, завтра пойду на переговоры. В зависимости, как пойдут переговоры с трестом, возможно, что предложат поехать в один из совхозов.

Ну, пока для вас довольно будет моих повествований.

Моя хозяйка продолжает лежать и стонать, все не хочет помирать. О чем я начинаю жалеть, так как старушонка довольно таки противная, даже курить не позволяет. Хотя как раз на сегодня это и не беда, так как курить нечего. Ну а вообще это вызовет между нами конфликт. Худо то, что я, наверное, должен буду проиграть, так как по неопытности уплатил за 1 ½ месяца вперед, так что придется ее терпеть.

Ну, пошел промышлять, где-нибудь что-нибудь пожрать.

Уральск, 28.2.1934

Вчера уже было заклеил конверт и пошел доставать сорок копеек на марки, но, не достав таковых, вернулся домой, и оказалось, к лучшему, так как дома застал ваше письмо, которому был очень рад, правда, если б в нем оказалась десятка денег, то я, конечно, был бы еще более рад, конечно, на этот момент. Ну, да неважно, сообщаю дополнительную новость. Вчера вечером в 8 часов был зачислен в штат гаража скотоводтреста. Надеюсь, что на этом мои мытарства заканчиваются и я вступаю в нормальную трудовую жизнь. Вот только, как перебиться этот месяц с деньгами? Не знаю. Ну да в таком случае русский авось всегда приходит на выручку. В гараж я принят с целью ознакомиться на практике с моторами внутреннего сгорания, для того, чтобы потом можно было бы меня использовать в качестве зав. Гаража или мтс в одном из крупных совхозов скотоводческой системы. Придется приналечь на усваивание. Срок три месяца, надеюсь справиться с возложенной на меня задачей. Люди, с которыми я столкнулся в этой отрасли, производят хорошее впечатление на меня, что дальше будет, будущее покажет, а пока с 2/3 приступаю к работе.

Я посла вам 22/2 телеграмму, чтобы вы выслали денег, и все эти дни ждал, хотел послать вторую, но нет денег даже на марки. Сегодня достал 2 руб, хватит на хлеб и марки.

Кстати, ребята, я выше пишу, чтоб мамочкины письма брали под корректуру, но сейчас добавляю, что нужно установить и цензуру, да и саму нужно взять под наблюдение, и при малейшей тоске и скуке, которая на нее стала усиленно последнее время на нее наседать, по ее заявлению в письме. Нужно брать ее без пощады в шоры, пусть лучше злится на вас и уничтожает свое латочное барахло и ломает на ваших головах чашки, но только не тоскует, и не грустит.

Тоска и грусть самые гнусные спутники человека.

Ну, пока, а ты, Алешка, позли Костю, а потом поплачь тоже от злости, злость, говорят, вообще полезна.

10 ч утра 28/2 1934

PS. Насчет пересылки барахла нужно пока погодить, а сладкого не повредит, но при условии не в ущерб вам самим, будет нехорошо, если бы от меня умалчивали, как вы там шамаете.

С следующей почтой жду полного доклада по всем бытовым вопросам. Устанавливаю порядок переписки нормальный: 1 и 15 числа, то есть на месте назначения каждого 7 и 21 или 22. Вы установите тоже порядок.

Уральск, 1.3.1934

Итак, завтра приступаю к работе, пока сижу, как отшельник в своей келье, на дворе снова ветер северко и метель, а в соседней комнате, которая не отделяется от моей никакой перегородкой, за исключением русской печи, сидят две вековуши – кликуши, а третья лежит, и как осенние мухи, жужжат. Монотонно, надоедливо, все о болестях и смерти… да еще о божественном, и эти божественные сюиты приходится мне довольно часто выслушивать, и некуда спрятаться. Когда бывает хорошая погода, то есть возможность пару часов шляться по улицам или по базару, ну, а в дурную погоду подвергаться пыткам. А в общем, край необузданной дикости, шесть указаний Сталина2 проведены здесь, как нигде, на все 100%, но интересно, что все – сторонники советской власти и коммунистов, но большая ненависть к комиссарам. Я первое время никак не мог понять этого своеобразного разделения, и только на этих днях, столкнувшись с одним местным коммунистом при оригинальной обстановке, для вас маловероятной, но это факт. Моя хозяйка готовится нето перейти к смерти, нето просит у бога продления долгой жизни. Для этой цели были зажжены у икон лампады, и приглашен поп и ближайшие родственники старухи, в присутствии которых произведена была попом ритуальная процедура над старухой под названием «соборование». Я столько лет прожил, но, честное слово, не имел представления об этой детски наивной процедуре. Спасибо Пав. Петр.3, благодаря его участию я хоть на старости лет познаю эту сторону духовной жизни русского Великого народа. Да, так я отвлекся. На этом почтенном сборище ископаемых таковыми должны казаться местные советские граждане самому захудалому хохлу из Кобеляк. Присутствовали три фигуры из уральского общественного актива: один коммунист завмаг, секретарша колхоза, зав учет сектором облфинотдела. Не желая их стеснять, я вышел на время этой процедуры, и, когда вернулся, все уже было кончено, и присутствовавшие сидели чинно у кровати больной, но так как представители интеллигенции уже были осведомлены на мой счет, кто я такой, секретаршей, которая есть дочь старухи, и нужно сказать, что вполне достойная своей среды. Имеет от роду 33 года, окончила 5 классов или 6 гимназии, имеет советский стаж службы 10 лет, и вот эта особа воспитует двух своих дочек 10, 11 лет в религиозном духе, при этом как-то совмещает и советский дух, девочки, оказывается, состоят в пионеротряде. Когда я задал матери вопрос, как это совмещается? То она мне ответила, что делать нечего, детей будут притеснять и лишат тех льгот, какие существуют. Вот и бери этих казаков. Это может показаться маловероятно, но это факт.

Ну, пока довольно, оставляю на завтра.

2/03. Только что вернулся с работы и на пустой желудок присел писать письмо, только для того, чтоб забыться, но, кажется, чертов желудок не поддается никаким внушениям. Правда, этот режим тянется уже 6 дней. Одним словом, к моему стыду, я так влип в этом Уральске, сообщать стыдно, подробности когда-нибудь напишу или расскажу. Констатирую только, что и здесь жулики такие, как и в Харькове, только там я умел их различать, а тут трудно, потому что все они здесь, точно по шаблону. Теперь я уже научен горьким, а еще больше голодным опытом, поэтому уже больше меня черта объегорят. Скоро начну в порядке реванша сам крыть их. Один уже начинает это чувствовать и пытается оправдать себя, что он непричастен, да ни черта. Я делаю вид, что верю ему, только для того, чтоб усыпить его бдительность. Ну да ладно, а пока окончательно, и кажется, надолго я пустил свой якорь в гараже скотоводтреста. Пока работы почти нет, но ожидается горячая работа с мая месяца, и тогда заработки будут достигать 500 руб на протяжении 7 месяцев, а пока будет не более 200 р, но зато разрешается брать работу со стороны, пользуясь мастерской и инструментом бесплатно, так что надеюсь подрабатывать до 150 руб. Уже сейчас веду переговоры с местной типографией на ремонт машин, а также буду брать пишущие машины. Если бы вы могли выполнить мое поручение, о котором я писал, было б неплохо, если б вы достали хотя б только шрифт.