скачать книгу бесплатно
Обычно магистр относится к своим пациентам гораздо спокойней.
– Уже ничего. Я остановил инициацию. Сейчас она спит, – тихо ответил и встал, кивая на дверь. – Пойдемте, нам нужно поговорить.
– Да, конечно, – переходя на шепот, согласился магистр. – Только проверю ее состояние, – и запустил в Тэйлин сканирующее заклинание. Чему-то кивнул и вышел вслед за Арнаром.
Они миновали пост всполошившейся лекарки и прошли в кабинет. Магистр Сандар щелкнул выключателем магического светильника, и тот резанул глаза слишком ярким светом. Магистр поморщился и включил другой, менее яркий артефакт.
– Что случилось с девочкой? – спросил он, усаживаясь на стул.
– У меня к вам такой же вопрос, – откинул назад полы мантии Арнар и сел напротив. – Но об этом чуть позже. – Задумчиво постучал пальцами по столу. – Старшекурсники каким-то образом спровоцировали инициацию девушки, но ее магканалы к ней оказались не готовы. Повезло, что я проходил мимо и успел ей помочь. Счет шел на минуты.
– Что значит «каким-то образом»?! – нахмурился магистр Сандар и испытующе посмотрел на коллегу. – Грэг, неужели вам не удалось считать ее поверхностные эмоции? Уверен, при желании вы можете проникнуть гораздо глубже.
– Арнуэл, – перешел на дружеский тон и он, – в том-то и дело, что я увидел что угодно, но только не ее реакцию на парней. Складывается впечатление, что они просто потянули за какую-то ниточку, которая зацепила девушку за живое. А вот там уже и правда было отчего испытывать такие негативные эмоции.
– Негативные? Что вы увидели?
– Ничего конкретного, – не стал вдаваться в подробности Грэг. – Но похоже, что с семьей у нее не самые лучшие отношения. – Старик, услышав это, нахмурился. И все же Грэг интуитивно почувствовал, что тот испытал облегчение. К чему бы это? Охотник внутри него встрепенулся и взял след. – Насколько я знаю, адептка совсем недавно была в лекарском крыле, и вы должны быть об этом в курсе. Что с ней случилось? И почему ее организм и магканалы в таком плачевном состоянии?
– О последнем я, к сожалению, знаю не больше вашего. Более того, в прошлый раз она поступила сюда в еще худшем состоянии, и нам пришлось выводить ее из него с помощью артефактов. Думаю, повторный курс лечения в сложившихся обстоятельствах будет вполне оправдан.
– Неужели вы не интересовались причиной?
– Ну почему же, интересовался. Но она не говорит, а все вокруг как один твердят, что не видели, чтобы с тихой незаметной адепткой происходило что-то не то.
– Странно… – протянул Грэг. – Неужели она совсем ничего вам не рассказала?
Магистр Сандар лишь развел руками и, как бы Арнар ни выспрашивал, как бы ни выводил на откровенность, ничего толкового больше не сообщил. Возможно, Грэг и поверил бы старику, но чуйка твердила, что в истории с этой адепткой не все просто, и Арнуэл точно в курсе некоторых деталей, но почему-то не хочет ими делиться.
Грэг снова побарабанил пальцами по столу и задумчиво посмотрел на тусклый светильник над столом.
Вряд ли там что-то сверхъестественное. И у него уже есть в голове логичные догадки, как все происходило, и все же что-то во всей этой истории не вязалось. Странные воспоминания девушки, странная реакция магистра Сандара, ее странное состояние и попустительское отношение семьи и всех окружающих. Слишком много странностей вокруг одной хрупкой девушки.
– Что ж, уже поздно. Пойдемте, друг мой, отдыхать, – вывел его из задумчивости голос магистра Сандара.
– Да, конечно. Пойдемте, – кивнул Грэг и решил, что присмотреться к этой адептке будет нелишне.
Глава 6. Выздоровление
Вышла на крыльцо и зажмурилась от яркого солнца. Двое суток в лазарете с очередной порцией артефактной терапии – и я совсем другой человек! Остановилась, ощущая, как теплый ветерок треплет выбившиеся из косы волосы, вдохнула опьяняющий цветочный запах.
Хорошо-о! Как же хорошо жить и чувствовать! Ощущать вот такие мелочи, из которых и складывается жизнь.
После своей не совершившейся инициации я словно сбросила с плеч груз, вес которого и не замечала, и теперь готова была взлететь – так легко стало. Не знаю, что сделал магистр, но его песня что-то сделала со мной, и теперь прошлое осталось в прошлом.
Почти.
То, что я при этом умудрилась больше узнать о жизни настоящей Тэйлин, стало неожиданностью и вызывало такой гнев на ее окружение, что руки сжимались в кулаки. Но изменить что-либо для нее уже невозможно, оставалось надеяться, что сейчас ей лучше там, в огромном всепоглощающем ничто.
Темнота. Кругом темнота. Ничто. И все же я себя ощущаю. Мыслю, значит, существую? Но я была уверена, что физического тела у меня уже нет. Так где же я существую?
Мысли текли патокой, вызывая легкий интерес исследователя и созерцателя. Но созерцать вокруг было нечего, а потому, чтобы не потеряться в этом ничто и нигде, приходилось сосредоточиваться на мыслях.
Внезапно я ощутила присутствие другого разума. Или души? Так странно… Попробовала дотронуться до него, но ничего не вышло. Невозможно дотронуться до чего-то, если у тебя нет тела. Хотя… Получилось! Не знаю как, но у меня получилось!
– Ты кто?
– Я? А разве здесь это имеет значение? – тускло ответили мне.
И я внезапно поняла, что совсем недавно эта душа была молодой девушкой, но почему-то сильно устала.
– Где здесь? – зашевелилось во мне любопытство.
– Здесь, – безразлично ответила она. – Разве это имеет значение?
– А что тогда имеет значение?
– Я не хочу возвращаться.
– Куда возвращаться?
– Обратно.
Я задумалась. А я бы хотела вернуться? Только куда?
– А я бы вернулась. Но у меня при всем желании этого не получится.
– А меня зовут, тянут, – я правда почувствовала, что эта душа не покинула ничто только потому, что соприкасается со мной. – Но я не хочу… – как-то обреченно произнесла она.
– Почему? Ты больна? – почему-то это сразу пришло на ум – слишком тусклой была эта душа, вымотанной.
– Нет. Все говорят, что со мной все хорошо.
– У тебя тяжелая жизнь, тебе приходится много работать, чтобы выжить?
– Нет. Я учусь в академии, со мной рядом всегда находится сводная сестра, которая меня любит. Говорит, что любит… Все относятся ко мне хорошо. Наверное…
– Не понимаю тебя.
– Там все бессмысленно, серо, одинаково. А то, что обретает смысл, тут же отбирают и делают больно. Так больно… Не хочу… – тускло и безжизненно прозвучал ответ. – А меня тянут обратно.
– Но разве здесь лучше?
– Лучше. Здесь я отдыхаю. Здесь мне хорошо. Здесь не больно.
– А мне здесь уже надоело.
– Хочешь вернуться вместо меня?
– А можно?
– Можно, – внезапно раздавшийся чужой голос-мысль ворвался в наш разговор. – Вам двоим – можно. Только тебе придется во многом разобраться, чтобы исправить то, чего быть не должно, – обратился голос ко мне, а потом к тусклой душе: – А тебе придется пробыть здесь намного дольше положенного срока, чтобы восстановиться. Но это лучше, чем полное развоплощение, которое ждет тебя там.
– А меня полное развоплощение там не ждет?
– Это будет зависеть от тебя, и у тебя будет шанс заработать лучшее перерождение.
Хочу ли я лучшее перерождение? Кто же от такого откажется? Но стоит ли оно того? Если у меня не получится, я ведь вообще исчезну. По крайней мере, я так поняла то, что имело в виду это существо, которое ощущалось как нечто невероятно мощное и всеобъемлющее.
– А зачем это вам? – спросила я.
– Я уже сказал – тебе нужно будет исправить то, чего не должно быть, возможно, возродить то, что должно существовать.
– А зачем это мне?
– Ты ведь хотела лечить? – Это было моей мечтой, а в какой-то момент стало навязчивой идеей, которой в той жизни не суждено было сбыться. – Ты попадешь в магический мир и будешь обладать этим даром.
Почему-то я даже не удивилась, что есть магический мир и я смогу лечить – не верить этому существу (или божеству?) невозможно. А соблазн слишком велик…
– Согласна!
Мой возглас прозвучал одновременно с голосом второй души.
А в следующее мгновение мы с ней словно прошли сквозь друг друга, и…
…я открыла глаза и тут же нос к носу встретилась с четверкой парней, которые стали причиной моей внезапной инициации.
Застыла на месте, не зная, чего от них ожидать. Подумала вдруг, что магистр, который меня спас и заворожил удивительно красивым низким с хрипотцой голосом (слушала бы и слушала, до сих пор мурашки бегут, стоит вспомнить его пение), мог их хорошенько наказать, решив, что это они стали виновниками чуть не случившейся трагедии. И тогда они вряд ли бы пришли поздравить меня с выздоровлением.
Стоим молчим. Я подобралась, готовая, если что, бежать обратно в здание.
Наконец Рэйнар вышел вперед, приложил кулак к сердцу и торжественно произнес:
– Графиня Фрэй, я и мои друзья, – на этой фразе оставшаяся троица склонила голову и повторила его жест, – приносим искренние извинения за произошедшее несколько дней назад. Мы не хотели вам ничего плохо и сожалеем о том, что вам пришлось перенести по нашей вине. Готовы принять от вас виру, – и склонил голову, ожидая ответа.
Не такой сцены я ожидала. Застыла на месте, не зная, что им ответить. Все же мне были принесены официальные извинения, как члену графской фамилии, да и вира… Они что, правда думают, что я с них деньги сейчас стрясу за моральный ущерб? Нет, ущерб, конечно, был, но мне кажется, что нечто подобное все равно должно было случиться. Слишком много негативного багажа я прихватила с собой, и от настоящей Тэи осталось не меньше – пока магистр рассматривал один кадр из жизни девушки, я видела гораздо больше. Оно должно было рвануть, и мне повезло, что все закончилось так хорошо. Еще и терапию артефактами прошла и чувствовала себя гораздо лучше, появилась энергия и уверенность, что теперь я окрепну гораздо быстрее.
Но отвечать парням что-то было нужно. Хотелось буркнуть что-то вроде «катитесь в закат, я на вас не обижаюсь», но меня бы точно не поняли. Вернее, не поняли бы графиню Фрэй, кем я теперь являюсь.
– Уважаемые эры[2 - Эр – уважительное обращение к мужчине.], я не держу на вас зла. Я принимаю ваши извинения и надеюсь, что в будущем мы избежим подобного недопонимания.
Парни чуть расслабились, но продолжали стоять, склонив головы, – ждали, когда я объявлю им свою виру. И ведь совсем ничего не потребовать я не могу! Этим я оскорблю аристократов. Понимание этого пришло из глубин памяти Тэйлин. Только мне от них ничего не нужно. Пусть отстанут и ладно! Хотя…
***
После того как я озвучила свою виру, парни приуныли. Думали отделаться деньгами? Ха! Их у графини Фрэй много. Главное – забрать мой магический амулет у «любимой» сестренки, и эта проблема перестанет существовать. Такие амулеты есть у каждого одаренного, и являются они одновременно документом, ключом доступа в банк, накопителем информации, защитой и даже переговорным устройством. Сколько «себя» помню, он всегда был при мне. Мачеха попыталась однажды его поменять на другой – не знаю зачем, но отец это пресек. А когда я появилась в академии и особенно плохо себя почувствовала, сестра под благовидным предлогом его у «меня» вытребовала. И ведь создала такую ситуацию, что «я» и правда чуть не отдала его постороннему человеку! «Я» тогда была в таком состоянии, что многое делала на автомате. Вот такой вот «заботой» она «меня» окружила…
Пока что я не поднимала этот вопрос – не до того было. Но чем дальше, тем острее мне нужны были деньги. А как раньше подходить к Лайзе, чтобы попросить какие-то мелочи для учебы или гигиены, мне не позволяла гордость. У себя в мире я сама зарабатывала и содержала маму, и сейчас становиться зависимой от чужого человека мне неприятно. Конечно, деньги, что лежат здесь в банке, не я заработала, но я учусь, и родственники обязаны меня обеспечивать всем необходимым. И если я буду рассуждать иначе, то нанесу урон своей чести и чести своего рода. И я готова получать эти средства напрямую, но никак не через Лайзу!
А пока…
– Ну что, кто сегодня будет со мной заниматься развитием магического зрения? – посмотрела я на парней.
Берг и Карл потупились, а вот Морис с Рэйнаром переглянулись:
– Сегодня наш день. Будем заниматься с тобой по двое.
Ну хоть официоз из речи ушел! Значит, отключили режим высшей аристократии. Уже проще.
– Хорошо. Но у меня сейчас занятия, а вот после обеда давайте встретимся у стадиона. Заодно объясните мне взаимосвязь магических потоков и математической модели магистра Гауса.
– А что в этом сложного? И какие занятия? – удивились парни. – Ты же еще не определилась с цветом магии?
– Ну и что? Моя мама была целителем, есть большая вероятность, что и у меня проснется этот дар. В любом случае теоретические уроки по этому предмету мне точно пригодятся. Магистр Сандар выдал мне допуск к занятиям.
– Да? Ну тогда мы тебя проводим, – и взяли меня в своеобразную коробочку.
– А вам что, учиться не нужно?
Мы шли, а немногочисленные встретившиеся по дороге адепты на нас косились.
– Нужно, конечно. Но если бы ты настояла, мы бы занятия пропустили.
Да уж, вира для аристократа – не пустой звук. Эти парни готовы прогуливать и получать неуды, но выполнять свои обязательства.
– Слушайте, давайте так, – я остановилась и серьезно на них посмотрела. – Выплата долга никак не должна влиять на вашу учебу. Мы вполне можем договориться, когда нам всем удобно уделить время для моих занятий.
– Ты вправе требовать от нас…
– Я знаю, что я вправе! Вот я и требую, чтобы ваша учеба не страдала от занятий со мной.
Тема учебы была для меня больной. В свое время я так и не смогла пойти учиться, хотя очень хотела. Маму парализовало, ей требовалось дорогостоящее лечение и постоянный уход. Деньги быстро испарились, но я нашла работу в сети и более-менее держалась на плаву и имела возможность всегда находиться дома. Жаль, в медицинском нельзя было учиться на удаленке, но это не мешало мне интересоваться предметом и надеяться когда-нибудь снова поступить в институт. Потом даже зарабатывать стала неплохо, а у мамы начались сдвиги в лечении. А потом к нам приехала тетя…
Я отогнала неуместные мысли, ожидая ответа парней. Те удивились такой моей категоричности, но с облегчением согласились:
– Хорошо, но тогда сегодня мы не сможем долго заниматься. Магистр Арнар… В общем, вечером нас ждет виварий…
– И целые стойла дерьма виверн и прочей академической живности, – вздохнув, добавил Морис.
– И так целую неделю, – грустно дополнил Карл.
– И это не считая удвоенной нагрузки на занятиях по физподготовке, – вставил свои пять копеек Берг.
Последние два восклицания Морис с Рэйнаром посчитали лишними и недовольно на них покосились.
Эти два рыжика, Карл и Берг, явно братья. Хотя и не похожи друг на друга. Их выдавали одинаковые жесты и мимика.
– Сочувствую, – вздохнула я.