Площадка

Я так устал, что не хотел ни во что вникать, но и проигнорировать обращение соседки не мог.

– Во сколько и по поводу чего будет собрание?

– Как, вы не в курсе?

– Да, вот так. Много работы, совершенно потерялся в жизни подъезда.

– Завтра к десяти приедет губернатор, будем проводить собрание по поводу детской площадки.

– А что с ней не так и почему такими вопросами занимается губернатор?

– Так вот и я про то ж. Это все Маринка с пятого этажа. Сама себя назначила старшей по дому. Сама нигде не работает. Бегает по всем инстанциям, только воду мутит.

– А что не так-то с площадкой?

– У Маринкиного мужа машина. Так вот, когда он приезжает, на стоянке мест нет. Вот она и решила, что стоянку надо расширить: у нас же школа художественная напротив, и родители, когда детей забирают, стоянку-то и занимают. А площадка детская близко к дороге сделана, и ее, дескать, переносить надо, а на месте площадки стоянку делать под шлагбаум. Вот такой у нее проект.

– Понятно. Так, получается, уже все решили?

– Нет. Многие против. Вот и послушаем, что губернатор решит. Так что, придешь?

– По работе смотреть надо. У меня коллега в больнице, так что я один остался.

– А что случилось?

– Под дождь попал.

– Что ж он не предостерегся?

– Да вот… вышло так.

– Ну ничего. Дождь… он всех разделит. Ничего ты тут не изменишь.

– Да уж!

Я кивнул и вошел в подъезд. Поднялся на второй этаж. Открыл дверь. Повесил сушиться одежду. Включил колонку. Горячая вода начала наполнять ванну.

Как же хорошо быть дома! День, полный забот и волнений, подходил к концу, а мне почему-то было мучительно больно и стыдно за то, что не я упал в воду.

День 193-й. Воскресенье

Сегодня громыхало как-то по-особенному и с определенной периодичностью, еще и сверкало. Проснулся, как всегда, рано. Включил компьютер и стал загонять и обрабатывать полученные данные. К девяти большая часть работы была выполнена. Можно позволить себе сходить в кофейню, чтобы насладиться свежеприготовленным капучино и каким-нибудь пирожным.

Дождь, несмотря на ночные громыхания, был мелким и редким. Машин на дороге нет, а во дворе суета. Какие-то незнакомые люди в одинаковых робах установили белый шатер в центре детской площадки и подключили аппаратуру, из колонок которой звучала музыка:

Я прошу, поговорите со мной, друзья… Я прошу, поговорите со мной, друзья… Старая в альбоме есть фотография. Мы на ней словно мафия Или просто семья. Я прошу, вы привезите с собой дожди С севера или какой-то другой земли. Истина, ты словно пуля у выстрела, Так проста и немыслима… Привозите дожди… Дожди, косые дожди… Дожди с далекого берега. Дожди, косые дожди… Дожди… Я прошу, не уезжайте, любимые. Я прошу, не уезжайте, любимые. Я прошу, вы возвращайтесь, любимые, И приезжайте любимыми, Я вас очень прошу[3].

Чтобы дойти до кофейни, мне пришлось пройти полквартала и перейти на другую сторону улицы. Широкие громадные стекла создавали ощущение, будто сидишь на улице. Однако здесь имелись места, защищенные от любопытствующих перегородкой, что позволяло злоупотреблять кофе двумя возможными способами: в одиночестве и наблюдая за прохожими. Вопреки тому, что сегодня воскресенье, да еще и утро, в кофейне, как мне показалось, было слишком много людей.

Еще одной изюминкой, которая в свое время покорила мое сердце, стал бюст на входе, одетый в очки и защитную маску с надписью: «Мы всегда вас ждем». Но если в начале введения защитных средств это было оригинально, то через пару месяцев проливня такой прием уже казался до противного банальным и даже пошлым, а еще через пять месяцев от напоминаний о том, что мы попали в величайшую эпоху – эпоху бесконечного ливня, – меня тошнило.

Дождь пробивался во всем. Мужчина – широкоплечий, высокий, с крупным носом и толстыми губами, обрамленными густой рыжей бородой, видимо компенсирующей недостаток волос на голове, – сидит за столом и читает газету. Она пестрит заголовками: «Благодаря дождю экономика региона открыла новые ниши для экотуризма», «Энергетический кризис, решение найдено: дождь» и так далее. Молодой человек возле окна развалился в кресле. На нем футболка с принтом, на котором изображен дождь, а внизу красуется надпись: «Падающий с Неба дождь оплодотворяет Землю, и она рождает зерно для человека и зверя» (Эсхил). Девушка – светловолосая, в костюме с рисунком в виде косого дождя – аккуратно подносит чашку кофе к губам, а я не могу не обратить внимания на маникюр с рисунками в виде молний. Все эти люди делают все как обычно – так, словно бы за окном нет дождя, нет этого серого безысходного неба и всепоглощающей тоски. Мне хочется закричать им: «Вы что, не понимаете, что это ненормально, так не должно быть!» Но я точно знаю, что они уже приняли ситуацию, смирились и сжились с ней. Нет, не подумайте, что я тоже заболел, только в обратную сторону. Я просто хочу разобраться, почему идет дождь, точнее, даже так: почему дождь идет только здесь, а для других его словно бы и нет.

Если быть откровенным до конца, то мой воскресный утренний поход в это кафе неслучаен. Хотя все мое поведение объясняется очень просто, и не стоит искать в нем глубокого подтекста. Еще до того, как начался дождь, в одно из обычных и ничем не примечательных воскресений – я уже и не помню, какова была причина, чтобы заглянуть именно сюда в этот день недели и именно в это время, – здесь я встретил ее. Это была не первая встреча, но то чувство, о котором я уже упоминал, зародившееся в недрах моего сознания, требовало именно такой неформальной обстановки, когда мы были не в ролях начальника и подчиненного. Оказалось, что у нее недалеко живут родители и она решила забежать сюда, чтобы выпить чашечку кофе. Мы сидели вместе, о чем-то мило болтали, и, наверное, это был тот самый единственный момент, после которого ты понимаешь, для кого стоит жить. Понимаешь, что твое существование – это не череда глупых случайностей, и смысл именно в том и заключается, чтобы встретить того самого человека, с которым хочется съездить в Мексику и посмотреть на пирамиды ацтеков, а еще подняться на воздушном шаре, чтобы испытать вместе что-то, чего ни тот ни другой не испытывали никогда.

И вот сейчас я прихожу сюда в робкой надежде снова встретить ее. Но все тщетно: она больше ни разу за все восемь месяцев здесь не была. Мне остается только сесть на то самое место, на котором мы сидели, заказать две чашечки кофе – капучино и латте. Закрыть глаза и снова увидеть ее напротив себя. Увидеть этот хитрый, слегка прищуренный взгляд. Услышать голос. Бариста громко сообщает, что наш кофе готов. Возможно, я все придумываю. Возможно, что ничего этого нет или было не так, как помнится мне: ведь легче всего обманываться и тешить себя надеждой, чем жить без надежды вовсе. Я беру печенье с предсказанием, разламываю его, читаю то, что там написано: «Тебе еще повезет!» Повезет, но, видимо, не сегодня. Я открываю кошелек и кладу эту бумажку к остальным. Забираю два кофе. Смотрю на часы. Время – половина десятого. Сегодня она снова не пришла. Допиваю капучино, оставляя стаканчик латте напротив, и иду домой.

Возле дома происходит какая-то нездоровая суета. И я вспоминаю, о чем вчера говорила соседка. В сложившейся обстановке выделяться на общем фоне не имеет смысла, поэтому я и решил принять пассивное участие в жизни нашего подъезда.

К началу сего действа я, видимо, опоздал, и позиция старшей по дому была уже обозначена, поскольку выступал губернатор, который просто не терпел отсутствия публичности в своих даже самых незначительных поступках. Похоже, для этого и был поставлен шатер – чтобы местное телевидение могло в наиболее выгодных ракурсах заснять его выступление.

Губернатор пришел на свою должность незадолго до начала дождя, и оттого, возможно, было не до конца понятно, что и как он пытается улучшить или изменить. Народ его полюбил именно за его доступность и публичность, под личиной которых скрывались бездействие и натуральная показуха, но говорить об этом открыто не следовало, потому что большая часть электората к нему благоволила. Александр Григорьевич был худощав и высок. Лицо широкое. Стрижка короткая, подчеркивающая высокий лоб с залысинами, наиболее часто ассоциирующийся с интеллектом. На лбу прослеживалась глубокая поперечная складка, которая придавала лицу выражение постоянной озабоченности. Глаза глубоко посажены. Нос широкий, губы полноватые.

– Во дворе вашего дома построили детскую площадку. Однако, насколько я могу судить из нашего общения, некоторые жильцы недовольны ее местоположением. Получается, что проект с вами не согласовывался?

Одной из характерных черт губернатора было присвоение чужих заслуг себе, ошибки же он перекладывал на плечи нижестоящего исполнителя.

– Да, именно так, – говорит старшая по дому Марина Владимировна, – женщина невысокая, полноватая, со вздернутым носом, в круглых очках и с челкой.

– Часть собственников жилья хотела видеть вместо площадки парковку, а другая – бельевую сушилку?

– Да, именно так.

У некоторых чиновников есть такая основополагающая опция – повторять то, что им до этого сказали, с таким видом, будто бы это именно они сделали такое заключение.

– Считаю, что жильцы, как собственники дома и земли вокруг нее, должны самостоятельно определиться с тем, как дальше будет выглядеть их двор. Но решение должно быть поддержано большинством.

Я, в свою очередь, хочу сообщить вам всем, что буду предпринимать решительные действия для того, чтобы выслушать каждого и помочь. Конечно, мы должны сделать так, чтобы все были удовлетворены, но надо понимать, что за расположением площадки в этом месте стоит долгая и кропотливая работа. Нужно также учитывать, что при проектировании площадки учитывалось расположение коммуникаций и инженерных сетей, и, если жильцы большинством голосов решат, что это необходимо, мы будем согласовывать вынос этих сетей. В таком случае, конечно же, увеличится стоимость проекта, но на жителях это никак не отразится. Так, в прошлом году нами было освоено более одного миллиарда рублей на благоустройство дворовых и общественных территорий, и мы не остановимся на достигнутом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Маргарита Пушкина.

2

Константин Кинчев.

3

Марина Хлебникова.