Влияние 3

Ларс пришёл почти сразу после того, как я сложила пустую посуду на поднос. У него в руке был металлический ящичек. Я такой раньше уже видела, но где именно не могла сейчас вспомнить. Доктор поставил ношу на стол прямо передо мной и сказал:

– Доброе утро, Фаби.

– Доброе утро, – робко ответила я, заворожено глядя на ящичек.

– Встань на стул, – скомандовал Ларс.

Я поднялась из-за стола, отодвинула стул и залезла на него. Теперь моя макушка была на одном уровне с плечом доктора. Ларс тем временем открыл свой сундучок. Там были браслеты-контроллеры. Мне стало не по себе.

– Волтер разрешил сводить тебя погулять у моря, – сказал доктор, доставая из ящика один браслет. – Для нашего общего спокойствия я должен надеть на тебя контроллеры. Надеюсь, нам не придётся ими пользоваться. Вытяни руку.

Я послушалась. Ларс пристегнул мне один браслет на правую руку, второй на левую ногу. Пульт с кнопками он положил себе в карман.

– А процедура вчера была или сегодня? – задумчиво спросила я.

– Вчера, – ответил доктор и скомандовал, – слезай на пол.

– Я так долго спала?!

– Да. Твой организм сам захотел этого. Зато мы успели провести много обследований. Идём.

В этот день я впервые оказалась на первом этаже, если не считать мою вылазку через вентиляцию. Когда мы с Ларсом и охранниками вышли из лифта, я принялась озираться. Коридор здесь выглядел иначе, красивее, уютнее и даже теплее. Стены были светло-бежевыми, на полу лежала плитка с простым узором в тон.

Миновав несколько кабинетов, мы оказались в просторном холле, откуда вышли на улицу через широкие двери из сине-серого стекла. На входе не было ни охраны, ни каких-то пропускных устройств. Меня это очень удивило, но потом я поняла – здесь это ни к чему, на острове просто нет посторонних.

Входные двери выпустили нас на большое крыльцо. Перед зданием была широкая площадка, выложенная аккуратными серыми плитками. За ней начинался выстриженный газон и какие-то кусты. Подальше виднелся сосновый лесок. Пейзаж, скорее всего, не был создан человеком, но за ним явно следили, и потому он выглядел ухожено. Спустившись с крыльца, я обернулась на здание. Это было трёхэтажное строение серо-зелёного цвета. Оно не очень длинное и там где углы, стены уходят вглубь. Скорее всего, оно буквой «П». Я не была в этом уверена, потому что отсюда не видно.

Ларс повёл меня вперёд через площадку. С неё мы сошли на дорожку, выложенную теми же плитками, и вскоре упёрлись в калитку. Здесь был простой невысокий забор из сетки. Один из охранников открыл перед нами проход, и мы отправились дальше по дорожке. Я шла и наслаждалась свежим воздухом, тёплыми лучами солнца, мягким ветерком, приносящим с сосен запах смолы. От всего этого я забыла про дрожь в теле, настроение улучшилось. Все побочные эффекты после процедуры сдвинулись на задний план.

Сквозь лесок мы вышли на каменистый пляж. Здесь открылся вид на необъятное море и бескрайнее небо. Вода сейчас была спокойной, слабый ветерок слегка колыхал её поверхность. Пляж усеивали камни разных размеров. Кое-где стояли деревянные лавочки. Наверное, чтобы сотрудники могли приходить сюда отдохнуть и полюбоваться морем.

Я заметила среди деревьев охранников. Их было немало. Вместе с теми, что нас с Ларсом сопровождали, получилось человек двадцать, а то и тридцать. Так же пляж окружали столбы с проводами, на верхушках которых были громоздкие фонари и камеры, устремлённые во все стороны. Да, здесь нигде не спрятаться, а о побеге можно и не думать.

Ларс подошёл к ближайшей лавке и сел на неё, облокотившись на спинку. Охранники встали по бокам от него. Я остановилась перед доктором, не зная, что мне теперь делать и куда идти.

– У тебя есть ровно час на прогулку, – сказал Ларс и строго посмотрел мне в лицо. – К воде не прикасайся. Иначе сразу пойдём обратно. Между тобой и водой должно быть два шага, не меньше. Поняла?

Я поникла. Мой план провалился. Точнее идея, которую я хотела проверить, теперь вдруг стала неосуществимой.

– Но я хотела кое-что проверить, в воде, – мой голос был просящим и немного капризным. – Это быстро.

При разговоре, я как всегда не смотрела в глаза. Но сейчас мой взгляд был поднят на плечо доктора. Мне хотелось заметить выражение его лица и реакцию на мою просьбу. Можно быстро глянуть на него, но этого было бы недостаточно.

– Что ты хочешь проверить? – ровным голосом спросил Ларс.

– Я думаю, что если зайти в море, то Искра отключится из-за воды, и я смогу чувствовать свою руку.

– Вода лишь не даёт распространяться её влиянию. Искра в воде не отключается. Она в тебе и управляет твоей рукой внутри. Если ты зайдёшь в море, вода будет снаружи. Это никак не повлияет на саму Искру.

Я задумалась. Доктор был прав, но мне всё равно очень хотелось попробовать. А вдруг сработает? Откуда он знает? Вряд ли кто-то из прежних Носителей так уже делал. Руку Искра ни у кого ещё не отбирала. Сейчас проверить не получится. Ларс абсолютно уверен в своей правоте. Я тяжело вздохнула и зашагала к морю.

Вода была чистейшая. Она блестела на солнце и манила к себе. Я остановилась от неё в двух шагах и стала всматриваться в камушки, водоросли и ракушки на дне моря. Было бы неплохо их пособирать, но нельзя. Я подняла с земли ближайший камень, замахнулась и швырнула его в море со всей силы. Он улетел достаточно далеко и бултыхнулся в воду. Следующие десять минут я бросала камни, стараясь попасть как можно дальше. Мне это занятие всё больше и больше начинало нравиться. Оно избавляло от дрожи в теле и помогало выпустить ярость красной энергии.

Когда бросаться мне надоело, я принялась ходить вдоль берега и искать среди камней что-то интересное. Мне попадались всякие раковины, веточки и водоросли. Это всё я собрала в кучу и начала строить замок около одного из булыжников. Новое занятие увлекло меня надолго. Когда моё творение было почти готово, я отправилась за новой порцией материалов. В воде, совсем близко, мне на глаза попалась большая раковина в форме рожка.

«Мне бы такую на крышу замка. Она там хорошо будет смотреться», – подумала я и обернулась на Ларса. Мои надежды забрать раковину и остаться незамеченной тут же рассыпались. Доктор сидел на лавке метрах в десяти и не сводил с меня своего строгого взгляда. Смотрят вместе с ним охранники или нет, неизвестно, они ж все в чёрных шлемах. Я обречённо вздохнула и снова повернулась к желанной добыче. Пришлось оставить её лежать на своём месте и взять только те материалы, что нашлись в разрешённой зоне.

Я достроила замок и уселась перед ним на камни. У меня на душе было спокойно, дрожь в теле прошла. Только сейчас я заметила, что гуляю в той самой одежде, в которой спала. Она изрядно испачкалась, особенно носки и тапочки. «Наверное, мне дадут всё чистое, когда вернёмся», – решила я. – «Ох, как не хочется опять идти туда».

Я поднялась на ноги и направилась к ближайшим соснам. Мне пришла в голову мысль, как достать ту раковину. Приблизившись к деревьям, я опустила взгляд и принялась искать длинную ветку. Совсем рядом стояли охранники, но мне было не до них. Я вскоре увидела подходящую палку и подобрала её. Она была корявой, но зато достаточно длинной.

Подойдя к тому месту, где покоилась «крыша» моего замка, я дотянулась до неё концом ветки и попыталась притянуть к себе. Раковина вдруг дёрнулась, у неё появились лапки, и она шустро побежала. От неожиданности я подскочила, выронила палку и резко вдохнула. Ракушка направилась вглубь моря. Испуг сменился на любопытство. Теперь я стояла и внимательно наблюдала, как подводный житель перебирает лапками и на бегу умудряется не потерять свой домик. Вскоре он скрылся среди камней, и мне стало его не видно. Я села на землю и рассмеялась.

«Крыша от меня сбежала. Я даже испугалась», – весело подумала я и легла на спину, подложив под голову правую ладонь. Так море было не видно, но зато открылся вид на небо. Теперь я лежала на камнях и смотрела в облака.

– Фаби, нам пора возвращаться, – послышался за головой голос Ларса.

Я вздохнула, медленно поднялась на ноги и пошла к доктору. Он уже стоял и ждал. На прощание я посмотрела на свой замок, который так и остался без крыши. «Надеюсь, мне разрешат ещё здесь погулять», – подумала я и поспешила за Ларсом.

После прогулки меня сразу отправили в душ, дали чистую одежду и новые тапки. Потом был обед, а затем скучное лежание на кровати. Браслеты с меня до сих пор не сняли, как и датчики, к которым я уже привыкла. «Интересно, сегодня ещё что-то будет? Скорее всего, да, а то Ларс бы снял с меня свои контроллеры. Или он про них забыл просто. Надо будет спросить, а то с ними ходить не хочется», – рассуждала я, глядя в потолок.

Спустя какое-то недолгое время ко мне пришли. Услышав шаги, я сразу поднялась и села на кровати лицом к двери. Это снова был Ларс. Я вспомнила про браслеты и собралась уже про них спросить, но заметив сосредоточенный вид доктора, поняла, что сейчас что-то будет.

– Идём, Фаби, – позвал он меня.

Недолго думая, я встала и пошла за ним. Зовут, значит, надо идти. Процедуру мне пока точно не будут делать, Гиену призвать теперь тоже не получится, так что бояться нечего.

Я вышла из первой раздвижной двери и собиралась пройти во вторую. Вдруг моё левое плечо дёрнулось назад. Я была к этому не готова. Меня неуклюже мотнуло боком к проходу. Оказывается, моя левая рука резко схватилась за резиновую окантовку двери. Мою ладонь чуть не защемило, но в последний момент дверь остановилась. Я застыла в растерянности, глядя на свою непослушную конечность. Сейчас она была очень напряжённой, почти каменной. Я схватилась за неё правой рукой и попыталась оттянуть, но это было бесполезно. Пальцы сжались на краю двери намертво.

Ларс уже скрылся за поворотом. В коридоре стояли охранники, повёрнутые в сторону лифта, и ждали меня. Вторая пара дверей всё ещё оставалась открытой и тоже ждала, когда я в них пройду. Спустя мгновение до Ларса как-то дошла информация, что что-то не так. Он вернулся, подошёл ко мне и сразу взялся отсоединять мою левую кисть от двери.

– Она сама, – сразу оправдалась я, глянув на доктора. Он выглядел озадаченным.

– Да, я знаю, – ответил Ларс и тихо сказал кому-то: – Откройте до конца.

Двери тут же начали разъезжаться. Я испугалась, что мои пальцы сейчас защемит, и дёрнулась назад. Это ничего не дало. Зато Ларс, ухватившись за мою руку, успел её сдёрнуть в тот момент, когда дверь только встретилась со стеной. Чёрный резиновый контур косяка механической силой сдвинул мои пальцы. Если бы Ларс чуть опоздал, их могло защемить между дверью и стеной. Теперь я была освобождена. Доктор поднял мою руку к своему лицу и осмотрел. Кисть дрожала, но выглядела целой. Я облегчённо вздохнула. Ларс крепко взял в правую руку моё своевольное запястье и повёл меня дальше.

Мы пришли в уже знакомый мне зал. Когда я увидела за столом медика, обвешанного проводами, сразу поняла, что предстоит делать. Меня усадили напротив него и подсоединили к голове, шее и туловищу дополнительных датчиков. Левую руку пристегнули к подлокотнику стула, один ремень держал у запястья, второй у локтя.

– Фаби, тебе надо загадать какой-то предмет и отправить образ этому человеку, – начал инструктировать Ларс. – Предмет должен быть небольшим и лежать посередине стола. Чтобы отправить образ, просто посмотри в глаза. Начинай сразу, как будешь готова.

Я загадала и сразу отправила. Быстро и особо не раздумывая. Подопытный медик уставился в центр стола и вскоре заговорил:

– Я вижу камушки разных размеров, сложенные кучкой….

– Это не кучка! – тут же возмутилась я и даже подскочила на стуле. – Это мой замок!

– Среди них какие-то веточки и трава, – равнодушно продолжил медик. – Предмет неподвижен. Никаких звуков, запахов, вкусов нет. Чувствую себя нормально.

Я насупилась, откинулась на спинку стула и поджала ноги к животу, загородившись коленками от подопытного.

– Фаби, опусти ноги на пол, – попросил Ларс.

– Я обиделась! Он назвал мой замок кучкой, – пробубнила я и ещё больше нахохлилась.

– Опусти ноги, – уже сердито повторил доктор.

Я вдруг вспомнила про браслеты и тут же выполнила его требование. Окружающим было абсолютно всё равно на мои чувства, поэтому пришлось простить их и забыть обиду.

Меня просили отправлять разные образы ещё и ещё. Это длилось достаточно долго. У меня получалось хорошо, потому что отправлять маленький неподвижный предмет было проще всего. Когда Ларс решил, что уже достаточно, с меня сняли проводные датчики, отстегнули левую руку и повели в комнату.

– А вы снимите с меня браслеты? – спросила я у Ларса, когда он уже повернулся к раздвижным дверям.

– Пока нет, – сухо ответил он, бросив на меня внимательный взгляд через плечо.

Весь оставшийся вечер я провела в одиночестве, не считая приход медсестры с ужином. Мне было скучно. Приходилось лежать на кровати или бродить по комнате из стороны в сторону. Я решила, что с этим надо что-то делать. «При первой же встрече с Ларсом или Волтером сразу попрошу хотя бы листочки с карандашами. А то это невыносимо».

Вдруг мне вспомнились слова Гиены, насчёт того, как можно вернуть Хищника. «Надо навязать его образ себе. Но как? Я же не могу сама себя взять за руку и отправить образ. И посмотреть себе в глаза тоже не получится. Хотя, если через зеркало, то может что-то и выйдет. Надо попробовать», – с этими мыслями я направилась в ванную комнату.

Глава 36

«Гиена пошутил надо мной!», – негодовала я про себя. Уже минут десять мы с моим отражением играли в гляделки. Образ Хищника навязать себе так и не удалось. Я детально представляла его в голове и посылала, таращась в зеркало над раковиной. Ничего так и не произошло.

«Как мне это сделать? Я же не могу на себе свои способности использовать. Иначе, если бы я просто смотрелась в зеркало, у меня бы в голове вибрировало. Вот Гиена как появился? Когда? Точно, я ж тогда вообще под кровать залезла! Надо теперь там попробовать», – вспомнила я и пошла обратно в комнату.

Наверное, уже было поздно, свет приглушили. В комнате стало сумрачно, но мне это не помешало стащить одеяло с подушкой на пол и забраться под кровать. Там я принялась мысленно призывать Хищника. Он никак не приходил. Зато очень быстро подоспел крепкий сон, ухватил моё сознание и не отпускал до самого утра.

Когда я проснулась, не сразу поняла, где нахожусь. Потом вспомнилось, что мне надо было как-то навязать себе Хищника. Я расстроилась, что ничего не получилось, и вылезла из под кровати. Пришлось начинать новый день и топать на утренние процедуры. Одеяло с подушкой я не стала доставать специально. Решила продолжить попытки призвать Хищника, но позже.

Почти сразу после завтрака за мной пришёл Ларс. Я успела только пересесть из-за стола на край своей кровати. Доктор поздоровался и спросил:

– Почему ты сегодня спала под кроватью?

– Мне там нравится, – промямлила я первое, что пришло в голову.

– Ты пытаешься увидеть образ Хранителя?

Этот вопрос прилетел мне прямо «в лоб». От неожиданности я растерялась, мельком глянула Ларсу в глаза и нахмурилась.

– Я знаю, что тебе говорил Гиена, – спокойно объяснил доктор.

– Вам Вернер рассказал? – догадалась я. Моя правая рука обхватила левую, взгляд упёрся в пол.

– Да, он же следил, чтобы Гиена не навредил тебе. Ты пытаешься увидеть образ Хранителя? – Ларс повторил вопрос уже строгим голосом.

– Пытаюсь, – тихо ответила я.

– То, что тебе рассказала та сущность – неправда. Во-первых, ты не можешь навязывать образы себе. Ты даже увидеть их не можешь, только мысленно представить, в своей голове. Во-вторых, во время процедуры Искра наполняется энергией Хранителя, не самой сущностью. Причём энергией, которую он когда-то у тебя самой и забрал. Хранитель всё ещё существует в этом мире. Его никто не съедал, в отличие от Гиены.

Ларс хотел что-то ещё сказать, но я ему не дала, потому что уверенно заявила:

– Значит, я сделаю ещё одного Хищника.

Эти слова стали точкой в нашем разговоре. Доктор внимательно посмотрел на меня и сухо сказал:

– Если у тебя получится, сразу сообщи. Идём, – он шагнул ко мне, крепко взял за левую руку и повёл.

По дороге я вспомнила, о чём хотела попросить Ларса вчера вечером. Сейчас доктор не выглядел общительным, как и всегда, но вопрос был для меня серьёзным.

– А вы дадите мне вечером порисовать? – спросила я, торопливо переставляя ноги, чтобы не волочиться за Ларсом. – А то очень скучно сидеть в комнате.

– Вечером ты должна спать. Ложись сразу после ужина, и у тебя не будет времени скучать, – ровным голосом ответил доктор.

– Я не засну после ужина, – сказала я и тяжело вздохнула. Никто не обратил внимания на эти слова.

Меня снова привели в тот же зал, что и вчера. Подсоединили проводки, пристегнули левую руку к подлокотнику и велели навязывать образы медику. В этот раз предметы должны были быть крупными и появляться на полу то слева, то справа от стола. Я придумывала и отправляла шкафы, игровые автоматы, деревья, банкоматы и даже автомобили. По заданию, предмет должен был сначала появиться с одной стороны, потом исчезнуть и возникнуть с противоположной, точно в таком же виде.

У меня получалось легко. Единственным затруднением оказалось вспомнить мелкие детали объектов. Приходилось тратить больше времени на подготовку образов. В итоге я со всем справилась. По словам подопытного медика мои образы получились вполне настоящими и не вызвали сомнений.

Когда Ларс сказал, что пока хватит, я спросила:

– А можно отправить образ Хищника?

– Нет, – сразу же ответил доктор.

– Почему? – в моём голосе звучала нотка любопытства.

– Ты ещё не научилась отменять влияние Искры. Твои образы легко могут выйти из-под контроля. Я не просто так прошу загадывать неживые объекты. Пока тебе нельзя отправлять людей, животных, сущностей и уж тем более Хранителя.

Ларс говорил, а медики тем временем снимали с меня проводки и отстёгивали руку.

– Но Хищник не выйдет из-под контроля! – воскликнула я уверенно. – Я же вот отправила машину, которая просто стоит. Она сама никуда не покатилась. Даже цвет не поменяла.

– Всё верно, поэтому пока и работаем с предметами, – Ларс объяснял спокойно и терпеливо, словно учитель. Он явно был доволен моей «работой», поэтому стал немного разговорчивее, чем с утра. – Одушевлённый образ остаётся для человека живым, пока не прекратится влияние Искры. Что он будет делать всё это время?

Ларс взял меня за левое запястье и повёл прочь из зала. Отвечать на вопрос пришлось уже по дороге:

– Если я не буду больше смотреть на человека, то оно само ничего не сможет сделать. Замрёт просто и перестанет быть живым. Потом я отойду подальше, и всё исчезнет.

– Ты уверена, что образ замрёт?

– Ну, да. Это же просто моя картинка! – воскликнула я.

– Для тебя картинка, а для человека всё по-настоящему. Животное, сущность, даже погода. Человек чувствует всё, что ты посылаешь, и верит в это. Если ты навяжешь образ палящего солнца, у него поднимется температура тела, он вспотеет, захочет пить. Никогда не забывай об этом.

– Я такие образы не собираюсь отправлять, – пробубнила я.

– Представь: ты навязала Хранителя и больше ничего не делаешь. Человек остался один на один с твоей картинкой. Что Хранитель будет делать?

– Он будет стоять там, где я его поставила. Ну, может, ещё смотреть, моргать, дышать, головой поворачивать.

– Кто будет контролировать его дыхание, глаза, повороты головой? – снова спросил Ларс.

– Искра, наверное, – ответила я неуверенно.

– Может быть, но только через тебя и твою память. Не напрямую. А если управлять начнёт твоё настроение, воспоминание, самочувствие? – Ларс сделал паузу. Я задумалась и ничего не ответила. Доктор продолжил: – Тебе перелили красную энергию. Ты чувствуешь злость. Каким будет твой образ Хранителя? Что он захочет сделать? Как всё это увидит и почувствует человек? Никто не знает. Поэтому рисковать не стоит.

Мы пришли в мою комнату. Ларс подвёл меня к столу и усадил на стул, лицом к себе. После этого он отпустил моё левое запястье и повернулся к выходу.

– Образ всё равно не сделал бы ничего плохого, – сказала я ему в след. – Если им будет управлять Искра, она же не хочет погаснуть, поэтому не станет вредить кому-то.

– Фаби, у Искры свои правила, – Ларс обернулся и посмотрел на меня суровым взглядом. – За безопасностью окружающих должна следить ты. Не надо полагаться на Искру.

– Ну, можно хоть разок попробовать Хищника отправить? – я начала тараторить – боялась, что доктор не станет меня слушать и уйдёт. – Прям быстренько. Я буду постоянно менять его, чтобы он смотрел только на меня и говорил только со мной. Потом я сразу отправлю картинку того, что на самом деле происходит вокруг. Так и отменю свои образы.

– Так ты просто подменишь образы. Человек всё равно останется под влиянием Искры. Это никакая не отмена.

– Зато Хищника уже не будет, – заметила я.

– Чего ты хочешь этим добиться?

– Я хочу попробовать увидеть свой образ. Может, получится поговорить с ним. Когда Гиена приходил, я же видела свой образ пиццы. И ещё дождь из конфет видела. Гиена сказал, что это был мой образ. Значит, я всё-таки могу иногда их видеть. А Хищник особенный, с ним точно получится, – я говорила честно, искренне веря в свои предположения.

Тут в комнату вошла медсестра с подносом. Очевидно, пора обедать.

– Давай пока отложим этот вопрос, – сухо проговорил Ларс, затем грозно напомнил: – Не вздумай кому-то навязывать образы без моего разрешения!

– Хорошо-хорошо, – себе под нос процедила я.

Доктор ушёл. Медсестра поставила поднос передо мной и тоже поспешила удалиться. Оставшись одна, я тяжело вздохнула, повернулась к столу и принялась за свой обед.

Вторую половину дня мне пришлось провести в медкабинете. Сразу после обеда за мной зашёл Эдуард, поздоровался и велел идти следом. Я встала из-за стола и нехотя направилась к нему.

– Фаби, когда тебе говорят привет, надо здороваться в ответ, – сказал доктор.

Он не ругался и не упрекал. Просто сделал мне замечание поучительным голосом. Эдуард всегда говорил мягко и негромко. Иногда на его лице можно было увидеть настоящие эмоции. Это делало его самым живым из всех сотрудников, которых я уже встречала. Да, в отличие от других, он позволял себе открыто улыбаться, хмуриться, удивляться и так далее. Этот доктор был понятен. От него не веяло опасностью, холодом и неизвестностью, как иногда от Ларса или Волтера. Не смотря на это, у меня так и не появилось желание наладить с Эдуардом хоть какой-то контакт.

Я не успела решить, реагировать на замечание доктора или нет. Моё левое плечо вдруг повело назад. Я сразу остановилась и обернулась. «Опять?! Похоже, Искра хочет, чтобы мы с ней здесь остались», – подумала я. Моя левая кисть на этот раз сомкнулась на краю стола. Причём так крепко, что даже пальцы побелели.

– Так-с, опять она ухватилась, – с усмешкой сказал Эдуард и подошёл ко мне.

Он взялся одной рукой за моё левое запястье, второй за столешницу. Уверенным и резким движением доктор сорвал непослушную конечность. Я ничего не почувствовала, только как дёрнулось плечо.

– Ничего страшного, – Эдуард осмотрел мою кисть. – Хорошо, что край стола скользкий. Идём, – доктор повёл меня за руку.

Наш путь оказался коротким. Выйдя из комнаты, мы как всегда отправились налево, немного прошли по коридору и свернули во вторую дверь справа. Тут оказался уже знакомый мне кабинет со всякой аппаратурой, компьютерами и высокой кушеткой в центре. Меня сразу уложили, раздели и подсоединили к приборам.

Кругом что-то тихо гудело, щёлкало и пищало. Периодически слышалась речь докторов на французском языке. Я просто лежала и смотрела в потолок. Спустя долгое время ко мне подошли медики, отсоединили аппараты и заменили их другими. После этого Эдуард сказал:

– Фаби, сейчас тебя возьмут за руку. Ничего не делай, просто лежи неподвижно. Образы не отправляй! – строго добавил он. – Ты будешь чувствовать вибрацию в голове, терпи её.

Я ничего не ответила. Один из медиков подошёл ко мне справа и взял за запястье. Его рука была холодная и жёсткая. Я сразу направила всё внимание на ощущение чужой руки, чтобы отвлечься от вибрации. Это особо не помогло. Терпеть негодование в голове было непросто. Искра считала, что ко мне нельзя просто так прикасаться. Вибрация вскоре усилилась и потекла на всё тело. Стало совсем неприятно. Мне почему-то вспомнились инструкции Ларса на последней процедуре, и я начала медленно и глубоко дышать.

Медик, который взялся за мою руку, тоже был обвешан беспроводными датчиками. Я это заметила и начала рассуждать: «Что-то проверяют. Значит, у него сейчас нет той защиты от Искры. Как же хочется образ отправить! Какое-нибудь землетрясение или просто темноту. Долго это ещё будет? Мне уже надоело».