Том Поллок.

Стеклянная республика



скачать книгу бесплатно

Девушка нечаянно обнаружила себя в туалете, сидящей на холодном полу, обнимая колени, пока дрожь не унялась.

– Вот, значит, – отдышавшись, пробормотала она себе под нос, – каково возвращаться. Ну, ладно, мы ведь справились? В следующий раз справимся получше.

Она отвернулась от зеркала на стене и со щелчком открыла пудреницу. Это был ритуал, важный, как все ритуалы.

– Это все та же ты, – прошептала она. – Тебя просто немного переделали.

Она посмотрела на себя, пойманную между маленьким круглым зеркальцем и внушительными безрамными панелями, прикрученными к кафелю: покрытые бессчетными шрамами девушки в платках со смазанным макияжем вытянулись в ряд отражений, словно их было ровно по одной на каждую причину, что привела ее сюда.

А потом все ее отражения вдруг сплющились в одно. Мгновением позже карманное зеркальце разбилось, боль пронзила череп, и девушка закричала. Казалось, дрожащая линия разлома прошла прямо через ее голову.

Мир вокруг затрясся и расплылся. Под ладонями оказались холодные плитки, болели ушибленные колени. Кара не помнила, как упала. К горлу подступила тошнота, но она подавила ее.

Ее быстрое прерывистое дыхание было единственным звуком в тишине. Она поднялась, пошатываясь, и потянулась уцепиться за раковину, чтобы восстановить равновесие.

– Кара.

Ее собственный голос. Немного странный, словно записанный на автоответчике, но ошибки быть не могло.

Кроме того, что она ничего не говорила.

– Кара… – голос донесся у нее из-за спины, где были только кафель и зеркало. Он звучал обескураженно и очень, очень напуганно. – Кара, пожалуйста

Девушка втянула восстановленную губу между зубов и прикусила ее.

А потом оглянулась.

Глава 3

– Гвен не так уж и плоха, – заявила Кара, растягиваясь на холодном бетонном полу. – По крайней мере, не так, как толпа, с которой она хороводится. Они… – она стала нащупывать нужное слово.

– Ядовитые? – вставила девушка за зеркалом. Ради взаимного удобства они договорились, что она Парва, а не Кара.

– Я на полном серьезе считаю, что если Иран накопит стратегические запасы друзей Гвен Харди, туда вторгнутся американцы… А против Труди Шталь, наверное, есть персональная конвенция ООН.

Смех Парвы отозвался через стекло.

– Ну что, в честь твоей новой шайки?.. – отражение девушки пошарило в статусной кожаной сумке и к Кариному удивлению вытащило бутылку вина. – Надеюсь, они сделают тебя немного счастливее.

– Ты еще и пьешь?

– Кара, – терпеливо проговорила Парва. – За последние четыре месяца я была похищена чудовищем из колючей проволоки, скакала во главе армии трубчатых волков и вернулась в школу посреди семестра. Есть лишь одна девушка, настолько же, как и я, заслуживающая выпивки, и я с радостью поделюсь с нею.

Она отвинтила крышку и сделала несколько глотков прямо из бутылки, прежде чем приложить ее к губам Кариного омертвевшего отражения.

Кара отпрянула:

– Но я никогда… – начала она.

Оскалившись на нее через зеркало, копия сказала:

– А я больше не ты.

Кара это знала.

Она засыпала Бет осторожными вопросами, изображая праздный интерес, и выудила, сколько смогла, о зеркальной знати и их зазеркальном городе. Девушка по ту сторону стекла образовалась из нее – сложилась из ее бесконечных отражений, пойманных между двумя зеркалами, – но на этом их сосуществование закончилось.


С этого момента Кара и Парва разошлись, словно лучи преломленного света; теперь у Парвы были собственные чувства, жизнь, насчитывающая уже несколько недель с тех пор, как она впервые ступила в нечто, простиравшееся за отражением двери туалета.

Она пила вино, ела мясо и ругалась, как рядовой с геморроем. К зависти Кары, ей даже удалось устроиться на работу, хотя она и не признавалась, чем занимается.

И все же она по-прежнему была Карой: почти семнадцать лет они были одним целым. Парва перевидела все, что видела Кара, перечувствовала все, что чувствовала Кара. У нее словно бы появилась сестра, странный близнец – близнец, который понимал всё. Даже Бет было до нее далеко.

– …Хочу тебе кое-что показать, – Парва тихонечко дунула в горлышко бутылки, и текучий трубный звук отозвался в обоих туалетах. – Дай мне руку. – В зазеркальной комнате она протянула руку к отражению Кары. Кара потянулась к пустому пространству перед собой и почувствовала, как на ее коже сомкнулись теплые невидимые пальцы.

– Что ты?..

– Ц-с-с, – Парва снова полезла в сумочку.

Вытащив телефон с наушниками, она вставила один себе, а второй – в ухо Кариного отражения.

Кара услышала треск старомодного вальса и почувствовала призрачную руку на пояснице.

– Давай, – подбодрила Парва, – раз-два-три, раз-два-три!

И они растворились в скрипучей музыке.

Кара неуверенно поддерживала ритм, немного спотыкаясь, обнимая пустоту. В зеркале она видела, как ее ведет с иголочки одетая копия.

– Раз-два-три, раз-два-три – вот так.

Кара почувствовала, как ее руки поднимаются над головой, и закружилась под ними в ритме лихого гиканья Парвы. Девушка поймала себя на том, что смеется, пока они кружатся по полуразрушенному туалету, словно по бальному залу девятнадцатого века.

– Где ты этому научилась?

– Раз-два-три. На работе: меня учат всяким таким вещам, это…

– Ау! – Кара внезапно вырвалась. Она запрыгала по кругу – боль шипами впилась в ногу.

– Извини! – поморщилась Парва. – Я не привыкла вести и э-э-э… обувь тоже новая.

– Ага, я заметила, – Кара сползла по стене туалета и стянула кроссовок и носок. По ощущениям Парвин головокружительный каблук пронзил кожу, но, по крайней мере, крови не было. – Тебе пришлось вернуться к Выси, чтобы на них вскарабкаться?

Парва улыбнулась из зеркала. Шутки об убиенном Короле Кранов были частью их повседневности. Они чувствовали прилив странного мужества, обезоруживая смехом воспоминания о своем похищении.

– Сама справилась, – ответила она. – Легко!

– Весьма недурные. Тоже с новой работы? – Кара театрально схватилась за сердце. – Вот она: смертельная доза. Официально заявляю, что ревность, которую я испытываю, несовместима с жизнью. Новые модные туфли, модные уроки танцев: хотя бы скажи своему новому боссу, что это попахивает рабовладением.

Парва пожала плечами:

– Извини, сестренка. На самом деле новый босс весьма мил. Как и все – по крайней мере, большую часть времени.

– Большую часть времени.

Ее зеркальная сестра нахмурилась.

– Ничего особенного, просто… здешние лучшие люди – только некоторые, заметь, и только иногда – но… То, как они смотрят на меня… Я чувствую эти взгляды, поворачиваясь к ним спиной. Иногда… иногда я не могу избавиться от ощущения, что они хотят меня прикончить.

Кара вздохнула. Звучало знакомо.

– Думаю, после всего случившегося с нами чувствовать подобное – нормально, понимаешь?

– Понимаю. – Парва прикусила отраженную губу. – Просто они смотрят на меня странно.

– Не хочу огорчать тебя, дорогая, – сказала Кара, – но ты собрала на своем лице три пятых общего объема шрамов западного мира. – Она мягко улыбнулась. – Так ты расскажешь мне, что это за волшебная новая работа?

Парва уже собиралась рассказать, когда в закрытое окно влетел далекий отзвук звонка.

– Расскажу в следующий раз, – девушка в зеркале всегда, словно Шахерезада, приберегала последнюю историю на потом.

Кара надула губы и направилась к двери.

– Как угодно. Хорошей работы.

– Кара, подожди.

Кара остановилась в дверях. Нотка одиночества в голосе ее двойника теперь казалась сильнее.

– Как Бет?

– Все бомжует, – сухо ответила Кара. – Якобы до сих пор живет дома, но не думаю, что Пол часто ее видит. Все хорошо, но немного… – она попыталась подобрать слова. – Бет думает, что я…

– …винишь ее, – тихо закончила Парва. – Так и есть. Немножко. Я тоже виню. Должно пройти время.

Кара не ответила.

– Слушай… – помедлила Парва. – Как думаешь… как думаешь, она придет сюда? Я понимаю, почему ты не рассказала ей обо мне, но… было бы здорово повидаться с нею, понимаешь?

Кара представила, как приведет сюда безмолвную серокожую девушку; посвятит в свой последний секрет, и обида тут же обожгла ее горло. Кара любила Би, но это было ее святилище, убежище от жизни, которой она жила из-за Бет.

Обида быстро перегорела. Она любила Би, как и Парва. И в отличие от Кары, Парва уже несколько месяцев не видела своей лучшей подруги.

– Спрошу.

– Спасибо, – Парва с облегчением улыбнулась. – Что у тебя сейчас?

– Английский. Ричард Третий. – Кара передразнила голос из рекламы фильма. – Горбун возвращается!

Парва фыркнула над слабой самоиронией.

– Хорошо, что ты хоть красивая – с такими-то шуточками.

– Нарцисс, – возразила Кара.

Ее копия рассмеялась:

– Выметайся!

Глава 4

Бет натянула капюшон и переступила порог канализации, сжимая железный прут, словно копье.

С каждым шагом она питалась окружающим ее городом, черпая силу и знания голыми стопами бетонно-серых ног.

Рельсовая химера цокает по Блэкфрайарскому мосту, словно железный сердечный приступ…

Пара уличных фонарей гневно мерцают друг на друга через Электрик-авеню: спор между сестрами-Натриитками разгорелся до оскорблений и вызовов на дуэль…

Сквозь стены старого дома в Хэмпстеде идут Каменники, сотрясая стонущую кирпичную кладку мелкой рябью, а в спальне наверху мать успокаивает испуганную дочь, шепча: «Старые дома всегда немного поскрипывают, детка…»

Балковые пауки мчатся вдоль проводов под тротуарами, перешептываясь белым шумом, помехами и украденными звуками…

От того, какими знакомыми звучали паутинистые голоса сквозь шум помех, у Бет заныло в груди.

Стояла обычная лондонская ночь. Обычная, да не совсем, ведь впереди, глубоко в туннелях, таилось нечто очень необычное и такое трудноуловимое, что, не будь Бет в пределах сотни футов от него и не прислушивайся изо всех сил, то, несомненно, пропустила бы…

Островок полнейшей тишины.

Крошечный, не больше ее кулака. Но девушка слышала, как вокруг него преломлялись другие лондонские звуки. Это наверняка то, что она искала.

Бет прочесывала Лондонские коллекторы последние пять ночей, и вот он – первый знак, который удалось найти. Сердце забилось чаще, она покрепче сжала копье и прибавила шагу, не переставая вслушиваться в плеск смыкающейся вокруг лодыжек воды.

Поток расширился и углубился, и девушка пошла вброд по колено. Окутываемая обильными канализационными газами, Бет потрясла головой, пытаясь их разогнать. Справа от нее два смутных человекообразных огонька, один оранжевый, второй белый, перепорхнули через устье туннеля на безопасном расстоянии от воды. В их свечении чувствовалось разгоряченное волнение, заставившее Бет улыбнуться. Межспектральные пары по-прежнему оставались редкостью, но спустя несколько месяцев после войны их становилось все больше и больше: те несколько коротких дней, когда Белосветные и Натриитки бок о бок сражались с Королем Кранов, разомкнули какие-то старые цепи. Девушка задумалась, сколько их пробиралось сюда, пока не одобрявшие подобного старейшины подремывали в дневном свете. Эти двое припозднились.

«Разноламповая любовь», – улыбка Бет растянулась в ухмылку.

Последняя романтическая вспышка померкла, и все вокруг заволокла непроглядная тьма. Несколько месяцев назад Бет осталась бы совсем слепой, но сейчас она видела кирпичные туннели в новых красках: оттенков синяков и грозовых туч.

Она вспомнила парня, самоуверенного, тощего и гибкого, носившего то же копье, что и она сейчас.

«Таким ты видел город, Фил? – задумалась она. – Такой увидел меня?»

Мысль оказалась подобна уколу в сердце английской булавкой.

Завернув за следующий угол, девушка лицом к лицу столкнулась со своей добычей.

Ящер выглядел не очень, но, справедливости ради, она его, кажется, тоже не впечатляла. Цепляясь за кирпичи – полтора дюйма зеленовато-коричневой кожи, – он почернел, скосив на нее глаза, но не двинулся с места.

Не осознавая этого, девушка затаила дыхание.

«Теперь помедленнее, Бет, – велела она самой себе, – помедленнее, как ленивец с похмелья. Помни, что сказал Свечник: не разозли его, покуда не прижмешь».

Бет не двигалась – даже чтобы подобраться к нему. Волоски на шее и предплечьях встали дыбом, и она отчетливо чувствовала каждый из них.

Невпечатляющий ящер медленно моргнул.

Он не только не издавал ни звука – Бет слышала, как звуки в туннеле изгибаются вокруг него. Капающая вода и снующие крысы порождали бесконечные отзвуки от кирпичных стен канализации, но ни один из них не проник в кокон тишины крошечной рептилии. Язык ящера металлически поблескивал, высовываясь попробовать воздух.

«Посиди-ка там еще несколько секунд…»

Девушка дотянулась через плечо до рюкзака и медленно вытащила стеклянную банку без крышки. Ящер уставился на нее.

Она уставилась в ответ.

Ящер снова моргнул.

Бет метнулась. Стекло звякнуло, соприкоснувшись с кирпичом, и девушка плотно прижала банку к стене. Ящер забился внутри.

«Попался!» – мысленно возликовала Бет.

Она слышала цоканье его коготков – непроницаемый газовый пузырь лопнул. Девушка прижалась к основанию банки. Пальцы вспотели. Мышцы в руке натянулись, словно гитарные струны, и она поняла, что ее всю трясет.

Существо замерло и уставилось на нее через стекло яростным расширившимся глазом.

«Что ж, – подумала она, – спасибо Темзе за э…»

Телефон в ее кармане взорвался забористым гитарным риффом, и Бет подпрыгнула. Влажные кончики пальцев скользнули по стеклу; она попыталась снова в него вцепиться, но было уже слишком поздно. Звонок оборвался как раз вовремя, чтобы она услышала звон разбивающейся банки.

Бет едва успела удивиться, как, во имя Темзы, сигнал смог добить досюда, когда ящер сорвался со стены.

«Вот дерьмо».

Долю секунды рептилия падала, а потом зависла в воздухе. Вильнув хвостиком, ящер начал лениво вращаться, словно крокодил в воде.

«Дерьмовое дерьмо».

Он крутился все быстрее и быстрее, его очертания размылись, и Бет почувствовала, как зловонный воздух подземелья приходит в движение. Края ее одежды зарябили, вонь загустела, прилипнув к губам, в нос ударила едкая волна газов. Хвост ящера опустился и завертелся, смешивая метан с аммиаком, словно художник – краски. Бет попыталась дотянуться до него, но воздушные потоки сбивали руки. Завитки газа быстро текли вокруг, создавая вакуум. Бет перестала чувствовать запахи, слышать звуки – она попалась в клубок тишины. Заскрежетав зубами, девушка скрючила пальцы, но, оказавшись в витках быстро движущегося газа, не могла даже поднять руку.

«Не в витках, – подумала она, беспокойно наблюдая за крутящимся ящером. – В когтях».

Когда ноги оторвались от пола, содержимое желудка перевернулось.

«Беспрецедентное суперпредложение: купи одно ведро дерьма и получи второе в подарок».

Внезапно ящер перестал вращаться и завис в воздухе, однако газ продолжал носиться вокруг него, лупя Бет и одновременно держа ее на весу. Ящер, медленно покачиваясь в глазу созданного им миниатюрного урагана, мелькнул языком, пробуя свою работу, потом повернул зрачок в сторону Бет, и она могла поклясться, что увидела самодовольную улыбку на его рептильей морде.

Щелкнув один раз хвостом, он вылетел из туннеля, словно стрела из лука. Желудок Бет сжался: ее потащило следом.

Мимо, обдирая пальцы, хлестали кирпичи. Вспыхнула боль; маслянистая кровь пузырилась, сворачиваясь со скоростью цемента. Девушка едва дышала. Внутренние органы словно бы размазали по грудной клетке.

Они летели слишком быстро, и ей не хватало света, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть. Бет отчаянно цокнула языком, но мчащийся воздух украл звук, и до нее не долетело никакого эха. Пока они крутились, огибая углы, копье чиркало по стенам, выворачивая руки, но она намертво вцепилась в железный прут – если бросить его здесь, то уже не найдешь…

«Я не знаю, где нахожусь».

Бет передернуло от этой мысли. Лондон был ее городом – она могла коснуться любого дюйма и узнать, где она. Но ее лишили контакта; она оказалась отрезана, заперта в пустом пространстве. Растерянность накрыла, словно тошнота.

В туннель просочилось немного больше света, и глаза ящера замерцали. Пол внезапно оборвался, и Бет увидела канализационный поток, обрушивающийся водопадом под ногами, теряясь во тьме. Девушка запрокинула голову, но потолка туннеля не увидела. Они летели в центре кирпичного ущелья, покрытого тенью сверху и погруженного в тень снизу. Свет лился через крошечные ниши, выдолбленные в правой стене, – тысячи беспорядочных светильников, рассыпавшихся, словно звезды в созвездиях. Бет заглянула в одну из щелей, когда они пролетали мимо, и увидела тошнотворно фосфоресцирующую стеклянную колбу, плотно закупоренную пробкой.

Что-то захлопало мимо лица, и девушка резко отпрянула. Крылатое нечто уселось на краю одной из ниш и тихонько заворковало. «Голубь? Здесь?» – недоверчиво подумала Бет, выворачивая шею, чтобы посмотреть за себя на тающую вдали фигурку.

Голубь чистил растрепанные крылья, покрытые какой-то жидкостью, поблескивающей в лунном свете. Едкий запах обжег ноздри Бет: нефть.

С запахом нахлынули и воспоминания: она погружается в грязный бассейн, где все соки и само естество города вцепляются ей в кожу, вторгаясь внутрь и меняя ее, пока люди в пропитанных – буквально сочащихся – нефтью костюмах ждут на берегу.

Бет подумала о цене, которую промасленные люди потребовали за ее перевоплощение: главное качество тощего парня с городом в коже, делавшее его человеком. Паника ударила ее в живот, когда она представила падение в простирающийся под нею мрак и задумалась, какую плату могли бы потребовать эти люди за то, чтобы вывести ее отсюда.

Наконец, она поняла, где находится. Здесь ей было не место; эта часть города принадлежала нефтяным людям из Химического Синода.

«Убраться. Убраться, – нетерпеливо толкнулась в голове мысль. – Мы должны убраться отсюда».

Но у нее не было голоса, чтобы озвучить мольбу, – его она уже продала.

Летящий ящер держал ромбообразную голову строго перед собой, таща девушку с головокружительной скоростью. Извиваясь, Бет почувствовала, как его когти из аммиака и метана сомкнулись вокруг нее. «Заберите нас…»

Продолжая извиваться, девушка умудрилась освободить одну руку и, забившись, сама того не желая задела брюшко крошечного существа.

«…отсюда!»

Голова ящера дернулась, и он посмотрел вверх, словно что-то учуяв: едва уловимое движение.

Не смея надеяться на удачу, она снова протянула пальцы – но все без толку: дотянуться не получалось. Бет напрягала каждый сустав, преодолевая отталкивающий ее поток газа, но едва смогла коснуться пальцем кожи маленькой рептилии.

В стене над ними она увидела устье бокового туннеля.

«Пожалуйста, – снова подумала девушка, – пожалуйста, заберите нас отсюда».

Что-то вроде разряда статического электричества метнулось от ее лба к пальцам. Голова рептилии мотнулась вверх, она начала набирать высоту: девушка почувствовала биение невидимых метановых крыльев. Сердце подскочило в недоверчивом облегчении, но тут же снова запнулось.

Ящеру не хватало подъемной силы.

«Я слишком тяжелая. – По телу прокатилась горячая дрожь. – Он не может взлететь…»

Ящер накренился вправо, резко и внезапно, и желудок Бет перевернулся. Металлический язычок ударился о кирпичную стену, высекая искру. Ударил жар воспламенившегося газа; Бет прищурилась от яркого света, на лбу выступили бусинки маслянистого пота. Мышцы напряглись в ожидании, что ее поглотит пламя, но сверкающая волна отступила. Прошло несколько секунд, прежде чем она с облегчением разлепила веки.

И впервые увидела удерживающую ее тварь целиком.

Маленький ящер плыл сквозь кипящий воздух в центре гораздо более внушительной призрачной – внешней – рептилии, очерченной голубым огнем, где горел метан. Газодвижущееся создание пошевелило грязными пальцами, и Бет увидела впечатляющие огненные когти, загибающиеся в ответ. Крошечный ящер мотнул головой – и огромная горящая морда, словно марионетка, тоже качнулась. Дернул маленькими бугорками на спине – и огненные крылья отозвались хлопками.

Когти, словно факелы, вцепились Бет в талию. Языки пламени прожгли дыры в толстовке и оставили следы копоти на руках, но не причинили ей вреда: бетонная кожа оказалась огнеупорной.

Канализящер бил огненными крыльями, восходящий поток поймал их, и они ринулись в устье туннеля. Закутанная в голубое пламя, Бет молча возликовала. Они петляли через стыки, влево, вправо, снова влево, затем пространство пронзил иной свет. Ее окатил свежий воздух – они вырвались из арочного прохода на речной берег.

Взмывая прямо вверх, Бет осмелилась взглянуть через плечо и увидела растворяющегося вдали индустриального дикобраза Купола тысячелетия. Под ними раскинулся ночной Лондон, освещенные улицы казались реками магмы, бурлящими среди черных скал крыш.

Пальцы Бет все еще касались мягкого подбрюшья ящера. И тут девушку пронзила идея.

«Налево», – подумала она, и канализящер опустил левое крыло, накренившись к западу.

«Направо», – длинная шея загнулась в противоположную сторону. Жар от огня омыл лицо Бет, когда дракон выправился. Взвинченная и напуганная ее послушанием, девушка уставилась на рептилию.

«С чего ты вдруг стал меня слушаться?»

Карман загудел, потом снова, и снова – три сообщения. Она знала только одну девушку, которая стала бы писать ей посреди ночи. Зажав копье под мышкой, Бет вытащила телефон.

«Можешь прийти сегодня?»

«Хочу у тебя кое-что спросить».

«Пожалуйста?.. Сегодня. К».

Бет ехидно улыбнулась, почувствовав пламя у себя на зубах.

«Ага, Кара, – подумала она. – Могу. Меня подбросят».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное