Разведен. С ребенком

— Ты мне сейчас его рекламируешь? — девки заржали.

— Предостерегаю! Ты тут единственная свободная дама… — указала на меня пальцем, пьяно фыркнув. — Он тот ещё засранец. Но очень хорош. — Она вздохнула, а я не придала значения её словам, поняв лишь, что она всё ещё сохнет по бывшему мужу. Я Кристину видела пару раз, но близко не общались, и Аня с Никой про неё особо не болтали.

— Ладно, Крис, не обижайся. Мы не могли выбирать между тобой и ним. Мы же через столько вместе прошли, — подбодрила ее Ника, та положила голову ей на плечо, вздохнув.

Паша позвал к столу, который был накрыт уже всякими яствами, вечер быстро перетек в ночь за болтовней и шутками, а я смертельно устала после рабочей недели.

— Ребят, я пойду спать. Сложная неделя, — поблагодарив за приём, пожелав всем спокойной ночи, я направилась к себе в комнату.

На следующий день я проснулась раньше всех. Умывшись и одевшись в удобный спортивный костюм, направилась на кухню приготовить завтрак. Пока всё спали, я подумала, что можно сделать небольшую благодарность хозяевам за радушный прием и отдых, начала месить тесто для сырных шариков. Ингредиентов там немного и все они оказались в наличии. Натерев сыр и замешав его в основное тесто, сделала шарики и отправила в духовку. Пока заваривала чай, услышала шум машины во дворе. Подумав, что это, вероятно, бывший муж Кристины заявился, продолжила готовить завтрак в виде яичницы-скрэмбла. Дверь отворилась, и я услышала знакомый голос, от которого у меня побежали мурашки по коже.

— Чем это так приятно пахнет? — я медленно повернулась, не веря своим ушам. Передо мной, выглядывая из прихожей, стоял Шахов во всей своей красе, держа в руках несколько пакетов из магазина. На его лице тоже отразилось удивление. Мягко сказать. — Ты какого чёрта тут делаешь?!

— И тебе доброе утро, — выдохнув и взяв свое негодование под контроль, я повернулась обратно к плите. — Тот же вопрос. — Шахов прошёл на кухню, поставив пакеты на стол. Он открыл рот, видимо, для очередного гадкого замечания, но в комнату вошла Кристина.

— О! А вот и муж пожаловал! — я повернулась к нему лицом, вздёрнув брови до небес. Сказать, что я офигела, ничего не сказать и пером не описать. Сложив руки на груди вместе с поварешкой, я наблюдала за этой милой парочкой. Он не сводил с меня глаз, когда она подошла к нему и поцеловала в губы.

— Бывший. Крис, не усложняй, — не реагируя на неё, всё ещё смотря на меня, произнёс он.

— Да это не важно… — махнула рукой Кристина, усаживаясь за стол. Её томило похмелье. Я налила ей крепкий чай с лимоном и поставила перед ней. — О, спасибо, дорогая. Что-то я вчера перебрала.

— Важно. — сказал Шахов, тяжело вздохнув, но блеска в его глазах меньше мне стало. Вот же кабель!

— Завтракать будете, муж? Жена? — я обратилась к ним поочередно, Крис просто кивнула, а Саша скривил рот в язвительном тоне. Проходя мимо него слишком близко, я прошептала:

— 3:2. В мою пользу. — Продолжила расставлять тарелки и выкладывать сырые шарики. Пока я занималась сервировкой, подтянулись остальные. Шахов молча раскладывал продукты в холодильник.

— О, Санек. Привет, — подоспел Паша, стукнув Шахова по плечу.

— Всем доброе утро! — громко протянул Слава, потягиваясь, садясь за стол. — Мила! Ты как всегда! Спасибо тебе за такие замечательные завтраки!

— Эй! Я ревную! — хихикнула Ника.

— Детка, — Слава усадил её к себе на колени. — Самый лучший завтрак — это ты.

— О Боже… — Крис закатила глаза. Аня засмеялась, я тоже.

Шахов помыл и поставил на стол виноград аккурат возле меня, наклоняясь и прошептал.

— Ты как всегда? Замечательные завтраки? Ты тут не первый раз ошиваешься?! — возмущение сквозило в его словах.

— 4:2. — В ответ сказала я и любезно улыбнулась. Он взял телефон, мне тут же пришло сообщение.

Александр: 4:3. Звонок подле начальника забыла?

Мила: Иди в жопу. Я не на работе. Отвали от меня.

В ответ я увидела лишь его самодовольную улыбку.

После завтрака Аня помогала мне убирать со стола.

— Как тебе бывший муж Крис? — поиграв бровями, уточнила подруга, протирая кружки. — Красавчик, да?

— Действительно. Такой красавчик. Его родители случайно не родственники? — раздраженно отвесила я.

— Эй! Ты чего такая злая-то!? — смеясь, отозвалась Анька. Я вздохнула, решив всё ей рассказать.

— Помнишь, я тебе рассказывала про мужика, который меня достает на работе. Ну про клиента? — Аня кивнула, засунув виноградину в рот, потом до неё дошло, она попеременно показывала пальцем на Шахова, потом на меня, округляя глаза. — Да ну?!

— Ага. Это он. Бывший муж Крис, прикинь? — я устало упёрлась руками в раковину.

— Охренеть! Вот так Санта-Барбора!

— Отдыхает… — я повернулась спиной к мойке, мы обе уставились на Шахова, который снял футболку и расхаживал по двору, а нет, перетаскивали стол вместе со Славой. — Ну какого чёрта он разделся? — вздохнула я. Анька хрюкнула от смеха.

— Ты влюбилась, что ли?

— Боже упаси! Я это ваше «i love you», вертела на «who you». — Я вернулась к мытью посуды, точнее запахиванию её в посудомойку.

— Ладно тебе! Найдется тот, кто тебя обуздает. А он хорош! — ткнула локтем меня подруга. Я покосилась на неё недобрым взглядом. Я вздохнула, видимо, громко, подруга на меня покосилась. — И давно у тебя не было? — я снова вздохнула, всё ещё рассматривая тело Шахова. Он слишком хорош для своего возраста! — Тебе срочно нужен мужик для сексуальной дружбы!

— Или сексуальный мужик для дружбы, — повела плечами я. — Или дружный мужик для секса. Что-то я запуталась, — мы рассмеялись. — А знаешь, — повернулась я снова к Ане. — специально буду вести себя как конченная, чтобы он сам слился.

— С твоим характером тебе это легко удастся! — фыркнула подруга.

— Это какой такой у меня характер? — уставилась на неё, которая всё продолжала закидывать виноград себе в рот.

— Эмм… смесь утонченной аристократки и алкоголика дяди Валеры, с легкой щепоткой итальянского гангстера… — подруга изобразила пальцами как будто присыпает солью или сыром.

— Ой! Да ну тебя!

Весь день Шахов ко мне почти не подходил, а если и мелькал, то не донимал. Я с подозрением отнеслась к такому его поведению. Думаю, план придумывал. Я с нетерпением ждала вечера. Хотя в голове мелькала мысль уехать, но любопытство оказалось сильнеё здравого смысла.

Нарезая на ужин овощи на мангал, я была одна на кухне, но недолго. В комнату вошел исчадие ада, терзатель моего спокойствия.

— Привет, — тихо проворковал он, я смерила его взглядом, но ничего не ответила. Он встал рядом, украв из под ножа огурец, отправив его с хрустом в рот.

— Придумал? — не отрываясь от процесса, спросила я.

— Что? — он не сводил с меня взгляда.

— План.

— Какой? — он улыбался, ему явно доставляло удовольствие играть в чехарду слов.

— По терзанию моих нервов, — он рассмеялся.

— Нет.

— Врешь.

— Честное слово. А ты соскучилась? — я повернулась к нему лицом и посмотрела в его серые глаза.

— Нет. Честное слово, — передразнила его я, уголки губ сами дёрнулись. Он принял это, видимо, как знак. Но тут зашла Анька, налила себе воды.

— А ты помоги, — не сдавался он.

— Чем?

— Подскажи путь к своему сердцу? — я повернулась к нему снова, сделав вид, что задумалась.

— Ну, это легко: сначала семь дней иди лесом, а потом сворачивай нахуй. — Анька прыснула всю воду на пол, Шахов заржал как конь. Я осталась непоколебимой, хотя внутри всё дрожало: то ли от гнева, то ли от возбуждения.

— Господи, я надеюсь, ты настоящая, — он внимательно посмотрел на меня, потом оттолкнулся от столешницы, сделал шаг и щипнул меня за задницу! Я резко развернулась с ножом в руке, он вскинул ладони вверх: — Я просто проверил! — широко улыбаясь ответил он и ушёл на веранду.

— Ты чего подслушивать пришла? — накинулась я на подругу.

— Нет, конечно! — хихикала она. — Воды попить и про овощи спросить, у Паши там мангал созрел.

— Сейчас в фольгу овощи положу. Можешь пока огурцы забрать, — резко ответила я.

— Мил, сбавь обороты. Мы всё-таки отдыхаем. Крис же говорила, что он редкий засранец. Давай ей поверим!

— А мне не надо верить, я на себе это чувствую, — она обняла меня за плечи.

— Ладно. Выдохни.

Вечером приехал отец Ани, Антон Алексеевич. Он не то чтобы в нашей компании, он адвокат Славы, у них возникли какие-то срочные дела, после он остался на ужин, чем скрасил мое интеллектуальное одиночество. Мне нравилось с ним вести разговоры, он очень образованный и умный мужчина. Я чувствовала взгляд Шахова на нас, это раздражало. Можно подумать, я его собственность.

— Мила, как у тебя на личном? — с добродушием уточнил Антон Алексеевич.

— Ой, — я махнула рукой, улыбнувшись. — Антон Алексеевич, вот когда встречу такого как вы, тогда и… — мы рассмеялись, что не ускользнуло от Шахова.

— Ну, такого, как я, это вряд ли!

— Точно! Вы слишком хороши! — я положила руку ему на плечо. Шахов моментально это увидел, я заметила краем глаза. Достал!

— Антон Алексеевич, как на счет пройти в дом и погреться? Чай попьем.

— С удовольствием.

Мы направились в дом. На нас никто не обратил внимания, все были заняты беседами, шутками и просто хорошим вечером, кроме Шахова. Этот проводил нас взглядом до самой двери, я чувствовала это задницей. С Антоном Алексеевичем у нас исключительно добрые, дружеские отношения, даже отеческие. Но для людей, которые видят нас впервые, может показаться, что у нас какие-то отношения. Хотя скрывать не буду, флирт присутствует, но он абсолютно безобидный и обоюдный.

Мы расположились на диване с кружками ароматного крепкого чая.

— Мила, ты прекрасный чай завариваешь. Я дома пытался, но у меня не получается! — восхитился Антон Алексеевич.

— Это секрет, — подмигнула я, рассмеявшись. Я была в прекрасном расположении духа, пока не вошёл угнетатель моего нервного здоровья. Я видела, что он идет мимо окон в направлении входной двери, но была увлечена разговором.

— Эх, Мила, был бы я помоложе…

— Ой, Антон Алексеевич, вы и сейчас не промах! — при этом диалоге в нашем поле зрения появился Шахов и уселся в кресло напротив меня. Настроение стремительно начало портиться просто от его ауры.

— Я нарушил вашу идиллию? — ровно спросил он, а глаза сверкали.

— Да, — сказала я, отхлебнув чай.

— Рыбка моя, сделай мне тоже чайку, — я вытаращила на него глаза и начала медленно закипать. Я хотела плюнуть ему в лицо, но подумала, что это слишком рискованно. Плюну в чай. На моем лице расплылась саркастическая улыбка.

— Я на минуточку, Антон Алексеевич, — он, еле пряча улыбку, кивнул. Я свела брови глядя на него, что он заметил?

— Иди, иди. У меня как раз есть вопрос к Антону Алексеевичу. Не для женских ушей, — из моего носа «пошёл пар».

— Пойду, — встала я. — В чаек плюну, — это я сказала уже себе под нос. Я долго стояла: кипятила чайник, два раза, возила ложкой, но плюнуть так и не смогла. Просто сбила пенку. Взяв чашку, понесла её Шахову, подавая злорадно улыбаясь.

— Плюнула? — широко улыбаясь, спросил Саша.

— Конечно. Видишь пенка, — я уселась на свое место, глянув на Антона Алексеевича. Он смотрел то на меня, то на Шахова с нескрываемым интересом. — Что обсуждаете?

— Ой, Мила, не забивай свою красивую головку мужскими делами, — отхлебнув из чашки чай с пенкой. Ах ты ж, козлина.

— А ты смелый, — указала я взглядом на чашку, откинувшись на спинку кресла.

— Рыбка моя, из твоего ротика я готов даже яд выпить, — он подмигнул, я прыснула чаем, Антон Алексеевич хохотнул и глянул на часы.

— Дорогие мои, мне, к сожалению, пора. Хотя у вас очень интересно, — он встал, я тоже.

— Я провожу.

— Только с Аней попрощаюсь, — я кивнула, смотря ему в след. Когда он вышел за дверь на веранде, я повернулась к Шахову.

— Ты больно кретин! Ты кем себя возомнил?! — он сидел и преспокойно пил чай.

— Не знал, что ты по стареньким. — Я вытаращила на него глаза.

— Это что, ревность? — я медленно подошла к нему, уперев одну руку в подлокотник, другой вела пальчиком сначала по его носу, потом по губам. Он внимательно смотрел мне в глаза, а зрачки его всё расширялись. Мой пальчик опускался ниже, уже вёл по его накачанной груди, ниже, зацепив пряжку ремня, он напрягся. Схватив бегунок молнии на джинсах, я слегка дернула вниз, тот легко поддался. Расстегнув молнию, меня понесло, я не могла остановиться, видя, чувствуя его реакцию. Шахов держал кружку в руках и не двигался, только его глаза следили за моими движениями. Мои пальцы медленно забрались под грубую джинсовую ткань, нащупав плотную мышцу. Глубоко вздохнув, я сжала ее сильнее, подняв свои глаза в его, они столкнулись. «О, Боги! Зачем я это делаю?!», — пронеслось в голове. В эту секунду горячий чай из его кружки пролился прямо на его пресс, дверь с щелчком открылась, я отскочила от него. Шахов встал, в комнату вошли Антон Алексеевич, Аня и Паша, Слава. Они не особо на нас обратили внимания. Я поправила забрызганную футболку, посмотрела на Шахова, едко улыбнулась уголком губ, он смотрел на меня, часто дыша.

— У тебя ширинка расстегнута, — он опустил голову вниз, я его хлопнула по носу, он яростно посмотрел на меня, я показала язык и направилась на улицу провожать отца Ани.

Добежав до машины, я встала позади Аньки. Антон Алексеевич прощался со всёми.

— Мила, — он протянул мне руку, я положила свою.

— Рада была увидеть вас.

— Взаимно, — он обнял меня. — Мил, Саша — ершистый, но добрый парень внутри, — я отстранилась и посмотрела на него, сузив глаза.

— Это вы о чем? — я сделала вид, что не понимаю.

— О вас…

— Нет никаких «нас».

— Это пока, — он подмигнул и сел в машину, ребята уже свалили обратно на веранду. Я пригрозила пальцем Антону Алексеевичу, улыбнувшись. — Звони, если нужен будет совет.

— Обязательно. Спасибо.

Я обняла себя руками, провожая взглядом его машину. Потом пошла на веранду к остальным.

— Проводила? — улыбнулась Анька.

— Ага. — Вздохнула я.

— Эх, был бы Антон Алексеевич помоложе, была бы ты моей тёщей в скором времени! — заржал Пашка, все подхватили. Один Шахов делал вид, что он глухой, когда ест.

— А меня его возраст не смущает! — ответила я, выгнув бровь. — Так что ещё погоди! Будешь ко мне на тещинские борщи приезжать! — мы снова расхохотались. Шахов в заляпанной футболке сидел, нахмурившись.

— Саш, а с тобой-то что приключилось? Милу не поделили с Морозовым? — спросил шутливо Слава.

— Чаем облился. — Сурово ответил он. Настроение у него явно было на нуле. Я чувствовала ответственность за это: надо снова поставить на наши колкие рельсы ненависти. Я поймала его взгляд на себе, пока всё отвлеклись к новой порции шашлыка. Он откинулся на спинку стула, я сложила пальцы в трубочку и сделала в воздухе несколько поступательных движений вверх-вниз в районе живота, слегка улыбаясь. Он сжал губы, но они дрогнули и расплылись в улыбке. Саша прикрыл лицо ладонью, потёр пальцами лоб, а потом свою щетину, покачав головой.

Оставшийся вечер мы не пересекались.

Я лежала и смотрела в потолок, перебирая пальцами одеяло. Цокот цикад на улице не давал заснуть, несмотря на усталость и суетливость дня. Я решила пойти попить теплого молока, чтобы успокоиться.

Нагнувшись к нижней полке в холодильнике сайд-бай-сайд, я вздрогнула.

— Вот это вид. Теперь точно не усну, — я повернулась к нему.

— Будешь молоко? — уставшим голосом спросила я. Шахов кивнул. — Подогреть? — снова кивнул. — Слова платные? Лимит на сегодня кончился? — съязвила я, ставя в микроволновку две кружки. Мы просто смотрели друг на друга, пока не пикнул таймер. Я протянула ему кружку, он молча взял, молча сели напротив друг друга за стол, попивая теплое молоко.

— Чего не спишь? — наконец произнес он.

— Цикады громко стрекочут. Не привычно, — я пожала я плечами. — А ты чего? — я снова сделала поступательные движения вверх-вниз кулаком, слегка улыбнувшись. Он опустил голову, рассмеявшись.

— Не знаю.

— Что-то беспокоит?

— А ты психолог? — усмехнулся он.

— Нет. Но выслушать могу, — я отпила глоток теплого молока.

— Просто тяжелая неделя.

— А тут я.

— А тут ты, — он улыбнулся.

— Устал меня донимать? — улыбалась уже я.

— Нет. Это мне в радость, — я качнула головой. — Зато не скучно живется.

— А бывает скучно?

— Бывает.

— У тебя бывшая жена и ребенок. Куда уж скучно, — фыркнула я.

— Это скорее боль, — он отвел глаза в сторону. Я убрала кружки в раковину. — Что у тебя с Морозовым?

— Ничего. — Дёрнула я плечами, уже направляясь в сторону своей комнаты. — Хотя, может, стоит присмотреться, — натянуто улыбнулась я, открывая дверь. Шахов вошёл за мной.

— Ты так разочарована в мужчинах? — он сунул руки в карманы шорт.

— Точно. Разочарована. Я тебя не приглашала.

— Это многое объясняет, — вздохнул он, не сводя с меня взгляда, игнорируя мой выпад.

— И что же? — я сложила руки на груди. Он медленно подошёл ближе, вытянув мои руки, обхватив своими длинными пальцами запястья, раскрывая ладонь.

— Твой сучий характер, — и поцеловал мою ладонь, смотря мне в глаза, я хмыкнула, но что-то укололо в сердце.

— А ещё? — я выгнула бровь, когда он уже прижимал меня к себе одной рукой, второй занёс мои руки за спину и крепко держал. Почему я не вырываюсь? Нравится. Его обволакивающий тон, взгляд, полный желания…

— А ещё… — он нежно коснулся губами моих губ. — Твоя строптивость заводит. Чем дольше сопротивляешься, тем дольше буду к тебе приставать. — Он был слишком близко, шептал мне в губы свои горячие слова. В моей голове залопались пузырьки, как от шампанского.

— То есть я должна отдаться тебе вопреки своей воле?… — усмехнулась я. Шахов кивнул и притянул к себе ближе, я почувствовала его «серьезные намерения» в штанах. Его губы прижались к моим, горячий язык раздвигал их, я медленно простонала. Как давно я не целовалась… Как это приятно… Его руки свободно блуждали по моему животу, языки сплелись, только когда он нахально схватил мою грудь и сжал её в своих ладонях, я очнулась. Резко высвободив руки из его цепких лап, я толкнула его в грудь: его темный стальной взгляд искрился, как сварка, на которую нельзя смотреть. — Шахов, иди в жопу, — тихо, но доходчиво сказала я, открыв дверь своей комнаты.

— Ты только позови, — усмехнулся он, делая шаг за порог, а я толкнула его в плечо, чтобы побыстрее выматывался. Закрыв дверь на замок. На всякий случай. Быстро улеглась в кровать, перебирая пальцами по одеялу. Через минуту приходит сообщение.

Александр: Спокойной ночи. (дьявольский смайлик).

Я подскочила на кровати, и до меня тут же дошло! Это животное специально меня завел, чтобы я уснуть не могла! Чёрт! Я ведь действительно сильно возбудилась! Я решила не падать в грязь лицом, облизала пальцы и сделала фото. Недостаточно блеска. Засунув два пальца себе в шортики, провела пару раз по половым губам и… не смогла остановиться. Чёрт! Через несколько минут, слегка расслабившись, я всё-таки сделала фото с блестящими пальцами и отправила Шахову. Ответ не заставил себя ждать.

Александр: 4:4.

Вот козёл! А ну и ладно, сон меня начал уже одолевать. Завтра ему жизнь попорчу. Пусть победа сейчас и на его стороне.

Александр.

Я еле продрал глаза. Эта чертовка сводит меня с ума! Отшлифовать бы ее язык членом, может, и посговорчивее стала бы. Переодевшись и умывшись, я отправился на кухню. Там были все, только Милы не хватало. Спустя час она так и не появилась. Я, если честно, забеспокоился, но не мог открыто интересоваться. Почему? Да хрен знает. Наверное, не хотел светить нас раньше времени. Нас. Каких, блять, нас?! Мы только и делаем, что грыземся. Или я уже для себя всё решил? Хороший вопрос.

— Что-то Милка заспалась, — протянула Аня, когда в гостиной остались только я и она. Я хмыкнул. — Может, пойдешь, проверишь?

— С чего это? — веду себя как подросток. Аня многозначительно на меня посмотрела, я отложил телефон.

— Я вчера слышала как вы мило ворковали. Наша с Пашей спальня рядом с её. Не твоя ли в том вина, что она так долго спит? — она саркастично улыбнулась, я закатил глаза и вздохнул.

— Ладно, — на выходе обернулся. — Но я тут ни при чем. Честно.

— Ага, — услышал не доверчивое хмыканье, и направился к двери Милы. Постучав пару раз, дернул за ручку — она оказалась заперта. Я усмехнулся: значит, побоялась, что я продолжу начатое. Н-да. Высокого она обо мне мнения. Я постучался ещё раз.

— Кто там?

— Мил, всё волнуются, ты в порядке? — пауза. Офигела наверное. Я улыбнулся.

— В порядке. Уже иду.

Ничего не ответив, я пошел к остальным на веранду, где ребята снова разжигали мангал. На сегодня у нас запланирован плов на открытом огне. Моя идея. Люблю эту походную еду. У неё особенный шарм. Неся дрова из поленницы, увидел Якутскую. Чёрт бы ее побрал! В белых спортивных штанах и майке на голые сиськи. Волосы небрежно в хвосте, даже румянец на щеках. А это она вчера всего лишь помастурбировала после нашего поцелуя, что будет с ней, когда я её трахну. Правильно — когда, а не если. Одно полено упало мне на ногу.

— Блять! — прошипел я.

— Что у вас? — любуясь на Милу, я не заметил, как рядом оказался Пашка.

— У кого?

— Ой, да ладно. По-моему, все видят, кроме вас.

— Что, блять, видят-то? — я мгновенно закипел, потому что вторгались на мою личную территорию, к которой я не был готов кого-то подпускать.

— Сань, тебя и Милу. Развод — это не значит, что нужно на себе крест ставить.

— Я на себе и не ставлю. У меня партнерш достаточно.

— А слюни пускаешь по ней, — он махнул головой в сторону этой чертовки, которая попивала свой чай, смеясь с моей бывшей женой. Я закрыл на миг глаза, вздохнув. — Давно вы знакомы?

— Пару месяцев назад познакомились.

— Вуф, — присвистнул Паша.

— В нашей компании впервые пересеклись. Кстати, почему? — я уставился на друга, тот пожал плечами.

— Не знаю. Видимо, не судьба была вам раньше встретиться, — он поднял полено с земли и мы пошли к костру.

— Паш, только не трепи никому.

— Я могила. Ты же знаешь.

Мы разожгли костер, подкидывая туда периодически поленья. Девчонки пошли готовить необходимые продукты для обеда.

Через некоторое время я поставил казан на костер и пошел на кухню за водой, маслом и мясом. С Милой мы не пересекались, разве что взглядами. Но этого было достаточно. Пока.

На кухне Крис уже выпила вина и её было не остановить: учила жить жизнь других, когда свою просрала. Аня и Ника пытались, её вразумить, но она не могла с ними согласиться. В этом ее проблема: права только она. Я покачал головой, пошёл к холодильнику.

— Вот! Саш! — вскрикнула Кристина. — Ты же был на мне женат! Вот скажи, в чем я не права?! А?! — слегка подвыпившим тоном настаивала она.

— Во всём, Крис, во всём, — монотонно ответил я, наливая воду в кастрюлю, ища сливочное масло в холодильнике. Аня с Никой расхохотались. — Ник, где масло сливочное?

— У Милы.

— А где Мила? — обернулся я. Она сидела за столом и намазывала масло на хлеб. Я подошел к столу, указав на масло. — Заберу? — она кивнула, уставившись на меня. — Ты онемела что ли? — в её глазах появился злорадный блеск. Ну, видимо, по-другому никак. — Ценное качество для женщины, — заметил я, взяв все нужные продукты, направился во двор. Услышав за спиной громкий вздох, усмехнулся. Мне это ещё отобьется. Точно знаю. Она своего не уступит.

Мила.

К обеду я пришла в себя от разомлевшего состояния. Я выспалась на неделю вперед! Давно так хорошо не спала. Видимо, усталость берет своё, ещё и свежий воздух.

Сидя за столом, поедая вкуснейший плов (о чем я, конечно же, Шахову не скажу), наблюдала за всеми. Аня с Пашей обсуждали, кто завтра детей в сад и школу поведет, делили обязанности. Крис наливала себе вина. Сколько можно пить? Но, видимо, ей надо. Многие так уходят от проблем. Ника и Слава постоянно переглядываются. «Этим потрахаться надо», — хихикнула себе я. Шахов. Этот уставился на меня. Неожиданно. Я-то думала, это я за всеми наблюдаю, а оказалось, есть ещё хищник. Я показала ему средний палец. Он улыбнулся. Больной что ли? Нормального общения не выносит, нужно обязательно токсичное? Я закатила глаза, попивая сок.

Ребята разошлись кто куда, за столом остались только мы вдвоем.

— Выспалась? — ехидно спросил Саша.

— Выспалась. А ты?

— Это не я пол-ночи мастурбировал, — хохотнул он, я выдохнула. Он специально меня провоцирует, пыталась успокоить себя. В памяти всплыло воспоминание вчерашнего поцелуя, я немного поерзала на стуле. Он поднял бровь, уголок его губ дернулся, он поднес ко рту стакан с соком.