Союз Упрямых

Идеальная комбинация. Но раз у Авроры нет напарника из "чужаков"…

Роланд подвоха в вопросе не углядел. Его вообще мало волновали чувства тех, кого он мысленно записал в длинный список подопечных. Главное, чтобы дышали и ходили на занятия.

– Я нашёл ещё в начале года, – с гордостью сказал Роланд. Голос утратил торопливость, даже стал немного счастливым. По ту сторону аппарата Аврора сморщилась как от зубной боли. – Себастьян отличный помощник. Разумеется, он не некромант, как мы, и поначалу немного пугался… Его земляные барьеры превосходно сдерживают оживших мертвецов, да и могилы копать удобнее.

– Отлично. Рада за тебя, – поспешила сменить тему Аврора. Она прекрасно знала, о ком шла речь. Это для Роланда Себастьян славный малый, а для всех остальных – будущий глава Ковена Рубиновых гор. Ничего удивительного, Роланд относился покровительственно и снисходительно даже к некоторым наставникам. – Говоришь, как новичка зовут?

Роланд осёкся. Аврора представила, как заалели кончики ушей старосты. Краст сохранял официальный тон при посторонних, броню ледяной идеальности. Однако с Авророй Роланд делился личным. Наверное, потому что Эверхард больше ни с кем толком не общалась. Как с попутчиком потрепаться – полная конфиденциальность.

Когда же Роланд вспоминал, что Эверхард все-таки живет с ним в одном общежитии и ходит на те же пары, ему вроде как становилось нехорошо. А когда Краст осознавал, почему от девушки все бегут, – сворачивал болтовню. Репутация для Роланда Краста превыше всего. По крайней мере, так считала Аврора, видевшая некроманта чуть ли не каждый день.

– Точно, поспеши. Новичок обещал явиться после полудня. В пояснительной записке указано – Тобиас Зелло, без вступительного испытания зачислен на первый курс. Секретарь мог ошибиться, но если правда, то он младший брат Эйрара Зелло. Странно, что я никогда о нём не слышал.

Аврора поборола желание грязно выругаться, ограничившись закатыванием глаз и тихим недовольным вздохом.

"Опять Зелло. Наверняка у Эйрара семейка под стать ему. Отвяжусь от Тобиаса побыстрее, дам карту с маршрутами и пометками, и отправлю восвояси, – подумала Аврора. Но буйное любопытство уже разыгралось. – Наверное, у него тоже специализация огонь, как и у брата. Младшенького Эйрара ждёт большая конкуренция. Боевые маги с потрохами сожрут".

Отчего-то в авроркиной душе заворочалось нехорошее предчувствие. Ей захотелось свернуть разговор.

– Чтож, не буду отвлекать тебя от дел…

– Подожди, – вдруг замогильным голосом перебил Роланд. – На самом деле… Мне неловко говорить…

– Да? – поторопила его Аврора.

– Я забыл предупредить тебя о том, что Тобиаса заселили на 20 этаж нашего общежития. В комнату напротив твоей.

Сердце Авроры Эверхард-Фажерс ушло в пятки. В глазах потемнело, рот приоткрылся в немом крике. Студент, сидевший неподалеку, мельком взглянул на неё и поежился. Неприятно, когда у кого-то рядом рушится мир.

– Надеюсь, мне послышалось.

– Я серьёзно. Собирался сообщить заране, но забегался.

Роланд не подозревал, что чудом избежал вспышки гнева Авроры. Она сжала кулаки до хруста костяшек.

– Почему Тобиаса поселили не в кусты перед общежитием, а в мои комнаты?

Роланд, как порядочный староста, никогда не посещал дуэли. Поэтому не ведал, с кем имеет дело.

– Есть ли предел твоей жадности? – разозлился Роланд, тут же откашлялся и заметил беспрекословным тоном. – Не слишком ли много места для без пяти минут адептки второго курса? Три комнаты и общая кухня!

"Чем отвадить вампира от моих владений?! Должно быть что-то пакостное, невыносимое…", – угрызений совести Аврора не испытывала. Пыталась нащупать невидимую нить беседы, дёрнуть, переиначить на свой лад.

– И захватчик не против жить на 20 этаже? – проигнорировало выпад старосты Воплощение Жадности.

Аврора прекрасно осведомлена: Роланд ютится с тремя соседями. И что с того? Надо вертеться и карабкаться выше. В прямом смысле выше: верхние этажи даром никому не нужны.

Почти никому.

– Тобиас сам выбрал комнату, – одна фраза разрушила мечты захватчицы. – Он приложил к письму план Академии с обведённым кружочком. На моей памяти, никто так не задурялся, все по прибытию заселялись наугад. Новичок оплатил проживание на два года вперёд. Похвальная целеустремленность…

"… и пугающая", – подумала Аврора.

Ей всё меньше нравился незваный сосед. Всё лето Аврора притворялась, играя роль обделённой. Ворчала, как ей плохо живётся под самой крышей, а сама, довольная и пышущая энтузиазмом, давно разложила вещи по двум комнатам. Третьи покои адептка пока не трогала, разве что гардеробную, но это только пока! Аврора плавала в ничейной большой ванне, поливала цветы на крыше, где могли гулять лишь хозяйка последнего этажа – Аврора Эверхард – и ветер.

И теперь блаженное одиночество разрушит залётный первокурсник и по совместительству брат её первой несостоявшейся любви. Просим любить и жаловаться, бросайте ваши ковры на нашем пороге!

– На самом деле, это здорово! Можешь взять над парнишей кураторство, показать, как устроена Академия, – тараторил Роланд, который всё давно за неё решил, видимо, приняв ошарашенное молчание за согласие. – Я доложу о твоей помощи заместительнице главы Академии, баллов добавят.

Вести о новых соседях и чьей-то смерти лучше сообщать аккуратно. Так на лекции пошутила Шиневра Игг, преподавательница по этике для некромантов, в народе – знаток по переговорам с потенциальными заказчиками. Хоть Роланд и отличник, к несчастью, не удосужился запомнить сие элементарное правило.

Так ничего и не ответив, возмущённая и сбитая с толку Аврора нажала на кнопку. Дивные речи Роланда о прекрасном будущем умолкли, и она мысленно обозвала его проклятой пиявкой.

***

"Какая забавная смертная", – усмехнулся Роланд, сбрасывая личину пай-мальчика. Наедине с собой он "убивал" старательного и ответственного парня, роль которого играл почти год. Становился тем, кем был рождён. Монстром. От ударов исчадия герои кричат от бессилия. Он сеет боль и страдания, потому что такова его природа.

В тени книжного стеллажа на втором этаже библиотеки стоял Демон Гордыни, в миру – занудный староста Роланд Краст. Видели бы его сейчас жалкие смертные, зовущиеся волшебниками, – Краст с самодовольным видом облокотился на перила и крутил в руках миниатюрный аппарат связи. Мнимо идеальный юноша, порочный, прогнивший насквозь. Искусителя никогда не вычислят эти глупые, низшие создания. На стеклышках фальшивых очков плясали алые блики. Нечестивое отродье пряталось у всех на виду. Как преступник, участвующий в поисках пропавших людей, которых сам же и погубил. От Авроры Эверхард его отделяло приличное расстояние, но демоническое зрение позволяло следить за настроением собеседницы на протяжении всего разговора. Роланд наблюдал, как недовольство на лице Авроры сменяется гневом и каким-то бесполезным чувством для саморазрушения, название которого он забыл: имя ему печаль.

Демон Гордыни облизнул губы раздвоенным языком. Естественно, обычные люди не в силах узреть его истинный облик. Лишь самые одаренные способны учуять нечестивых, но высшие иллюзии им не по зубам. А что касается поведения, то Роланд умел говорить и делать то, что от него ждут, и окружающие хотели верить, что он один из них. Всё же нет иллюзий прочней, чем те, которые подпитывают наше мировоззрение.

"Не такая уж ты и грешница, Эверхард. Я не насытился. То ли дело мой карманный ведьмак", – желание Краста отправиться на охоту за Себастьяном сделалось невыносимым. От наследника Ковена искрило чувством собственного превосходства за километр. За одну встречу с ним Краст бы утолил голод на неделю вперёд. Однако следовало соблюдать осторожность, и он голодал, прозябая в обществе ничтожеств с низкой самооценкой, подбирая крохи со стола.

…Вдруг Роланд с силой втянул воздух в легкие. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, зубы удлинились и скрипнули. Приступ закончился так же быстро, как и начался. Дьявольские отродья окрестили сие редкое проявление волшбы Озарением. Оно подсказывало, что не менее лакомая добыча приближается со стороны леса. Сильный маг, самоуверенный новичок без покровителя – отличная добыча. Видимо, тот самый, аврорин.

Чутью нельзя противиться. Роланд открыл оконную раму и спрыгнул. Человек бы не выжил, а он встал, отряхнулся и отправился сеять неприятности, беды и невзгоды на пути каждого встречного. Роланд двигался нечеловечески быстро: прыгнув на ветвь дуба, демон отскочил на соседнюю, взмыл ближе к верхушкам и ускорился, намеренно скрываясь за листвой от случайных прохожих. Даже не запыхавшись, Краст добрался до пункта назначения, и деланно-скучающе закурил.

"Я презираю смертных. Тех, кто жаждет большего, хотя ползёт по земле. Ходячие эмоциональные катастрофы копошатся и страдают у меня под ногами. Лезвия вместо языков, тупорылый взгляд овцы. Обладатели вкуснейших пороков, искусные в ничтожестве человечишки. Невозможно устоять, и не надеть на самых худших из них терновые венки под предлогом коронации. И когда я найду кого-то более-менее адекватного, то немедля вернусь в Преисподнюю", – Роланд выдохнул дым и по-злодейски.

Ни одна живая душа не дотянет до высоких стандартов Краста. По крайней мере, он свято в этом уверен.

***

Просидев несколько минут в тишине, Аврора вздохнула и засобиралась. Ей нужно оттащить в комнату парочку чемоданов и забрать ароматно пахнущие баночки с бальзамами для волос. Аврора понимала, что ванну утащить не удастся, и сожалела об этом больше всего. Дверной проём узкий, потребуется помощь старшекурсников, да и потом нужно взамен перенести душ, а тот точно не влезет на новое место из-за раковины. Сплошная морока, тот случай, когда надобно опустить руки и сдаться, ибо малейшая активность не решит старую проблему, а создаст парочку новых.

Мысли Авроры настроились на мирный лад:

"Проще плыть по течению, и хотя бы познакомиться с источником проблем, прежде чем хвататься за вилы. К тому же, вторую комнату я ему не отдам, да и на крышу. И в гостиной всё по-моему устроим. Ах, до чего же прекрасно жить без совести. Какая же я злодейка, хе-хе-хе!".

Аврора приблизилась к стойке хранительницы и с тихим хлопком положила учебники.

– Я очень рада, что ты не целитель, – заулыбалась Морисса. Как и всегда, в одной руке она сжимала тряпку для пыли. Бесполезная и беспощадная борьба за чистоту.

– Спасибо, приятно! Хоть кто-то обрадовался переменам в моей жизни.

Адепты не таскали книги в спальни, а отдавали на хранение в бездонный ящик в библиотеке. Волшебникам хватало своих гримуаров, куда они убористо вписывали заклинания и рецепты зелий, копировали чертежи артефактов. Отсеивали нужное, переводили учёный язык на человеческий, и оставляли учебники пылиться в библиотеке до экзаменов. Перед испытаниями адепты опасались провалиться из-за неточности формулировок, поэтому сверялись с оригиналом. К счастью, в Академии Порядка и Хаоса нет испытаний по второстепенным предметам. Никто не следовал стандартному расписанию: одни предметы менялись на другие, добавлялись факультативы и специальные занятия по индивидуальной программе. Везде требовались новые учебники или конспекты из архивов, поэтому поток ищущих знаний здесь не иссякал никогда. В библиотеке Равновесием и не пахло – Хаос царил даже на каникулах. И больше всех страдала хранительница.

Морисса сняла перчатки и чихнула. Её длинные, иссиня-чёрные волосы были собраны в аккуратную косу. Фиалковые очи то грозно смотрели на адептов, то с мягкостью и добротой взирали на Аврору.

– Не пойми неправильно, мне всё равно, с какого ты факультета. Но пособия для некромантов тоненькие. И в земле ты ничего не пачкаешь, как некоторые особо одарённые. Хотя бы тебе теперь выдавать книги сплошное удовольствие!

Аврора понимающе кивнула, вспоминая толстенные тома по целительству. Хотя ей и нравилась атмосфера книжного хранилища, но она лучше стала бы нежитью, чем библиотекарем. Будучи зомби и убираться не надо, и сторожить стеллажи не придётся.

– Будь ваша воля, все адепты ушли бы на некромантские погосты, – хмыкнула Аврора, покосившись на часы. Времени на незапланированный переезд катастрофически не хватало.

– Именно! – хлопнула ладошкой по стойке Морисса. Еле слышный стук не помешал занимающимся студентам. Ребяческий жест наставницы позабавил Аврору. – Ты сегодня вернёшься?

"С похитителем ванны", – ответила про себя Аврора. Но вслух проронила лишь вежливые слова, нанизанные на вертел помощи ближнему.

– Да, и не одна. Я провожу экскурсию для стихийника. Выдадите учебники раньше срока? Мне кажется, ему должно быть интересно почитать материалы по огненному направлению.

"Помогу новичку немного освоиться, – совесть беспощадно ударила по Авроре. – Хоть он и умудряется бесить меня до знакомства, меня же в первый день везде провели и ввели в курс дела! Показали то, о чём я и не просила вовсе, много хорошего выведала… Нужно передать опыт следующему поколению. Доброта к новичкам на первых порах – одна из лучших традиций Академии! А если окажется говнюком, отомстить всегда успею".

Аврора внимательно посмотрела на Мориссу, ожидая бурной реакции: не каждый день новичок нарушает порядок заселения и график выдачи талмудов. Обошлось. Морисса равнодушно кивнула и стрелой метнулась к адепту, который так яростно пытался найти фолиант на полке, что едва не уронил весь шкаф. Затем к ней подкралась девушка с веснушчатым лицом и робко задала вопрос по изучаемому предмету, указывая пальцем за дальнюю стойку.

– Ах, простите, в читальный зал №4 временно запрещено входить, – сказала Морисса. – Неофит, настоящий неограненный алмаз, право слово, переволновался и устроил потоп! Уцелевшие книги на сушке, благо, я применила контрзаклинание.

Мимоходом Аврора окинула взглядом большое зеркало, отметив, что не зря переоделась после практики: сменила заляпанные грязью штаны и просторную кофту на невесомую блузку, заправленную в юбку с вышитыми маленькими звёздами на подоле. Аврора ощутила комфорт и удовольствие от соприкосновения с мягкой тканью. Обувь, удобную для бега и копания могил, она снимала редко. Аврора неспешно пошла встречать новичка: успеет и позубрить всласть, и перекусить.

Двор Академии

Эверхард аккуратно раскрыла массивные дубовые двери и вышла, щурясь от палящего полуденного солнца. Светило силилось выжать из себя остатки лета на пороге сезона листопадов и печалей. Шаги тонули в траве, пробивавшейся сквозь камни. Аврора ходила тропками ради удовольствия. Дорожка за подготовительным корпусом одна из её любимых. Маршрут незамысловатый: поворот, прямо, натыкаешься на кормушку для птиц и беседки с круглыми крышами, поворот, поворот, и в конце пути – неработающий фонтан со скульптурой Бога Равновесия. Там Аврора всегда замирала на пару секунд, словно приветствовала старого знакомого. Невольное восхищение к деталям заставляло сбиться с шага. Над ней возвышался мраморный Младший Высший, держащий в одной руке фонарь, а в другой свиток с пером. Удивительно, как за долгие годы трещины не тронули изваяние.

"Он бежит с фонарем, мечется, силясь различить дорогу на Пути Хаоса. Найдя то, что ищет, – переводит дух, познаёт Порядок Души, и – мчится дальше. Суть Равновесия в буйстве и спокойствии, сменяющих друг друга", – сия вольная трактовка запомнилась Авроре с детства.

Отец передал дочери слова прабабушки. Род некромантов Эверхард умел объяснять сложное простыми словами так же легко, как Фажерс лечили переломы. В старом фонаре, покрытом мхом, не гаснет свет. Бога Равновесия почитают, помнят об исчезнувшем покровителе. Он испарился без следа много веков назад после Последней Битвы с Великанами. Аврора по привычке махнула рукой, как бы прощаясь со статуей, и побежала до общежития. Осталось пятнадцать шагов до входа, однако Аврора замерла, услышав знакомые нотки пренебрежения.

– Я приказала пожрать земли! Как маг земли, он должен был принять это за комплимент, – проговорила разозлённая рыжеволосая девушка.

– Ты обозвала Себастьяна трепливым выродком!

– На правду не обижаются.

Чёрная вуаль скрывала выражение лица её собеседницы, но не настроение. От девушки с белоснежной кожей словно исходила аура недовольства, хотя говорила она степенно, медленно и величественно:

– Предпочла бы, чтобы ты злилась на вампиров, а не на моего жениха и будущего главу Ковена. До сих пор не понимаю, почему ты помогаешь ублюдкам-кровопийцам.

– Ты пьёшь мою кровь не хуже них, подруга. Остынь, злость тебя не красит, – усмехнулась первая девушка.

На крыльце стояли две ведьмы – стервозная Ингрид Дарвиш и гадкая Лукреция Алар. Так гласила о них молва.

"Когда-нибудь твоя ненависть к вампирам уйдёт, Лукреция, – подумала Ингрид, испытав прилив раздражения. – Чувствовать не по заповедям болезненнее, зато злоба обращена против настоящих врагов, а не еретиков. Или на друзей, не выполняющих обещания. Да, Себастьян?".

Упомянутый Себастьян – ведьмак и по совместительству редактор академической газеты "Информатор". Ингрид возглавляла ораву болтливых студенток с непомерным самомнением, а Себастьян всех остальных. Про их противостояние ходили легенды. Ситуацию осложняло то, что они из одного Ковена, и вообще-то лучшие друзья, пусть и не все в это верили. Да, в минуты размолвок их связь слабела, но случалось это нечасто. Несмотря на нормальные отношения Ингрид и Себастьяна, общество не могло смириться с мыслью о двух лидерах, и навязывало им борьбу, ставило ярлыки. Главным сплетником называли Себастьяна (он победил с небольшим отрывом). Судьба отсыпала ему больше спокойствия и расчётливости, чем ведьме с отвратительным характером. Ингрид обзывали стервой и пособницей кровососов, разумеется, за глаза.