Одержимость босса. Роди мне наследника

– Может, просто заняты? – я попыталась отмахнуться, но внутри зародился противный червячок.

– Нет, Диана Анатольевна. Я обзвонила всех. Одна вообще недоступна. Вторая – трубку не берет. А той, которая ходила к нему первой, ответил какой-то мужчина. Сказал, что после свидания с каким-то богатеньким типом она так и не появилась дома. Что они в семье обеспокоены и скорее всего будут обращаться в полицию.

Я замерла, кофе дрожал в руке.

Это не могло быть совпадением. Алиев жуткий и опасный, я это почувствовала с первой минуты, как он вошел в мой кабинет в самый первый день.

И я ощутила на себе, что он не знает ничего о личных границах и общепринятых нормах.

Дура я, что не спросила у него: почему эти три кандидатки не подходят. Было что-то не так в них, или в нем? Или он сделал с ними что-то?

Неприятные мысли крутились в голове, и я попыталась отвлечься на работу.

Я села за стол, открыла ноутбук, взяла новый договор аренды помещения, куда мы переехали. Мне нужно было проверить все детали.

Сначала я пробежала глазами по строкам, чтобы прочитать внимательно, и вдруг мой взгляд споткнулся о цифру. Сумма за аренду была прописана как ноль.

Ноль?! Я перечитала еще раз. Что за фигня? Может, ошибка?

Я нажала на номер ассистентки.

– Да, Диана Анатольевна?

– Слушай, я смотрю договор аренды. Тут сумма ноль. Это ошибка?

Ассистентка замялась на секунду, потом ответила:

– Сейчас посмотрю, Диана Анатольевна, зайду к вам.

Я положила трубку и снова уставилась на договор. Взгляд упал на фамилию и инициалы арендодателя, напечатанные внизу на последней странице с подписью.

Алиев Д. А.

Меня будто ударило током.

Совпадение? Нет. Не думаю.

Я откинулась на спинку кресла, чувствуя, как сердце колотится в висках. Все это было слишком. Слишком странно, слишком опасно, слишком похоже на какую-то жуть.

Что, блин, делать: бежать, звонить адвокату или молча ждать чего-то?

Но одно я поняла точно – сомнения в моей голове больше не были просто глупыми предрассудками. Это был инстинкт самосохранения.

И он кричал, что я влипла в историю, из которой так просто не выбраться.

Я отшвырнула договор в сторону, и бумаги разлетелись по столу.

Судорожно пролистала базу, пока не нашла контакт – Алиев Давид Алиевич, владелец “Монолит Групп”. Схватила телефон и нервно набрала номер.

Он ответил после первого же гудка, словно ждал моего звонка. На фоне слышался шум – голоса, звон какой-то посуды, приглушенная музыка. Похоже, он был на мероприятии. Но уже через секунду звуки стали стихать, шаги, скрип двери – он вышел в тишину.

– Не ожидал, что вы так быстро передумаете, – сказал низким, почти бархатным голосом, с легкой усмешкой.

5

– Добрый день, Давид Алиевич. Я по другому вопросу, хочу кое-что прояснить, – я старалась говорить ровно, профессионально, но честно говоря, внутри все бурлило и кипело. – Наш договор аренды. Мы заключали его с фирмой “Альфа-Девелопмент”. Почему сейчас на нем стоит ваше имя и подпись?

– Все кристально ясно и чисто, – ответил он без запинки. – Здание, в котором находится ваша фирма, теперь мое. Личная собственность, не фирмы.

– Ресторан, здание… вы меня преследуете? – я не удержалась, голос сорвался.

– Почему вы так решили? – в его тоне было искреннее недоумение, или он хорошо играл.

– Потому что это очень частые совпадения, – я стиснула телефон так, что побелели костяшки.

– Может быть, просто судьба нас чаще сталкивает друг с другом, как вам такое объяснение?

– Неубедительно, – отрезала я.

В трубке послышался приглушенный голос. Кто-то обращался к нему, лебезил, говорил тихо и угодливо.

– Давид Алиевич, там по вопросу… – я уловила обрывки. Он ответил грубо, одним словом, от которого даже мне стало не по себе.

– Позже.

И снова тишина. Я поймала себя на мысли, что позволяю себе говорить с ним в таком тоне, к которому он явно не привык. И отчего-то он спускал мне это с рук. Странно. Опасная игра.

– У вас еще есть какие-то вопросы касательно договора, или хотите сказать мне что-то другое? – его голос снова стал спокойным, почти ласковым.

– Почему в графе “стоимость аренды” ноль? – я задала этот вопрос, хотя уже знала, что услышу в ответ.

– А какая сумма вас бы устроила? – он задал вопрос встречный, и в этом было что-то унизительное.

– Та, что была с предыдущей фирмой, – я старалась звучать твердо, но чувствовала, что проигрываю эту битву. – Честное слово, Давид Алиевич, я не настроена шутить или играть в игры с вами. И я не привыкла быть кому-то обязанной.

– Никакого долга и обязательств, Диана. Я не возьму с вас ни копейки, – он произнес это так, словно делал одолжение.

– Тогда буду вынуждена съехать и искать себе новое помещение под офис, – я понимала, что это звучит как шантаж с моей стороны, но выбора не было.

– Это нерационально, – он вздохнул с каким-то сожалением. – И ударит по вашему бизнесу. Еще один ремонт, новый переезд – накладно для фирмы с провисающим бюджетом. А у вас сейчас, насколько я знаю, количество клиентов снизилось на треть, вы инвестировали в новый офис, и пока не окупили вложения. Плюс несколько крупных клиентов ушли к конкурентам в прошлом квартале.

Я похолодела. Откуда он это знает? Он, что, читал мою финансовую отчетность?

Да, все было правдой. Новый офис, ремонт, переезд – я вложилась, и сейчас у нас было сложное время. Но откуда у него эти данные?

– Вы сумасшедший? – я почти крикнула в трубку. – Я сразу предупреждаю: я не из тех, кто принимает подачки. И знаю, что ничего в мире не бывает бесплатно. И “отрабатывать телом” я тоже не собираюсь.

– Я и не прошу вас об этом, – его голос стал мягче, почти извиняющимся. – Считайте это моим знаком внимания. Извинением, если я как-то обидел или задел во вчерашнем разговоре. Моя женщина не должна нуждаться ни в чем.

– Моя женщина?!

Жар прилил к щекам. Нет, ну это уже край…

– Давид Алиевич, я вам не ваша женщина. И никогда ею не буду. Мы даже не знакомы по-настоящему. Вы ворвались в мой вечер, вы сделали мне предложение, как будто я вещь, которую можно купить или забрать. Я директор брачного агентства, я не товар. И я не собираюсь участвовать в ваших планах по получению наследства, как какая-то декорация. Это возмутительно. Я не буду ничьей матерью по приказу. И не собираюсь быть обязанной вам хоть чем-то. Если вам нужно извиниться – извинитесь. Но не пытайтесь купить меня этим зданием.

На том конце воцарилась тишина. Потом он медленно, почти с легкой усталостью произнес:

– Хотите поговорить об этом? Приезжайте. – Он продиктовал адрес. – Пообщаемся, обсудим детали.

Я записала адрес, хотя не была уверена, что поеду. Сердце бешено колотилось, я чувствовала, что совершаю ошибку. Но как вы думаете что я сделала?

Конечно же открыла поисковик и вбила имя Алиева. Раньше я изучала его просто, как VIP-клиента, в попытке угодить ему, заманить его в наше агентство, удовлетворить его запросы… Но теперь я реально хотела понять что он за человек.

Даже не сомневалась, что найду что-то. Ну там, скандал, драка в баре, бывшая девушка с разбитым лицом, жалоба на домогательства. Что-то. Хоть что-то, что объяснит этот взгляд, и голос от которого у меня до сих пор трясутся руки.

Первая ссылка – официальный сайт “Монолит Групп”. Скромно, дорого, без пафоса. Черный фон, белая вывеска: “Строим будущее с 2012 года”. Основатель и генеральный директор – Алиев Давид Алиевич.

Я открыла раздел “О компании”.

Двенадцать стран, офисы в Москве, Дубае, Стамбуле, Берлине, Сингапуре. Жилые комплексы, деловые центры, мосты, стадионы. Один из них – тот самый небоскреб в Москва-Сити, который я видела сотню раз и даже не знала, чей он.

Оборот за прошлый год – я перечитала цифру три раза. Потом еще раз. Потом закрыла и открыла страницу заново. Нет, не показалось.

– Ахренеть!

Я листала дальше.

Вторая ссылка – обложка журнала. “Давид Алиев: человек, который построил полстраны”. Интервью, фото: он сидит в кресле, рубашка закатана до локтя, на предплечье – тонкий шрам. Смотрит в камеру так, будто камера ему должна. В статье – ни слова о личном. Только цифры, проекты, стратегия. “Я не строю здания. Я строю систему, в которой здания строятся сами”.

– Ну, да, ну да… – вздохнула я с усмешкой.

Третья ссылка – новости: “Монолит Групп” выиграла тендер на застройку исторического центра. Конкуренты – три государственные корпорации. Он обошел всех.

Я кликала и кликала.

Интервью для архитектурного журнала, светская хроника, благотворительные вечера. Он в смокинге чертовски хорош собой. Рядом – никого. Ни жены, ни девушки, ни модели под руку. Подпись: “Давид Алиев, основатель "Монолит Групп", прибыл один”. И всё. Ни строчки о романах. Ни одной фотографии с женщиной. Ни одного скандала.

Я откинулась на спинку стула.

– Вот черт!

Ни одной жалобы, ни одного судебного иска, ни одной бывшей, которая продала бы историю таблоидам. Ни одного анонимного поста на форумах.

Я вбила отдельно:“Давид Алиев скандал”. Ничего.

“Давид Алиев девушка”. Ничего.

“Давид Алиев маньяк”. Поисковик предложил исправить на “магнат”. Я усмехнулась. Нервно.

Я закрыла ноутбук и осталась сидеть за столом, глядя в окно на город, который снизу казался таким далеким и безразличным.

И, черт бы его побрал, я перегибаю. Нужно заканчивать скроллить ленту в поиске информации о нем, иначе уже не совсем понятно: кто из нас кого теперь сталкерит?

6

К обеду офис наполнился привычным гулом: переговоры за столами, шепот у кофемашины, щелканье клавиатур.

Я обожала это все. Привычная и такая родная сердцу рабочая суета.

В своем кабинете, я скорее не работала, а создавала видимость работы, смотрела в монитор, но видела вовсе не документы.

Алиев, Алиев, Алиев.

Да что ж такое? Въелся в мозг и все теперь, не выковыряешь.

Ровно в час дверь открылась, и Алена вплыла с двумя стаканами смузи, я вздохнула с облегчением. Хоть кто-то сможет меня отвлечь.

– Слушай, новый офис просто пушка-бомба! Мне очень нравится! – она поставила стаканы с напитками на стол и плюхнулась в кресло напротив, закинув ногу на ногу. – Что у тебя с лицом? Ты узнала, что Богдан – тайный агент ФСБ?

Я криво усмехнулась, но решила не тянуть. Алёна моя лучшая подруга, и я доверяла ей, рассказывала все секреты.

– Помнишь моего випа? Алиева?

– Ну, помню, ты про него говорила. Какой-то крепкий мужик с деликатной просьбой. Ты же меня в подробности не просвещала.

– Он теперь владелец этого здания. И наш договор аренды переоформлен на него. Сумма аренды, чтоб ты понимала, ноль рублей.

Алёна замерла с открытым ртом, потом откинулась на спинку кресла, глядя на меня с преувеличенным сочувствием.

– Бесплатный офис? В центре? – она закатила глаза. – Он уже сказал в какой позе тебя хочет?

– Это серьезно большая проблема, – простонала я, пряча лицо в ладонях. – Он сказал, что это его знак внимания. Что “его женщина” не должна нуждаться ни в чем. Представляешь, “моя женщина”?

Алёна расхохоталась, запрокинув голову. Ее смех звенел по кабинету, как колокольчик.

– Хороший мужик, надо брать! Не жадный, заботливый, уже вложился в твой бизнес. Ты что, жалуешься? Да большинство девушек мечтают о таком. Он, видимо, из тех, кто сначала берет женщину, которую хочет, а потом разбирается с последствиями. – Она подмигнула. – Главное, чтобы он не оказался женатым.

– То есть, в твоем мире женатый мужик – самая большая проблема?

– А ты моего Этьена помнишь?

Да уж, сколько мы вина выпили, перемывая косточки ее большой французской любви, которая оказалась просто женатой сволочью.

– Он сказал, что я подхожу ему больше, чем мои подобранные кандидатки, – мрачно ответила я, вспоминая его слова. – Что из меня выйдет отличная мать. Ему нужен наследник и, прикинь, он прямо сказал мне об этом.

Алёна присвистнула, вытянув губы трубочкой.

– Ахренеть, Диана, тут либо ты – его судьба и он понял это раньше тебя, либо он – твой серийный ухажер с манией продолжения рода.

– Дура, это не смешно, – проворчала я, хотя сама хихикала. – Это ненормально. Знала бы ты в какой момент он заявился ко мне поговорить об этом.

– В какой?

Я поджала губы, уже жалея о том, что начала это.

– Бля, мне уже смешно, – зато подруге было весело.

– Мы с Богданом… – нет, зря я это затеяла, но это как раз тот момент, когда пойти на попятную еще хуже, чем рассказать все, как есть. – Короче, мы в этот момент занимались сексом. В его ресторане. В вип-зале.

Несколько минут Алена была в истерике. Я ждала, когда она насмеется, и думала о том, что я чувствую теперь. Мне все еще было жутко стыдно. Это был хороший секс. Один из тех, которому предаешься полностью, без единой мысли в голове.

Как я теперь смогу так же, учитывая, что Богдан, возможно, бесплоден? Это не сказывается на его эрекции или оргазмах и не мешает нам в сексе, но осознание того, что он мог меня обмануть… даже минимальная вероятность этого обмана однозначно изменит все.

– Слушай, а как он хочет заделать наследника? Не думаю, что через пробирки.

– Боже, я даже знать не хочу, Алён, я не собираюсь никого ему рожать…

– Не, ну если он красавчик, то можно и по-старинке: тычинка-пестик… а, кстати, он горяч? – подруга решила закидать меня вопросами. – Или выглядит, как генетический факап?

– Генетический факап? – теперь стало смешно мне. – Это как?

– Это как твой братец. Без обид, но когда вас обоих генерировала нейросеть на нем интернет отвалился.

Я привыкла к ее нелестным словам о Дэне, поэтому пропустила мимо ушей. Хотя искренне не понимала, почему она считает моего младшенького не симпатичным. У него всегда было много женского внимания именно потому, что он привлекательный. Даже слишком много внимания. Прям перебор.

– Ну, так какой твой VIP?

– Красивый, – нехотя призналась я. – Высокий, с такими глазами, которые аж до мурашек смотрят, в самую душу. Он страшный не внешне, а скорее тем, что он собой представляет. Ален, он знает о моем бизнесе больше, чем я хотела бы. Он сказал, что у меня проседает бюджет. Что количество клиентов снизилось на треть. Откуда он это взял?

Алёна перестала улыбаться, нахмурилась.

– Подожди, он добрался даже до бухгалтерии? – она наклонилась вперед, сдвинув брови. – Это уже не “знак внимания”. Это либо слежка, либо он купил твою базу данных у бывшего сотрудника. Диана, это опасно.

Я и сама это понимала. Внутри все холодело каждый раз, когда я думала об этом в криминальным ключе.

– Когда я заговорила с ним о том, что он меня преследует, он сказал, что это совпадение, что мы часто сталкиваемся. Судьба, типа.

– Ага. Судьба, которая знает про твои финансовые отчеты? – фыркнула Алёна. – Ну-ну. Я бы на твоем месте поговорила с ним раз и навсегда и запретила все это преследование. Хотя, знаешь, что я думаю? – она улыбнулась, и в глазах ее появился блеск. – Может, он просто очень настойчивый мужик, который знает, чего хочет. А ты – та, что ему нужна. Это, между прочим, не так уж плохо.

Я покачала головой.

– У меня уже есть Богдан. И я люблю его. Ну, по крайней мере, я уверена, что люблю.

– Богдан? – она насупила нос. – Ах да, наш знаменитый Богдан. Который, конечно, идеален. Но только он меня почему-то бесит.

– Что ты вечно к нему цепляешься? – я вздохнула. – Он тебя бесит только тем, что он – хоккеист?

– И это далеко не самое худшее. Ты с ним уже два года, а он ни разу не предложил тебе нормально познакомиться с его семьей. И он вечно занят, когда нужно что-то решить. И что он – ходячая консервативная привычка, а не страсть.

– Почему же? А как же секс в VIP комнате?

Алёна отмахнулась, как от мухи.

– Это скорее редкое исключение, чем правило, согласись. Ну ладно, я же тебе не указ. Просто мне кажется, что ты заслуживаешь кого-то, кто будет хоть иногда смотреть на тебя так, как ты этого заслуживаешь. И с настоящим желанием. Даже когда ты не в форме, без депиляции и в мешке из под картошки. А не тогда, когда ты специально для него апгрейдишься три дня.

– Ты невозможна, – я засмеялась, но внутри что-то ёкнуло. – Давай не будет так о моем женихе.

Алёна еще раз глянула на мое кольцо, которое еще тогда по телефону обозвала “Геликом на пальце”, а потом она достала телефон и через минуту присвистнула.

– Ого, поруженька. Ну и тип! Горячий пиздец! – она повернула экран ко мне, и я увидела фотографии Алиева в деловых костюмах, рядом с высокопоставленными людьми, заголовки статей, упоминания о благотворительности. – Владелец сети ресторанов, нескольких бизнес-центров, инвестиционных фондов. Он еще и в каком-то элитном клубе супер-член.

– Супер-член? – я нахмурилась, вспоминая все, что вчера сама нагуглила. Там не было ни слова о его гениталиях.

– Член клуба, дура, – захохотала она в голос. – Но мы не осуждаем. Уверена, там с этим все в порядке, ты посмотри на эти пальцы.

Я не разделяла ее теорию о сходстве пальцев мужчины с его эрегированным достоинством.

– Судя по всему, он не просто богатый. Он – мега-олигарх. И, ты только почитай комментарии, люди его либо обожают, либо боятся.

– Вот именно, боятся, – я поежилась. – А еще он сказал, что мои три кандидатки, которых мы ему подобрали, не подходят. И они пропали. Все трое. Не отвечают на звонки. А одна вообще не вернулась домой после свидания с ним.

Алёна подняла брови, и в ее глазах мелькнула тревога.

– Ты понимаешь, что это звучит как начало криминальной драмы?

– Понимаю, и мне страшно. Что если начнется какое-то расследование и его свяжут с моим агентством?

– Думаешь, тебя посчитают поставщиком свежего мяса для богатея-маньячины?

Я поджала губы, размышляя об остальном.

Не стала признаваться подруге о том, что меня больше всего разъедало изнутри. Я не призналась ей про то, что Алиев сказал мне о Богдане.

Не могла даже вслух произнести это, потому что где-то глубоко в душе я понимала: если это правда, то вся моя жизнь с Богданом – иллюзия. И я боялась проверить.

Мы спустились в кафе на первом этаже, болтали о пустяках. Я пыталась отвлечься, но мысли не отпускали.

Когда нам принесли счет, я чуть не поперхнулась кофе.

– Смотри, – я ткнула пальцем в бумажку. – Ноль. Опять ноль.

Алена перегнулась через стол, посмотрела на счет, и медленно подняла на меня глаза.

– Только не говори, что он еще и кафе ради тебя купил, – она фыркнула, но уже без смеха.

Я не выдержала.

– Это уже край! – вскочила из-за стола, схватила сумку, и бросила: – Поеду к нему.

7

Я вылетела из кафе, не оглядываясь на оклик Алёны. Села в машину, захлопнула дверь и ввела в навигатор адрес, который Алиев продиктовал мне по телефону.

В голове гудело: ноль, снова ноль, он платит за все, он знает все, он говорит “моя женщина”. Во мне закипала ярость, смешанная с каким-то липким, навязчивым страхом.

Мне нужно было увидеть его лицо, задать ему вопросы в глаза, а не слушать его бархатный голос в трубке.

Прошло минут десять, когда телефон завибрировал. На экране высветилось имя – Евгения, моя ассистентка. Она звонила не в первый раз, и я знала, что она не отстанет, пока не расскажет мне что-то важное.

Я нажала на ответ, и ее голос ворвался в салон – взволнованный, почти задыхающийся.

– Диана Анатольевна, слушайте, я не знаю, как это сказать, но у нас новости, которые меня пугают, – она говорила быстро, глотая слова. – Первая клиентка, та, что встречалась с Алиевым… Ее зовут Оксана Полякова, помните? Она реально исчезла. Точнее, ее телефон нашли. Он валялся на улице, в луже. Прямо у его здания, где находится головной офис Алиева. Ее семья уже объявила ее в розыск. И полиция уже опрашивает всех подряд и они запросили разговор с вам, Диана Анатольевна.

Сердце ухнуло в пятки. Моя клиентка Оксана – серьезная и ответственная женщина, которая работает в органах внутренних дел. Она осознала, что настало время уделить больше внимания личной жизни и исполнить свою главную женскую роль – стать матерью.

Она знала кто такой Алиев, и я отправила ее к нему. А теперь ее телефон валяется в луже возле его офиса.

Я сжала руль.

– Со мной хотят встретиться, а что говорят? – спросила я, голос дрогнул, внутри все дрожало.

– Ничего толком, Диана Анатольевна, только то, что им нужно с вами пообщаться. А еще я видела новости в городских группах. Ее отец разместил пост, просит помощи. Написал, что она не выходила на связь три дня. И этот телефон – единственное, что от нее осталось. Диана Анатольевна, это выглядит жутко.

– Я как раз еду к Алиеву.

– Ой-ой, Дианочка Анатольевна, а это точно нужно?

– Точно, Женя, точно.

– Включите геолокацию, дайте мне точку, я буду волноваться.

– Хорошо, Жень, – я смотрела на дорогу, на серые дома, мелькающие за стеклом. – Я уже почти на месте.

– Будьте осторожны, пожалуйста, позвоните мне, как только поговорите с ним и соберетесь домой.

Я что-то буркнула в ответ и положила трубку.

Разум кричал о безумии, но я заставила себя ехать дальше.

Через несколько минут дорога сошла с городских улиц на узкую, обсаженную деревьями аллею. Дома становились реже, выше, темнее. Асфальт сменился гравием, который хрустел под колесами.

Я свернула на длинный подъездной путь, уперлась в пост КПП и человек, сидящий за пультом, открыл мне ворота без единого вопроса.

Въехала на территорию и передо мной вырос огромный, темный особняк.

Он возвышался на краю леса, стены из серого камня, окна в пол, темные, без единого блика света, и от них веяло таким холодом, что я невольно поежилась, даже не выходя из машины.

Вокруг стояла неестественная тишина – ни ветра, ни птиц, ни шелеста листьев.

Я вышла из машины, каблуки туфель утонули в гравии, и я пошла к входной двери, стараясь ступать тихо, хотя чувствовала себя жертвой, которая сама упрямо прется в логово хищнику.

Нажала на кнопку звонка, и внутри раздался низкий, протяжный звонок. Потом тишина. Я подождала, снова нажала. Вообще ничего. Прошло, как мне показалось, целая вечность, но никто не открывал.

– Что за на хрен?

Зачем давать адрес и приглашать на встречу, если тебя нет дома? Моему возмущению не было предела. И охранник ничего не сказал, он что не знал, что хозяина нет дома? Бред какой-то…

Я уже была готова развернуться и уйти, признать поражение, сделала шаг назад, собираясь повернуться к машине, и вдруг дом ожил. Огни начали загораться один за другим – сначала в холле, потом на входе в дом.

Стало еще страшнее. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Дверь медленно открылась, и на пороге появился Алиев.

Он выглядел не так, как вчера. Без привычного строгого костюма. На нем была простая темная рубашка с закатанными рукавами, и ворот был расстегнут.

Сначала я заметила, его лицо, какое оно было напряженное. А потом – это. На щеке, чуть ниже скулы, виднелась тонкая красная полоска – капля крови, которая успела подсохнуть.

Еще одна алая точка была на шее, там, где начиналась ключица.

И когда я посмотрела на его руки, я поняла, что он наспех сполоснул их под краном, но в складках кожи все еще темнели багровые следы.

Он смотрел на меня спокойно, даже с легким интересом, будто я была гостьей, которую он ждал, но не спешил приглашать.

Я же почувствовала, как мир поплыл перед глазами.

Лес за его спиной, огромный дом, кровь на его руках, и мысль об Оксане, чей телефон лежал в луже – все смешалось в один сплошной ужас.

Я хотела что-то сказать, но не смогла. Хотела отступить, но ноги стали ватными. А потом он сделал шаг ко мне и все…

Все вокруг завертелось, потеряло очертания.

И последнее, что я услышала, был его голос, который сказал что-то, но я уже не могла разобрать слов. Меня накрыла темнота, и я потеряла сознание прямо на пороге его дома.

8