Истинная для принца драконов

Я быстро поменяла направление и побежала к часовой башне – самой высокой в Академии, откуда студенты часто наблюдали за звёздами. Наверх вела узкая винтовая лестница. Медленно поднимаясь в толще камня, когда с обоих сторон сдавливали стены, а верхние ступени почти касались головы, я испытала сильную тревогу. Мне было неуютно, сам собой возник страх застрять здесь навсегда. Зато, когда я достигла смотровой площадки часовой башни, где гулял холодный порывистый ветер, ощутила небывалую свободу.

– А ты прилипчивая, – сказал знакомый недовольный голос.

Я с улыбкой обернулась, обрадовавшись, что нашла кронпринца. Он стоял на самом краю площадки, над пропастью во много этажей, и явно не испытывал ни малейшего страха. А мне, напротив, стоило больших трудов приблизиться к нему.

– Простите, Ваше Высочество, – сказала я, – но я не отстану от вас, пока мы не выполним экзаменационное задание.

В ответ Фредерик усмехнулся, словно ожидал подобного ответа.

– Кстати, твой дар не работает, – заявил он и продемонстрировал покрывшийся волдырями ожог на тыльной стороне ладони, – я пытался себя вылечить, но ничего не вышло.

Мне было больно смотреть на его рану, а осознавать, что именно я нанесла её – ещё тяжелее.

– Простите меня! – повторила я дрогнувшим голосом, – это вышло случайно. Я лишь хотела успокоить вас, но забыла, что мы обменялись магией.

– Ясно, – сухо заметил кронпринц.

– А мой дар работает, – продолжила я, – просто к нему нужен ключ.

– И какой же? – недоверчиво поинтересовался Фредерик.

– Любовь, – ответила я.

Кронпринц посмотрел на меня так, словно я сказала что-то неприличное. Его выражение лица заставило меня незаметно усмехнуться.

– Да, именно так, – повторила я, – дар целительства раскрывается в полную силу, если ты испытываешь любовь и сострадание к своему пациенту. Не в романтическом смысле, – тут же добавила я, – а как бы в общечеловеческом, понимаете?

Кронпринц бросил на меня скептический взгляд.

– Ладно, допустим, – нехотя согласился он.

– Поэтому в целители идут только люди с большим сердцем и открытой душой, – заметила я, – абы кого туда не принимают.

– Это был камень в мой огород? – спросил Фредерик.

– Да, – машинально ответила я потому, что именно так и думала, но тут же исправилась, – в смысле, конечно, нет! Вы могли бы поступить на любой факультет, Ваше Высочество! Вы же… вы же… ну, кронпринц.

Язык мой – враг мой! Лучше бы Жемчужный кубок забрал у меня не дар, а способность говорить!

– Звучит неубедительно, – сухо заметил Фредерик, – ладно, неважно. Так как мне себя вылечить?

– Очень просто! – воскликнула я, радуясь, что кронпринц не обиделся на мои неосторожные слова, – вы должны наполнить сердце любовью к себе, и тогда дар заработает.

Фредерик скривился.

– Я что, по-твоему, болван самовлюблённый?! – фыркнул он.

Ну вот опять! Что бы я ни сказала, всё время попадаю впросак!

– Я ничего такого не имела в виду! – тут же стала оправдываться я, – просто каждое живое существо в этом мире испытывает здоровую любовь к самому себе. Ну или благодарность. Или просто желание жить. Это чувство можно называть по-разному.

Судя по выражению лица Фредерика, мои слова ударялись в глухую стену его непонимания. В какой-то момент у меня возникла мысль, а уж не каменное ли сердце у кронпринца? Или дело в его факультете? Целыми днями, находясь в компании зануд, зачерствеешь и станешь сухим, как страницы фолиантов в библиотеке Академии.

– Может, всё-таки попробуете, – предложила я, – раз вы дракон, то мой дар должен проявиться у вас сильнее.

Фредерик пожал плечами. Затем перевёл немигающий взгляд на свою здоровую ладонь, словно бы пытался её загипнотизировать. Но магическое сияние так и не появилось.

– Не выходит, – бросил он, словно бы обвиняя меня в том, что мой дар оказался фальшивкой. Мне стало обидно. Вообще-то, лечение самого себя – было первым и наиболее лёгким этапом в обучении целителей. Оказывать помощь другим, находя в своей душе любовь к незнакомому существу, было гораздо сложнее. И я понятия не имела, почему у Фредерика ничего не получилось.

– Видимо, проблема в том, что я ещё не встретил свою истинную пару, – словно прочитав мои мысли, сказал он.

Истинная пара? Я слышала, что любовь у драконов не похожа на человеческую, но подробностей не знала. Да и зачем они мне? Все мои мысли были только о том, как получить диплом Академии и забрать Дина и Джека из приюта. Но сейчас, когда кронпринц Фредерик с таким печальным видом рассказал об отсутствии истинной, мне стало любопытно, и я рискнула задать вопрос:

– А как вы узнаете, что встретили её?

Кронпринц вздрогнул и бросил на меня холодный взгляд. Его пусть и скучающее, но в целом доброжелательное выражение лица, стало настороженным, будто у хищника, почуявшего на своей территории запах врага. Я тут же пожалела о своём любопытстве.