скачать книгу бесплатно
– Не всегда. Он начал принимать антидепрессанты, когда его младшая сестра совершила самоубийство. Я пыталась помочь Ричарду справиться с утратой без этого, но он меня не слушал. Я решила не оставлять его, но позже пожалела. После антидепрессантов Ричард становился агрессивным. Он стал чаще выводить меня, ревновать к любому столбу и оскорблять, хотя раньше так не делал. Я терпела достаточно долго, пока он не перешёл к рукоприкладству. Теперь я хочу, чтобы он ощутил ту же боль, что испытала я. Своими антидепрессантами он разрушил мою жизнь.
– Ты считаешь, что после такого опыта сможешь довериться другому мужчине? Клянусь, у меня нет цели как то обидеть тебя… но разве воспоминания не давят на тебя, когда ты со мной? – рискнул спросить Дамиано.
– То, что было между нами на диване… это тебе о чём-то говорит? Разве я бы позволила себе думать о бывшем, когда я с тобой? Поверь, мне нет смысла убиваться. Если я нахожусь с кем-то, мои мысли уходят далеко. Это в одиночестве я могу быть уязвима…
Дамиано вспомнил губы Вивиан и вкус её помады. Он подумал, что будь у него возможность повторить – он бы её не упустил. Был ли это порыв страсти или мимолётное влечение? Дамиано бы не сказал, что это что-то одноразовое. Он испытывал чувства, которых не испытывал уже долгое время. Он был влюблён в Марфу Квин. Осталось дождаться момента, когда оба скажут, что любят друг друга.
– Отправишь меня спать в другую комнату? – спросила Вивиан, заигрывая с Дамиано.
– Оставайся здесь.
В ответ Вивиан Дамиано медленно расстегнул портупею, выложил вещи из карманов в ящик, снял футболку и бросил её на стул. Вивиан увидела, насколько Дамиано мощный. На его груди татуировка птицы с розой во рту, все руки изрисованы странными, но красивыми линиями, а на локте за Вивиан наблюдал мастерски вырисованный красный глаз. Вивиан не могла отвести глаз от его обнажённого торса. Она с трудом оторвала свой взгляд от его мускулистой груди и стала смотреть в телефон.Вивиан по-хозяйски улеглась на постель, сняла с себя платья и, укрывшись одеялом, стала ждать Дамиано. Ему понравились её действия. Он с удовольствием разглядывал не прикрытую грудь, бледную шею и тонкие руки с длинными ногтями.
– Ты не против, если я включу синюю лампу?
– Ты спишь при свете?
– Я пытаюсь уснуть, а синий цвет помогает расслабить мозг.
– У меня есть другой способ. Переодевайся и ложись.
Дамиано послушно переодел штаны, лёг в постель и поправил подушку. Вивиан стремительно приблизилась к нему, обвила рукой его грудь и положила на неё голову, мгновенно прикрыв глаза.
Вивиан дремала.
Над Вивиан нависал Дамиано, державший в руках наручники и ремень. В долю секунды стоило Вивиан моргнуть, наручники оказались на запястьях, а губы Дамиано в миллиметре от е? шеи. Тело реагировало на вздохи и ласки мужчины. Внутри разлилось тепло, отчего Вивиан пришлось чуть сжать ноги. Дамиано такое не устроило – он осторожно раздвинул ноги девушки и резко вош?л в не?. Желание было превыше любых чувств. Дамиано перестал делать серьёзный вид и поддался страсти. Он ухмылялся, почти не моргал и смотрел на Вивиан так, как не смотрел раньше. Он желал, требовал удовлетворения только от Вивиан.В голове эпизод за эпизодом текли негативные события, изменившие е? жизнь до неузнаваемости, однако среди пелены мрака и горечи Вивиан смогла разглядеть нечто другое. Во сне она ощущала себя полностью обнажённой – руки прикрывали только паховую область и возбуждённые соски.
Вивиан ощущала пальцы Дамиано на своих бёдрах и животе. Мужчина гладил тело, пока двигался внутри и наслаждался исказившимся от удовольствия лицом Вивиан. Она кусала губы, пыталась ухватиться за изголовье кровати и опускала голову ниже каждый раз, когда ощущала давление внутри. Всё вылилось в страстный секс. Дамиано не щадил ни себя, ни Вивиан и, казалось бы, почти потратил все силы на то, чтобы получить удовольствие от тела девушки. Татуировка, плоский живот, худое тело, длинные ноги и округлые бёдра манили сильнее, чем ало-красные губы и обнажённая грудь. Вивиан же манили полицейская форма Дамиано и его чёртова портупея. Если бы она увидела торс Дамиано и пощупала его не через одежду – она бы потеряла голову. Вивиан не дождалась кульминации и не почувствовала, когда всё закончилось.
В какой-то момент она открыла глаза и повернула голову к Дамиано – мужчина спал. Вивиан почувствовала влажность и возбуждённые соски через ткань лифа. Раздвинув ноги и проведя рукой по паховой области, Вивиан поняла, что возбудилась. В календаре был день овуляции – Вивиан всегда носила с собой влажные салфетки на всякий случай, но сейчас возбуждение застало её врасплох. Ей пришлось встать с постели, дойти до ванной и начать оттирать всё тряпкой. Комфорт был превыше всего, и воля Вивиан – она бы вовсе сняла бикини и спала без них, но при Дамиано она пока не могла этого сделать. Во сне она лежала под ним обнажённая и ощущала его внутри, а в реальности боялась что-то делать. Дамиано начнёт это осуждать, думала Вивиан, но даже не подозревала, что он прекрасно всё знал и понимал, только в теории. Девушка вернулась в постель чистой и легла рядом с Дамиано. Теперь она смотрела на его спящее лицо как-то по-особенному.
Ночью Дамиано, как и рассчитывала Вивиан, почти не двинулся с места, а если и не спал, то лежал с открытыми глазами и взирал на потолок, не смея тревожить Вивиан. Она сладко сопела, улыбалась во сне, позволяла себе погладить Дамиано, и лишь когда она перевернулась на другой бок, Дамиано подложил руки под голову. Весь день он будет думать о Вивиан и том, как она за одно мгновение показала ему, что такое настоящий сон. Когда Вивиан ненавязчиво приблизилась к нему так, что ягодицы врезались в его бедро, Дамиано улыбнулся. Знаки внимания Вивиан, даже когда она спала, нравились Дамиано. Наверняка Вивиан бы не упустила возможности отказаться от сна, лишь бы смотреть Дамиано в глаза, но это вопрос времени.
До утра Вивиан сладко проспала в постели Дамиано. Сам он уснул ещё на два часа, хоть иногда и просыпался. К семи утра он окончательно встал, взял со стула футболку, переодел штаны, подоткнул Вивиан одеяло и поборол желание дотронуться до неё. Ему хотелось, чтобы она выспалась.
Дамиано быстро сделал себе кофе. Он редко ел по утрам, предпочитая работать на голодный желудок, но благодаря Вивиан, он задумался над тем, что был бы рад попробовать её еду. Пока она спала, он старался делать всё тихо – даже выключил звук на телефоне и с небольшим напором воды мыл посуду. Через час у Вивиан должен был сработать будильник. Дамиано решил изучить собранные сведения об убийстве. Его заметки, подписи к документам других всегда были насыщеннее и больше, чем требовалось. Он бы скупился на разговор с кем-то, но точно не на письме. Он отмечал всё, что казалось ему подозрительным. Заявление судмедэксперта невозможно было оспорить. Если бы убийца был крайне чистоплотен, он бы не оставил после себя улики, но Дамиано легко определил по подошве его рост – примерно метр восемьдесят, чуть ниже его. Был проверен и телефон Майкла: на фоне стояла Вивиан в красном платье с микрофоном в руках, на рабочем столе порядок, а на нижней панели всего одно приложение – сообщения, которые были заполнены угрозами с разных номеров. Один номер Дамиано определил – это Мануэль угрожал расправой, если тот «не выплатит долг и продолжит следить за Вивиан», второй человек, не знающий правил грамматики, писал громко, заканчивая все сообщения одной фразой: «Иди на хер».
Досье Майкла было бы чистым, если бы не установленная покупка наркотиков у Мануэля. Сам мужчина бы продолжал утверждать, что больше не имеет с порошком дел, но в какой-то момент он бы сдался, увидев невозмутимое лицо Кинга. Обмануть такого человека равносильно игре с огнём. Дамиано приставил к делу Майкла ещё и Ричарда, ведь покупали они один вид наркотиков. Дамиано предпочитал не разглашать об этом информацию и давал лишь намёки, что наркотики эти есть в некоторых антидепрессантах. Была бы у него возможность, он бы выкрал у Ричарда баночку и отправил в лабораторию. Что же это за антидепрессанты такие, после которых можно кидаться на людей и избивать их?
Когда Дамиано услышал будильник Вивиан, медленную и размеренную индийскую мелодию, он поставил чайник и убрал заметки. Сейчас ему не хотелось просвещать Вивиан в свою работу. Когда Вивиан вышла из спальни, она, заглянув в гостиную, улыбнулась Дамиано и направилась в ванную комнату, держа в руках платье. Дамиано был рад видеть её в добром здравии. Видеть её улыбку теперь для него стало важнее всякой работы и таблеток. Магическом образом она напоминала ему мать, которая таким же обаянием легко склонила его отца на колени и получила желаемое. Он всегда уважал и будет уважать мать за её характер. Властная, непокорная, умная и хитрая женщина передала самые лучшие черты своему младшему сыну. Если бы Лаура Кинг и Вивиан встретились, они бы легко нашли общий язык. Но если бы Вивиан встретилась с Энрике – они бы не просидели друг напротив друга и десяти минут. Дамиано мысленно пообещал познакомить Вивиан со своей семьёй и попытаться прийти к взаимопониманию с отцом.
Дамиано от мыслей отвлекла открывающаяся дверь, и вместо Дакоты, которую он ожидал увидеть, пришёл его лучший друг Микель, муж Дакоты. Он был удивлён, услышав запах женских духов. На лице засверкала дьявольская ухмылка, которая всегда раздражала Дамиано.
– Dio, Дамиано. У вас уже что-то было с Марфой Квин?
Микель, как и Дамиано, родился на Сицилии, но переехал в две тысячи одиннадцатом, когда после университета решил начать жизнь в «новом мире».
– Ты сможешь прожить без этой информации, Мик, – закатил глаза Дамиано. – По какому поводу пришёл?
– Разве мне нужен повод, чтобы навестить лучшего друга? Сколько мы с тобой не разговаривали вот так без причины?
– Восемнадцать часов назад, – посчитал Дамиано, и Микель отмахнулся.
– Да ну. Что ты дотошный такой?
– Я был таким всегда.
– И в этом твоя проблема. Ты можешь хоть иногда не быть серьёзным? Ты даже мои шутки не любишь. Они предназначены для того, чтобы веселить, а не чтобы думать об их смысле.
– Ты пришёл меня поучить?
– Я пришёл попросить совета, потому что вечером от тебя хер чего дождёшься.
– Я не виноват, что много работаю.
– Тем не менее ты, как мой лучший друг, должен помочь мне с выбором подарка Дакоте.
– Нашёл кого спрашивать. Я не смыслю в женских делах.
На разговор мужчин откликнулась одетая Вивиан. Микель оценил внешний вид Вивиан и не сразу понял, что она Марфа Квин. Лишь когда она заговорила, он толкнул Дамиано в плечо и взглядом показал, что он очень недоволен тем, что друг скрыл от него такую девушку.
– Лучший подарок любимой, по моему мнению – нижнее бельё и ужин, приготовленный своими руками. Ещё лучше, когда помимо одежды мужчина дарит женщине бижутерию.
Дамиано запомнил ответ Вивиан. Микель улыбнулся и решил взять предложение на заметку, а Вивиан села рядом с Дамиано и коснулась его руки. Микель странно кивнул, заметив, как Дамиано приласкал её пальцы.
– Вы встречаетесь? – рискнул спросить Микель и Дамиано снова стал мрачнее тучи.
Они ведь так и не выяснили отношения с Вивиан.
– Какая разница, Микель? – вздохнул Дамиано, но Вивиан была иного мнения.
Она привстала, поцеловала Дамиано в нос и прижалась к нему так, что он вздрогнул.
– Понял, – улыбнулся Микель.
– А вообще, Дамиано прав, – поддержала Вивиан.
– Я же его лучший друг… поверь… – запнулся Микель, ибо не узнал её имя. – Я знаю о нём больше, чем его родной отец. Как твоё имя, Марфа Квин?
– Вивиан, – улыбнулась она, и Микель улыбнулся в ответ, поправив волосы.
Он нарочно обсуждал с Вивиан её личную жизнь и в шутку флиртовал, пытаясь вывести Дамиано на ревность, но Кинг остался непреклонен. Он слишком хорошо знал Микеля – пусть он легкомысленный, но никогда не предаст свою жену. Микель потерял к Вивиан интерес после того, как у неё зазвонил телефон. Стоило ей приложить к уху динамик, как она моментально вздрогнула, ибо в трубке на неё кричала Мэльвония. Женщина не терпела опозданий, отчего приказала Вивиан приехать в течение пятнадцати минут, иначе её зарплату урежут. Вивиан встала изо стола и собралась вызывать такси, но Дамиано её окликнул:
– Я подвезу.
Вивиан знала, что Дамиано быстро собирался. Вместе с Микелем они встали, Дамиано взял ключи и пачку сигарет из кармана куртки, и троица вышла на лестничную клетку. На спуске с лестницы Микель попрощался с Дамиано. На улице Вивиан села в машину и пристегнулась, Дамиано открыл окно и тоже сел не пристёгиваясь. На короткие расстояния он привык ездить без ремня, не боясь встретить полицию. Они проехали в тишине. Неловкость после поцелуев и объятий вынуждала обоих смотреть в разные стороны, а Вивиан – ещё и краснеть оттого, какой сон она увидела. Она вспомнила тёплые руки Дамиано, обнажённую грудь и красивое тело. Разница в росте не была такой большой, но почему-то Вивиан ощущала себя под ним настоящей дюймовочкой. Вивиан хотела начать разговор о статусе отношений, попытаться узнать намерения Дамиано, но не решалась. После вчерашнего у неё жутко болела шея, а посмотрев в зеркало, она увидела небольшой кровоподтёк, который быстро замазала тональным кремом. Дамиано заметил это боковым зрением и незаметно улыбнулся. Жаль, что Вивиан замазала кожу – так бы все вокруг узнали, какой у неё страстный партнёр.
Когда Дамиано подъехал к «Асмодею», Вивиан, недолго думая, провела рукой по его бедру, дошла до шеи, потянулась к нему и поцеловала в кончик губ, оставив след красной помады. После она поцеловала его в щеку и лоб, поглядела на свои художества и улыбнулась. Она ощутила на себе взгляд курящей Бони и активно жестикулирующей Эллетры, которая при виде поцелуя подруги с Кингом потеряла смысл в своих сплетнях. Она радостно заулыбалась и чуть не подпрыгнула. Для подобных вещей она была взрослой, но Эллетра себя таковой не считала. Возможно, в плане работы Эллетра – ответственный и серьёзный человек, но её истинная личность до сих пор не может выйти из подросткового возраста.
Когда Вивиан вышла из машины и посмотрела вслед уезжающему Дамиано, к ней со спины подкрались Эллетра и Бони.
– Как скоро вы в одну постель ляжете? – спросила Эллетра.
Вивиан не стала говорить, что она уже спала вместе с Дамиано. Стоит рассказать о чём-то Эллетре, как она будет об этом постоянно напоминать. Бони затягивалась сигаретой и не вмешивалась до тех пор, пока Эллетра не замолчала. Затем Бони заявила:
– Сегодня твоя очередь ночевать дома. Мы с Ароном хотим провести время вместе, и он пригласил меня на ночное свидание.
Вивиан обрадовалась. Она бы хотела позвать Дамиано и побыть с ним, чтобы не чувствовать себя одинокой.
– Вы с Ароном хорошая пара, Бони. Он писатель, ты художник. Считай, у вас общее дело, – вставила свои пять копеек Эллетра. – Мой бывший оказался таким скучным, что я задремала после того, как она начала говорить о своих диссертациях. Хорошо, что Доминик не такой.
– Он мне не нравится, – заявила Бони. – Слишком душный, придирается к мелочам, шуток не понимает. Полчаса он докапывался до моих волос. Арон тогда чуть с ним не поругался.
– Доминик не такой, как ты думаешь. Меня он называет ma dеesse, – с гордостью сообщила Эллетра и резко вспомнила о свидании с ним.
Вивиан не стала говорить, как её называет Дамиано. Даже не зная значения этой фразы, она понимала, что это больше, чем обычный комплимент. «Mio cara» для Вивиан стало любимой фразой.
Девушки бы ещё долго обсуждали парней, если бы не разгневанная мать Эллетры. В окно она крикнула, чтобы Вивиан немедленно зашла к ней в кабинет и приказала Бони бросить сигарету, потому что она курила на территории клуба, но Бони было всё равно. Эллетра не стала перечить матери и молчала, когда Мэльвония прямо на всю улицу отчитала её за слишком откровенный наряд. В этом районе Мэльвонию боялись все, иногда даже Мануэль боялся вставить слово. Она была суровой, дотошной женщиной, которая умудрилась научить своих подчинённых той дисциплине, которую поставила в своём доме.
Вивиан прибежала в кабинет начальника и закрыла дверь. Мэльвония, сложив руки на груди, сначала сурово осмотрела внешний вид подчинённой, а только потом расслабилась и устало улыбнулась.
– Чем обязана, миссис Юн? – спросила Вивиан, готовясь получить выговор, но Мэльвония осталась с улыбкой на лице.
– Вивианита! Прости, что я так кричала на тебя! Мануэль мне мозг вынес, вот я и разозлилась. Прошу у тебя прощения за такую грубость, я, кажется, оторвала тебя от мужчины. В трубке услышала мужской голос. Неужели это Дамиано?
– Да.
– Я тебя поняла, Виви. У меня дело… помнишь чету Броудкрофт? Они хотели бы, чтобы ты выступила здесь со своей песней.
Вивиан сначала не вспомнила, кто такие Броудкрофты.
– Вернее, хочет миссис Броудкрофт. Они согласятся спонсировать клуб только после того, как ты выступишь со своей лучшей песней. Мы получим спонсоров, ты – хороший гонорар. Ты окажешь большую услугу, если сумеешь удовлетворить капризную миссис Броудкрофт. За хорошую работу я разрешу тебе уйти в отпуск и удвою зарплату в этом месяце. Сколько там тебе осталось братику на обучение?
– Пять тысяч долларов. Вы не удвоите мне зарплату в таком размере.
– Нет, но я подтолкну тебя к завершению этой цели. Сейчас конец апреля – время поджимает. Мы с мужем всеми силами хотим тебе помочь.
– Я ценю вашу помощь, миссис Юн. Я готова выступить для леди Броудкрофт. Сколько всего будет гостей?
– Как в обычном клубе, но Броудкрофты – важные персоны. О выступлении я тебе скажу. Я не прощу тебе провала, Вивианита, – посуровела Мэльвония и моментально улыбнулась, как будто она могла менять настроение по щелчку пальцев. – Ступай. Спасибо, что согласилась помочь. Мы рассчитываем на тебя. Кстати, позволь узнать: вы так сблизились с Дамиано Кингом… между вами что-то есть?
– Если можно так сказать.
Мэльвония помрачнела.
– Вивиан, мы желаем тебе только добра, но… не рановато ли? Мы не хотим повторения ситуации с Ричардом, ты сама понимаешь. Пожалуйста, будь осторожна со своими чувствами и прибегай к разуму, а не сердцу.
– Вы вот это зачем мне говорите? Хотите настроить меня против Дамиано? Я вас уважаю, миссис Юн, но моя личная жизнь – только моя. Дамиано мне помогает и не даст в обиду. Я уверена, что он просто это не сделает.
– А о его проблемах ты знаешь? Ты уверена, что сможешь ему помочь?
– Хватит, – потребовала Вивиан. – Прошу, не лезьте. Вы совершенно не знаете его. Я буду рядом с ним и обязательно помогу, если он этого захочет. Почему вас всех так волнует моя личная жизнь?
– Я же говорила… не хочу, чтобы было как с Ричардом.
– Не сравнивайте Дамиано с Ричардом. Это два разных человека, но только один из них действительно человеком и является. Если он мешает вашей работе своими допросами – это его работа. Если бы ваша семья не занималась поставкой психотропных веществ, вас бы вообще не трогала полиция. Не нужно сплетничать о Дамиано, если он не угодил вам.
– Признайся, Дамиано для тебя значит гораздо больше?
Вивиан решила не отвечать. Мэльвония – если ей нужно – обязательно узнает об этом сама или с помощью дочери. Она покинула кабинет Юнов и спустилась в гримёрку, где закрыла дверь. Сняв удобное красное платье и оставшись в одном нижнем кружевном белье, она открыла шкаф с платьями для выступлений. Они все были длинными, два с корсетом, три платья были вовсе белого цвета, а не её любимого красного. Вивиан хотелось, чтобы Дамиано снова дотронулся до её ног, колен, поцеловал ключицу и прикусил нижнюю губу. Дамиано стал для неё желанным. Она включила красное освещение в гримёрной, зашторила окна, сняла платье с вешалки и включила камеру на телефоне. Вивиан захотела сфотографировать и прислать Дамиано себя в красном – просто так, без каких-либо намёков. Дамиано, если ему нужно, ответит. Вивиан не искала цели как-то зацепить его, зная, что он поехал на работу. Она просто хотела показать себя в образе Марфы Квин. Но её рука невольно потянулась к лямке. Она приспустила платье так, чтобы было видно ложбинку. Затем она сфотографировала себя около десяти раз, выбрала одну лучшую и отослала её Дамиано, который в контактах всё ещё значился как «Дамиано Кинг». Она переименовала его на «Дами» и улыбнулась, когда увидела моментальную реакцию. «Sei bellissima, mio cara» – писал он, подкрепляя фразу огоньком. Вивиан вставила фразу в переводчик и пришла в восторг. Всё это время он называл её la sua cara – своей дорого?й.
Реакция мужчины была моментальной.
Почему она отправила мне эту фотографию, думал Дамиано. С одной стороны, он уже видел её полуголой и был в восторге, но с другой… она выглядела такой… увлечённой, страстной, соблазнительной… будто красное освещение имело эффект возбуждения. Его зрачки расширились, на коже появились мурашки, а по телу разлилось тепло. Дамиано облизнул губы и выключил телефон, отреагировав на фотографию раскрасневшимся лицом.
***
Две недели спустя
Дамиано сидел за рабочим столом и рассматривал записи в блокноте уже больше десяти минут. Валявшаяся на столе кипа бумаг не была интересна, ведь всё его внимание было направлено на записи личного расследования смерти Амато.
– Дамиано!
Дверь открыл Доминик, и Дамиано едва не вздрогнул и рефлекторно прикрыл губы кулаком. Доминик заметил странное состояние друга, но решил не докапываться.
– Мы нашли сообщника Ричарда, – ответил Доминик, поправив очки на переносице.
– Круто, – отмахнулся Дамиано и взял первый попавшийся лист, чтобы не смотреть на напарника.
– В смысле «круто»? Иди допрашивай! Босс сказал мне листы твои разобрать самому. Ты, как обычно, не скупился на предложение.
Дамиано аккуратно встал. Доминик хмыкнул и направился к столу Дамиано, а Кинг, положив телефон в карман – в сторону кабинета шефа. Он, не спеша, спустился по лестнице вниз, и, пройдя мимо двери, ведущей в кабинет шефа, вошёл в комнату, где его уже ждал допрашиваемый.
В кабинете находились двое. Сам шеф, и его помощник, который, видимо, только что вернулся. Капитан поднял глаза на Дамиано и заметил уставший вид.
– Что с тобой?
– Всё в порядке, – ответил Дамиано и прошёл в комнату допроса.
Напарник Ричарда выглядел куда моложе и ухоженнее, его глаза были здоровыми, и от него не пахло наркотическими веществами. По поведению Дамиано понял, что он не настроен враждебно, и опешил, думая, что Ричард промывает всем мозги. Когда Дамиано сел и предоставил фотографии тела Майкла, мужчина расстроился и поджал губы.
– Вы его знали? – спросил Дамиано, заметив скованность мужчины.
– Да. Майкл был моим другом. Меня зовут Лиам. Раньше я работал с Ричардом, продавал психотропные вещества людям в депрессии, но я понятия не имел, откуда мне их привозили.
– Незнание того, что вы продавали, не освобождает от ответственности за наркоторговлю.
– Я понимаю, сержант Кинг. Свой заслуженный срок я уже отсидел и принял решение с этим завязать. Причина, по которой меня привезли сюда довольно… странная… Я знаю, что Ричарда ищет полиция по подозрению в убийстве и продаже наркотиков, но я больше не имею к нему никакого отношения.