Преступление раскрыто, а теперь стриптиз!

— Ох, — заулыбалась тетя Паша, — до чего ж хорошо сидим, одни, без энтих охламнов. И винца попили и поели хорошо.

— Не сглазь, — сплюнула Надька и крикнула — Катюха! Выходи! Петь будем! Пойду-ка за Эльвиркой схожу, может согласится и сыграет что-нибудь на гармошке своей.

Эльвира согласилась, Катька помогла ей спуститься, а Надька несла небольшую гармонь.

— Давай, Эльвир, «Колокольчик». Кать, спой.

Эльвира нажала на кнопки, растянула меха, а Катя запела.

Все затихли, прибежали девочки послушать, потихоньку стали подпевать.

— Этот звон, этот звон о любви говорит, — прозвучали последние слова.

— Как хорошо ты поешь, Катя.

Она резко обернулась — прямо перед ней стоял Олег. Катька вспыхнула, хотела бежать, еле сдержалась.

— Здравствуйте, — тихо ответила.

— О! В нашем полку прибыло!

— Присаживайтесь.

— Угощайтесь.

Женщины наперебой стали ухаживать за гостем.

— Вон вино, наливайте.

— Спасибо, я за рулем, — Олег несколько растерялся от всеобщего внимания, да еще одни женщины.

— А где ж машина твоя?

— Вон там, в тенечке поставил.

— А ты кто такой будешь-то? — Не выдержала тетя Паша.

Олег вопросительно посмотрел на Катю.

— Знакомый мой! — Резко бросила она.

— Мы тебя раньше-то не видали, знакомый. Как звать-то тебя?

— Олег, — опять за него ответила Катя. — Ну чего вы прицепились? Дайте поесть спокойно.

Внезапно он поднялся — Совсем забыл, — и быстро зашагал к машине. Вернулся с большой круглой коробкой с красивой картинкой на крышке и с коробкой конфет.

— Это вам к чаю, — протянул тете Паше.

— И-и-и, это мы любим, спасибо. А коробка-то какая красивая, девки потом мне отдайте, я в ней нитки держать буду.

А Катя вдруг вспомнила, что она в застиранных джинсах и линялой футболке, но тут же разозлилась на себя за эти мысли. Подумаешь?! Если не по нраву, то и черт с ним! Она улыбнулась с вызовом, показывая щербинку.

— Катя, спой еще, — попросил Олег.

— Чего я одна? Мы сейчас все споем. А ну-ка, девчата, давайте «Коробочку».

Катя пела, стараясь не смотреть на Олега, а он все смотрел на нее и думал, что эта ершистая девушка очень ему нравится, и ничего ему тогда не показалось. Он и сегодня приехал, чтобы убедиться в этом. А как она поет классно.

— Ой, гляньте, Костик с друганом.

— Ну все, сглазили!

— А мы как раз вовремя, да Андрюх, — подталкивая приятеля локтем, Костик приглядывался, куда бы сесть.

Женщины пели, не обращая на них внимания, только Надька поднялась и сердито что-то ему выговаривала.

— Да мы и выпили по пятьдесят, — оправдывался Костик, плохо ворочая языком. — А ну смотрите, чего мы вам принесли!

С этими словами он гордо вытащил бутылку водки и со стуком водрузил ее на стол. Эльвира сразу поднялась, тетя Паша повела ее, подхватив гармошку.

Костик с дружком, наконец, уселись и только сейчас заметил Олега.

— О! В женском батальоне мужик появился! — Полез знакомиться.

— А ты чей ухажер будешь? Катькин, что ли? А я привел ей вон, приятеля, ха-ха, коллегу своего.

— Здрасьте! — Андрюха прищурился на Катьку.

Она хмуро кивнула в ответ.

— Уже и знать нас не хочешь? — Открывая бутылку, цеплялся Андрюха.

— Да я тебя и раньше знать не хотела. — Она резко встала и повернулась к Олегу. — Пошли отсюда.

— Ну да, — кривлялся Костик, — у нас теперь богатые приятели, старых знать не желаем. Чего к миллионерам своим не поехала? Не пригласили, что ли? Рылом не вышла?

Они заржали, а Катька подошла и наклонившись к парням, зло прошипела.

— Заткнись, мразь, а то эту салатницу тебе на голову надену.

— Ой, ой, напугала, — но на всякий случай решил замолчать.

— Пойдем! — На ходу бросила Олегу и быстро зашагала к дому.

— Курва, — пробормотал Андрюха, недобро глядя вслед.

— А меня даже и не позвали, — Шурка-нищенка появилась непонятно откуда и прищурившись, оглядывала стол.

— Да садись, Шур, — Костик подвинулся. — Выпьешь?

— Чего не выпить? Немножко можно. — Она, кряхтя присела рядом. — По какому поводу собрались?

— А какой нам подвод-то нужен? — Тетя Паша подсуетилась и поставила перед ней тарелку. — Погода хорошая, вон девчонки решили сабантуй устроить, и попели даже. Катя так поет душевно.

— А чего ж ее подруга-то не приезжает?

— Маша-то? И-и, она теперь у нас богачкой заделалась, но не загордилась совсем, недавно приезжала с Сережкой, да и одна приезжала, столько всего навезла! Да ты ж вроде видала. А Сережку-то и не узнать вовсе, поправился, порозовел, хорошенький такой. А помнишь, как ты его разукрасила-то? Ну, когда у церкви сидели?

— Да-да, напугал он тогда меня до ужаса. Как раз и мужик этот его забрал, ну, который теперь с Машей.

— Да, уж так повезло, так повезло, — кивала головой тетя Паша.

— Зато и намыкалась! — Вставила Надежда.

— Мужик, выходит, богатый? — Заинтересовался Андрюха.

— И-и, — Не утерпела тетя Паша — Уж такой богатый, такой богатый, но и не жадный совсем, а Катю в аккурат сегодня на свадьбу к дочке своей приглашал.

— Ну и чего?

— Да не пошла. Говорит — рылом не вышла. Ну и ладно, мы так хорошо поели, не хуже, чем у богачей, вона и салатики, и огурчики малосольные и мяско девчонки пожарили. Вкуснотища!

Олег переминался, не решаясь присесть, и осматривал комнату, а Катька быстро убирала в шкаф, висевшие на стуле вещи. Зря она его сюда притащила. Он-то, наверное, по богатым домам привык ходить, не в такие «халабуды».

— Садись, — показала на стул, — сейчас чайник поставлю.

— Может, я пойду лучше, не вовремя пришел.

— Как хочешь, — безразлично пожала плечами Катя.

— Я хотел позвонить, а потом вспомнил, что телефон-то забыл у тебя спросить. Кать, — он подошел к ней ближе, — а давай чай попьем. Можно?

— Конечно, — растаяла она, — ты подожди, я мигом.

Она вернулась очень быстро, достала варенье, поставила две керамические кружки и нерешительно спросила.

— Может чашки лучше?

— Я люблю из кружек. А варенье какое?

— Вишневое.

— Мое любимое.

Она еще раз сбегала на кухню за чайником и стала разливать чай.

— Вкусно — отхлебнул Олег, принюхиваясь. — Там что, черная смородина?

— Ага, лист смородины и мяты, у нас тут под окном растет, мы все так завариваем. А чего тебя давно не было видно? Уезжал куда?

— У меня отпуск был, уезжал к родителям в Ярославль, они дом затеяли строить, надо было помочь.

— Правда? — Оживилась Катя. — А я ведь тоже с Волги, из Самары.

— Ну да?

Они стали делиться воспоминаниями, оказалось, что, как и Олег, Катя тоже любит ловить рыбу, рассказывала, как она с родителями ездила за Волгу на выходные, там они ловили рыбу, жгли костер, варили уху…

Не заметили, как за окном потемнело.

— Ой, темно уже, — спохватилась Катя, — тебе в потемках ехать.

— Ничего, фары светят.

Он вздохнул и поднялся.

— Ну, мне пора. Ты телефон-то свой дай.

Катька продиктовала, он позвонил.

— Ну вот, и мой теперь у тебя. Я завтра на работу выхожу.

— Ты в клуб часто ездишь? — Спросила Катя.

— Почти каждый день, я со Светланой езжу.

— Тогда увидимся, я теперь там работаю.

— Серьезно? Здорово! Ну, тогда до встречи.

У дверей наклонился, поцеловал в щеку и быстро вышел.

Катька закусила губу и даже подпрыгнула от радости. Нравится! Она ему нравится. Разбирала свой диван, стелила постель и все думала, какой он классный парень, так бы и бросилась ему на шею и прижались бы к нему.

Заснуть все не получалось, в голове все мысли были об Олеге, но внезапно, вспомнила и разговор, подслушанный накануне, и все какая-то мысль крутилась, мешала заснуть, но не хотелось думать об этом. Да ну, чего в этом копаться? Она лучше представит, как они с Олегом будут встречаться, интересно, как у них все сложится…

***

Мы поздно встали, естественно, легли только утром. На кухне сидели бабушка и тетя Соня.

— Ну, наконец-то вы встали, — недовольно заметила тетя и, обращаясь к бабушке, с возмущением добавила — Сколько можно спать? Я сегодня вообще не сомкнула глазом.

— Глаз, — невольно поправила бабушка.

— Ну да, я и говорю, глазом, и вообще у меня сегодня ужасное давление.

— Какое тетечка?

— Восемьдесят на сто двадцать. Просто ужас.

— Наверное, сто двадцать на восемьдесят, — уточнила бабушка, — так это нормальное давление.

— Я лучше в этом разбираюсь, у меня все-таки верхнее образование.

— Высшее, — пробормотала бабушка, но тетя продолжала.

— Я знаю, что сто двадцать на восемьдесят — это нормальное, а у меня наоборот… Надо срочно что-то принять.

— Надо выпить коньяку, — серьезно заметил Саша.

— Это помогает? — Откликнулась тетя.

— Безусловно.

— Тогда налей мне рюмочку.

— Прекрасное начало дня, — Саша открыл бар и достал бутылку, — пожалуй, я тоже начну с этого. Птичка, а ты?

— Нет, спасибо, ни на еду, ни на питье смотреть не могу. Господи столько вчера съела!

— Напрасно, — назидательно произнесла тетя. — Вот я съела всего неврохочку.

— А мне показалось, — не выдержала бабушка, — что вы все попробовали.

— Вот именно — попробовала, — с обидой откликнулась тетя, — я всего-то съела малюсеньких три пирожка, пару бутербродов с икрой, черную икру так давно не ела, что там еще было…ах, да, салатики были вкусные, еще заливное.

— Мне очень поросенок понравился, — подхватил Саша.

— Да, поросенок тоже был вкусный.

— И осетрина с хреном.

— Да, и осетрина вкусная была.

— Птичка, а ты мясо попробовала?

— Господи, там было столько всего…

— Да, — перебила меня тетя Соня, — там много было всего, но, знаешь, мясо мне не понравилось, слишком острое, а рыбка вкусная и еще очень вкусные торты…

— Ничего себе, — тихо заметил Саша и подмигнул мне, — а я торт даже не попробовал.

— Напрасно, — воодушевилась тетя, — тот, который с малиной и взбитыми сливками просто во рту таял. Ланочка, ты не хочешь узнать рецепт?

— Да, пожалуй, узнаю, возможно в следующий выходной что-нибудь сделаю.

— В следующий выходной меня не будет, — Саша помешивал ложкой в чашке.

— Опять командировка?!

— Так получилось.

— На этот раз, куда?

— На этот раз в Австрию.

— Я там никогда не была, — задумчиво вставила тетя Соня.

— Я тоже, — добавила я. — Саш, а может, я тоже поеду?

— Нет, Птичка, — это неразумно, я буду мотаться по совещаниям, у меня несколько важных встреч, переговоры, ты будешь целыми днями одна.

— Но ночевать-то ты будешь в отеле?

— Нет! Это неудобно! — Он поднялся из-за стола и направился в кабинет.

Что тут неудобного, не могу понять, конечно, если только у него появилась…Стоп! Все, все, все! Не надо об этом думать! Просто не думать! Легко! Не буду и все тут. Зачем мне заморачивать себе голову неприятными мыслями. Сейчас пойду в бассейне поплаваю, а может, сауну включу. Да. Точно. Надо расслабиться и думать позитивно. Черт! Черт! Ну не получается, хоть тресни! Так, спокойствие, только спокойствие, как говорил Карлсон. Вот счастливый человек, жил себе на крыше, не работал, залетал в окошки, жрал варенье. О! Кстати, у меня же есть чудное варенье из абрикосов. Можно после сауны чай попить с абрикосовым вареньем. Ну вот уже позитив пошел.

Я осторожно приоткрыла дверь кабинета, Саша тихо говорил с кем-то по телефону, тогда я решительно открыла дверь и вошла.

— Хорошо, мы потом это обсудим, — он отключил мобильный и смотрел на меня с неодобрением. — Что ты хотела, Птичка?

— Я ищу свой журнал, подумала, может, у тебя забыла. А…с кем ты сейчас разговаривал? — Не выдержала я.

— С Марченко, — в глазах была усмешка.

— А-а, — протянула я, так и не поняв мужчина это или женщина. Но надо же уточнить. Как бы это сделать невзначай, чтобы он не догадался, что я его в чем-то подозреваю. Небрежно присев на кушетку, сделала вид, что рассматриваю свой ноготь. — И как он поживает, как его здоровье?

— Чье? — Не понял Саша.

— Ну, этого Марченко.

— Это она, зовут ее Наталья Львовна. Птичка, — он встал из-за стола и уселся со мной рядом, — с каких это пор ты интересуешься здоровьем моих собеседников?

— Да просто так из вежливости, ничего такого, — я хотела встать, но он удержал меня.

— Моя дорогая, у меня разные клиенты, среди них бывают и женщины. Знаешь, иногда женщины занимаются очень серьезными делами…

Он прервался, но я поняла, что он хотел добавить, что я-то как раз занимаюсь ерундой, а не какими-то глобальными проблемами, как там что-то инвестировать и получить огромную прибыль. Ладно, сделаю вид, что намек не поняла.

— Ну да, ничего особенного, я же ничего не говорю — это по делу, — при этом пристально смотрела ему прямо в глаза, но мой взгляд не просверлил в нем ни малейшей дырочки. — Шурик, а когда у нас будет отпуск?

— Пока не могу ничего сказать.

— Но мы же собирались в Испанию.

— Послушай, — голос прозвучал довольно сухо, — не путай, пожалуйста, свою работу и мою.

— Почему же? — Постаралась говорить спокойно.

— Это же очевидно, — нахмурился он, — у меня серьезная работа, я встречаюсь с очень солидными людьми, а у тебя дурацкий клуб.

— Дурацкий?! — Подпрыгнула я. — Наш клуб дурацкий?! — И сразу все аргументы куда-то исчезли, хотелось сказать что-то значимое, веское, но вместо этого выкрикнула — Это твой банк дурацкий! И чтоб ты знал, у меня серьезная работа, я помогаю женщинам, а ты проворачиваешь какие-то денежные махина… — я осеклась на полуслове, но поняла, что все равно далеко зашла.

Саша смотрел отчужденно, ничего не ответил и молча вышел из кабинета. Ну вот, а я осталась, как дура. И чего я добилась, спрашивается? Поссорилась с мужем в общем-то не из-за чего, ляпнула гадость, ведь знаю, что Саша порядочный человек. Фу, как нехорошо получилось. Ладно, попробую с ним вечером помириться, принесу вина, зажгу свечи, надену сексуальное белье и покажу этот злосчастный стриптиз, тогда он точно не устоит.

Но все опять пошло не так, как задумала, я особенно не подлизывалась, просто делала вид, что ничего не произошло, но в обед, когда мы все уже сидели за столом, он появился и холодно обронил, не глядя на меня.

— У меня встреча, я должен уехать.

— А обед? — Разочарованно спросила я.

— Я пообедаю в городе.

— Ты поздно придешь?

— Не знаю, как получится, возможно переночую в квартире.

Хлопнула входная дверь, все, ушел.

— Не расстраивайся, дорогая, — бабушка похлопала меня по руке. — У нас сегодня такой вкусный обед, впрочем, как всегда.

— А я не в восторге от этого супа, — вмешалась тетя Соня, — у меня после него так пучит живот…

Подробности ее пищеварительного тракта я слушать не могла, и так на душе стало тошно, я извинилась, пожаловалась на головную боль и ушла к себе.

Он никогда так со мной не разговаривал. Никогда! Да что такого произошло? Я просто поинтересовалась чьим-то там здоровьем, проявила внимание, элементарную вежливость, в конце концов… Кого я обманываю? Себя? Да я ревную, ну что ж теперь поделать? Надо уметь управлять своими чувствами. Кто это сказал? Наверное, кто-то умный. Если бы еще подсказал способ управления. Да ладно, ничего же не произошло, ничего страшного, переночует в Москве, завтра приедет. А если нет? Глупости! Конечно, приедет. Ничего, я сейчас чем-нибудь себя займу, придумаю занятие поинтересней… Можно расслабиться в парной, можно пойти к Наташке или Лариске, можно просто пойти погулять.

Но у девчонок оказались какие-то срочные дела, тогда я позвонила Маше и пригласила ее в клуб.

— Да мы просто посидим, поболтаем, а может ты захочешь расслабиться и сделать массаж. Кстати, ты видела мужской стриптиз? Не видела?! Ну вот! Мы теперь часто приглашаем этих мальчиков.

— Светлана, а как там Катя? — Сменила тему Маша.

— Нормально, осваивается, но мы думаем, что это временно. Есть идея отправить ее на курсы массажисток. Как думаешь, ей понравится?

— Не знаю, надо поговорить с ней. Я хочу с ней встретиться, тогда поговорю.

— Так приезжай в клуб, там и поговорите.

Мы договорились на понедельник и распрощались.

Я подошла к зеркалу. О боже! Бледная, под глазами синяки, и на лбу, кажется, появляется морщинка — вот к чему ведут переживания. Очень глупо! Ведь сама себе все напридумывала… А зачем он так обиделся, прямо оскорбленная невинность. Ничего такого я не сказала. Все. Надо подумать позитивно…У меня все хорошо, на работе все отлично, так кое-какие проблемы, но это несущественно, у меня замечательные подруги… И где они, спрашивается? Конечно, у них все хорошо… Стоп! У меня тоже все хорошо, у меня замечательный муж…да, он замечательный, у меня чудесный ребенок. О! Надо пойти с ним погулять, можно в лес сходить, взять с собой Дейзи, пусть побегает немного. И прогулка прогонит эту бледность, свежий воздух и все такое. Но, оказалось, ребенок пошел гулять с Валентиной Петровной, тетя уткнулась в телевизор, бабушка тоже сидела рядом.

— Ланочка, сейчас будет вечер романса, не хочешь послушать?

— Что-то настроения нет, — вяло ответила я, но все-таки уселась рядом в кресло.

Но музыка изумительная, и исполнители хороши, а Погудин нравится все больше и больше.

— Ой, смотрите! — Подпрыгнула тетя Соня, — это же этот, ну как его, он в сериале играл

— …Дятлов — объявила ведущая.

— Ну да, Дятлов! Он так замечательно поет! Слушайте, слушайте!

Он исполнил мой любимый романс «Белой акации гроздья душистые», так хорошо пел, так душевно...Я незаметно вытерла слезы.

— Да, моя дорогая, чудесно исполнил, — с чувством воскликнула бабушка, — меня растрогал прямо до слез.

— А я вот не такая слезливая, как вы, — похвасталась тетя. — Вообще плаксивость — это первый признак старости, — добавила ехидно и, приосанившись, гордо повернулась к телевизору.

— Может быть, прогуляемся немного? — Бабушка вопросительно смотрела на меня и тут же спохватилась.

— Сонечка, вы не хотите составить нам компанию?

— Да вы что?! — Закатила глазки тетя Соня, — у меня через пятнадцать минут начинается «Великолепный век».

— Ах, да, pardon, я запамятовала.

Мы взяли с собой Дейзи и пошли в лес.

— Не стоит так огорчаться из-за пустяков, — бабушка держала меня под руку, и я с тревогой заметила, что она тяжело дышит и вообще походка стала не такой легкой как прежде.

— Вы не устали?

— Нет, что ты! Так хорошо в лесу. Слава богу, местные жители не любят здесь гулять. Я заметила, что они вообще редко покидают свои владения и то, только на автомобилях.

— Да уж! — Фыркнула я.

— Ланочка, вы поссорились или просто недоразумение?

— Сама не знаю. В общем-то ссоры, как таковой не было.

Я старательно пересказала наш разговор.

— Ну да, конечно, я ревновала, но постаралась это явно не показать, но он понял, конечно. И потом ляпнула про махинации. Честное слово, не знаю, почему вдруг вырвалось, ведь сама в это не верю.

— Мой бог! Что не скажешь со зла?! Не вини себя, ничего страшного, сказала немного лишнего, а он тоже неправ. Сразу же убежал. Трус.

— Он не трус, он обиделся.

— Когда вам представится случай поговорить, спокойно скажи ему, что была неправа, обвинив его в махинациях, но его заявление по поводу твоей работы тоже требует объяснения. Ничего mon cher, все наладится, вот увидишь, — для убедительности как обычно похлопала меня по руке.

Этот разговор окончательно успокоил меня. Господи, как хорошо, что она у нас есть! Только бы не болела! Только бы подольше была с нами!

***

— Володя, я хочу съездить к Кате.

Они встали рано — молодожены улетали в Испанию. Провожать в аэропорт не поехали, попрощались дома и опять легли спать. Завтрак накрывала Галина Павловна, у Маши не было сил после вчерашних танцев.

— Зачем? — Беляев был явно недоволен.

— Она не пришла к нам, наверное, постеснялась, а мне хочется, отвезти им чего-нибудь вкусненького, все равно все раздадим, а там женщины обрадуются. Ты ведь не возражаешь.

— А Катя разве не на работе?

— Нет, у нее сегодня выходной.

— Ох, как не нравятся мне эти поездки, но запретить не могу. Поезжай.

Скажи Галине Павловне, чтобы распорядилась там. Наверное, в саду еще черти что творится.

Маша вышла в сад и тут же вернулась.

— Представляешь, почти все убрали. И когда они успели?

— Нормально, у них служба такая. Ну ладно, поезжай, только недолго.

— Я постараюсь.

— Ты с Сережей поедешь?

— Не знаю, вряд ли он захочет, у него теперь Ирочка есть.

— Ну все, нам с Маратом сегодня в министерство надо заехать, надо собираться.

Николай Васильевич отвез Машу в Мытищи, Маша заранее не предупредила, что приедет.

— Катя-я!! — Заголосила тетя Паша. — Смотри, кто приехал?! Вот не ждали, не чаяли! А чего ж Сережку не привезла?

Тетя Паша встретила ее у дома, а сверху уже бежала Катя.

— Машка!

Они расцеловались, а Николай Васильевич стал вытаскивать из машины коробочки.

— Это что ж такое будет? — Суетилась тетя Паша.

— Это вам угощение.

— Да это ж на полк солдат хватит. Батюшки мои, что делается! Эх, жаль бабы на работе! Ну ничего мы пока сами посидим.

Все отнесли наверх, кое-что открыли сейчас, а остальное спрятали до вечера.

— Кать, — Маша достала из пакета сверток, — это тебе.

— Господи! Опять? Прямо завалила подарками.

— Знаешь, я посмотрела, ты все в одной кофте бегаешь, а это ветровка тебе пойдет очень.

— Ух, ты! — Катя восторженно прищелкнула языком — Класс! Прямо завтра надену, а свою Лидке отдам, а то она черти в чем ходит. Спасибо!

Посидели недолго, потому что Беляев звонил, он уже освободился и просил ее пораньше приехать.

***

С девчонками встретилась лишь во вторник в клубе. Наташка что-то оживленно рассказывала, Лариска поддакивала, я не вслушивалась в разговор, настроение ужасное — Саша не приехал ночевать и даже позвонить не соизволил. Ну и пусть! Ну и черт с ним! Нет, нет, нельзя так…

— Ты чего башкой трясешь?

Наташка пристально меня разглядывала.

— Да так, что-то негативные мысли лезут.

— Прогоняла, что ли?

— Угу.

— Потрясла башкой и прогнала?

Вот пиявка, ей-богу.

— Представь себе, — заставила себя улыбнуться. Ничего теперь вам не расскажу, умрите от любопытства.

— А ну, колись, что случилось? — Естественно Наташка сразу же переключилась на меня.

Я уже открыла рот, чтобы дать достойный безразличный ответ, как неожиданно открылась дверь и появилась Платонида.

— Простите что помешала, но Кати что-то нет, я хотела узнать ее телефон, позвонить.

— Может, на поезд опоздала, — предположила я.

— Возможно, — согласилась Платонида, — но в таком случае обычно звонят и предупреждают.

Мы переглянулись, Наташка посмотрела на часы.

— Так, сейчас начало двенадцатого…Странно…

— Подождите! — Вспомнила я. — Там же, наверное, перерыв, ну, днем, всегда перерыв на железных дорогах. Возможно, опоздала, а потом перерыв.

— Вы не могли бы уточнить? — Продолжала Платонида. — Позвоните ей или дайте мне номер, я сама позвоню.

— Черт! У меня нет ее телефона, — я в растерянности посмотрела на девчонок.

Лариска недовольно фыркнула, а Наташка скривилась, но тут же вскинулась.

— О! Я знаю, у кого можно узнать! Надо позвонить Маше!

— Ну да, конечно! — Согласилась я и полезла за телефоном.

Платонида все стояла с постной физиономией и как-то раздражала.

— Платонида Аристарховна, вы пока занимайтесь своими делами, мы сейчас все выясним и вам сообщим. Хорошо?

Она кивнула и вышла, а я быстро набрала Машин номер.

— Алле! — Откликнулась она.

— Маша, здравствуйте, вы нам не дадите Катин телефон.

— Да, конечно…А разве она не на работе?

— В том-то и дело, что ее пока нет. Может, на поезд опоздала?

— Вообще на нее не похоже, Катя обязательный человек. Я сейчас все выясню сама и вам перезвоню.

— Ладно, тогда мы подождем.

Через минуту Маша позвонила.

— Послушайте, Света, там что-то ужасное произошло. Катин телефон не отвечает, я позвонила тете Паше, она там же живет. У них рано утром убили одну женщину, а Катю задержали… Я сейчас же поеду туда.

— Как убили? Как задержали?

В ответ было молчание — она уже отключилась.

— Ну что там? Что ты молчишь? — Тормошила Наташка.

— Девчонки, она сказала, что там убили женщину, а Катю задержали.

— Ничего себе!

Наташкины глазки как-то заблестели, в них появился знакомый азарт.

— И чего мы сидим, спрашивается?

— Ты что, опять за свое?! — С возмущением вскочила Лариска.

— Что ты встала надо мной, как Родина-мать?!