Предел глубины

Дерек схватил несколько листов, слишком резко, раздражённо и ненавистно. Бегло просмотрев записи, он медленно, но в то же время со злобой, переворачивал старую бумагу. От вскипающей внутри злости сводило зубы, от этого слегка дрожали его чёткие скулы. Что ты хотел мне сказать?

Ему девять лет — отец не вернулся. Ему пятнадцать — он идёт служить. Ему двадцать — он Главнокомандующий и привык быть тем, кто отвечает на вопросы других, кто отдаёт приказы и решает что делать. И вот впервые происходит что-то настолько большое и непонятное, что он сам хочет повернуться к кому-то старше и сказать: «скажи мне, что делать».

Сделав вид, что записи действительно интересны, бегая глазами по неровным чернильным буквам и задумчиво хмурясь, парень повернулся и направился к двери, находившейся за его спиной. Он шёл, небрежно ступая по пыльному полу, не отводя взгляда от последнего материального следа своего отца.

Девушки в это время собирались уходить. Аннабель отряхнулась от пыли и украдкой взглянула на Главнокомандующего. Что такого было в тех записях?

Только Дерек скрылся за дверью, ведущей в тёмный коридор с давно забытыми комнатами, он захлопнул её и обессиленно спустился, скользя спиной по неровной деревянной поверхности.

Прозвучал сдавленный вздох.

Листы всё ещё были зажаты в его руке. Дерек опустил голову и на несколько секунд позволил себе не быть Главнокомандующим. Не думать о Свете, Поле, Герое и приближающейся битве. Не искать ответов.

Бывало и хуже, — привычно сказал он себе.

Но сейчас даже собственный голос звучал неубедительно. Он крепче сжал бумагу. Жестокая слеза всё же сорвалась с ресниц и оставила след на его щеке.

Глава 9

Хотелось скорее бежать. Утолить жажду безответных вопросов. Выяснить. Разгадать. Увидеть своими глазами. Хотелось бежать. Но Дерек оставил девушек в какой-то непонятной ни для кого тишине. Давящей тишине, тянущейся бесконечно. Они оставались на своих местах и просто молчали. Совершенно ни о чём не думая.

— Почему ты ему доверяешь? — бросив последний взгляд на дверь, за которой скрылся Главнокомандующий, заговорила Маша.

Анн поджала губы и отвела глаза. Она не понимала, что сказать подруге, чтобы ёмко описать свою ситуацию.

— Я влипла, — вдруг призналась она и, помотав головой, взглянула на Машу, — Я появилась тут ровно в тот момент, когда они по преданию ждали Героя. А его приставили ко мне.

— Найс, — протянула подруга, — И что им от тебя надо?

— Вот куда мы сейчас поедем. Там из моря выходят чудища всякие страшные и сильные. И здесь с этим сражаются уже несколько десятков лет. И мне как бы нужно теперь это изменить, — Анн пожала плечами и немного жалобно взглянула на Машу. Она могла оказаться на месте Героя так же, как Алиса или Сэм.

— Действительно влипла, — она вновь покосилась на дверь, — А он тут типа главная шишка?

— Главнее не придумаешь.

Девушки с минуту молчали, Маша прокручивала в голове всё то, что услышала только что от Главного и от старой подруги, а потом неожиданно резко повернулась к ней.

— Он сказал про Сэма. Ты у него лошадь отобрала. Ты помнишь, кто это? — обратилась она к Аннабель, делая странный акцент на слове «кто».

Будто она пытается пробраться в сознание подруги, чтобы та вспомнила этого парня и что он значил в её жизни. И действительно, при первой встрече она узнала его. Казалось знакомым абсолютно всё. Его серо-зелёные глаза, в которых больше серого, чем зелёного. Каштановые волосы всё время взъерошенные и непослушные. Его странная шепелявость, которую замечают лишь самые близкие. Как он улыбается, та самая родная спокойная непринужденная улыбка.

А что с ним было связано? Анн никак не могла вспомнить. Они вместе учились? А может ездили в один летний лагерь? Неизвестно. За что он извинялся при первой встрече, первой встрече в новой жизни Анн? Пока это были лишь пустые вопросы для неё.

— Надо найти его, — Маша вдруг резко повернулась на пятках и, не дожидаясь подругу, зашагала прочь из башни. Анн последовала за ней. Они обе догадывались, где его можно было найти и сейчас шли по неосвещённой базе в сторону ворот и конюшни.

С исчезновением солнца, на улице сразу же похолодало. По телу волнами бегали мурашки, даже при самом незначительном порыве ветра. Впереди уже гасли одинокие огни из комнат бойцов.

Пахло океаном. В Закате этот солёный запах был не таким ярким. Анн понравился этот необычный запах мокрого песка, водорослей и морской пены, приходящий с ветром. Может, ей и раньше нравилось гулять по берегу, а может, она жила рядом с морем? Кто знает. Анн нагнала подругу и хотела уточнить у неё несколько вопросов про Сэма.

— Слушай ты… — начала она, но не договорила, заметив, что Маша задумалась о чём-то своём и не отреагировала на подругу. Аннабель слегка дотронулась до её плеча, та вздрогнула от неожиданности.

— Да? Ты что-то говорила? — удивлённо поинтересовалась она.

Анн не стала ничего отвечать, так как они уже подошли ко входу, где последний раз видели Сэма. Но парня здесь не было, лишь у ворот стояло двое охранников. С возвращением Главного и отмены тревоги всё затихло, лишь пару воинов обходили смотровые площадки и мелькали между башнями.

Стражи были одеты в доспехи, на голове шлем, железный и фигурный, на ногах высокие кожаные сапоги. Один из стражников спал на ходу. Прислонившись спиной к стене и сложив на груди руки, он то и дело старался не заснуть. Когда его голова сонно падала на руки, он вдруг вздрагивал и протирал глаза. Второй наоборот, стоял, гордо выпрямив спину, в руках он твёрдо держал рукоять меча.

В Восходе были готовы к битве каждую ночь и это изрядно выматывало. Закат словно был не только территориально дальше от воины, но и напряжение в воздухе здесь чувствовалось сильнее.

В Восходе были готовы к битве каждую ночь и это изрядно выматывало. Закат словно был не только территориально дальше от воины, но и напряжение в воздухе здесь чувствовалось сильнее.

Со стороны конюшни раздался шум — громкое ржание, топот копыт и чей-то мужской голос. Анн обернулась и, не дожидаясь подруги, направилась туда. Она аккуратно приоткрыла дверь и тут же отшатнулась. Совсем рядом со входом, встав на дыбы, грациозный конь пытался отделаться от парня, который настойчиво тянулся к его седлу. Тот раскинул руки и медленно пятился, стараясь успокоить животное.