banner banner banner
Один в поле не воин
Один в поле не воин
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Один в поле не воин

скачать книгу бесплатно

– В первую очередь доставить его в Москву, – Рентген кивнул на Ферзя. – Пока он не повредился мозгами. И сделать это необходимо втайне от Белова. Раз с момента событий прошло два года, мне лучше не устанавливать связь с Москвой прежде, чем я там окажусь. Слишком неясен текущий расклад сил на политической арене. Времени до возвращения к Салмацкому самостоятельности остается всё меньше. Вы можете оперативно доставить нас в аэропорт?

– Та ещё задача, – Медведь посмотрел на Раса: – Что скажешь?

– До Приемного Пункта может дойти любой, это не проблема, – молодой сталкер задумчиво потер подбородок. – Оттуда на Большую Землю ходят автобусы двух типов: для Нормальных и для Зависимых. Перед входом и выходом из автобусов проводится проверка документов, там нужно сразу сообщить о Зависимости, если она есть, и назвать место и цель поездки. Всё контролируют сотрудники ФСБ, в автобусе всегда находится вооруженный патруль, и по прибытии на место тебя передают с рук на руки встречающим лицам, которые будут тебя всюду сопровождать, даже в сортире. Так что этот вариант отпадает. – Рас насупил брови, размышляя. – Можно закосить под Нормальных, но это тоже вряд ли: нужны левые документы и отметка о трудоустройстве, это долго. А ещё все нормальные, которые на Нейтралке работают, друг друга в лицо знают, хотя их ФСБ тоже проверяет. Короче, это тоже не для нас. Остается нелегальное пересечение Нейтралки. Замутить такое раньше можно было относительно несложно, были бы деньги, но теперь все Болта ищут в мыле днем и ночью… Народ нервный стал. Мне после всего могут и не поверить, поймают и посадят в зиндан. Нужно выход мутить через кого-то, кто к нам отношения не имеет. И так, чтобы без грима, сейчас всех за усы-бороду дергают, и в каждый рюкзак залазят, вдруг там волшебный пень спрятан.

– Кошель отпадает, – заявил Кварц. – Он ведет двойную игру, это однозначно. Остальные контакты использовались нами втёмную, никто не знает, что мы из ОСОП. Со всеми ними я встречался в гриме, с сильно измененной внешностью. Нужен другой вариант.

– А давайте Непров попросим, – предложил Медведь. – Которым мы обезьянку лечили. Они же оставляли координаты, где их искать, предлагали помощь, в случае чего. Дадим им ещё лекарств или в чем там они нуждаются, я не знаю… заодно и выясним. Они хоть и скрываются от всех, но воду, еду, и прочее где-то берут. Наверняка без контрабанды не обошлось.

– Тогда нужно прямо сейчас выходить, – Айболит достал из кармана блокнот и принялся листать исписанные странички: – Туда по Зеленой Зоне ехать часов шесть, и ещё столько же пешком идти придется. Я с вами пойду. Осмотрю ребенка и пострадавшего, нужно подробно зафиксировать результаты воздействия препаратов.

– В таком случае, предлагаю собираться, – немедленно заявил Рентген. – Времени у нас мало.

– А давайте на машине Болта доедем! – глаза Раса возбужденно сверкали. – Напрямик, через Жёлтую! За три часа доберемся! Болт, можешь нас довезти?

– Не знаю… – вопрос поставил сталкера в тупик. – Надо посмотреть… Я ведь всё время по дороге ехал, которая из машины видна. Понятия не имею, откуда она взялась, но проселок идет по прямой. Ровно от той норы инопланетянской до вашей Базы. Сворачивать не требовалось. Надо подумать… – Он машинально коснулся груди в том месте, где под одеждой висел оберег, и на мгновение умолк. – Оберег говорит – доедем. Так что сначала я в душ. Уж больно он у вас хорош! Особенно после горячей кашки!

Народ засмеялся, и серьёзная тишина делового собрания сменилась веселым многоголосым говором. Кто-то собрался идти за чистыми полотенцами для гостей; кто-то предлагал подыскать для них на складе одежду, чтобы было в чем ходить, пока отстирается от крови их собственная, потому что выходить из Ареала в заляпанной кровавыми пятнами одежде не самое разумное решение; и Бэмби уже направлялась к выходу, подготавливать стиральную машину.

– Скажите, Рентген, как вы планируете добираться до Москвы? – вопрос профессора Николаевой почти потонул во всеобщем шуме. – В аэропортах пассажиров проверяют на предмет Полтергейста, остальные виды транспорта идут довольно долго. Зуд не помешает вашим планам?

– Что, прошу прощения, помешает? – обернулся контрразведчик. – Я вас не понял.

На камбузе мгновенно воцарилась тишина, и Медведь перевел взгляд на Болта:

– Валера, ты, что, не рассказал им про Зуд? – здоровяк мгновение смотрел на растерянного сталкера, после чего философски изрёк: – Забыл, да? Конечно, забыл. У тебя же его нет.

– Что такое Зуд? – Лаванда скользила взглядом по хмурым лицам. – Что-то дерматологическое? Новая болезнь, возникшая в Ареале? Как она передаётся? Насколько это опасно?

– Ерунда, – невесело улыбнулся Водяной. – Пока ты не вышел из Ареала. А вот потом… – Он поморщился от воспоминаний об ощущениях, рассказать о которых могут более тридцати тысяч человек, и обернулся к санинструктору: – Айболит, рассказывайте вы. Вы всё-таки врач…

Собрание завершилось спустя десять минут. Рентген, узнав подробности, заявил, что ему необходимо время на размышление, и угрюмые люди разошлись по своим делам. Медведь объявил на Базе по случаю появления гостей банный день, чтобы не дать всеобщему настроению упасть ещё ниже, и взялся за решение задачи о перераспределении жилой площади. С момента появления Бэмби, на Базе не осталось свободных комнат, и нужно понять, где и как поселить вновь прибывших. Здоровяк вооружился рулеткой и принялся бродить по коридорам, проводя замеры.

– Планируешь завоз крупногабаритной мебели? – со стороны душевых шел Туман с банным полотенцем в руках, и попутно стараясь вытряхнуть попавшую в ухо воду.

– Угу, – прогудел здоровяк. – Боюсь, двуспальная кровать не пролезет в ваш с Лавандой президентский люкс. Вот ищу, где стену сносить. Вы вдвоем жить планируете, или с Дикобразом?

– Тогда уж с Осьминогом, – коротко усмехнулся Берёзов. – Когда стало ясно, что мы сидим внутри инопланетного корабля в режиме компрессии времени, она очень переживала о своём Осьминоге, что остался в её лаборатории. Жалела, что не выпустила его на свободу в своё время.

– Ничего, он теперь в надежных руках, – Медведь невесело ухмыльнулся. – О нём теперь генерал Воронцов заботится. Так что можешь её успокоить, Осьминога в обиду не дадут.

– Генерал Воронцов? Наш МЧСник? – нахмурился Туман. – Которого Белов приказал уничтожить в ЛП-32 вместе со спасательным отрядом? Он стал Бродягой?

– Бродягами и Зомби стали мужики из спасательного отряда, – по лицу Медведя скользнула мрачная тень. – Жаль. Неплохие были люди, я там много кого знал. А Воронцов стал Сторожем и Профессором в одном флаконе. Других таких в Ареале больше не встречали. Его теперь сталкеры так и называют – Генерал, за обрывки камуфляжа с генеральскими погонами. С тех пор в ЛП-32 и живёт. Лабу все, у кого есть хоть одна извилина, за километр обходят. Уж больно Генерал любит подраться и заодно вскипятить мозги кому-нибудь. Он из лабы часто выходит и обходит её по периметру, проверяет, всё ли в порядке. Камушек какой уберет, или неровно торчащий обломок кулачищем вправит. На бандюков любит нападать, если находятся такие идиоты, что близко подходят. Бегает-то он быстро. Говорят, однажды в километре от ЛП-32 пятеро старателей нашли алмаз. У их сталкера с собой был мет, «Старатель», он на алмаз и указал. По законам Ареала, всё, что найдено во время старательства, принадлежит всем участникам, кто бы из них не совершил находку. Но один из них был новичком с темным прошлым, и оказался мальчонкой жадным и нехорошим. Он выбрал момент и полоснул очередью в спину своим коллегам. Одного вроде сразу убил, второго ранил тяжело, на оставшихся чешуйчатые волки напали, как только стрельба началась. Почуяли легкую добычу. В общем, все принялись от волков отстреливаться, тут Генерал и прибежал. Тех, кто в зверей стрелял, размозжил в кровавую кашу, а тяжелораненого сталкера вынес в Зеленую Зону. Я бы назвал это байкой, да только Генерал того мужика прямо к поселку Нефтяников отнес, и в сотне метров от окопов аккуратно на травку уложил, после чего ушел. Видело это человек двести. Вот так.

– Столько бед из-за кучки зажравшихся олигархов, – Туман с ненавистью скривился. – Как думаешь, Коля, есть у нас шансы до них добраться? Уж больно хочется.

– Не знаю, – покачал головой майор. – Сейчас от Рентгена всё зависит. Точнее от того, насколько он окажется ценен для своего начальства, когда то узнает о его чудесном воскрешении. Потому что иначе отсюда не выбраться. Зуд убивает за двое суток. Самые стойкие сходят с ума. Единственный способ – это сыворотка Кугельштайна или её несильно качественный отечественный клон. Для этого нужны деньги и своевременная безопасная транспортировка. За полчаса такое не организуешь.

– Медведь! – из лестничного тамбура появился Шорох. В руках у него обнаружилась рулетка, карандаш и листы бумаги с наскоро расчерченными планами этажей Базы. – Надо бы подумать, как внутренние перегородки сдвинуть, чтобы дополнительные комнаты сделать, а то пополнение размещать негде… – Он увидел рулетку у Медведя и кивнул: – А! Ты уже меришь… Я на минус первом замеры сделал, там можно две комнаты добавить, если потесниться. Здесь, я думаю, можно организовать одну большую комнату для Тумана с Лавандой на двоих, только куда Ферзя девать?

– Будку пристроим снаружи, – усмехнулся Медведь. – Туалетную. С дыркой в полу. Будем сбрасывать его туда на время Выброса.

– Я – «за»! – Шорох недобро улыбнулся. – А если серьёзно? Ему же камера нужна, а у нас везде перегородки тонкие. Может, на первом этаже, на складе, кирпичной кладкой небольшой кусок отгородить? Пусть там сидит! А на время Выброса будем его вниз забирать. – Боец перевел взгляд на Берёзова: – Туман, а ты что один, где Лаванда? Я когда её увидел, даже не узнал сразу. Никак не ожидал, что она помолодела лет на десять.

– Её сразу после душа забрали ученые, проводить серию тестов и прочих научных анализов на тему воздействия обратной регенерации, – Берёзов тихо прыснул. – У Айболита аж глаза горели. В общем, ей представилась редкая возможность на собственном опыте прочувствовать, каково приходилось её подопытным. Теперь я испытываю некоторые сомнения в том, что её мне вернут.

– Айболит? Пациента? Добровольно? Никогда! – хохотнул Медведь. – Придется отбивать. Ничего, пару дней пострадаешь от одиночества, за это время мы подвинем перегородки и соорудим вам отдельную жилплощадь. Будешь там её от Айболита прятать.

– Туман с Лавандой пока могут пожить в моей комнате, – раздался негромкий голос Бэмби.

Медведь обернулся. Девчонка топала из санузла в бытовую комнату с пластиковым тазом, в котором лежала предназначавшаяся для стирки форма. Судя по новенькой с виду рубашке, густо запачканной засохшей кровью на спине, форма принадлежала Рентгену. Следом за Бэмби шёл Базальт и нес охапку использованных банных полотенец.

– Я пока в лазарете переночую, Айболит разрешил, – девчонка печально посмотрела на Медведя и отвела взгляд. – Лаванде надо какую-нибудь одежду подобрать, у неё комбинезон с эмблемами ГНИЦ… Айболит сказал, что это слишком приметно и необычно…

– Рентген переночует в кабинете Кварца, – вставил Базальт. – Там помещение просторное, места на два спальника хватит. Ферзя запрем на складе в браслетах. Болта можно поселить у Медведя.

– Сбежит, – осклабился здоровяк. – Я храплю сильно. Уж тебе ли не знать!

– А тебя надо переселить, – возразил пулеметчик. – Живущие вокруг будут этому очень рады.

– И куда ты собрался меня переселять? – Медведь сурово воззрился на Базальта.

– В лазарет! – с готовностью ответил тот, с улыбкой указывая глазами на Бэмби. Та опустила голову и заторопилась дальше. – Там на двоих места вполне хватит.

– Вали отсюда! – порекомендовал ему здоровяк, недобро насупив брови. – Пока я добрый!

Базальт перестал улыбаться, внимательно посмотрел на Медведя, но ничего не ответил. Он лишь пожал плечами и двинулся дальше. Так же молча ушел Шорох, и коридор опустел.

– Почему ты не сказал им про Паутину? – негромко спросил Берёзов. – В чем смысл скрывать?

– И ты уже в курсе? – недовольно скривился Медведь. – Болт всем рассказал?

– Только мне, – спокойно ответил Туман. – Больше никому. Он опасался, что «Ариадна» покажет мне, что ты вляпался, поэтому предупредил заранее. Сказал, что ты не хочешь афишировать, и просил никому не говорить, не удивляться и не задавать вопросов при людях.

– Не хочу, чтобы вокруг меня все бегали и сюсюкали, – здоровяк недовольно поморщился. – Да и незачем людей зря нервировать. У нас и без того забот хватает, каждый день ждем нападения.

– Они поймут, – возразил Берёзов. – Кварц с Айболитом поняли. Я понимаю. Они тем более.

– Они – да, – Медведь вздохнул. – Она – нет. Любовь у неё, видите ли. Мало ли, чего удумает…

– Она не поймет, – согласился Туман. – Тут ты прав. Но нашим надо сказать. И Рентгену. Так будет правильнее. Ей никто не расскажет, зато подстёбывать её перестанут. Ей же станет легче.

– Я подумаю, – буркнул Медведь. – Сейчас есть задачи поважнее. Нужно укрепрайон строить, некогда нюни разводить. Ты вовремя появился, Туман. Пойдем, посмотришь на план обороны свежим взглядом. Может, посоветуешь что-нибудь дельное.

* * *

– Заминировать стену? – поднял брови Медведь. – Изнутри? Это как Ферзь у себя в лабе?

– Да, – подтвердил Берёзов. – Помнишь, как он ушел у нас из-под носа? Взорвал стену и скрылся через пролом в забитом аномалиями поле. И никто ничего не смог сделать. Даже если по вам будут стрелять, то шансы уйти всё равно есть – аномалии будут пули жрать, если правильно маршрут проложить. Да и если до всего этого дойдет, то Базу беречь уже смысла не будет.

– Во-первых, у Ферзя была «Ариадна», – возразил Медведь. – Даже если мы заранее продумаем маршрут и будем ежедневно его проверять, то все равно рискуем вляпаться. Это Желтая Зона, здесь обстановка меняется постоянно. Движущаяся аномалия может появиться в любую секунду. Вся надежда будет на Водяного, но если он, например, будет ранен и не сможет выводить людей, то с УИПами двухметрового радиуса действия быстро мы идти не сможем. Даже несмотря на весь наш богатый опыт. Под пулями идти через аномалии – это требует большого везения. А я, как ты мог заметить, этим качеством не отличаюсь. А, во-вторых, если Базу возьмут штурмом, то личного состава у противника, скорее всего, будет – хоть отбавляй. У них хватит сил окружить здание и принять или перебить всех, кто выйдет из пролома прямо на них.

– Верно, – Берёзов кивнул в знак согласия. – Поэтому заряд надо закладывать под восточную стену, – он указал карандашом на плане Базы нужную точку. – Вот здесь, посредине. В этом случае образовавшийся пролом будет наименее заметен для нападающих.

– Эта стена выходит на Плешь! – хмыкнул здоровяк. – Ты предлагаешь совершить суицид? Или нечто вроде шутки напоследок: пробили стену, вдруг кто-то из уродов поверит, что мы туда сбежали, и рванет в Плешь, игнорируя пробники? Так у них УИПы будут, скорее всего. Хотя не у всех…

– Я предлагаю через Плешь перепрыгнуть, – уточнил Берёзов. – Нам ширина аномалии известна, ты же сам сказал, что она трехметровая. С разбега есть все шансы перепрыгнуть. Плешь – это область двухмерного пространства. Всё, что в неё попадает, распадается до двух измерений, выжить тут невозможно. Зато сама по себе она абсолютно плоская, и ты не пострадаешь, даже если пролетишь в миллиметре над ней. Главное – не задень. К тому же у этой Плеши нет Зова, хоть она и тянется во всю Базу.

– Иногда она отползает, – задумчиво произнес Медведь. – А иногда расширяется. Правда, ненамного, она в длину любит вытянуться или сократиться. Может, ты и прав… Если до подрыва стены дойдет, значит, База фактически потеряна. Тут уже не до осторожностей, выжить захочешь – перепрыгнешь. А даже если и не допрыгнешь, то, в общем-то, это ничего не изменит, а то и упростит… Если времени хватит, можно даже дым здесь зажечь, чтобы прямо через пролом в спину не расстреляли, только всё равно без Водяного далеко не уйти. Весь расчет на то, что он уцелеет. А в случае штурма, сам понимаешь, никаких гарантий быть не может. В общем, идея неплохая, но слишком большой расчет на удачу. Не верю я в такие чудеса.

– На, вот, держи! Это тебе для повышения веры в чудо, – Туман достал из кармана «Ариадну» и протянул Медведю. – С ней любой сможет Водяного заменить. Не хотелось бы, конечно, но мало ли.

– Ого! – оценил здоровяк, с восхищением разглядывая мягкое красное свечение, идущее изнутри полупрозрачного минерала. – А как же ты?

– Это не моя, – покачал головой Туман. – Это Ферзя. Ему она точно не нужна… – Берёзов невесело вздохнул: – Только не давай её пока никому, она действительно показывает, что ты вляпался. Просто объясни людям, чтобы в случае чего в горячке боя не забыли её у тебя из кармана забрать. А то будет, как тогда у шпионской лабы: я с «Ариадной» в кармане без сознания лежал, а пока все вокруг меня хлопотали, Ферзь с Лавандой спокойно уходил.

– Медведь, разрешите? – дверь приоткрылась, и в комнату майора заглянул Рас: – Рентген с Кварцем всех на камбузе собирают… Ух ты! «Ариадна»! – его глаза вспыхнули: – Не может быть! Можно подержать? Я её только один раз видел! У Ферзя, четыре года назад!

– Потом, – здоровяк торопливо сунул метаморфит в карман. – Успеешь ещё, теперь она никуда не денется. Пойдем, опаздывать нехорошо, дело исключительно важное.

– Да, действительно, – поддержал его Туман, направляясь к двери. – Поторопимся!

Оба офицера быстро покинули комнату, и Расу ничего не оставалось, как поспешить следом. Все остальные уже были на месте, и Рентген начал без лишних предисловий:

– Учитывая сложившиеся обстоятельства, наиболее целесообразно действовать следующим образом, – контрразведчик хмуро посмотрел на Салмацкого, безучастно сидящего в углу с пустым взглядом бездушного Зомби. – Чтобы исключить повреждение головного мозга ценного свидетеля, нам в любом случае придется вывести его за пределы Ареала. Это запустит программу возвращения к нему дееспособности. Если за границей Зеленой Зоны всех нас ждёт Зуд, то свидетеля необходимо вернуть сюда и поместить под тщательную охрану. Затем нужно связаться с моим руководством. Для этого мне нужно оказаться в населенном пункте, в котором имеется зона покрытия любого оператора мобильной связи, кроме «Ареал-Телекома». Что подразумевает пересечение Нейтральной полосы. Таким образом, нам всё равно придется обращаться за помощью к тем, о ком говорил Медведь. Если они проведут нас через Нейтральную полосу, я сделаю звонок, после чего мы вернемся сюда, за исключением Болта. Ему, как единственному, у кого нет Зуда, придется добраться до места, где его встретят, и предоставить там доказательства того, что я действительно жив. Доказательства мы уже организовали. Как только моё руководство убедится, что это не ловушка Белова, всё войдет в норму очень быстро. В наших силах ускорить этот процесс, и параллельно сделать так, чтобы у заинтересованных лиц было меньше возможностей замять дело. У вас есть радиопередатчик, который распространяет сигнал на весь Ареал. Мы будем транслировать через него информацию о преступлениях Совета Директоров РАО, государственной измене Прокопенко и работорговле. Сателлит будет глушить эти передачи, но вряд ли успеет сделать это оперативно.

– За это можно не переживать, – хихикнул Рас. – Наш передатчик заглушить невозможно. Ни у кого в Ареале нет и четверти такой мощности. Все жалуются, что по ушам бьёт так, что гарнитуру приходится вынимать, да побыстрее! И громкость не убавишь – своих слышно не будет. Но люди героически терпят это неудобство. Так что можно вещать, сколько хочешь. Единственное, что остается Сателлиту, это отобрать рации у всего Ареала.

– Это облегчает нам задачу, – констатировал Рентген. – Так или иначе, в курсе организованного нами оповещения окажутся все. В настоящий момент обстоятельства складываются в нашу пользу: Лозинского, Белова и Прокопенко нет в Ареале. Те, кто остался за них, не в состоянии быстро организовать противодействие нам. Так устроена бюрократическая машина: в первую очередь они поспешат доложить наверх, и будут ждать указаний. Наша информация быстро дойдет до «Блюроуз» и просочится за пределы Ареала. У Совета Директоров начнутся проблемы, это позволит мне выиграть время, ускорить реакцию моего начальства, а заодно сделать неприемлемым для него заключение сделки с тандемом Белов-Лозинский. – По лицу контрразведчика пробежала тень недовольства: – В прошлом подобные сделки редкостью не являлись, поэтому я не могу исключать такой вариант развития событий. И потому хочу заранее сделать его невозможным. Я открыто довожу до вашего сведения: фактически мы планируем руками одних негодяев уничтожить других. И это уже само по себе рискованно, причем для каждого из здесь присутствующих. Но вдвоем нам не справиться, – Рентген кивнул на Кварца, – поэтому я прошу у вас помощи. Ваши мнения?

– Меня опять посадят в тюремную больницу? – уныло поинтересовался Болт.

– Не исключено, – подтвердил Рентген. – Но только до выяснения степени правдоподобности предъявленных вами доказательств. Это не займет много времени, я гарантирую. Потом вас доставят в Ареал, потому что я организую всё так, что без вас связаться со мной будет невозможно.

– Надеюсь, что так и будет, – вздохнул сталкер. – Надежда умирает последней…

– Нам что так, что этак нужно Нейтралку по-тихой пересекать, – подал голос Рас. – Без Неприков не обойтись. Надо к ним ехать, прям сейчас, а то уже темнеет. Ночью их вообще не найти, они по норам покруче диких зверей прячутся. Да и днем на Нейтралку незамеченным выйти сложно, патрульные вертолеты издалека обнаруживают. Чем раньше Неприков найдем, тем быстрее станет ясно, помогут они нам или нет. Им же ещё надо встретиться с контрабандистами, это тоже времени требует, а завтра уже второй день Нелетной погоды. Нам бы до начала Шестого дня успеть хотя б договориться о переправе, иначе дело затянется.

– Кстати о втором дне Нелетной погоды, – вставил Водяной. – Завтра день торгов.

– Магазин придется временно закрыть, – Рентген взял у Кварца бумагу и сверился с ней. – Предложение Медведя раскрыть всем секрет работы УИПа в Желтой Зоне считаю правильным. Это ограничит возможности Сателлита по увеличению численности боевых подразделений, способных выполнять задачи в Желтой Зоне. С момента начала радиопередач Базу необходимо перевести на осадное положение. После ареста Совета Директоров я гарантирую всем снятие всех обвинений и весь сопутствующий этому перечень реабилитационных мероприятий. Также я буду ходатайствовать о развертывании на базе этого, или любого иного указанного вами места, фундаментального исследовательского центра. Вам будет оказано всяческое содействие, в этом можно не сомневаться, потому что даже поверхностный анализ показывает, что без вашей помощи нам не удастся нейтрализовать Меркулова. В его распоряжении имеется метаморфит «Ариадна».

– Так это он вымутил «Ариадну» Сёмы Безногого! – Рас скривился. – Я всегда знал, что тут без Джеймсов Бондов не обошлось! Такой волшебный мет нашли, и вдруг он бесследно пропал! Ясно же, что кто-то с ним в Зоны ходит, это по-любому! И при этом никто ничего не видел, не слышал, и не знает. Такую мутную тему организовать – это не просто большое бабло иметь надо, но ещё и людей на тот свет отправлять даже за самый маленький слушок! Интересно, где он сейчас засел?

– В настоящее время Меркулов скрывается в Ухте, – ответил Рентген. – Вероятность этого я оцениваю в восемьдесят процентов. Это первичный анализ. После того, как мы решим нашу первоочередную задачу, будет проведена тщательная аналитика, итогом которой станет операция по нейтрализации его, и возглавляемой им преступной группировки.

– Если я правильно понял, – Медведь разочарованно воззрился на Рентгена, – плохих дядей посадят в тюрьму, но сама жизнь в Ареале не изменится? Цены так и останутся запредельными, люди и дальше будут вынуждены день и ночь добывать «Икс», чтобы не умереть с голоду, и без ствола, как и прежде, далеко не уйдешь?

– Я не всесилен, – контрразведчик терпеливо вздохнул. – Мы делаем свою работу, и стараемся выполнить её максимально эффективно. Я рассчитываю на то, что новое руководство будет более честным и менее подверженным коррупции. Мне казалось, что мы уже обсудили данную тему и пришли к согласию. Или нет?

– Откуда оно возьмется-то, это новое руководство? – ухмыльнулся Медведь. – Из Москвы? Да ещё и «менее подверженное коррупции»? А в Москве такое руководство вообще существует в природе? И если да, то оно в Ареал добровольно приедет? Что-то мне подсказывает, что тут останутся всё те же люди Белова и Лозинского, которые шагнут вверх по служебной лестнице РАО.

– В таком случае во всеобщих интересах довести наше расследование до победного конца, – спокойно возразил Рентген. – Я ставлю целью выявить и предать суду всех пособников тандема вплоть до рядовых исполнителей. Я отдаю себе отчет в том, что в коррупционные схемы в том или ином качестве было вовлечено достаточно много участников. Верхушка преступного сообщества не занималась лично фальсификацией рутинного бумаготворчества или ликвидацией неугодных. Я сделаю всё, чтобы никто из преступников не ушел от ответственности. Так мы заодно или нет?

– Заодно, – здоровяк коротко развел руками, мол, а что, есть какой-то выбор? – Мы поможем. Обещания надо выполнять, да и дело хорошее… лучше, чем ничего, это верно. – Он поднялся с жалобно скрипнувшего стула: – Тогда выдвигаемся прямо сейчас. До Непров мало добраться, их там надо ещё найти, в сумерках этим заниматься проще, Паутину видно. Болт, в твой волшебный автомобиль, если он туда поедет, сколько народа влезет?

– Салон на пятерых рассчитан, – Болт весело фыркнул. – Но в детстве, помнится мне, мужики там ввосьмером умещались. На заднем сиденье четверо усядутся, если потесниться, и если среди них не будет тебя! В багажнике двоих можно уместить, дед ещё в семидесятых там откидывающиеся сиденья смастерил. Но они без спинок, так что комфорт не гарантирую.

– Без Медведя Неприки к нам не выйдут, – скептически прищурился Рас. – Они всех боятся, тем более, в темноте и вооруженных с головы до ног. А Медведя издалека узнать можно, особенно в «Эмке» и с «Печенегом». Такой монстр один на весь Ареал! Эксклюзив! Поэтому он обязательно должен ехать, они ему доверяют. А чтобы тесно не было, пусть Медведь едет на переднем сиденье.

– Да, действительно, пусть Медведь едет на переднем сиденье! – поспешно согласился Медведь.

– Я не против, – улыбнулся Болт. – Кто ещё поедет? Я так думаю, что дважды туда-сюда кататься есть не самый умный вариант. Надо сразу всех загрузить, кого нужно. Переговорим с Непрами, и от них сразу на Нейтралку, Ферзя реанимировать. Чем больше народа, тем спокойнее. Если сейчас самые прогулочные дни, и меня весь Ареал ищет, то на нас могут и напасть по дороге. Больше стволов – больше шансов отбиться.

– Наши Непры на северо-западе обосновались, – произнес Медведь. – Места там совсем глухие, «Иксом» бедные, даже в Нелетную погоду туда мало кто ходит. А ещё есть мнение, что на твою чудо-машину напасть несколько проблематично. Только как мы их найдем, ты же говорил, что пока едешь, вокруг всё не так, и Ареала не видно. Кстати, а как же ты нашу Базу увидел?

– Дорога к ней вплотную подходит, – ответил сталкер. – Иногда то, что совсем близко у дороги находится, видно. Но мир вокруг всё равно другой… – Он на мгновение задумался: – Такое ощущение, словно ты видишь только то, что необходимо. Всё, что к делу не относится, пропадает.

– Интересно, относится ли к делу засада противника? – глубокомысленно изрёк здоровяк. – Ты, когда к Базе подъехал, нас заметил? На крыше, в смысле? АГС наш видел?

– АГС видел, – ответил сталкер. – А вас – нет. Вы ж по щелям забились, словно Синька перед Выбросом, заметишь тут. Я решил, что на Базе пусто, а вы в рейде где-нибудь. Рации-то вашей волшебной, которая в Желтой работает, у меня нет.

– К сожалению, у нас перманентный дефицит осколков метеорита, – Степанов достал записную книжку и принялся торопливо листать страницы. – Я поищу, откуда можно с минимальными потерями снять один осколок, чтобы экранировать ещё одну рацию…

– Можете не снимать, – Болт сунул руку в карман и высыпал на стол горсть осколков мутного кристалла. – Этого хватит на рацию?

– Этого хватит на десять раций! – удивленно заявил Рас. – Ты где столько набрал?

– Инопланетянская хрень, в которой Туман с остальными сидел, целиком из этого минерала состоит, – объяснил Болт. – Я когда её стену бампером прошиб, там много осколков разлетелось. Я подобрал немного тех, что поближе оказались. Хотел ещё взять, да народ очень торопился.

– Слушай, Болт, а туда можно съездить ещё раз, собрать их побольше? Нам их нужно бесконечное количество! – Рас усиленно делал вид, что его интересуют только осколки. – Быстро вбежать, собрать побольше, и выбежать!

– Можно, наверное, – неопределенно ответил сталкер, дотрагиваясь до оберега. – Если дорога осталась. Только быстро не получится, пусть хоть олимпийский чемпион вбегает. Там одна минута равна семидесяти часам, если ничего не изменилось после нашего отъезда.

– Об этом подумаем позже, – постановил Медведь. – Сейчас о деле. Итак, кто ещё должен ехать?

– Я не поеду, – неожиданно произнес Водяной и безапелляционным тоном повторил: – Я в эту машину не сяду. К ней нельзя подходить! И трогать её тоже нельзя! Кто хочет, может ехать, но без меня. Я вас здесь подожду. Если надо, могу у границы Желтой встретить.

– Влад, да ты чего?! – начал, было, Рас, но Болт коротким жестом прервал его.

– Машина не резиновая, – сталкер бросил на Раса внимательный взгляд. – Поедут только те, без кого никак. – Он перевел взгляд на Медведя: – Ты, я, Айболит, Рентген, Ферзь, Туман, кто ещё?

– А я-то там зачем? – поднял брови Берёзов. – Я с теми людьми незнаком, местности не знаю. Лишняя обуза. Могу, конечно, поехать в качестве охраны, если ствол выдадите бесшумный.

– Тебе надо за пределы Ареала выйти, – Болт вгляделся куда-то сквозь голову Тумана. – Я хочу посмотреть, как на тебя действует Зуд… – Он, не отводя взгляда, машинально коснулся висящего на шее под одеждой оберега и негромко пробормотал: – Странно как-то…

– Что вы видите странного, Валерий? – встрепенулась доселе молчавшая Лаванда. – Это серьёзно?