По ту сторону молчания

Тара Дин

По ту сторону молчания

Пролог

Ветка зацепилась за платье и не отпускала.

Девочка дёрнулась, едва удержавшись на ногах. Ткань затрещала. Она вцепилась в неё обеими руками, потянула ещё раз и, оставив на сучке узкую полоску, бросилась дальше.

Оглядываться нельзя.

Она уже оглянулась однажды — и упала. Теперь колено саднило при каждом шаге, а по голени стекало что-то тёплое. В темноте было не разглядеть, насколько сильно она поранилась. Да и останавливаться было нельзя.

Сзади хрустнули ветки.

Девочка пригнула голову и побежала быстрее.

Воздуха не хватало. Она хватала его открытым ртом, но в груди всё равно оставалось тесно и больно. Волосы липли к мокрым щекам, попадали в глаза. Убрать их не получалось: стоило поднять руку, как ноги начинали заплетаться.

Впереди между стволами показалось светлое пятно.

Туда.

Она не знала, что там. Может быть, дорога. Может быть, место, где деревья растут реже и можно бежать, не спотыкаясь о корни. Нужно было только добраться.

Под ногой хлюпнула вода. Девочка поскользнулась, ударилась плечом о ствол, оттолкнулась от него и снова побежала. Из горла вырвался короткий всхлип. Она тут же прикусила губу.

Тише. Нельзя, чтобы услышали.

Позади раздался голос.

Она не разобрала слов. Услышала только, насколько он близко.

Светлое пятно оказалось просветом между деревьями. За ним лес продолжался: тонкие стволы, низкие кусты, пологий склон, уходящий вниз. Девочка устремилась туда, вытянув руки перед собой, чтобы раздвинуть ветки.

Удар пришёлся в ладони и грудь.

Её отбросило назад.

На мгновение земля исчезла из-под ног, потом больно ударила в спину. Голова дёрнулась. Девочка открыла рот, пытаясь вдохнуть, но воздух не шёл.

Несколько секунд она лежала неподвижно. Над ней качались чёрные ветви. Где-то совсем рядом шуршали листья.

Нужно было встать.

Она перевернулась на бок, подтянула колени. Локоть подогнулся, и лицо ткнулось в сырую землю. На губах остался горький вкус. Девочка сплюнула, кое-как поднялась и резко обернулась.

Между деревьями ещё никого не было.

Но она слышала их.

Уже не только ветки. Шаги.

Девочка попятилась, выставив руку назад, и пальцы упёрлись во что-то твёрдое.

Она замерла.

Перед ней был лес. Обычный лес — такой же тёмный и мокрый, как за спиной. В нескольких шагах лежало поваленное дерево. На его коре белел обломанный сук. Она видела каждую трещинку на нём.

А дотронуться не могла.

Девочка осторожно провела ладонью перед собой. Пальцы скользнули по гладкой поверхности, которой не было видно.

Она отдёрнула руку.

В груди зачастило так сильно, что стало больно.

Снова оглянулась. Потом бросилась в сторону, пробежала несколько шагов и попыталась свернуть между двумя тонкими стволами.

Плечо ударилось о ту же преграду.

— Нет…

Она пошла вдоль неё, сначала быстро, потом почти побежала, не отрывая вытянутой руки. Под ладонью ничего не менялось. Ни щели, ни края.

Сзади хрустнула сухая ветка.

Совсем близко.

Девочка остановилась.

Она смотрела в темноту, откуда только что выбежала, и никак не могла заставить себя отвернуться. Ей казалось, стоит моргнуть — и они окажутся рядом.

Слёзы залили глаза.

Она вытерла их рукавом, размазав по щеке землю, повернулась к невидимой стене и упёрлась в неё ладонями.

Надавила.

Поверхность не подалась.

Девочка переставила ноги, наклонилась всем телом, толкнула сильнее. Больное колено задрожало. Она попыталась удержать его прямым, но не смогла и опустилась на землю.

Отсюда тоже был виден лес.

Низко над травой висела тонкая веточка. Ещё немного — и можно было бы ухватиться за неё, подтянуться, пролезть под кустом.

Девочка протянула руку.

Пальцы снова остановились в пустоте.

— Пожалуйста…

Она сама не знала, кого просит.

Ударила ладонью. Ещё раз. Потом обеими сразу, всхлипывая, уже не стараясь делать это тихо.

Никто не отвечал.

Она прижалась лбом к преграде. По щекам бежали слёзы, капали на платье. Хотелось свернуться на земле, закрыть голову руками и больше ничего не слышать.

Но тогда её заберут.

Девочка поднялась.

Не с первого раза. Пришлось опереться на невидимую поверхность и подтянуть под себя ногу. Колено почти не сгибалось. Она закусила губу, поставила ступню поудобнее и снова надавила обеими руками.

Ладони заболели.

Сначала несильно — неприятно защипало кожу под пальцами. Она только сильнее упёрлась ногами в землю.

За спиной послышалось движение.

Девочка не обернулась.

Боль поднялась к запястьям. Пальцы свело, и она испуганно дёрнула рукой, но тут же прижала её обратно. Нельзя отпускать. Если отпустит, всё придётся начинать сначала, а времени уже не было.

Она толкала, зажмурившись, стиснув зубы так крепко, что заныла челюсть.

Преграда дрогнула.

Совсем немного.

Девочка почувствовала это всем телом и подалась вперёд, вкладывая в движение последние силы.

Что-то обожгло ладони.

Она громко вскрикнула.

Между её пальцами вспыхнул свет.

Три переплетённые линии проступили в пустоте — ослепительно яркие, раскалённые, — и свет хлынул сквозь её ладони, затопив лес.

Глава 1: праздник для других

Самира нашла ножницы в собственном кармане, когда Бэлла уже собралась идти за другими.

Несколько секунд они молча смотрели на них.

— Я ведь спрашивала, — сказала Бэлла.

— Ты спрашивала, не видела ли я их.

— И ты ответила…

— Что не видела. Это была правда.

Бэлла рассмеялась и забрала ножницы. Самира тоже улыбнулась, впервые за утро позволив себе остановиться.

В саду уже расставили столы. Между яблонями тянулись светлые ленты, на ветках покачивались гирлянды. Одну из них ещё проверяли: Зак стоял на лестнице и доказывал Зейну, что отлично понимает, какая именно лампочка не работает. Зейн держал лестницу и время от времени молча подавал ему новую.

У крыльца Адам о чём-то говорил с Кемалем. Тот кивнул, не отрывая глаз от окна второго этажа, и машинально пригладил уже безупречный манжет. Адам проследил за его взглядом, усмехнулся и похлопал по плечу. Кемаль наконец посмотрел на него — и тоже улыбнулся.

Рауф пронёс к столам ещё два стула. Скар принял у него один и поставил поближе к проходу. Оба оглянулись, когда Зак с лестницы посоветовал проверить ножки: некоторые, по его словам, держались исключительно на честном слове. Зейн молча протянул брату следующую лампочку, возвращая к делу.

Из распахнутого окна второго этажа донёсся голос Амиры:

— Бэлла! Она опять хочет спуститься!

— Не пускай!

— Я вас слышу! — отозвалась Ади.

Самира подняла голову и невольно улыбнулась шире.

Всего несколько месяцев назад она научилась прислушиваться к каждому звуку в особняке. Чьи-то торопливые шаги ночью, внезапно оборвавшийся разговор, зов из соседней комнаты — всё заставляло бросать дело и идти смотреть, что случилось. Теперь девушки спорили из-за причёски, Зак ругался на лампочки, а Адам уже в третий раз проверял, не забыли ли поставить стул.