Макаренко отдыхает

Почему-то подумалось, что это была идея Макса.

Мы въехали в открытые ворота и подъехали к гаражу. На придомовой территории тут же загорелись фонари, штук десять.

Из дома вышла женщина, и сердце мое тут же сжалось от ностальгии. Нина Ивановна, мама Виктора. Как она меня любила! После расставания с ее сыном мы ни разу не общались. Что я ей скажу? Что скажет она?

- Не бойся, - прошептал Виктор, словно услышав мои мысли. – Мама давно успокоилась.

Что бы это не значило.

Кажется, из машины я вышла последней. И как раз застала сцену, как Нина Ивановна прижимает к себе Аксинью. За все годы она ни разу не поинтересовалась внучкой, а сейчас что? Совесть проснулась?

Губы сами собой сжались от злости.

- Сонечка! – Нина Ивановна отпустила Ксю и поспешила ко мне. – Девочка моя, как же хорошо, что вы приехали!

Она и слова мне сказать не дала, сомкнула в объятиях и разрыдалась.

- Мам, ты чего? - Виктор попытался отодрать от меня женщину. – Ты пугаешь Софью.

Это уж точно…

И тут из дома вышел последний герой нашей трагедии: Виктор Александрович – отец моего Вити. Попросту – Саныч.

- Получилось? – он подмигнул Максу и победоносно улыбнулся.

- Ага, - гордо ответил мальчик.

Дед пожал Максу руку и подошел к Аксинье.

- Ну, что ж, добро пожаловать домой, Аксинья Викторовна.

Ксю медленно обернулась на меня. Рядом стояли рыдающая Нина Ивановна и растерявшийся Виктор.

- Маам, - протянула дочка. – Что происходит?

- А вы ей еще не рассказали? – удивился дед.

Виктор запустил обе руки в волосы и почесал затылок:

- Не, бать. Видимо, Софья решила скрыть от дочери, что у нее отец есть.

Ксю выронила одуванчики, они рассыпались по земле пушистым ковром. Девочка наступила на них, чтобы подойти к нам:

- Мам? Он – мой… папа? – Ксю указала на Виктора, даже не глядя на него.

Я медленно кивнула.

Аксинья глубоко вдохнула и замерла, завертела головой в поисках пути для побега, но Макс вдруг схватил ее за руку:

- Пойдем в дом, у нас ест пирог и котики.

- Чего? – она перевела на мальчика ошарашенный взгляд.

- Ты же девочка, - резонно заметил Макс. – Девочкам нужны пироги и котики.

Видимо, Аксинья решила, что в доме все лучше, чем тут с нами, и позволила Максу увести себя.

В полной растерянности, я опустилась рядом с одуванчиками и стала их собирать.

- Почему ты ей не сказала? – прорычал Виктор, нависнув надо мной.

- О чем? – всхлипнула я. – Что папа бросил её, пока она была у мамы в животике?

Я собрала все одуванчики до одного и встала:

- Когда мне такое ей было говорить? На пятилетие? На десятилетие? Или вообще каждый день?

Во мне постепенно нарастал гнев.

- Я бросил? – Виктор побелел, его затрясло, а руки сжались в кулаки. – Значит, ты так это все представляешь?

Глава 5

«Воспитать человека – значит воспитать у него перспективные пути, по которым располагается его завтрашняя радость».

А. Макаренко «Педагогическая поэма»

- Извини, а это можно как-то еще представлять?

Я очень старалась выглядеть рассерженной, но меня разрывало от любопытства: почему Виктор растит сына в одиночестве? Очень хотелось услышать историю о том, как какая-то девица наставила ему рога и сбежала.

- Я не собиралась сюда приезжать, - я кивнула в сторону дома. – Твой сын меня нашел. Он вообще считает меня своей матерью.

Виктор усмехнулся:

- Какая ж ты мать?

- В смысле? – не поняла я.

Прозвучало как-то обидно.

Краем глаза я заметила, что Нина Ивановна, словно шпионка, засеменила в сторону дома, оставляя нас вдвоем.

- Нет, Сонь, - отмахнулся Виктор. – Мы закрыли эту тему много лет назад. Я благодарен тебе за Макса. И благодарен, что наконец-то смог увидеть дочь. Пойдем, кстати. Вы устали с дороги, ужин готов. Расскажешь заодно, как получилось, что вы оказались на той дороге вместе с Максом.

Я поспешила за Виктором. Он был прав: я замерзла и проголодалась.

- Макс нашел меня в городе. Сказал, что ему нужна моя помочь.

- Твоя? – Виктор обернулся и удивленно на меня посмотрел. – Почему именно твоя? Я ему о тебе никогда не рассказывал.

Конечно, зачем рассказывать сыну о женщине, которую когда-то бросил в интересном положении? Так себе пример для подражания.

- Так я же говорю, он решил, что я его мать. У мальчика переходный возраст, а ты с ним, по всей вероятности, не справляешься.

Я спешила за мужчиной, но ноги ужасно устали. И, кажется, я натерла мозоли, пока курсировала вокруг машины.

Виктор взялся за дверную ручку, но вдруг остановился и обернулся:

- И ты решила вдруг объявиться, всех спасти и сделать вид, что этих лет не было? Вот, мол, какая я хорошая.

М-да, похоже, Макс был прав. Что-то с Витей не так.

- Я решила сына тебе вернуть, - мягко ответила я. – Давай уже пойдем ко всем, а то ужин стынет.

Последние слова я сказала таким тоном, будто общаюсь с маленьким ребенком.

Виктор открыл дверь и пропустил меня вперед.

- Макс говорит, ты фермер, - я попыталась улыбнуться и немного развеять напряжение. – Получается, моя мама была права. Она всегда думала, что ты меня в деревню хочешь увезти.

- Получается, - усмехнулся Виктор и подал мне гостевые тапки. – Переобувайся.

Я присела на банкетку и сняла кроссовки. Даже в носках умудрилась мозоли натереть! Я поморщилась от боли.

- Завтра пластырь дам, сегодня просто в душ сходи и отдохни.

- У вас есть душ? – не подумав, выпалила я.

- Прикинь? – съязвил Виктор. – И даже не уличный.

Я пропустила колкость мимо ушей. Может, это он от болей головных так себя ведет. А, может, он бросил меня, потому что у него какое-то неизлечимое заболевание?

Просторная гостиная переходила в зону столовой. Над большим овальным столом висели четыре деревянных абажура на длинных шнурах. Вместо стульев - аккуратные кресла с цветастыми подушками. В одном из них сейчас сидела моя Ксю.

Она гладила большого рыжего кота, примостившегося у нее на коленях.

Нина Ивановна разрезала пирог и раскладывала его по тарелкам, а Семеныч разливал чай.

- Ты завтра отоспись хорошенько, - говорил Семеныч. – Каникулы все-таки, а потом за земляникой пойдем. Любишь землянику?

- Куда пойдем? – не поняла Ксю.

- Да, хоть за картофельное поле, - Семеныч расставил чашки и сел в кресло. – У нас тут этой земляники завались.

- У вас магазин за картофельным полем? – еще больше растерялась Аксинья.

Да, и где бы она в городе видела, как земляника растет? У родителей даже дачи не было.

- Присаживайся, - Виктор указал мне на свободное кресло. – А я пойду вызову эвакуатор.

- Ага, - засмеялся Макс. – И дерево там рядом, на котором булки растут. Ох уж эти городские.

- Максим, - строго одернула Нина Ивановна. – Нельзя так с девочкой. Тем более, сестрой.

- Извини, ба, - тихо ответил мальчик.

Вот же чёрт… Почему я об этом не подумала, когда дочь с собой взяла?

Виктор – ее отец, Макс – его сын. Получается, Ксю и Максимка – брат и сестра.

- Мам, а почему ты про папу не рассказывала?

Похоже, котик сделал свое дело. Истерики у Ксю не случилось, просто была растерянна.

- Мы бы могли ездить к нему на выходные, - тихо проговорила дочка. – Я бы девочкам хвасталась, что у меня брат есть.

Я не могла сейчас сказать Ксю, что ее папа нас бросил. Надо было сначала разобраться, почему он это сделал.

К счастью, на помощь пришла Нина Ивановна. Она всегда была очень доброй и прощала людям даже самые странные поступки, находила им оправдания.

- Так получилось, - со вздохом ответила Нина Ивановна. – Понимаешь, милая, у взрослых иногда бывает все очень сложно. Онидумают, думают, и иногда надумывают слишком много лишнего. Порой, хотят сделать лучше, а получается только хуже.

Ксю оставила левую руку на кошке, а правой взяла вилку и отломила кусочек пирога.

- Не хочу быть взрослые. Как-то сложно у вас все.

- Согласен, - кивнул Макс и тоже подвинул тарелку. – Если бы мы с дедом не решились на этот шаг, я бы так и не узнал, что у меня сестра есть.

Я метнула в Семеныч удивленный взгляд: это что еще за дворцовые интриги? Старость диктует свои правила? Захотелось внучку увидеть?

- Нин! – возмутился мужчина. – Ты мне вообще-то со шпинатом пирог обещала, а этот с курятиной.

- А как бы я всех травой накормила? – Нина Ивановна вернула возмущение мужу.

Получается, они меня сюда заманили?

- Извините, - процедила я и встала с кресла.

Нужно было найти Виктора и все ему высказать.

Бывший нашелся в мастерской. По стенам было развешено множество инструментов. Так что, если нападет, есть чем защититься.

Он ходил из стороны в сторону и с кем-то ругался по телефону:

- Если завтра в пять они не выйдут в теплицы, пусть распрощаются с зарплатой. Нельзя работать через раз, я же четкие инструкции дал, что не понятно?

- Семенычу ты тоже дал четкие инструкции?

Виктор остановился и удивленно на меня посмотрел:

- Ты о чем?.. Не тебе! – рыкнул он в трубку и отключил звонок.

- Как меня сюда выманить, - я сделала шаг в комнату. – Кто придумал? Ты или отец?

- Да, что придумал-то? – раздраженно ответил Виктор. – Я тебя не понимаю. Если бы не Макс в твоей машине, я бы вообще решил, что ты сама примчалась.

- Примчалась? – вспыхнула я. – Зачем?

Виктор пожал плечами и вдруг пристально на меня посмотрел:

- Не знаю. Может, потому что узнала, что я планирую жениться?

Гл