Развод. В моей жизни тебя не будет

- Да.

И Любовь Михайловна резко меняет тему, чтобы отвлечь меня от грустных мыслей. Она рассказывает мне, что изменилось в нашем подъезде за время моего отсутствия. У нас трое новых жильцов. Две молодые семьи и один мужчина. Мужчина хороший, видный, вежливый. Все местные бабульки от него в восторге, так как он каждой поможет, донесёт тяжёлые сумки до двери, комплиментами одарит, поддержит любой разговор, если попросить и подвезёт, куда нужно.

- Так что ты присмотрись к нему, Дашенька, - подмигивая, говорит Любовь Михайловна, а я тихо смеюсь и качаю головой.

- Я после предательства мужа ни к кому присматриваться пока не собираюсь. Мне бы развестись сначала.

- Разведёшься! А хорошего мужчину упускать нельзя. Уведут же, Дашенька!

- Спасибо вам за завтрак, Любовь Михайловна. Я пойду, мне нужно вещи разложить. Хотя бы часть. Да и посмотреть, что купить из бытовой химии для уборки.

- И тебе спасибо за компанию. Может, тебе кофейку с собой приготовить?

- Буду очень благодарна.

Любовь Михайловна готовит мне кофе. Я обуваюсь, беру кружку и выхожу на площадку.

- Обращайся, если что нужно, милая, - говорит на прощание Любовь Михайловна, и я благодарно ей улыбаюсь.

Поворачиваюсь к своей двери и наталкиваюсь на преграду. Высокую такую и крепкую. Сначала слышу шипение, а потом наблюдаю, как по белоснежной рубашке, обтягивающей широкую мужскую грудь, расползается коричневое пятно.

- Ой, - срывается с губ, и я поднимаю голову.

- Ой, вот и познакомились, - слишком радостно говорит Любовь Михайловна и быстро закрывает дверь.

Так, кажется этот хмурый, бородатый мужчина и есть тот самый очаровательный сосед?

Глава 7

Он сканирует меня взглядом, считывая каждую эмоцию, и мне становится не по себе. По его глазам совершенно не понять реакцию на этот казус. То ли ему хочется прибить меня прямо здесь, на лестничной площадке, и потом аккуратно переступить через моё бездыханное тело. То ли вылить остатки кофе мне на голову, чтобы восстановить, так сказать, вселенскую справедливость. То ли, наоборот, вся эта ситуация его забавляет, и он из последних сил сдерживается, чтобы не рассмеяться мне в лицо.

Пока я мысленно готовлюсь ко всем вариантам развития событий, включая самые позорные, мужчина начинает раздеваться. Я в шоке отступаю к двери своей квартиры.

- В-вы чего это уд-думали? – заикаясь, спрашиваю я, чувствуя, как голос предательски срывается.

Он усмехается одним уголком губ, от чего у меня дыхание сбивается, и подходит ко мне вплотную.

- А ты забавная, - тянет он с таким спокойствием, будто это не он сейчас стаскивает с себя рубашку перед незнакомой девушкой. – Так мило краснеешь. Мужчину голого не видела?

От его слов я вспыхиваю ещё сильнее. Щёки горят. И ведь самое ужасное, он всё это видит. Видит и явно получает удовольствие от моего смущения.

- Голого видела, - отвечаю честно, а потом, прежде чем успеваю прикусить себе язык, добавляю, - такого, как вы не видела.

- Какого, такого?

Боги, да он издевается, ещё и бровями играет так, что хочется одновременно провалиться сквозь землю и стукнуть его чем-нибудь тяжёлым

- Большого! – выпаливаю, не подумав.

На секунду он замирает. Просто смотрит на меня. А потом начинает хохотать. Открыто, громко, совершенно не стесняясь. И этот смех оказывается неожиданно приятным.

- Спасибо за хорошее настроение, кнопка. Я раздеваюсь не для того, чтобы тебя смутить. Жены у меня нет, девушки тоже, со стиральной машинкой я так и не разобрался. А раз ты рубашку мне испортила, ты её и постираешь. Справедливо?

- Справедливо. Но я могу помочь разобраться с машинкой, и тогда вам не придётся устраивать стриптиз перед незнакомыми девушками.

- Кстати, а мы знакомы, - вдруг говорит он.

- Разве? – удивляюсь я.

- Да, ты была с подругами в ресторане.

- Оу, вы сделали мне предложение.

- Рад, что вспомнила. Ты вроде говорила, что замужем. И вот прошёл всего день, а ты с вещами приехала сюда.

- Развожусь, - признаюсь честно.

- А я говорил, что всё может измениться, - снова приближаясь говорит он.

Я упираюсь ладонями в его твёрдую горячую грудь и пытаюсь оттолкнуть. Но это всё равно что пытаться сдвинуть с места бетонную стену. Или шкаф. Очень большой, самоуверенный и слишком привлекательный шкаф. Он даже не напрягается. А вот я, когда он делает ещё один шаг вперёд, окончательно оказываюсь прижатой спиной к двери.

Мужчина продолжает снимать с себя рубашку, и я с ужасом ловлю себя на том, что слишком остро ощущаю под пальцами жар его кожи, рельеф мышц. И, что ещё хуже, мне это нравится.

- И теперь получается, что ты – свободная девушка? - спрашивает он негромко.

- Послушайте, вы что-то слишком напираете. Вообще-то, это…

- Артём, - спокойным голосом перебивает меня мужчина.

- Что?

- Меня зовут Артём.

Я моргаю, сбитая с толку этой внезапной сменой темы.

- Даша, - на автомате представляюсь я.

- Даша, - он повторяет моё имя медленно, смакуя, будто пробует на вкус. – Красивое имя.

Я не успеваю ответить, потому что он резко сокращает и без того крошечное расстояние между нами.

- До этого я даже не пытался напирать, Даша. Я держал дистанцию, – говорит он тихо, глядя мне прямо в глаза. – А вот так я напираю.

С этими словами он обхватывает мою шею ладонями, мягко поднимая мне голову вверх. Наши взгляды встречаются. Мой – шокированный, растерянный, его – заинтересованный, тёмный.

- Странный вы мужчина, Артём. То первую встречную замуж зовёте, то в углу зажимаете.

Он улыбается.

- Я больше скажу. Я поцеловать тебя хочу.

- Что? Нет! – вскрикиваю тут же.

Нет уж. Я, может, и растерялась от этого напора, может, и покраснела до состояния спелого помидора, может, и реагирую на него совсем не так хладнокровно, как хотелось бы, но не настолько я растерялась, чтобы позволить Артёму себя поцеловать. Я упираюсь ладонями в его грудь с силой толкаю.

- Ну, конечно, - улыбается Артём, - ты же – правильная девочка, да?

- Именно.

Я расправляю плечи, стараясь хотя бы внешне вернуть себе достоинство.

Он берёт мою руку, легко касается губами тыльной стороны ладони. От этого жеста у меня снова сбивается дыхание.

- Я подожду твой развод. Я терпеливый, - говорит мне на ухо, и от тёплого дыхания по коже разбегаются мурашки.

- Артём! – вскрикиваю возмущённо.

Он только улыбается и вкладывает мне в руки свою рубашку.

- За рубашкой зайду завтра.

И, подмигнув, как ни в чём не бывало, Артём спускается вниз по лестнице, оставляя меня стоять у двери квартиры с его рубашкой в руках, колотящимся сердцем и полным ощущением, что этот мужчина не просто так второй раз появился в моей жизни.

Глава 8

Как только стихают шаги Артёма, дверь квартиры Любови Михайловны открываются. Она подмигивает мне, молча забирает из моих рук полупустую кружку и вручает новую со свежим кофе.

- Хорош, да? – спрашивает прежде, чем снова скрыться в квартире, и мне остаётся только кивнуть.

Хорош. По внешности однозначно хорош. В остальном же… Я не привыкла к такому типажу мужчин, которые прут напролом. Плевать ему на мои личные границы, правила приличия. Он увидел меня, я ему понравилась, и он сразу идёт на штурм.

Стоит вспомнить, как близко Артём стоял, как шептал на ухо, как осторожно касался, и по коже бегут мурашки, а сердце ускоряется от переизбытка эмоций.

Тут же одёргиваю себя. Потому что я, пока ещё, замужняя девушка, и не должна так остро реагировать на постороннего мне человека.

А с другой стороны, эти реакции на него. Они такие новые для меня, приятные, что уж скрывать. С Толей у меня никогда такого не было. С ним всё было нежно, романтично, мило, спокойно.

С Артёмом, видимо, будет совсем иначе.

Встряхиваю головой.

Не должно меня волновать, как там будет с Артёмом. Я замужем. А для него, может, и норма вот так подкатывать к девушкам. Я могу быть далеко не первая, с кем он так «мило» общается. А я тут накрутила себе и поплыла, как говорится.

Слишком поздно понимаю, что Артём вышел на улицу в одном пиджаке на голое тело. Сумасшедший. Зато девушки на улице порадуются, если увидят его. Там есть, чему полюбоваться.

Я резко разворачиваюсь и всё же захожу в квартиру.

Осматриваю заставленный коридор и тяжело вздыхаю. Чтобы всё расставить по местам, мне потребуется не один час.

Но для начала нужно купить средства для уборки. В квартире ничего не осталось. Я, на всякий случай, осматриваю кладовку, но там ничего не нахожу. Убедившись, что ближайший магазин бытовой химии уже открыт, обуваюсь и выхожу на улицу.

Погода сегодня радует. А ещё радует, как удачно составлен график моих смен в этом месяце. На работу мне только завтра. Сегодняшний день я могу весь посвятить обустройству на новом месте. Кстати, можно сразу и продуктов купить. Хотя... Посмотрю, насколько тяжёлыми будут пакеты.

В итоге домой я возвращаюсь с тремя тяжёлыми пакетами. Еле затягиваю их на этаж, а дома почти без сил опускаюсь на диван. Что-то я переоценила свои возможности.

Но прохладная вода в душе быстро помогает мне прийти в себя.

Уборка отнимает у меня чуть больше двух часов. Я очень устаю, зато квартира сияет. Осматриваю комнаты и довольно улыбаюсь. Открыв окна на проветривание, я захожу на кухню, где быстро перекусываю блинчиками с мясом.

И уже, набравшись сил, я приступаю к разбору вещей. Одежду красивыми стопками укладываю на полки, что развешиваю на тремпели, что-то прячу подальше. В спальне застилаю кровать тем самым новым постельным, что бабушка не использовала, пшикаю по воздуху своими любимыми духами и расслабленно выдыхаю.

Большая часть дела сделана. Остаётся только посуда, но её я тоже быстро расставляю на кухонных полках. Заглянув в холодильник, понимаю, что не купила некоторые продукты, и поэтому снова собираюсь на выход.

Не успеваю дойти до магазина, как у меня звонит мобильный. Ох, я если честно, была настолько увлечена делом, что совсем про него забыла, а там вижу уведомления о пропущенных звонках и непрочитанных сообщениях. Ой, кажется, я беззвучный режим не отключила. Все уведомления посмотрю потом, а сейчас нужно ответить, потому что звонит Анна Эдуардовна.

- Дашенька, милая, что у тебя там происходит? – без приветствия начинает заведующая.

- А что такое? – осторожно отвечаю я.

- Ко мне пришла Алла Максимовна и начала высказывать претензии по поводу твоего неуважительного к ней отношения. Такой скандал устроила, что я с трудом её угомонила.

- А за что мне её уважать, Анна Эдуардовна? За то, что она спит с моим мужем.

Я говорю это на эмоциях, но не жалею. Если Анна Эдуардовна будет вынуждена и дальше меня защищать, то у неё должен быть козырь в рукаве.

- Она бесится, потому что я вчера застала их на горячем, сделала фотографии и убежала. А сегодня она хотела со мной увидеться, а я её проигнорировала, потому что не имею ни малейшего желания общаться с этой простигосподи.

- Вот же сука! – цедит сквозь зубы заведующая, и я замолкаю от шока. – Чёрт, я так понимаю, ставший мегапопулярным пост в «Подслушано у медиков» о Толике?

- Да.

- Вот же скотина. Теперь всё понятно. Я до последнего не хотела верить, что это о нём. Но уж слишком ситуация на вашу была похожа. Да и слухи ходили по клинике. В общем, ладно. Ты не переживай, Дашенька, я тебя в обиду не дам. Завтра, как положено, выходишь на работу. Если Алла Максимовна будет тебя дёргать, сразу говорю мне. Понятно?

- Понятно.

- Вот и отлично. Ты не одна Дашенька, помни об этом.

Глава 9

Мне, конечно, приятно слышать слова поддержки от заведующей. Да и спокойнее будет разговаривать с Аллой Максимовной, если она всё же выдернет меня в свой кабинет.

Я смогу её угрозы, если такие поступят, проигнорировать и послать прямым текстом. Конечно, ещё было бы неплохо стереть с её лица высокомерное выражение, потому что достала. Считает себя чуть ли пупом земли. Да только эту черту переступать не хочется.

Купив недостающие продукты, я возвращаюсь домой через небольшой сквер. Беру в небольшой кофейне капучино и присаживаюсь на одну из скамеек. После генеральной уборки хочется немного подышать свежим воздухом.

Я медленно обвожу взглядом территорию сквера, а в голове появляется мысль, что здесь было бы неплохо гулять с малышом. Здесь тихо, уютно. Прошлась по аллейкам с коляской, присела на скамейке и отдыхай, пока малыш спит. Когда подрастёт, можно ходить с ним на детскую площадку, которую обустроили подальше от дороги.

Эх, Толик… Мы ведь с тобой совсем недавно говорили, что, может, уже пора задуматься о детях, что не молодеем, что у нас всё есть, чтобы обеспечить малыша всем необходимым. Получается, пока я рассуждала о том, кто у нас будет – мальчик или девочка, и когда лучше начинать ремонт в свободной комнате нашей квартиры, он думал о том, как удовлетворить Аллу Максимовну настолько чтобы заполучить желаемую должность.

Мерзость.

И хватило же совести поддакивать на мои слова и подпитывать мою мечту о материнстве словами о том, что я буду прекрасной мамой. Я буду прекрасной мамой, а вот каким папой будет он мне не интересно. Этот вопрос пусть со своей любовницей обсуждает.

Кстати, удивительно, что он мне больше ничего не пишет и не звонит даже. Время встречи с Аллой Максимовной давно прошло. Раз она побежала с претензиями к Анне Эдуардовне, то не могла же Толику не сказать, что я посмела ослушаться.

Только думаю об этом, как телефон начинает вибрировать. Толик звонит. Я делаю глубокий вдох и принимаю вызов.

- А ты где? – без приветствия спрашивает он.

- На улице, - отвечаю, как есть, и слышу раздражённое фыркание.

- Я спрашиваю о другом.

- Тогда спрашивай нормально, Толя.

- Где твои вещи? Я приехал домой, хотел поговорить, а тут пусто. Ты считаешь нормальным вот так тихо сбежать, ничего не объяснив? – возмущённо говорит он, и я тут же закипаю.

Это же хватает наглости меня в чём-то обвинять.

- Ничего не объяснив? – переспрашиваю холодно, подрываясь со скамейки. – Ты серьёзно считаешь, что у меня не было повода уйти? Уйти, Толя, не сбежать. Я собрала вещи и ушла от тебя. Мне озвучить причину или ты сам догадаешься.

- Даша, у тебя не было повода уйти. У меня с Аллой ничего серьёзного. Просто секс. Ты должна понять…

- Должна понять? Ты, видимо, когда падал вчера, головой хорошо приложился, Толя. Не собираюсь я ничего понимать. Ты спишь с другой женщиной, об этом говорит уже вся клиника, потому что вы свою страсть сдержать не можете.

- Ну, Алла, она такая, не может сдерживаться… Громкая она, особенно, когда…

- Фу, можно без подробностей?

- Ты не должна была узнать, - вздохнув, говорит Толя.

- Тогда не нужно было сношаться прямо на рабочем месте.

- Ты не понимаешь…

- И не собираюсь понимать. И не смогу понять никогда.

- Даша…

- Как долго это продолжается? – обрываю его и задаю вопрос, который мучает меня с того самого момента, как я увидела эту парочку.

- Полгода, - тихо отвечает Толик, а у меня сердце болезненно сжимается.

Я оседаю на скамейку и потираю виски. Полгода. О своём желании уйти из клиники Алла Максимовна объявила три месяца назад. Получается, версия Толи о том, что он спит с ней только ради должности, рассыпается в прах. Всё началось задолго до этого.

Тааак, а что было полгода назад? У нас был корпоратив с выездом на природу. Я тогда уехала раньше, потому что сильно замёрзла, а Толя решил остаться.

Если я правильно помню он мне тогда позвонил и попросил разрешения остаться на ночь в одном из домиков, что арендовал наш главный. Голос у Толи тогда был уже далеко не трезвый, хотя он обычно редко позволяет себе напиться до такого состояния.

Я дала добро.

Он этим добром воспользовался по полной.

Не хочу у него спрашивать – верна ли моя догадка. Я уверена, что в домике Толик ночевал не один.

Получается измена случилась просто потому что он захотел другую. Должность ни при чём. Должность для него – приятный бонус.

- Когда ты будешь свободным, чтобы подать заявление на развод?

- Никакого развода не будет! – заявляет Толя.

- Жди уведомление из суда в таком случае. Я не хочу иметь ничего общего с предателем.

Глава 10

Руки дрожат, когда я завершаю вызов. Толя звонит ещё несколько раз, и на очередной его звонок, я просто добавляю его номер в чёрный список и сразу блокирую его во всех социальных сетях. Не хочу, чтобы он смог со мной связаться.

Жаль только, он пару раз был на квартире бабушки и дедушки… Что ж, буду надеяться, что адрес он забыл. Если же придёт… Буду действовать по обстоятельствам.

Я всё же иду в продуктовый, покупаю недостающие продукты и долго стою у стойки с вином. Мне бы сейчас выпить что-то, чтобы расслабиться, но завтра на смену. Не хочу, чтобы мои маленькие пациенты услышали от меня перегар.

Вздохнув, перехожу к стойке с безалкогольными напитками. Выбираю себе детское шампанское и с уже наполненной корзиной подхожу к кассе. Домой возвращаюсь через сквер и снова присаживаюсь на одну из скамеек. Достаю из пакета мороженое и срываю обёртку. Откусываю кусочек. Ммм. Вкусно…

Откинувшись на спинку скамейки, я подставляю лицо лучам солнца. Закрываю глаза, и передо мной тут же возникает картинка из ординаторской, где мой муж с усердием удовлетворял Аллу Максимовну.

Если честно, было не так больно думать, что Толя пошёл на измену из-за должности. Я ведь знаю, какой он карьерист, поэтому такая крайняя мера не вызвала у меня особого шока. Он всегда говорил, что готов на всё ради повышения.

Больнее сейчас, когда я знаю, что должность – не первопричина. Получается, если он вступил в связь с другой, что-то в нашей паре было не так, где-то мы свернули не туда. А может, я перестала быть для него интересной? Слишком ушла в работу? Перестала уделять должное внимание?

Вспоминаю последний год нашего брака и понимаю, что всё было хорошо. Были у нас и ссоры, конечно, но какие были горячие примирения… В сексе я практически никогда Толе не отказывала, только когда реально чувствовала себя плохо. Мы ходили на свидания, строили планы. Я встречала мужа с работы, готовила его любимые блюда, делала приятные сюрпризы. Он никогда не забывал о наших датах. Ну, хорошо всё было, правда.

Что ему не хватало? Адреналина? Иметь любовницу на стороне, скрываться от жены, тайные встречи, поцелуи украдкой, пока никто не видит, быстрый секс в подсобке… Это его заводит? Это давало заряд адреналина?

Прыгнул бы с парашютом. Сходил бы на занятия по вождению мотоцикла. Вот там настоящий адреналин.

А тут… просто грязь, от которой мне отмываться не один год, учитывая, что благодаря посту в интернете, о связи Толика с заведующей знает каждый сотрудник.

И вот как мне завтра выходить на работу? Как смотреть им в глаза? Хоть маску надевай, честное слово.

Я не сразу понимаю, что плачу. Подношу мороженое к губам и пальцами ощущаю влагу на щеках. Тут же смахиваю слёзы, но их меньше не становится.

Так, Даша, возьми себя в руки. Не хватало истерику устроить посреди улицы.

- Надеюсь, это слёзы счастья? – раздаётся рядом знакомый голос.

Я поднимаю голову и вижу соседа.

- Привет, - бурчу, опуская голову.

- Ты домой? – осторожно спрашивает он.

- Да.

Артём молча подхватывает со скамейки пакет с продуктами и протягивает мне руку. Берусь за неё и встаю на ноги.

- Не стоит плакать на улице, - мягко говорит он. – Губы красивые обветришь, потом будет больно целоваться.

- А ты всё о том же, - качаю головой и улыбаюсь.

- Зато ты перешла на «ты» и улыбнулась. Поделишься, что у тебя случилось?

И я не знаю, почему, но вываливаю ему некрасивую правду об измене мужа. Артём слушает внимательно, не перебивает, хмурится только. Мы как раз доходим до моей квартиры, когда я заканчиваю рассказ.

- Прости за утренний инцидент, - вдруг говорит он. – Не вовремя я решил подкатить к симпатичной соседке.

- Я бы так не сказала. Ты помог переключиться. Поэтому я искренне говорю «спасибо».

- Ну раз так, - Артём тут же включает обаяшку, - завтра мы идём на кофе. Отказ не принимается.

- Завтра у меня смена. Я не могу.

- Но ты не против? – уточняет он.

- Нет.

- Тогда после смены?

- А твоя работа?

- Со своей работой я разберусь, не переживай, - говорит с улыбкой. – Тебе хорошего вечера и завтра удачи на работе.

- Спасибо. И тебе.

Артём целует мне руку и поднимается по лестнице выше. Я же захожу домой, переодеваюсь, раскладываю продукты и только собираюсь пойти в ванную комнату, чтобы принять душ, как в двери стучат. Я удивлённо смотрю в сторону прихожей.

Господи, только бы это был не Толик. Я морально не готова к разговору с ним. Медленно подхожу к двери, смотрю в глазок и мои брови ползут вверх. Я делаю вдох, открываю дверь и смотрю в надменное лицо Аллы Максимовны.

- Вы что здесь делаете? – спрашиваю недружелюбно.

- Пришла поговорить, - отвечает она холодно.

- Мне не о чем с вами разговаривать. Уходите.

Я хочу закрыть дверь, но она не даёт. Резко тянет дверь на себя и переступает порог квартиры.

- Я не уйду, пока ты меня не выслушаешь. Я не пришла ругаться, Дарья. У меня к тебе будет одно весьма заманчивое предложение.