Наследие Луны

Глубоко в лесах.

Почти постоянно в волчьем облике.

Так было проще.

Без слов.

Без обязанностей.

Без взглядов.

Без ожиданий.

Именно тогда я встретила его.

Чёрного волка.

Высокого.

Сильного.

Но осторожного.

Он не рычал.

Не нападал.

Просто наблюдал.

Издалека.

А потом подошёл ближе.

И неожиданно заговорил мысленно.

— Ты не местная.

Я усмехнулась.

— А ты слишком наблюдательный.

Он склонил голову.

— Меня зовут Алан.

Я назвала своё имя.

Но фамилию говорить не стала.

Он будто почувствовал это.

И не стал спрашивать.

Позже я узнала его историю.

И она оказалась похожей на тысячи других.

Его семья была стаей одиночек.

Они скрывались уже больше десяти лет.

Постоянно меняли места.

Бежали.

Прятались.

Жили в страхе.

Потому что когда-то охотники уничтожили почти весь их род.

Остались лишь несколько человек.

Алан.

Его мать.

Две младшие сестры.

И старый дед.

Они выживали.

Но не жили.

И тогда я поняла.

Я не могу пройти мимо.

— Идите со мной, — сказала я однажды.

— Куда?

— Домой.

Он посмотрел внимательно.

— У тебя есть стая?

Я кивнула.

— Есть.

— Ты Альфа?

Я улыбнулась.

— Что-то вроде того.

Он долго молчал.

А потом согласился.

Но в это же время дома происходило что-то странное.

Бета начал звонить мне.

Снова и снова.

Десятки пропущенных.

Сообщения.

Просьбы вернуться.

Я не отвечала.

Была обижена.

Злилась.

Считала, что они сами виноваты.

Что им нужно научиться обходиться без меня.

Я сбрасывала звонки.

Откладывала телефон.

Говорила себе:

«Потом».

«Не сейчас».

«Через несколько дней».

Но ночами начали приходить сны.

Плохие.

Очень плохие.

Я видела дорогу.

Дождь.

Разбитое стекло.

Кровь.

И голос.

Знакомый голос.

Голос отца.

Который звал меня.

Я просыпалась в холодном поту.

Алан замечал это.

— Что ты видишь?

— Не знаю.

— Ты боишься.

— Да.

— Тогда возвращайся.

Я покачала головой.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что если вернусь сейчас…

Мне придётся признать, что я была неправа.

Алан улыбнулся грустно.

— Иногда это лучше, чем жалеть потом.

Утром я проснулась с тяжёлым сердцем.

И впервые за несколько недель решила позвонить сама.

Отец.

Телефон выключен.

Сергей.

Телефон выключен.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Руки задрожали.

Тогда я набрала Бету.

Он ответил сразу.

Будто сидел с телефоном в руках всё это время.

— Наташа…

Голос был сломанным.

— Что случилось?

Тишина.

Долгая.

Тяжёлая.

— Тебе нужно приехать.

— Что произошло?

Он тяжело выдохнул.

— Несчастье.

— Какое несчастье?!

— Пожалуйста.

Приезжай.

Клан волнуется.

Мы ждём тебя.

Я уже знала.

Ещё до того, как услышала правду.

Зверь внутри меня уже почувствовал её.

Когда я приехала домой…

Никто не вышел навстречу.

Не было голосов.

Не было детей.

Не было смеха.

Только тишина.

Слишком тяжёлая.

Слишком чужая.

Бета стоял возле дома.

И выглядел постаревшим лет на десять.

Он подошёл ко мне.

И молча обнял.

Я отстранилась.

— Где отец?

Он закрыл глаза.

— Наташа…

— Где Сергей?

Молчание.

— Где мама?!

У него дрогнул голос.

— Их больше нет.

Я замерла.

— Что?

— Машина сорвалась с трассы.

Ночью.

Они возвращались домой.

Сергей был за рулём.

Твой отец рядом.

Твоя мама сзади.

Никто не выжил.

Мир перестал существовать.

Просто исчез.

Будто кто-то вырвал из него звук.

Свет.

Воздух.

Всё.

Я стояла неподвижно.

Не плакала.

Не кричала.

Не могла.

Потому что внутри была только одна мысль.

Я ушла.

Я не брала трубку.

Я не вернулась.

И теперь уже никогда не услышу голос отца.

Никогда не услышу, как Сергей снова назовёт меня упрямой.

Никогда не смогу рассказать маме правду.

Я опоздала.

Всего на несколько недель.

Но иногда нескольких недель достаточно, чтобы потерять целую жизнь.

А где-то внутри Белая Волчица впервые за много лет не рычала.

Она выла.

Тихо.

От боли.

Потому что даже самые сильные существа в мире не могут победить смерть.

Глава. Пустой дом

Я не помню, как дошла до дома.

Не помню, кто открыл дверь.

Не помню, кто пытался со мной говорить.

Помню только одно.

Тишину.

Ту самую страшную тишину, когда ты понимаешь — человека больше нет.

И он уже никогда не войдёт в комнату.

Никогда не улыбнётся.

Никогда не скажет:

— Наташа, перестань упрямиться.

Я стояла посреди большого дома.

Того самого, который мы строили все вместе.

Отец выбирал место для кабинета.

Мама мечтала о саде.

Сергей смеялся, что я обязательно заставлю всех строить конюшни раньше, чем спальни.

И заставила.

А теперь всё это осталось.

А их нет.

Совсем.

Я вошла в кабинет отца.

На столе лежала карта.

Наша карта.

Подмосковье.

Пахра.

Лес.

Территория клана.

Рядом лежал блокнот.

Я открыла его.

На первой странице были записи его рукой.

«Для Наташи.

Если когда-нибудь меня не станет, помни одно.

Ты никогда не была проклятием.

Ты всегда была нашим подарком.

Даже если сама долго этого не понимала».

Дальше буквы расплылись.

Потому что впервые за многие годы я заплакала.

По-настоящему.

Не как Белая Волчица.

Не как Альфа.

Не как наследница древней крови.

А как дочь.

Которая потеряла отца.

Как девушка.

Которая больше никогда не сможет обнять мать.

Как человек.

Который слишком долго думал, что у него ещё есть время.

Похороны проходили в лесу.

По старым законам стаи.

Сергей лежал рядом с отцом.

А мама — между ними.

Потому что отец сказал когда-то давно:

— Если что-то случится, я хочу быть рядом со своей семьёй.

Я тогда смеялась.

Говорила:

— Ты проживёшь ещё лет двести.

А он улыбался.

— Даже оборотни не властны над судьбой.

Теперь я понимала, что он имел в виду.

Вечером ко мне подошёл Бета.

Он выглядел уставшим.

Словно за эти недели постарел лет на двадцать.

— Наталья.

Я подняла голову.

— Что?

— Клан ждёт решения.

— Какого решения?

Он молчал несколько секунд.

— Ты осталась единственной.

— Единственной кем?

— Единственной, кто может вести нас дальше.

Я горько усмехнулась.

— Я ушла.

Я бросила их.

Я не отвечала на звонки.

Я не была рядом.

— Ты живая, — тихо сказал он.

— А они нет.

— И именно поэтому ты должна жить дальше.

Я закрыла глаза.

— Я не хочу быть Альфой.

— Но ты уже ей стала.

Ещё давно.

Просто никто не говорил это вслух.

Позади послышались шаги.

Я обернулась.

Это был Алан.

Он приехал вместе со своей семьёй.

Не потому что был обязан.

А потому что решил быть рядом.

Он остановился рядом.

— Ты не одна.

Я посмотрела на него.

— Мне кажется, что одна.

Он покачал головой.

— Нет.

Ты дала нам дом.

Ты спасла нас.

Теперь наша очередь поддержать тебя.

Я долго молчала.

А потом впервые за несколько недель позволила кому-то обнять себя.

И неожиданно поняла.

Отец ушёл.

Мама ушла.

Сергей ушёл.

Но клан остался.

Люди остались.

Дети остались.

Лошади остались.

Лес остался.

Пахра продолжала течь.

А значит, жизнь не закончилась.

Она просто стала другой.

Той ночью мне приснился отец.

Он стоял возле реки.

Такой же, каким я его запомнила.

Сильный.

Спокойный.

С золотыми глазами.

— Ты сердишься на меня? — спросила я.

Он улыбнулся.

— За что?

— За то, что ушла.

— Ты моя дочь.

Ты всегда уходила, когда злилась.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

— А потом возвращалась.

— И вернулась.

Он подошёл ближе.

— Наташа.

— Да?

— Хватит жить прошлым.

— Но я виновата.

— Нет.

Ты живая.

А живые совершают ошибки.

Это нормально.

— Мне страшно.

— Знаю.

— Я больше не чувствую себя сильной.

Он улыбнулся.

— Потому что сила — это не отсутствие боли.

Сила — это продолжать идти вперёд, даже когда боль остаётся с тобой.

Я молчала.

А он посмотрел куда-то вдаль.

На наш лес.

На дома.

На реку.

На стаю.

— Береги их.

— Обещаю.

— И живи.

Не ради нас.

Ради себя.

Потому что ты не просто Белая Волчица.

Ты Наталья.

И этого уже достаточно.

Когда я проснулась, за окном начинался рассвет.

А впервые за долгое время внутри не было ярости.

Только печаль.

И понимание.

Что впереди меня ждёт совсем другая жизнь.

Жизнь Альфы.

Жизнь хранительницы клана.

Жизнь девушки, которой всего девятнадцать лет.

И которая уже пережила больше, чем многие за целый век.