Прикосновенные. Маршрут на выброс

Игорь застыл с занесённым над столом стаканом. Потом медленно, почти неохотно, кивнул.

— Да. Помню. А что?

— Это отец Беловой, — отрезал Кирилл.

— Да ладно... охренеть... — присвистнул Игорь. — Слушай, а если это как-то относится к нему? — Игорь откинулся на спинку и покачал головой. — Ну это было бы максимально странно. Он, конечно, пересажал сотни отморов... Но мстить умершему полковнику через дочь спустя такое время? Зачем? Нужно завтра с Беловой поговорить на эту тему.

— Нет, — обрубил Кирилл, — на эту тему мы с ней разговаривать не будем.

— В смысле? Почему?

— Игорь, я сказал нет.

Он не стал продолжать эту тему, предпочитая скрыть от друга то, что он похоронил больше года назад.

***

Утро в палате было пепельным. Свет просачивался сквозь стекло нехотя, застревая в пыльном тюле. Соня лежала с открытыми глазами, изучая трещины на потолке — они казались ей картой, которую она никак не могла расшифровать.

Дверь едва слышно скрипнула.

— Сонь. — Голос Артура прервал её размышления. — Мы здесь.

Она моргнула, мгновенно собираясь для разговора.

Артур вошёл первым — высокий, собранный, в пропитанном ночным холодом пальто. По его лицу Соня сразу поняла: пустых слов не будет. Следом вошла Оля. Её красные, воспалённые глаза выдавали бессонную ночь, проведённую за монитором.

— Я был на руинах, — Артур заговорил сразу, без лишних вступлений. — Десять минут хватило за глаза.

Соня не перебивала, ловя каждое слово, а Оля застыла рядом, стиснув пальцы, явно выжидая своей очереди.

— Если коротко. — Он присел на край стула. — Забудь про проектные ошибки. При обычном обрушении бетон едет по предсказуемой схеме: нагрузка сверху вдавливает колонны в землю, и трещины идут вертикально, вдоль арматуры. — Он подался вперёд, вглядываясь в Соню. — Колонна в таком случае разрушается по всей высоте. Равномерно. Бетон крошится в труху, арматура выгибается дугами. На выходе — просто груда обломков и рваного железа.

Соня задержала дыхание.

— А там?

— Там каждая опора перебита в одной конкретной точке. — Артур очертил пальцем в воздухе невидимую линию. — Точечный удар. Есть центр, от него трещины расходятся во все стороны: вверх, вниз, по диагонали. Как паутина. Так бетон не лопается, — отрезал Артур. — Ни при перегрузе, ни при какой халтуре. Это физически невозможно.

Соня инстинктивно сжала здоровой рукой край одеяла.

— Арматура?

— А вот тут самое интересное. На металле — микрократеры. Словно оспины. — Он на секунду замолчал, давая Соне осознать. — Это не коррозия и не заводской брак. Выглядит как воздействие изнутри. Направленное и очень локальное.

— То есть... — Соня запнулась, боясь произнести это вслух.

— Я не произношу слово взрыв, — перебил Артур. — Я не лаборатория. Но я точно знаю, что им помогли сложиться.

В палате стало невыносимо тесно. Дребезжащая тележка с завтраком, катившаяся по коридору, противно играла на нервах.

— Соня... — Оля шагнула ближе, её голос был напряжённым. — Мне нужно кое-что добавить. Я всю ночь потрошила архивы завода, смены, пропуска, личные дела.

Соня медленно перевела взгляд.

— И?

— Четыре месяца назад к нам пришёл новый человек. Андрей Кислицын.

— Должность?

— Инженер. Опыт — хороший, документы — идеальные, рекомендации — блеск. Уволился через две недели. — Оля опустила глаза, разглядывая свои сцепленные пальцы. — По собственному. Сказал, что семейные обстоятельства, нужно срочно уезжать из города.

— И что тебя зацепило? — Нахмурился Артур.

— Тайминг. — Оля посмотрела на них обоих. — Он появился ровно за несколько дней перед тем, как мы запустили линию по производству колонн для объекта Седых. И исчез на следующее утро после отгрузки. — Она сглотнула, пытаясь унять волнение. — Наш кадровик, Семён Афанасьевич, сказал, что мужик был странный. Тень, а не человек. Ни с кем не болтал, работал в гробовом молчании. Всегда особняком. Даже обедал один в подсобке.

Соня глубоко вдохнула. Пазл в голове начал складываться в жуткую картинку.

— Камеры?

— Есть. Я уже запросила. Мы храним записи пол года. Но... Соня, если он профи, мы вряд ли увидим его.

Артур посмотрел на Соню. В его взгляде читался один вопрос: насколько глубоко она готова копать эту могилу?

— Мне всё это не нравится. — Он понизил голос. — Очень не нравится. — Артур наклонился ближе к Соне. — У меня стойкое ощущение, что этот подарок готовили для тебя. Вариантов нет.

Соня смотрела на него в упор.

— Очевидное и невероятное, да?

— Да, — отрезал Артур, — момент был выбран с удивительной точностью. Ровно тогда, когда в эпицентре была ты, а не заказчик.

В этот момент дверь палаты распахнулась, с грохотом ударившись о стену.

— Очень любопытная версия. — Раздался ровный, уверенный голос.

Соня вздрогнула так, что боль от рывка прошила всё тело от затылка до пят.

— Блядь! — Вырвалось у неё. — Да вы издеваетесь?!

Орлов стоял в дверях: руки в карманах штанов, на лице — та самая смесь превосходства и ледяного спокойствия, от которой чесались кулаки.

— Утро доброе. Не возражаете, если я присоединюсь? — Он выдавил подобие вежливой улыбки, в которой сквозила откровенная издёвка.

— Вы всегда так вваливаетесь или только к тем, кто прикован к кровати и не может сбежать? — огрызнулась Соня.

Кирилл закрыл дверь, отсекая звуки коридора, и несколько секунд просто смотрел на неё. Молча. Тяжело. С каким-то иным взглядом.

— Длинный язычок, Белова, — наконец констатировал он и тут же сменил тон на железный. — Но давайте договоримся: сейчас вы его прикусите. — Он подтащил стул и сел почти вплотную к Соне, нарушая все границы. — Я, кажется, ясно выразился вчера: не сметь лезть в расследование. Не совать свой любопытный нос в материалы дела. А вы, как я посмотрю, решили проверить предел моего терпения? — Его глаза переместились на Артура и Олю. — Представьтесь. И потрудитесь объяснить, откуда у вас эта информация? Я про взрыв.

— Артур Вяземский. Независимый технадзор. — Артур стойко принимал вызов. — Ну был я на объекте и что?

— Ольга Морозова. — Её голос почти сорвался, но она справилась. — Заместитель директора «ТехСтройГрупп».

Кирилл кивнул, словно выставляя невидимые галочки в протоколе.

— Майор Орлов. Следователь. — Он едва заметно ткнул в сторону двери. — Снаружи стоит капитан Игорь Синицын.

Соня не выдержала.

— Орлов... Синицын... — Она усмехнулась, глядя майору прямо в зрачки. — У вас там в СК что, кадровик орнитолог? Мне уже начинать бояться или вы для комплекта ещё Сокола приведёте?

Кирилл резко подался вперёд, нависая над лицом.

— Белова, — процедил он, а голос стал пропитываться яростью. — Ещё один комментарий в таком духе, и я оформлю вас как особо говорливый вещдок. Прямо отсюда, — он добавил тише, с вкрадчивой, почти пугающей лаской, — поняла меня?

Слово вещдок полоснуло по нервам. Соня сглотнула, но взгляд не отвела. Кирилл выпрямился и обратился к Артуру и Оле:

— А вы двое — на выход. Всё, что сейчас здесь озвучили, повторите капитану под протокол. Телефоны, адреса — оставить ему же.

Когда за друзьями закрылась дверь, тишина в палате стала неуютной. Она сдавливала, заставляла учащаться пульс. Орлов не спешил начинать разговор, он продолжал смотреть на Соню — долго, не отворачиваясь, заставляя её внутренне напрягаться. Белова почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок, а мысли на мгновение спутались.

— Значит так, — майор нарушил молчание, — с чего вы взяли, что этот перформанс разыграли ради вас? — Он выдавил надменную усмешку. — Не слишком ли много чести, Белова?

— Нет. — Соня заставила свой голос звучать максимально ровно. — Я просто умею складывать два плюс два.

— Ну так считайте вслух. Для тех, кто в танке.

— Блядь... Седых не планировал быть на объекте в это время. Его жены там вообще не должно было быть. Мы собирались встретиться с ней у меня в офисе в обед. Витя — обычный прораб, мухи не обидит, врагов не нажил. — Она пристально посмотрела на майора, ища хоть каплю понимания. — Это не для них. И не для рабочих. Это адресно.

Орлов чуть прищурился, вникая в суть.

— Адресно... по вам? Значит, вы кому-то перешли дорогу?

— Пока нет, — жёстко отсекла Соня. — Но могу, особенно тому, кто этого заслуживает.

Внутри Кирилла что-то кольнуло, но он лишь молча переварил информацию.

— Я был на заводе. И заезжал к вашему Никите.

— И что?

— Парень в шоке, но в одном уверен твёрдо: вы — не могли ошибиться.

— Что вы узнали на заводе?

— Вы про вашего тайного Кислицына — ничего. — Он сделал паузу, намеренно растягивая момент. — Но эта история про инженера-невидимку мне не нравится. Я им займусь. А ваш ноутбук я всё-таки изымаю. И да, машинку вашу, которую вы так красиво увели вчера, я обязан осмотреть. — Орлов откинулся на спинку стула. — И ещё раз, для закрепления материала: прекратите играть в детектива. Это не ваше дело. Дальше разговор будет другим.

— Вы мне сейчас угрожаете, майор? — спокойно спросила Соня, хотя сердце предательски частило.

— Я вас предупреждаю, — отозвался он, не меняя тона. — Это разные вещи.

Они зависли, глядя друг на друга. Соня цепляла его, огрызалась, и это бесило больше всего. Она наглым образом выбивала Орлова из привычного ритма вопрос-ответ.

— Я говорил с Седых, — добавил Кирилл. — Он написал заявление, но уверен, что вы ни при чём. Слишком красиво ему напели знакомые про вас, которым вы построили дома.

Соня на секунду выпала. Воспоминания заставили подступить ком к горлу.

— Кто-нибудь ещё выжил, кроме Никиты? — тихо спросила она.

— Его жена и ещё один рабочий Денис, он, кстати, без ноги остался, — он ответил мгновенно, без капли колебания. — Остальные погибли. — Орлов замолчал, наблюдая за её реакцией, и вдруг, сам не понимая, зачем делится этим, добавил:

— Предварительная экспертиза подтвердила... был подрыв.

Дверь резко распахнулась. Оля буквально влетела в палату. За ней уже вбегал Игорь, но Кирилл, уловивший её бешеный взгляд, кивнул напарнику, чтобы тот не вмешивался. Оля подошла прямо к Соне, игнорируя Орлова так, будто он был частью больничной мебели. Она склонилась над кроватью и сунула Соне телефон под самый нос.

— Смотри! У нас в цехах запрещено ходить в своей одежде, только в робе. А вот здесь...

На видео с камер наблюдения мелькала фигура в тёмной толстовке. Мужчина в капюшоне двигался по цеху уверенно, как дома. Он останавливался у каждой заготовки для колонн, наклонялся и быстрым, отточенным движением крепил к арматурному скелету плоский предмет размером со спичечный коробок.

— Видишь? — сбивчиво шептала Оля. — Он монтирует что-то внутри формы. До заливки. Прямо в тело будущей колонны. Я эту смену охраны прибью. Обещаю, я разберусь, как так вышло, что они его проворонили.

— Ольга, если не ошибаюсь. — Громкий голос Орлова заставил её вздрогнуть. Майор бесцеремонно выхватил телефон. — Видео будет приобщено к делу. Весь список охраны жду через пять минут.

Он перевёл взгляд на Соню. Его лицо оставалось непробиваемым, но в глазах что-то изменилось.

— Для вас, Белова, это хорошие новости. — Он криво усмехнулся. — Официально вы больше не подозреваемая. — Кирилл резко встал и повернулся к Оле. — Жду в коридоре. Этого инженера, — добавил он, обращаясь к Соне, — мы найдём. А вас я предупредил.

Г