Правила для мертвых

Комната без окон.

Надя не сразу подошла к двери.Она держала телефон включённым на запись и смотрела на узкую полоску света под порогом. Если кто-то стоял снаружи, тень должна была её перекрыть.Свет не менялся.Надя дождалась, пока запись отсчитает ещё минуту, и только тогда приблизилась к глазку.Площадка была пуста.Она сняла цепочку, но дверь открывать не стала. Сначала сфотографировала снимок из-за порога, потом надела перчатки. Фотография лежала лицевой стороной вверх.На ней был Лев.Он стоял перед кирпичной стеной и смотрел куда-то мимо камеры. Щёки впалые, волосы отросли, на правой скуле тёмное пятно. Не тот весёлый Лев, который держал под мышкой холст на вчерашней фотографии. Этот выглядел старше — и гораздо испуганнее.Надя перевернула снимок.На обороте не было ни даты, ни послания. Только адрес:«Рубежная, 14».Тот самый адрес из таксомоторной квитанции.Надя снова посмотрела на фотографию. За плечом Льва виднелась металлическая дверь с круглым вентиляционным отверстием. На кирпиче слева кто-то мелом вывел цифру семь.Она увеличила снимок на телефоне. Качество было плохим, но лицо узнавалось. По линии подбородка, по шраму над бровью — тонкому, почти белому. Лев получил его в детстве, когда упал с велосипеда. Надя была рядом и потом два дня выслушивала, что он совершил «блестящий манёвр».Это был её брат.И он был жив.Надя опустилась на пол, прижав ладонь ко рту. На миг всё вокруг стало плоским: дверь, стены, пол. Снимок в пальцах — единственное, что оставалось настоящим.Потом она заставила себя встать.Не звонить Воронцову. Не бежать на Рубежную. Не верить фотографии только потому, что очень хочется.Она сохранила снимок, сняла его с обеих сторон и убрала в прозрачный файл. Затем позвонила по номеру экстренной службы, который открыла раньше, и сообщила о незнакомце у двери. Сказала, что никто не угрожал ей напрямую, но несколько раз оставлял послания. Дежурный записал адрес и пообещал направить патруль.Пока она ждала, Надя проверила запись. За последнюю минуту в коридоре не было ни шагов, ни голосов. Только тихий щелчок, когда фотография коснулась пола.Патруль приехал через двадцать минут. Полицейские осмотрели площадку, поговорили с консьержкой, запросили записи с камер в подъезде. Пообещали связаться, если найдут того, кто оставил конверты.Надя не стала им показывать фотографию Льва.Ещё не сейчас.Утром она вышла из дома на час раньше. До Рубежной было два квартала от станции метро. Надя не собиралась туда идти одна, но сперва хотела увидеть адрес своими глазами.Улица оказалась короткой и неприметной. Старые склады, автомастерская, заброшенный магазин сантехники. Дом номер четырнадцать стоял за сетчатым забором. Когда-то здесь была ремонтная мастерская; теперь окна первого этажа заколотили фанерой.У входа горела новая камера.Надя сфотографировала дом с другой стороны улицы. На стене не было цифры семь — кладку закрывали свежие рекламные щиты. Но за боковым проездом она заметила низкое здание с металлической дверью. Круглое вентиляционное отверстие. Кирпичи.Она не подошла ближе.Позвонила в архив Воронцова и сказала, что будет к девяти.