
Полная версия:
Свет светит
Алексей немного волновался. Это волнение объяснялось тем, что он не до конца понимал, что же именно им с Илте предстояло сделать, с чем столкнуться и что преодолеть. Разумеется, здесь был Илте, который получил задание от Дмитрия Викторовича. Но здесь не было самого Дмитрия Викторовича, с которым можно было бы посоветоваться в любой момент, так, как это происходило там, в тундре. Это немного беспокоило Алексея. Но, в конце концов, они сделают то, что возможно. В этом Алексей был уверен.
Через один час и сорок минут документальный фильм закончился. Илте зашёл в комнату Алексея. Он выглядел совершенно спокойным.
– Пойдём. Сейчас самое время, – сказал Илте и жестом пригласил Алексея.
Алексей тотчас же поднялся с кровати и направился вслед за Илте.
Они вышли из своего номера. В коридоре никого не было. Только за некоторыми дверями соседних номеров на этаже раздавались звуки работающего телевизора и редкий смех.
Илте и Алексей поднялись по лестнице на последний этаж. В одной стороне от лестницы были двери нескольких номеров гостиницы. А в другой стороне от лестницы в коридоре была только одна дверь. Именно к этой одинокой двери и подошли Илте и Алексей.
Илте достал из кармана небольшую пластиковую пластинку размером с банковскую карту, но немного потолще, приложил её к электронному замку на двери. Внутри двери раздался тихий щелчок. Илте повернул ручку двери и открыл дверь.
– Электронная отмычка? – высказал догадку Алексей.
– Универсальный электронный ключ, – поправил его Илте. – Считывает информацию с электронного замка и подбирает соответствующий электронный импульс в качестве ключа.
– Незаменимая вещь для воров, – усмехнувшись, сделал заключение Алексей.
– Дорогие вещи обычно защищают ещё и механическим замком, – возразил Илте. – Кроме того, нельзя красть у честных людей. А если вор что-то у кого-то украл, то он должен быть готовым, что любой другой человек со спокойной совестью возьмёт и у него без спроса любую вещь.
Тем временем они зашли внутрь большого конференц-зала и закрыли за собой дверь снова на замок. В помещении было темно. Слабый свет с улицы проникал в комнату и позволял различать предметы внутри .
– Надо сначала закрыть шторы, а только потом включим свет, – проговорил Илте.
Они так и сделали. Когда в зале стало светло, стало возможным рассмотреть подробно обстановку этого зала.
Помещение было довольно большим, продолговатым по форме. Внутри по центру располагался огромный длинный стол почти во всю длину зала. Вокруг этого стола стояли на небольшом расстоянии друг от друга многочисленные мягкие стулья. Вдоль стен находились ещё несколько десятков жёстких стульев. Перед дальней от двери торцевой стеной висел большой экран, на котором можно было смотреть проекцию любого изображения или видеозаписи. Конференц-зал был очень удобен для ведения переговоров или заседаний.
– Мы сейчас воспроизведём событие, которое было здесь один год назад, – сказал Илте Алексею. – Ты ведь это уже знаешь. Мы тогда воспроизводили события, произошедшие несколько десятилетий назад. А здесь только один год назад. Это проще. Мощности одного компьютера хватит с избытком.
– Значит, мы сейчас увидим заседание этого Гейдельбергского клуба, которое было здесь в прошлом году? – уточнил Алексей.
– Да, – подтвердил Илте. – Но для восстановления произошедшего события необходимо отсутствие искусственных барьеров. Поэтому режим звукоизоляции пока включать нельзя. В это время надо соблюдать тишину, чтобы никто не заметил наше присутствие здесь. А потом, во время воспроизведения события, режим звукоизоляции можно будет включить. Тогда мы свободно увидим и услышим в подробностях происходившее здесь заседание этого клуба.
Алексей ничего не ответил. Илте достал плёночный компьютер, развернул его и нажал пальцами в нескольких местах на его экране. Положив компьютер на стол, они стали ждать, пока компьютер фиксировал точки времени и производил вычисление прямой времени. Это заняло две минуты. Илте и Алексей молчали, ожидая результата работы компьютера. Наконец, Илте наклонился над экраном компьютера и удовлетворённо стукнул два раза пальцами по столу.
– Готово, – спокойно проговорил Илте.
Он включил режим звукоизоляции.
– Мы сейчас увидим и услышим одно из самых тайных событий в мире. Здорово! – воскликнул Алексей.
– Нам надо быть очень внимательными, чтобы не пропустить ничего важного, – уверенно произнёс Илте. – Заседание будет происходить на английском языке. Поэтому для уверенности лучше воспользоваться автоматическим переводчиком.
Алексей постарался сосредоточиться. Илте включил воспроизведение прошлого события. Алексей вместе с Илте активировали свои автоматические переводчики, встали у входной двери и выключили свет.
Через две секунды свет снова включился. Но на этот раз конференц-зал был заполнен людьми. Людей было много, более ста человек. Все они по внешнему виду были от сорока до семидесяти лет. Одеты строго, но просто, на улице одеждой они ничем бы не выделялись из толпы. Никаких колец и перстней у них на руках не было. Их выдавало только выражение их лиц. Их лица были похожи на восковые маски, они были застывшими и безжизненными, никаких эмоций на их лицах не было, это напоминало двигающиеся мумии. И взгляд каждого из этих людей не был взглядом обычного человека с улицы. У них был властный взгляд людей, не допускающих даже мысли, что их приказания кто-либо хотя бы в малейшей степени ослушается. Это был холодный взгляд автоматических машин или маньяков.
Все эти люди сидели на мягких стульях вокруг центрального стола. Жёсткие стулья вдоль стен были свободными. Люди попеременно поворачивались и тихо переговаривались со своими соседями за столом. Так продолжалось около десяти минут. Потом человек семидесяти лет в дальнем торце стола поднял правую руку и слегка помахал ею. Все люди обратили своё внимание на этого старика. Воцарилась тишина.
– В прошлый раз мы с вами обсуждали увеличение доходов при отсутствии расходов на усовершенствование производства, – начал председательствующий хриплым голосом. – Мы успешно организовали и ещё более успешно преодолели очередной мировой экономический кризис. Таким образом, данный вопрос был, как всегда запланированным способом, решён. Но сейчас нам требуется обсудить ряд других вопросов. Я прошу уважаемого Джека Джефферсона рассказать нам о данной теме.
Взгляды всех людей устремились на человека пятидесяти лет, сидевшего ближе к середине стола. Он посмотрел на собравшихся людей сначала налево, потом направо.
– Для увеличения доходов необходимо большое число людей, отдающих нам свой труд. Но эти же люди получают необходимое для поддержания их жизни содержание, – сказал докладчик. – Население планеты растёт с более быстрой скоростью, чем нужно для сохранения правильного баланса между отдачей труда этих людей и поддержанием их жизни. Это неизбежно приводит к превышению роста расходов над ростом доходов. Это неприемлемо.
По залу прокатился звук согласия с этими словами.
– Люди хотят работать как можно меньше и легче, а получать плату как можно больше, и постоянно требуют себе новых льгот, – продолжал говорить человек. – Этим плохим качествам чёрные люди сейчас научились от белых людей. Это у них принимает гипертрофированный характер. Население планеты растёт только из-за их бесконтрольного размножения. С сожалением приходится сказать, что многие белые люди это нарушение баланса поддерживают, а некоторые политические деятели даже за это агитируют. Это недопустимо.
Снова по залу послышался тихий одобрительный гул поддержки этих слов докладчика.
– Распространение средств контрацепции не привело к заметному снижению рождаемости, – продолжал свою речь член этого закрытого клуба олигархов. – Приходится принимать другие меры. На планете Земля достаточно сохранять число населения на уровне пятисот миллионов человек. Остальные семь миллиардов людей являются лишними, их существование не приносит нам дохода. Этих людей надо ликвидировать. Разумеется, желательно избавиться в первую очередь от представителей нежелательных народов. Для этого предлагается разработать в течение ближайшего года и запустить применение генетического оружия, действующего избирательно на определённые национальные генотипы. Но это непростая научная задача. Сейчас нет гарантии её выполнения.
– Вот когда нам всем надо вспомнить, что нам надо было прислушиваться к голосу наших отцов, завещавших нам хранить чистоту нашей крови, – послышался недовольный хриплый голос председательствующего. – А нас пугали проявлением наследственных генетических болезней и вырождением. Все генетические болезни являются чепухой по сравнению с тем, что мы сейчас испытываем сложности с отделением чистых от нечистых людей.
– Поэтому предлагается также разработать и запустить запасной план по снижению численности человечества не только по национальному, но и по географическому принципу, – продолжил докладчик. – Это тоже сложная, но вполне выполнимая научная задача. Добиться этой задачи можно не только путём увеличения смертности молодых людей до появления у них детей, но и путём уменьшения и последующего исчезновения их способности к деторождению. Это легко достижимо при использовании определённых химических добавок к пище и генетически модифицированных продуктов на точно ограниченных географических территориях. Трудность заключается в точном определении границ этих территорий, где живёт подлежащее ликвидации население. Но это вполне решаемая задача.
– Можно ли быть уверенными, что никто из учёных или политических деятелей ничего не заподозрит и не помешает нам в реализации этого плана? Ведь это не одномоментный, а длящийся некоторое время процесс, – послышался голос с противоположного конца стола.
– В этом нет затруднений, – раздался в ответ другой голос с того же конца стола. – Механизм отработан. Любого учёного можно в средствах массовой информации поднять на смех и выставить ненормальным параноиком. Любого политического деятеля можно ликвидировать. Сейчас, конечно, без охраны вечером в кинотеатр никто не ходит, но маленький беспилотный летательный аппарат может доставить небольшой объём взрывчатого вещества на любое общественное мероприятие прямо к носу конкретного политического деятеля.
– Совершенно точно, уважаемый Иегуда Гольденберг, – снова заговорил председательствующий. – Я тоже не вижу серьёзных препятствий в осуществлении данного плана, предложенного нам сегодня. Я думаю, мы можем согласиться с этим планом и поручить в течение ближайшего года полностью доработать его с учётом всех частностей и подробностей. Это необходимо сделать таким образом, чтобы на нашем заседании в следующем году мы могли бы дать указание немедленно начать приводить его в действие.
Раздались голоса одобрения из разных мест вокруг стола.
– Да, к нашему заседанию в следующем году план будет полностью доработан во всех подробностях, и мы тогда сможем запустить его в действие немедленно, – подтвердил докладчик.
– Теперь перейдём к рутине, – на лице председательствующего появилось подобие улыбки. – Давайте сейчас обсудим объёмы добычи, направления транспортировки и уровень цены на сланцевый газ.
Внезапно свет выключился, стало темно. Запись с воспроизведением события, происходившего в данном помещении один год назад, закончилась. Несколько секунд сохранялась полная тишина. Потом Илте дотронулся до выключателя и включил свет.
Лицо Алексея выражало крайнюю степень удивления и непонимания, как будто он увидел перед собой разговаривавшего человеческим языком червя из яблока. На лице Илте тоже было видно некоторое смущение.
– Их же всех надо убить, – спустя несколько секунд проговорил Алексей, как нечто само собой разумеющееся.
– Вообще-то, конечно… Однако доктор запрещает лишать жизни людей в принципе, – возразил Илте сомневающимся голосом.
– Тогда что же мы можем сделать в данном случае? – задал логичный вопрос Алексей.
– Это надо обсудить. Пойдём в наш номер и оттуда свяжемся и посоветуемся с Дмитрием Викторовичем, – предложил Илте.
Илте открыл дверь и вышел из конференц-зала. Следом за ним, выключив свет и тихо захлопнув за собой дверь, вышел Алексей. Лица у них обоих были погружены в глубокую задумчивость, как у людей, сомневающихся в выборе и не знающих, на что же, в конце концов, им решиться.
В коридорах гостиницы было тихо. Лампы на потолке изливали мягкий белый свет. Казалось, вся гостиница была в размышлениях. Через тёмные окна с улицы издалека долетали единичные негромкие звуки, что ещё больше разграничивало атмосферу внутри гостиницы и вне её.
Стараясь не нарушать тишины, неторопливо Илте и Алексей спустились по лестнице, прошли по коридорам и добрались до своего номера. Войдя вовнутрь и закрыв за собой дверь, они расположились в смежной комнате.
Илте достал из кармана плёночный компьютер и провёл ряд движений пальцами по его поверхности. Через минуту на экране появилось изображение Дмитрия Викторовича.
– Здравствуйте, доктор, – сказал Илте. – Мы с Алексеем хотим с вами посоветоваться.
– Здравствуйте, Дмитрий Викторович…, то есть я хотел сказать, доктор, – смущённо улыбнувшись, произнёс Алексей.
– Здравствуй, Илте. Рад тебя видеть, Алексей. Расскажите, что у вас там, какая имеется информация – ответил Дмитрий Викторович.
– Я вам сейчас перешлю информацию с воспроизведением интересующего нас фрагмента заседания Гейдельбергского клуба в прошлом году, – объяснил Илте. – У нас возникли вопросы о наших дальнейших действиях.
Илте снова проделал ряд манипуляций на поверхности плёночного компьютера. На экране компьютера Алексей заметил, что через секунду Дмитрий Викторович кивнул головой. В течение определённого времени Дмитрий Викторович внимательно слушал и смотрел на то, что Илте и Алексей уже наблюдали двадцать минут назад.
Алексей подумал, что очень жаль, что на экране компьютера рядом с Дмитрием Викторовичем не видно Хартане. Он хотел бы её увидеть ещё раз. Но, вероятно, она занимается другими научными исследованиями. А может быть, она в данный момент спит, ведь сейчас уже глубокая ночь. Не было ничего удивительного, что Дмитрий Викторович сейчас не спит. Вероятно, доктор вообще спит по другому режиму, например, по двадцать минут каждые три часа или как-нибудь ещё. Во всяком случае, Илте, не раздумывая, установил с доктором связь в это ночное время. В отношении возможностей Дмитрия Викторовича Алексей не сомневался и не удивлялся.
Наконец Дмитрий Викторович закончил просмотр присланного фрагмента прошлогоднего заседания Гейдельбергского клуба и обратил свой взгляд на Илте с Алексеем.
– Это надо предотвратить, – просто и спокойно сказал Дмитрий Викторович.
– Вот у нас и возник вопрос, каким способом это сделать, – объяснил Илте их сомнения.
– Их надо уничтожить, – не удержался Алексей.
– Это можно сделать для них, но этого нельзя сделать для нас, – ответил Дмитрий Викторович.
– В каком смысле? – не понял Алексей.
– Мы всегда должны сохранять себя на стороне правды и добра, – объяснил Дмитрий Викторович. – Что касается данного случая, то надо провести работу с их памятью.
– Вы предлагаете стереть их память? – решил уточнить Илте.
– Нет. Если полностью лишить их памяти, то они перестанут быть конкретными людьми, а станут биологическими машинами, просто набором органов, – возразил Дмитрий Викторович.
– Да они и так уже…, – начал говорить Алексей и остановился.
– Это равносильно убийству. Этого нельзя делать, – объяснил свои слова Дмитрий Викторович.
– Тогда что же именно надо сделать с их памятью? – спросил Илте.
– Надо частично изменить их память, – ответил Дмитрий Викторович. – В первую очередь, после начала обсуждения ими данного вопроса, с помощью звука ужаса надо вызвать у них появление устойчивого условного рефлекса, психически надёжно блокирующего у них любые попытки вернуться к обсуждению подобных вопросов в будущем. Для этого действие звука ужаса должно быть достаточно длительным. Потом необходимо с помощью небольшой дозы скополамина вызвать у них потерю памяти на ближайшие события. После чего у них с помощью нового первого впечатления надо вызвать определённый образ мысли, направленный в правильную сторону. Здесь вы можете проявить свою инициативу по выбору этого первого впечатления. Всё это, конечно, не изменит их общей подлой направленности жизни, но всё-таки не даст им в дальнейшем возвращаться даже в мыслях к подобным преступным вопросам. Этим мы сможем защитить жизнь человечества от безграничной жадности и злобы отдельных его представителей на некоторое время.
– А где же мы возьмём скополамин? – поинтересовался Алексей, который видел проявление действия звука ужаса, но не знал о действии скополамина.
– У нас с собой это имеется, – спокойно ответил Илте. – Но только теперь надо будет пересчитать дозу и собрать необходимое число доз.
– Я думаю, вы вместе сможете справиться со всем этим, – уверенно сказал Дмитрий Викторович. – Всего хорошего.
– Да, конечно, – практически одновременно ответили Илте и Алексей.
Изображение Дмитрия Викторовича на экране плёночного компьютера исчезло.
– Ну, вот и отлично, – радостно проговорил Илте. – Теперь у нас существует конкретный план действий.
– Ты уверен, что мы сможем всё это сделать правильно? – спросил Алексей.
– Разумеется. Судьба сохраняет смелых людей. Особенно если при этом имеется чёткий план действий, – уверенно ответил Илте.
– Я хочу сказать, что…, – начал Алексей и остановился, чтобы понятнее сформулировать свою мысль. – Ведь обязанность разума состоит в том, чтобы периодически снижать энтропию этого мира. Правильно? Так вот у меня появился вопрос. Действительно ли мы сейчас снизим энтропию в мире, а не наоборот?
– А-а-а…, понятно, – отозвался Илте. – С этой точки зрения мы всё делаем правильно. Самопроизвольное изменение всегда приводит к повышению энтропии. Но вмешательство в самопроизвольный процесс не всегда приводит к снижению энтропии. Члены этого клуба наоборот ещё быстрее повышают энтропию на Земле. Сорвав их план, мы замедлим повышение энтропии в развитии человечества. Но, несомненно, чтобы периодически снижать энтропию в цивилизации на планете, в процесс деятельности человечества надо регулярно вмешиваться и направлять этот процесс в правильную сторону.
– Вот бы ещё заранее знать эту правильную сторону, – вставил слово Алексей.
– Здесь имеется ясный ориентир, – ответил Илте. – Правильная сторона соответствует постоянным общим законам нравственности, существующим в течение всей истории человеческой цивилизации на всей Земле. Поэтому мы со всех точек зрения сейчас всё делаем правильно.
– Да, теперь я уверен, что у нас всё получится, – спокойно проговорил Алексей.
– Однако уже прошло больше половины ночи. Завтра у нас будет много дел. Надо в оставшееся время отдохнуть, – заключил Илте.
Илте и Алексей устроились каждый в своей комнате. После того, как Алексей лёг на кровать, он моментально заснул.
Глава 26
Когда Алексей открыл глаза, за окном ярко светило Солнце. Было девять часов утра по местному времени. Вспомнив все события прошедшей ночи, Алексей быстро встал и вошёл в смежную комнату. Илте что-то перебирал в своей небольшой спортивной сумке.
– Когда мы уезжаем? – спросил Алексей.
Илте обернулся. Он выглядел бодрым и отдохнувшим, хотя было видно, что встал он не сейчас, а некоторое время назад.
– Пойдём позавтракаем. А потом отправимся в путь. День сегодня будет наполненным разными интересными и важными событиями, – отозвался Илте.
Алексей привёл себя в порядок. После они вместе с Илте вышли из своего номера, спустились вниз и прошли мимо стойки администрации в маленький ресторан гостиницы. Алексей заметил, что за стойкой администрации на этот раз была женщина средних лет, которая с интересом посмотрела на них. Алексею очень захотелось в ответ на её любопытствующий взгляд показать ей комбинацию из трёх пальцев, но он с трудом заставил себя сдержаться.
Завтрак был довольно скромный, европейского типа. В ресторане было ещё четыре человека, две пары пожилых людей. Они разговаривали по-французски между собой и не обратили на Илте с Алексеем никакого внимания.
Позавтракав и вернувшись в свой номер, Илте и Алексей быстро собрались и вновь спустились к стойке администрации, чтобы отдать ключи.
– Как месье провели ночь? Вам понравилось в нашей гостинице? – спросила женщина-администратор, глядя на Алексея. – Приезжайте к нам ещё раз.
– Эта ночь была очень важна для нас. Надеюсь, что и для вас, мадам, тоже. Иногда от одной ночи зависит жизнь нескольких людей, – ответил ей Алексей с помощью автоматического переводчика.
– О, да, месье! Как я вас понимаю! – вздохнув и поведя бровями, сказала женщина за стойкой администрации.
Алексей слегка улыбнулся ей в ответ.
Илте и Алексей вышли на улицу. Было тепло, но не жарко. Единичные прохожие шли в разных направлениях по своим делам. Все витрины были целыми. Их автомобиль стоял на месте, никто не обращал на него никакого внимания.
Илте выключил силовое поле вокруг автомобиля. Он и Алексей сели в машину.
– Опять в Фонтенбло? – высказал предположение Алексей.
– Да, – подтвердил Илте. – Там хорошее спокойное место для взлёта.
Они быстро добрались до нужной местности и заехали вглубь леса. Включив режим невидимости, Илте направил машину в высоту. Автомобиль поднялся в воздух и взял курс по направлению к маленькому городу Лоутон в юго-восточной Англии.
Пролетев над Ла-Маншем, автомобиль оказался над территорией Англии, и Илте уменьшил высоту движения машины. Стали хорошо заметны очертания местности внизу. Лесов практически не было, но вокруг виднелись широкие поля и луга. Это создавало определённые неудобства для приземления, так как затрудняло отыскание уединённого места для того, чтобы автомобиль мог незаметно выйти из режима невидимости и смешаться с другими машинами на дороге.
Наконец, Илте выбрал узкую дорогу, пересекающую обширное поле, и автомобиль медленно стал двигаться на высоте десяти метров над этой дорогой. Вдали виднелась небольшая деревня. По дороге периодически проезжали единичные автомобили в противоположных направлениях, но из-за открытого пространства они находились в пределах видимости между соседними машинами. Илте ещё снизил положение их автомобиля. Теперь машина двигалась на высоте одного метра над полотном дороги. В тот момент, когда впереди едущая машина скрылась за поворотом дороги, Илте приземлил автомобиль, который стал ехать теперь уже по асфальтовому покрытию. Точно на повороте дороги Илте отключил режим невидимости. Теперь появление автомобиля с Илте и Алексеем никого не удивит: из находящегося впереди автомобиля можно было подумать, что машина с Илте и Алексеем давно двигалась позади и сейчас просто догнала автомобиль перед ними; точно так же, из ехавшего позади них автомобиля можно было подумать, что машина с Илте и Алексеем давно двигалась впереди и сейчас просто замедлила скорость своего движения, сократив расстояние до автомобиля позади них. Именно так всё и произошло: на появление автомобиля с Илте и Алексеем никто не обратил никакого внимания.
Автомобиль с Илте и Алексеем продолжал движение через раскинувшиеся с обеих сторон поля и луга со скоростью шестьдесят километров в час. На узкой дороге в сельской местности машины следовали спокойно, не обгоняя друг друга. Единственным неудобством было неправильное расположение машин на дороге, проистекающее из левостороннего движения, и привыкнуть к этому нарушению пространственного распределения потока машин Алексей никак не мог.
– И почему они не перейдут на нормальное правостороннее движение, как весь мир? – не удержался от высказывания своего недовольства Алексей.
– Ты пытаешься судить других по себе, – улыбнулся Илте.
– Ничего подобного, – возразил Алексей. – Я же говорю правду. И неправильное направление движения, и все эти пинты, унции, дюймы. Это же, действительно, так.
– Да, это так, – согласился Илте. – Я говорю о другом. Мы, русские, открыты всему окружающему миру, нам не кажется унижающим наше сознание повторить что-то у себя, что нам понравилось у других людей. Потому что мы знаем, в чём состоит наше истинное достоинство и уникальность нашей русской культуры. А те, кто больше всех бессмысленно обвиняет нас в закрытости, призывая к открытости, на самом деле больше всех пытаются оградить себя от влияния всего остального мира, думая, что соблюдение давно отживших формальностей является необходимым условием для сохранения их национальных особенностей. Это, конечно, глупо с их стороны.
– Это точно, – поддержал слова Илте Алексей. – Формальности мы не любим. Мы, русские, не будем прикладывать усилия, чтобы сделать что-то, в необходимости чего мы не убеждены. Пусть даже об этом говорит тысяча законов. Но зато при необходимости мы всегда сделаем то, чего никто в мире сделать не сможет.