Та самая психолог

Степан Мазур

Та самая психолог

Глава 1 – Мой. Личный. Кабинет

г. Ростов-на-Дону.

2021 год, начало осени.

Психология не спасёт от всех проблем, но поможет выйти на правильные вопросы. А дальше всё предельно просто: не справился – сам виноват. Справился, значит – психолог хороший попался, который помог во всём разобраться.

Эта история началась с одной женщины в возрасте почти тридцати лет, которая хотела изменить мир. Пусть не весь, но хотя бы привнести свои светлые пятна в общую серую картину. Ведь с её навыками психотерапевта нет ничего проще. А если удастся и чёрные области закрасить, то вообще не зря родилась. Всё получится! Как иначе? Не зря же Кира Солнцева отдала себя изучению дикого психоанализа. Позади были годы обучения на психолога и курсы повышения квалификации. Это помимо «базы», тонны выслушанных лекций, гор прочитанного материала и диплома сексолога в кармане, покрасневшего вовсе не от стыда, а от лозунга: «хочу всё знать». Но главное было в том, что за всё время обучения Сол, (как её называли друзья), не потеряла желания помогать людям и желала разбираться даже в самых запутанных ситуациях.

Медленно шагая по мокрому асфальту главной улицы города, Кира подошла к выкрашенной в бордовый цвет двери. Здание, что прилегало к ней, выглядело именно так, будто не дверь принадлежит зданию, а само здание пристроено к двери.

Таков Ростов-папа!

В поисках корней данной фразы Кира даже знала, что ещё 19 веке Ростов-на-Дону стали называть «Ростов-папа», тогда как Одессу – «Одесса-мама». И связано это было с криминальной культурой девятнадцатого столетия, а вовсе не архитектурой и близкородственными отношениями по стране. Но здание – древнее. Строение ещё времён самого Петра Великого. Даже на глаз настолько старым оно казалось, что вот-вот из подворотни появится дворник с бородой-лопатой и начнёт говорить: «извольте, сударыня!», а к мужчинам будет обращаться не иначе как «сударь-с». Мол, «пройдите до аптеки, милейший. Уж больно у вас болезненный вид-с. Как бы не чахотка-с, сударь-с».

– Зато самый центр, самое «яблочко», – вздохнула уставшая от долгой пешей прогулки Солнцева и стала рыться в сумочке в поиске ключа, пока воображение не начало дорисовывать к названию «Аптека» твёрдый знак, чтобы образ был ярче.

«Апътека» и никаких гвоздей! Так подскажет желание разукрашивать серый мир. Но ещё, когда Кира нервничала, вперёд всегда лезла «Люба» со своими внутренними комментариями. Её особая «изюминка». Тёмная сторона. Ну или по-научному – Альтер-эго.

Как это лечить никто никогда не расскажет. Ведь сама Кира в этом никогда никому не признается. Это её «фишка» и всё тут. Так всегда было, так комфортней. А все остальные пусть завидуют, что нет у них ни воображаемых друзей, ни подруг, да и жизнь серая и безынтересная, без «придуринки».

На первом этаже настолько старинного здания располагалась помимо неё так же небольшая кофейня, кабинет мастера маникюра и уголок спортивного питания, где толстухи и дрищи появлялись чаще, чем породистые качки и фитоняшки. А вот чтобы разглядеть лестницу на второй этаж, надо было постараться. Она терялась за декорациями, вывесками и рекламой.

Но поднявшись по ней, и пройдя два лестничных прохода, Кира оказалась у двери своего кабинета.

Кабинет психотерапевта Киры Солнцевой – гласило название на чёрной табличке золотыми буквами. Хотя вполне могло быть написано и «психолог». Главное, что не «психиатр», это совсем другой профиль.

Она мельком взглянула на табличку и улыбнулась.

Первый рабочий день! Настоящий, без навязанной свободной практики. Оплачиваемый! И первый клиент уже назначен.

Но до него ещё десять минут. Успеет налить себе кофе и нацепить улыбку на всё время приёма, иначе клиент поймёт, какой хреновый вечер у неё был вчера.

Что было вчера? Третье свидание за эту неделю и полный провал.

«Тандыр», чтоб его! Приложение, где сидят одни неудачники, ищущие разовых встреч на одну ночь. А сначала немного попробуешь попытать счастья, а потом тоже мотайся по городу, как дура и ищи предлоги, чтобы уйти с заведомо провального свидания.

А это даже свиданием не назвать! Просто пришли поглядеть друг на друга перед сексом. Но ведь для положительного эффекта нужно чтобы образ хоть отдалённо походил на тот, что был на фотографии. А когда к тебе за стол подсаживается ожившее дерево с серой кожей в оспинах, поневоле почувствуешь, что магии очарования в мире много, но её используют лишь против тебя.

Кира поморщилась от своих мыслей. Ладно, сидят там не неудачники, а люди, знающие точно, чего хотят. И умеющие без стыда и совести говорить об этом прямо. Жаль, что не заранее в переписке, а на самом свидании. Столько времени потрачено впустую. Затем ещё эти бесячие фразы «расскажи о себе» и «чем увлекаешься?». Осталось добавить «любимый цвет и певец» и беседа превратилась бы в школьное анкетирование, где оба бы сидели с разноцветными фломастерами на свидании.

Скукота!

И сказать откровенно, то если бы она заранее знала, что надо совать партнёру палец в жопу, то лучше бы провела вечер в кресле за любимой книжкой.

Ну не готова она страпонить первого встречного! Что поделать? Душа больше за классический секс болела, без выкрутасов. «Плюс-минус» минет и кунилингус, чтобы совсем за ханжу не приняли. А вот уже на второе-третье «свидание» можно и тёмную сторону показать. Всё-таки не в институте благородных девиц училась, и у неё есть потребности.

Да, может сесть на лицо. Но только своему, родному человечку. А таких пока в город не подвезли.

Кира вздохнула, понимая, что за время обучения кандидатов накопилось изрядно. Но и планка есть. Ну недостаточно ей «накатить пивка для рывка», чтобы оказаться в постели. Зачем только мама родила такую русую, сероглазую и принципиальную? Да, не высокая, но и не маленькая. Не толстая точно, но и не совсем худышка. С грудью достойной, но и не выдающейся. Словно там на небе, когда подкручивали ей регуляторы параметров, решили брать всё поближе к золотой середине. А по итогу страхолюдины с телевизоров рассказывают, как кувыркаются с утра до ночи и по дюжине детей рожают, а ей Малахову разве что про палец рассказать.

«Да и тот в жопе»! – вздохнула Кира, которой порой хотелось всю эту жопу жизни просто пнуть. Хорошенько так наподдать с пендаля и пусть бы там катилась себе с обрыва. А она бы сидела у этого обрыва в мягком кресле с мохито в руке и наблюдала как красиво катится. Кубарем.

Но пока в основном жизнь пинала лишь её. И что получилось у родителей, то и любите. Ну или не любите, то уже ваше дело. А она к своим тридцати сама знает, как лучше.

А что лучше? Что любить её надо обязательно! И лучше пару раз в день. Ведь каждая уважающая себя женщина хотя бы раз в жизни психанёт и таки сорвётся в гости к мужику, который ставит лайки на все её посты в социальных сетях. И там как следует ему отомстит. Сверху, потом сбоку, может даже позволит – снизу, чтобы ей тоже отомстили сразу обратно. Немного.

Но у Киры такого мужика не было. А значит «мстить» было некому. Видно зря в Книге обещали, что «каждой твари по паре».

«На некоторые экземпляры явный дефицит», – снова подумала Кира и за этими размышлениями сделала глоток чёрного кофе из автомата на первом этаже: «Так кто я на этом Ковчеге Жизни? Динозавр, белый кит или, может, королевский пингвин на роликах?»

Затем она поправила кресла в кабинете и ещё раз проверила запись в своём блокноте.

«Без пяти минут десять. Вот-вот придёт», – пролетело в голове.

Лёгкое волнение, мандраж. Подышать, подумать о хорошем, настроиться на позитивную волну и нести миру исключительно свет. Потому что грязи и мрака и так хватает. Взять хотя бы пиджаки со спортивными штанами или мороженное со вкусом сала.

– Всё! – вдруг расслышал кабинет с довольно хорошей звукоизоляцией благодаря толстым стенам и ремонту «под ключ» её восклицание. – Я настолько крутая и уверенная в себе чика, что всё пойдёт как по маслу!

Сколько она труда и ресурсов вложила в кабинет за лето? Сколько недель дизайн подбирала? Чтобы всё в тон, в цвет, да в гармонии. И вот, наконец, к началу осени, всё так, как надо. А дальше будет так, как она пожелает.

«По маслу? Надеюсь, речь не о смазке», – тут же раздалось в голове от Альтер-эго и Кира прикусила губу, чтобы собраться и не дать выйти Любе на первые роли.

Прогнозировать появление её тёмной сути было бессмысленно. Она появлялась как неожиданно поднявшийся ветер в поле и поднимала целую бурю вокруг себя. Избавиться от Любы было невозможно, сколько бы методик и техник самоконтроля Кира не перепробовала. Но иногда её можно было замедлить, чтобы сгладить последствия. Или отвлечь чем-нибудь. Например, почитать хорошую историю с элементами эротики, где можно здорово посмеяться, но в то же время кто-то осторожно показывает край нижнего белья, а то и фильмец или сериал глянуть, где спят по утру в одной постели с любовником без одежды или хотя бы не натягивают одеяло до подбородка. И боже упаси их по утру целоваться!

Вдох-выдох. Вдох-выдох.

«Всё, успокоиться. Всё будет хорошо», – подтверждались в голове самонастройки.

Ровно в десять ноль-ноль раздался стук в дверь. Она медленно приоткрылась и из-за порога послышалось:

– Можно?

– Да, входите, – тут же собралась Солнцева, как и положено психологу со стажем. Или сексологу с опытом. Благо она теперь могла с умным видом называться и так, и этак.

В кабинет вошёл ещё молодой, но уже повидавший жизнь человек. На вид ему было около тридцати. Ровесник. Невысокого роста, с большими карими глазами и довольно приличной длины причёской. Волосы зачёсаны назад. Но не то, чтобы зализаны, как в рекламе укладки.

«Не щёголь. Но и на нищеброда не тянет», – тут же выдала своё экспертное мнение Люба: «Можно присматриваться и гадать, конечно. А можно усадить на стульчик и начать задавать вопросы. Так что давай, сучка, расспрашивай его уже в своё удовольствие! И спроси в лоб – какой размер? Хотя нет, это должен быть второй вопрос! С предысторий в стиле «а вам не мешает ходить с таким дрыном»?

– Доброе утро, хотите кофе? – спросила Кира первым делом, не спеша даже переходить на «ты», пока не узнает причину обращения к специалисту.

А не то, что там Люба себе надумала.

«Кому вообще интересен размер члена? Главное, чтобы человек был хороший! Ну и… не меньше пятнадцати», – подумала она с улыбкой.

«Дистанция, этика. Бе-бе-бе! Тоска же смертная»! – тут же возразила Люба: «Спроси хоть, как часто меняет партнёрш. А то, глядишь, и на тебя время найдёт. Ой, а ещё знаешь, что сделай? Упади в обморок! Но предварительно расстегни пуговку на джинсах. Полезет – хорошо. Нет – спроси, не болен ли»?

Кира невольно едва заметно покраснела. Парень всё-таки ничего, такого можно и ногами оплести, взяв в захват и потребовать «Немедленно на мне женитесь, раз уж так смотрите!». А ей как раз такой нужен.

«Может, и этот экземпляр пригодится, если с тараканами в голове всё не слишком запущено», – обнадёжила себя Кира и снова улыбнулась.

– Нет, спасибо, – ответил на первый вопрос мужчина и сделал такой вид, словно сразу готов был ответить и на вопрос Любы.

Вид ещё самоуверенный, с лёгкой придурковатостью во взгляде. Но как раз Кире такие были по душе. Ведь если с человеком после секса нельзя помахаться подушками или пробраться на ночную крышу под звёзды с бутылкой вина подмышкой, то какой смысл?

– Я, честно говоря, первый раз у психолога, – добавил он тут же, сбавив обороты на четверть шишечки. – Похоже, это уже диагноз.

– Диагнозы ставят психиатры, а я работаю с «нормой», – ответила, как профессионал Кира. – Психотерапевт это всё же больше терапевт. По части эмоций, чувств, ну и прочих шестерёнок в голове.

Конечно, она не стала уточнять, что понятие «нормы» в последнее время тем более расплывчатее, чем больше в мире придумывают гендеров вопреки доводам биологии. Но парень выглядел обычным мужчиной, не было даже кольца в правом ухе, чтобы намекать на обратное.

И она тут же пошла ва-банк:

– Как тебя зовут?

Воображение уже рисовало, как запотевшая бутылка полусладкого покидает холодильник, а они, порядком разогретые и розовощёкие глупо хихикают. У него сто пудово пух на плече от подушки прилип, а у неё вид взлохмаченный, но довольный. И по лицу обоих всё видно, что был секс, а то и оргазм. На двоих.

«Вот так, детка»! – тут же зауважало её Альтер-эго за это стремление к покорению первого попавшегося мужчины без кольца на обручальном пальце: «Седлай жеребчика! То ли ещё будет».

– Я – Дмитрий, – скоромно представился мужчина и тут же открутил параметры «мужественности» и «сексуальности» с девяноста процентов где-то до тридцати в продолжении речи. – И у меня совсем ничего не выходит с девушками. Мне почти тридцать, а все отношения, что были это… в восемнадцать по пьяни. И в двадцать восемь с женщиной вдвое старше меня. А я хотел семью. Я всё ещё хочу семью, вернее! Но никто со мной семьи не хочет. Я… конченный?

«Кончи в меня»! – тут же воскликнула Люба, которой процентовка мужественности как раз была не так важна, как размер и умение обращаться с инструментом внедрения: «Ладно, сначала в тебя, Кира… Но, чур, я буду смотреть!»

Солнцева поморщилась и вдруг поняла, что перед ней банальный нытик. Всё-таки если у человека две руки, две ноги, он красив и… (даже чертовки красив!), то какие могут быть оправдания? Бери и живи на полную катушку!

«Вот раньше мужчины были. Храбрые и прямолинейные. Как мой папа», – тут же разочаровалась психолог в мужчине как женщина, но заинтересовавшись как специалист: «Приехал откуда-то с севера, покорил маму, купив ей пирожок на улице, поговорили на остановке, одел ей шапку с ушами, а через полчаса уже расписались за две бутылки шампанского по знакомству. А это что за чудо с видом скулящего щенка в высоком, поджаром теле? Пришёл и разнылся вместо того, чтобы тихо-мирно сделать себе харакири».

Что делать? Надавать бы ему по щекам, крикнуть «одумайся!» и увести под ручку учить плохому? Но к сожалению, клиентов ей бить было нельзя, как и кричать на них. И материть на чём свет стоит профессия тоже не рекомендовала, иначе не заплатят. И так мало людей, которым это действительно нравится.

Выходило, что современная психология сама по себе как скулящий щенок. И лечить по большему счёту можно было советами, утешением и примерами из жизни. Например, кивая на тех, кому живётся ещё хуже.

«А током как в старину уже не бьют и принудительной мастурбацией женскую истерию не лечат. Новое время, новые методы. Вся людская экспрессия выплескивается разве что на первых каналах в ток-шоу про сирых, убогих и альтернативно-одарённых», – хмыкнула Люба и поспешила удалиться, дав понять, что дальше ей не интересно.

И едва она ушла, Кира, наконец, смогла сосредоточиться на текущей задаче.

– Сочувствую твоему одиночеству. Ты ведь так себя ощущаешь, да? Одиноким?

– Одиноким и жалким, – признался парень и в глазах застыли… слёзы. – Аж противно самому!

«О, сейчас соплями испачкает, отодвинься подальше», – тут же не утерпела Люба, появившись вновь: «Или сейчас тебе всё кресло намочит. Слезами, как минимум. Да ты посмотри на него! Таких даже от безлактозного латте послабляет ещё до начала любой опасности. Пересади лучше его в угол. Пусть скулит там. Но сначала оформи на него кредит в микро-займах под макси-процент, бери ипотеку на 30 лет без поручителя и пусть купит тебе автомобиль на сдачу, раз не собирается сражаться с твоими врагами на топорах тет-а-тет».

«Какой ещё автомобиль»? – не поняла Солнцева, у которой и водительских прав-то не было.

«Синенький»! – были ответы на все вопросы у подсознания: «А потом бросай его тут же. И пусть сам отдувается. Хороший мужик он же как щенок – выкинь на середину реки. И если выплывет – твой. А нет – не очень-то и нужен. Природе, где ты – доминирующая самка».

Кира на минутку задумалась о своём одиночестве и теме жалкости. Человек, который помогает другим в отношениях, сам испытывает сложности в них. Какая ирония. Но может это та нить, которая по итогу их свяжет?

– Дим, а расскажи зачем тебе семья? – спросила психолог. – С ней ты будешь чувствовать себя увереннее? Или она нужна тебе, чтобы самоутвердиться? Как сам думаешь?

Какое-то время клиент сидел молча, Кира даже начала сомневаться в правильности выбранного вопроса. Ведь сказал прямо «хочу». Но она точно знала, что верить всему, что говорят клиенты, нельзя.

Они врут. Почти всегда врут. И чаще всего – сами себе.

– Ну хорошо, давай попробуем по-другому, – тут же зашла с другой стороны Кира, как и советовала психология нытиков. – Сейчас я попрошу тебя сесть поудобнее и закрыть глаза.

«Так мы сядем ему на лицо»? – тут же спросила Люба.

«Заткнись»! – осекла её Кира, крикнув куда-то внутрь себя.

Дмитрий послушно следовал инструкции мозгоправки, даже ни разу не остановив взгляд на вырезе её блузки под белым халатом, который она накинула на плечи для более солидного вида. А зачем она, спрашивается, старалась? Всё-таки очки и белый халат – это как часть профессии. Если без очков, то не так умно выглядишь. А если без халата, то какой ты специалист? Телевиденье уже давно сформировало мнение обывателя, и доктор без халата выглядел подозрительнее, чем без диплома с арабским акцентом.

– Попробуй расслабиться и почувствовать своё тело, – начала спокойным голосом Кира, который ставила не один месяц, репетируя перед зеркалом.

Голос – важный атрибут психолога. Порой гораздо важнее знаний и базы. Потому что человек тебя не будет слушать, если шепчешь или говоришь неуверенно. И точно не будет принимать всерьёз, если у тебя голос как у мультяшного персонажа.

– Оно знает, чего хочет. Тело никогда не врёт, – продолжила Кира уверенно, как будто занималась этим каждый день и на практике, а не только в теории. – И вот ты спокоен, расслаблен, доволен.

«В смысле, и вот»? – тут же возмутилась Люба с комиксом в руках и тех же очках. Даже в халате, но халате домашнем: «Он что, ещё здесь»?

Кира улыбнулась сама себе слишком расшалившемуся воображению и постаралась не отвлекаться:

– Представь, что у тебя всё получается. Представь, что всё, что ты хочешь приходит к тебе с лёгкостью и спокойствием. А сейчас представь, что ты зарегистрировался в Тандыре.

– Тандыре? – повторил он слабым голосом, как будто уже умирал и читал перед кроватью своё завещание детям и внукам.

Но вот беда, подсознание подсказывало ему, что ради наследников ещё постараться нужно. А для этого и нужно заводить семью, создавая отношения с живыми людьми, соприкасаясь с порой ненавистным обществом в целом, чтобы отфильтровать, а затем вытащить из социального ада свою женщину, которую только предстоит переформатировать под свою «половинку».

– Приложении для знакомств… для секса, если точнее, – чуть сбилась Кира, так как после слова «секс», тело отозвалось и немного заныло от нехватки любви и ласки. – Ты молод, хорош собой. Знаешь, чего хочешь и кого ищешь. Попробуй представить эту картину в своём воображении.

«Так как в чужом не получится»! – тут же вставила шпильку Люба, почему-то встав в воображении самой Киры рядом в халате, но в бигуди и со сковородой в руках, как недовольная тёща перед зятем.

Клиент глубоко задышал и на лице появилась лёгкая улыбка.

– А сейчас я попрошу тебя медленно открыть глаза и вернуться в эту комнату, – продолжила она.

Дмитрий зевнул, открыл глаза, потянулся и как-то странно посмотрел на Киру. На щеках был заметен едва уловимый румянец. Но он был, что говорило о результате. Ведь никаких физических упражнений клиент не совершал.

Закрепляя результат, Кира тут же протянула клиенту лист бумаги и ручку, раздалась новая команда:

– А теперь пиши.

– Что писать?

– Пиши всё, что представлял.

Дмитрий неловко взял ручку в руки. Всё-таки многие со времён школы или института с ней не обращаются. Но ещё прежде, чем вывести первую букву, на лице его отразилась некоторая озадаченность, а в теле появилось напряжение. Писал он как на иголках. И дело было совсем не в почерке.

Уловив эти сигналы, Кира поняла, что не всё так просто…

– Прочти, пожалуйста, мне вслух то, что написал, – попросила она спустя некоторое время.

– Не могу, мне стыдно, – признался пациент.

Пришлось пойти на уловку:

– Давай ты прочтёшь, а я скажу тебе честно, что почувствовала в этот момент, когда ты читал.

По сути это – сделка. По типу «ты мне, я тебе». На сделку люди идут проще, чем на уговоры.

Дмитрий кивнул и с минуту собирался с духом, чтобы начать. Не смея торопить процесс принятия, Кира невольно засмотрелась на него. Молодой, симпатичный парень, среднего телосложения. Наверняка, лёгкий в обычной беседе и с неплохим чувством юмора. Он был в поиске. Запнулся. Искал. Снова запнулся. Но разве это повод для того, чтобы сдаться?

Однако, всё оказалось проще пареной репы. И вскоре Кира расслышала роковые слова:

– … Я ищу человека для романтических отношений.

«Человека? А почему ты просто не сказал «женщину»! – тут же воскликнула Люба довольно, отбросив халат: «Нет, подруга, ты как хочешь, а этот своё завещание читать у кровати будет коту с таким подходом. Потому что ищет чёрт знает кого».

Пока Кира переваривала услышанное, стараясь принять ситуацию как есть, Дмитрий договорил освобождённо:

– Кажется, я впервые вслух при ком-то признался в том, что я…

«Сучкин педик»! – тут же добавила Люба, погрозила сковородой и вздохнула с явным сожалением в голосе: «Блин, а всё так хорошо начиналось. Ладно, кончай его и зови следующего. Этот всё равно для общества потерян, а женщинам так вообще – конкурент! Хорошего мужика и так сложно найти, а тут ещё такие неопределённые человека ищут».

В довершении Люба показала Солнцевой чёрный пакет, пилу и розовые перчатки... с рюшечками. Хоть в душе и – маньяк, но всё-таки девочка.

Кира невольно прикусила губу, пытаясь ещё раз прояснить для себя этот момент:

– В том, что ты…?

– Кажется, я – гей, – кивнул Дмитрий и кашлянув, повторил. – Да, мне кажется, что я гей.

«То есть три десятка лет ты не замечал, а тут вдруг задумался»? – хмыкнула Люба и в руке её появился старый-добрый факел. Она тут же потребовала. – «Сжечь еретика»!

– Так ты представлял мужчину? – на всякий случай уточнила Солнцева.

– Я… я не знаю! Я много кого представлял!

Клиент опустил глаза и вдруг заплакал. Но ещё до того, как Люба разразилась очередной колкой фразой, Кира в душе скривилась, но лицом лишь мягко улыбнулась и протянула салфетку.

– С облегчением, Дима… Принять себя, конечно не просто. Но мы ещё поработаем над этим. Однако, начну вот с чего… не торопись. Просто подыши. Мы никуда не спешим и проработаем проблему как следует… Как ты?

– Мне… действительно немного легче, – признался Димка.

– Ты готов работать над собой?

– Да!

– Тогда до встречи на следующей неделе, – повеселела Кира.

Довольный клиент – новая встреча.

– Уже… прошёл целый час, да? – пришёл в себя клиент. – Ого, вот время летит!

– Академический час. Это сорок пять минут плюс перерыв, – кивнула Кира и добавила посвежевшим голосом. – Жду тебя в это же время в понедельник. Начнём копаться как следует. А там уже будет понятно, что да как.

Дмитрий не поднялся, но подскочил.

«Словно выпорхнул из кабинета на крыльях по ветру. Видела? Наша задача только в одном. Чтобы крылья те не стали с рюшечками»! – добавила Люба с усмешкой и только глядя на то, как захлопнулась дверь, снова появилась где-то рядом, приобняла за плечи и добавила по-дружески: «Ну ничего, скоро всё равно конец света. Мы всё умрём, а на там свете уже разберутся, что да как. Нам то инструкций как тут жить никто не давал, сами стараемся, но часто просто мутим воду».

Кира скривила губу. Не таким себе первый сеанс представляла. А вот Люба развлекалась по полной. Как делала всегда, когда что-то шло не так.