Герои не носят плащи (*70 иллюстраций)

Лидия Егоровна обрадовалась сразу, отдала Кузьмичу пакеты, а Стёпке сказала:

– Кузьмич, ты мой герой!

Стёпка тут же глаза округлил. Вроде его робот без плаща, а поди ж ты – уже совершил что-то героическое, раз героем назвали.

Оглянулся Рябов, а мама уже в кресле массажном сидит, папу на том вибрирующем посту сменив. А Машка-маленькая уже на его руках качается. В комбинезоне новом и соской с рисунком цветочка.

Но Матвей Андреевич решил не сдаваться, усами подёргал и сказал:

– Так, ребята. Дадим и маме пару минут отдохнуть, а сами пока пойдём за покупками. Кому что нужно?

– Кепку, – ответил робот с пакетами в руках.

– Не знаю, – пожал плечами Стёпка.

Плащ ему теперь точно был не нужен, а колготки и подавно. Пусть их зарубежные супергерои носят и на ветру позируют, а свои отечественные одеваются попроще, но делают больше и чаще.

– Много брать не будем, – повторил слова мамы папа и завёл сына в отдел детской одежды, потом в другой отдел, третий… Где-то через час все трое вышли с парой пакетов в руках. Даже папа несколько нёс, совмещая с переноской дочери на руках. А у робота вообще четыре пакета уже, все руки заняты. Ещё и кепкой «ХК Амур» на голове красуется, чтобы на будущее на солнце не перегрелся.

Оглянулся Стёпка с мыслью, кому бы свои два пакета отдать, чтобы тяжести не таскать?

Из рыболовецкого отдела дед идёт с полными руками пакетов со снастями и рюкзаком за плечами, откуда удочка торчит. Ему много не вручить. А из кондитерского отдела уже бабушка идёт. Не с пакетами, но с эко-сумками. Сверху только мешок муки торчит. Сразу видно.

Стёпка даже к маме повернулся, а у той в руках тоже пакетов хватает. И женщина-продавец с довольным видом ей вслед машет.

– Приходите ещё! – говорит. – Вы сегодня мой лучший клиент!

Она же не знает, что Рябовы много брать не собирались.

Перехватив свою ношу поудобней, Стёпка сразу понял, что трудности придётся самому преодолевать.

Но однажды кто-нибудь обязательно назовёт это супергеройским поступком.

Глава 13 – Домашнее задание

Старшие Рябовы ушли к себе на квартиру. Готовить и готовится к будущей рыбалке, средние Рябовы распределились по своей квартире, раскладывая вещи, а младший отпрыск только успел умыться после возвращения с магазина, как в дверь постучали.

Стёпка открыл, а на пороге Маша стоит. С листиком в руке и карандашом за ухом. А на лице – сама серьёзность.

– Слушай, нам в садике домашнее задание задали… Поможешь?

– Ха, в садике, – повторил Стёпка и впустил гостью.

Сам то он уже садик не ходил. Пусть и покинул предварительно, заранее, но тоже какое-никакое достижение.

«Подумаешь, детей побрил и учительницу подстриг на пару с роботом», – подумал мальчик: «Нам было не жалко, только директриса почему-то такой поступок не оценила и так и не простила. Вот такие они –взрослые. Прощать совсем не умеют».

И Стёпка присмотрелся к листику:

– А что задали?

– Нар’исовать др’узей, – ответила Маша.

– И что в этом сложного? – не понял мальчик.

– Так мне на листике места не хватает, – пожаловалась соседская девочка. – Я как начинаю р’исовать тебя, р’обота, Кор’ку, Тимку, Салюта, Стивена, так место ещё на р’обокоте заканчивается.

– Ну, главное, что я влезаю… И Кузьмич, – добавил, немного подумав Рябов и тут же повеселел. – Иди в мою комнату. Есть у меня одна идейка!

Маша прошмыгнула в детскую, а Стёпка некоторое время копался в шкафу в зале, после чего вернулся в свою комнату с большим свёрнутым плакатом-ватманом в одной руке, с красками и карандашами в другой. И как давай его на полу разворачивать, так всё свободное пространство в комнате на ковре и занял.

– Ого! Да здесь целый двор можно поместить, – воскликнула Маша и тут же присела рисовать с одного края.

Тогда как Стёпка и Кузьмич заняли два других угла, а с четвёртого конца присел робокот.

Придавив роболапкой угол, он на всякий случай спросил:

– А это ничего, что люди с животными и роботами дружат?

Сказал он это на двух языках, отчего на него сразу посмотрели и люди, и Тимка с подоконника.

И даже собака к нему принюхалась. После чего добавила:

– Вроде наш, Рябовский. А говорит, как не наш. Может, сломался? Идите снова в магазин и какого-нибудь другого купите… И косточек.

– Ага, и молока не забудьте, – тут же поддержал Тима. – Снова. Молока много не бывает.

– Ничего я не ломался! – возмутился Салют. – Просто не привык ещё, что со всеми дружить можно. Мне надо потренироваться. Да вот хотя бы… с фикусом подружиться попробую!

И все посмотрели на фикус на подоконнике, который даже Тимка не трогал. Уж больно он был старый и мрачный был. Его хоть и поливали раз в неделю, но судя по виду, не очень-то и любили.

Тем более с ним никто никогда не дружил.

– Можно и с фикусом, – добавил Стёпка и тут же принёс лейку и полил цветок. – Ко всем можно подход найти.

Маша принесла пульверизатор и распылила на его листики воду, смыв пыль. Кузьмичу оставалось лишь протереть его сухой тряпочкой и немного разрыхлить почву. И стал фикус как новый.

Маша его даже посередине плаката дорисовала, подписав «фикус Сёма». А вокруг кактуса кого только не было: дети, коты, собаки, родственники. Всем места хватило. Все дружить умеют.

– Похоже, ещё одно доброе дело сделали, – заявил Стёпка и похлопал рука об руку, как это принято делать, когда завершаешь дело.

– Да уж, непыльная р’аботёнка. Спасибо, др’узья! – добавила довольная Маша, свернула ватман и понесла домой.

Салют присел возле похорошевшего фикуса, обнял его как родного и тут же пообещал:

– Я о тебе теперь заботиться буду. Веришь? Ну а для чего ещё нужны друзья?

Судя по обновлённому виду, фикус был очень доволен таким положением дел.

Глава 14 – Странные дяди

В этот день квартира вдруг опустела. Мама ушла гулять с дочкой, папа отбыл на работу, дед с бабушкой отправились к себе в квартиру, едва убедившись, что Стёпка выгулял Корку и накормил Тимку.

Вот и получилось, что Рябов-младший остался в квартире один, не считая роботов. Только Кузьмич стоял и заряжался на док-станции, а Салют использовал для этого дела кухонную розетку и по сути она оба были недоступны.

– Ничего себе! – воскликнул мальчик. – Так это я совсем один дома остался? – и как давай носиться из комнаты в комнату, а собака за ним.

Так им обоим радостно было, что бегали, пока не попадали на ковёр в зале, запыхавшись.

Тут в домофон кто-то позвонил. Рябов тут же пулей вылетел в коридор, подхватил трубку и спросил:

– Кто?

– Водопроводчик, – ответил хриплый, мужской голос.

– А у вас кепка есть? – уточнил мальчик, который на раз играл в Марио.

– Какая кепка? – смутился дядя.

– Ну, как у водопроводчиков, – объяснил, как мог Рябов.

– Нету у меня никакой кепки. Вы открывать будете? – рассердился дядя.

– Как же я вам открою, если у вас кепки нет? – ответил находчивый мальчик и положил трубку, так никому и не открыв.

Тогда Стёпка снова давай туда-сюда по комнатам носиться, чему лабрадор только радовался. Они так заигрались с собакой, что вообще про время забыли.

Но вскоре позвонили уже в дверь.

Рябов подставил стул, заглянул в дверной глазок, а там дядя стоит… В кепке!

– Кто? – снова спросил мальчик, даже не думая открывать дверь.

– Проверка газа! – донеслось из-за двери уже другим голосом.

– У нас и кепка есть. Сейчас покажу, только открывайте! – добавил тот первый голос, который звучал по домофону.

– Тише ты, не высовывайся. Спугнёшь, – донеслось следом гораздо тише, но в квартире была тишина, ведь никто больше не бегал, и можно было расслышать.

– А зачем кепка при проверке газа? – тут же спросил Стёпка, смекнув, что этот голос он уже слышал.

– Чтобы мальчики любопытные спрашивали! – снова рассердился странный дядя. – Вы открывать будете?

– Буду-буду, – ответил мальчик, убрал стул обратно на кухню и давай снова по комнатам туда-сюда бегать, даже не думая никому открывать.

Выждав пару минут, но так и не расслышав звука замка, дяди снова позвонили.

И спросили требовательно:

– Почему не открываете?

– Время-то не резиновое!

«Как же я вам открою для проверки газа, если никого из взрослых дома нет»? – подумал развитый не по годам Стёпка и уже хотел пойти будить Кузьмича на заряжающей станции.

Но тут дяди сдались. Им эти умные мальчики поперёк горла стоял. К счастью для них, среди соседей всегда можно было найти глупеньких девочек. И дяди давай звонить соседям.

«Там же наверняка Маша одна дома сидит»! – забеспокоился Рябов.

– Кто? – донёсся голос из-за двери от девочки-соседки с косичками.

– Водопроводчик! С кепкой, – ответил один голос, но сразу на все вопросы.

– И проверка газа. Без кепки! – подчеркнул другой.

– А совесть у вас есть? – тут же спросила Маша.

– Совесть? – переспросил один. – Такого в наборе нет.

– Зачем ещё совесть? – добавил другой. – Такой комплектации не предусмотрено!

– Я же спала! – объяснила девочка. – Не могли прийти в другой день и звонить, когда меня нет?

– Нам спать днём некогда! Вы открывать-то будете? – снова потребовал дядин голос.

– Ага, сколько можно ждать? – возмутился второй.

Стёпка на секунду испугался, что Маша сейчас начнёт дверь открывать сначала свою, потом их общую.

Но соседка тоже была смышлёной девочкой. Не зря же они дружили! Поэтому Маша только зевнула в голос и сказала:

– Нет.

– Что нет? – уточнил дядя, теряя терпение.

– Газа у нас никакого нет, – заявила девочка, с которой родители разговаривали на эту тему и никому не позволяли открывать, пока сами не попросят. – А с электричеством и водой у нас и так всё в порядке!

Тут-то Стёпка и заулыбался сразу. Так радостно ему было, что соседка у него умная.

«Даже среди девочек немало умных бывает», – понял всё мальчик и соседку поддержал.

– Уходите уже! Вы бы ещё мороженного с пирожными предложили, – добавил он из-за двери насмешливо. А то собаку разбужу! Корка… голос!

И лабрадор как давай лаять.

Странные дяди ушли сразу, так не солоно и хлебавши. А дети дождались взрослых и всё им рассказали.

Те так обрадовались, что купили им и мороженное, и пирожное сразу. Ведь главное в доме – это безопасность. Дядей с тётями всяких посторонних пускать в него нельзя, кем бы они себя не называли и что бы не обещали.

А в кепке они или нет, это не важно. Взрослые приходят, когда другие взрослые дома.

Глава 15 – Масленица

В это утро папа разбудил Стёпку пораньше. Присел на край кровати и спросил без всякого предупреждения:

– На масленицу поедешь?

– Куда? – сонно переспросил мальчик.

– На масленицу. Блины есть, – ответил папа.

– Блины я люблю, – ответил сын и размечтался.

Папа дал пару минут, чтобы проснуться и собраться, добавив только:

– Собирайся. И робота возьми. А то твоя мама говорит, что я с тобой мало времени провожу.

Блины Стёпка любил. И ничего против них не имел. Поэтому подскочил с кровати и даже робота на док-станции растолкал.

– Кузьмич, поехали!

– Куда? – встал с зарядки робот.

Он почти зарядился до максимума. Одного процента не хватило. Через пару минут сам бы очнулся.

– Как куда? На масленицу! – добавил мальчик с восторгом. – Блины есть!

– Зачем есть блины? – уточнил робот. – Они же жирные, изнутри заржавею. Но я могу ими снаружи смазываться. Тогда жировой слой защитит меня от коррозии.

– Мазаться не обязательно. Ты можешь мне все блины отдавать, – нашёлся Стёпка и принялся одеваться, обуваться и даже побежал чистить зубы.

Через полчаса они ехали на набережную Амура, где уже начались народные гуляния. Там музыка играет, исполняют на народных инструментах и слышится что-то бодрое через динамики. Людей видимо-невидимо и машин столько, что не протолкнуться.

Пешком пришлось идти довольно много. Заодно и проголодались.

А как пришли, смотрят Рябовы, а у реки столбы стоят высокие. И мужики, раздевшись по пояс, на те столбы взобраться пытаются без подручных средств. Но все обратно сползают. Так как столбы тёсанные. И скользкие на морозце.

– Зачем это они туда лезут? – спросил у папы Стёпка.

– Известно за чем. За сапогами! – хмыкнул папа и усы почесал, так как сам был не прочь вспомнить молодость, раздеться и полезть наверх. Себя попробовать. Народ посмешить.

– О, сапоги! – тут же заинтересовался Кузьмич, так как свои старые, которые ему достались от деда Андрея, он уже порядком поизносил.

– А блины где? – отвлёкся самый младший Рябов и папа понял, что ни на какой столб не полезет, пока сына не накормит.

Да и чего уже лезть? Годы не те. Всё-таки с ним ребёнок, ответственность.

Вздохнув с сожалением, Матвей Андреевич повёл наследника вдоль рядов, где стояли столы, газовые баллоны, плитки и на больших сковородках блины делали, тут же раздавая всем желающим.

– Походи! Блин бери! Горячий, румяный, весь без изъяна! – уверяли зазывалы.

Папа тут же две порции и перехватил. На тарелочках одноразовых. С вилочкой пластиковой. Блины даже сгущёнкой полили.

Поедая свою порцию, он даже перестал переживать, успокоился. А когда потёр раскрасневшийся от бодрой погоды нос, сказал:

– А раньше прямо на кострах и готовили. Сунут сковороду и готово. Но набережная – культурное и общественное место, здесь только один костёр разрешают. Зато какой!

– Какой такой костёр? – тут же заинтересовался Стёпка, лопая свои блины, но тут обоим пришлось отвлечься. Так как оба Рябовых поняли, что кого-то третьего не хватает.

– А где робот? – спросил папа.

– Он что-то про сапоги говорил, – вспомнил Стёпка и они с папой синхронно глаза на столб подняли.

А там на самой верхушке Кузьмич сидит и сапогами машет, крича:

– Матвей Андреевич, а все сапоги брать или только те, что нравятся?!

– Зачем тебе все? Одни бери и слезай! Остальные другим оставь!

– А какие брать? – крикнул робот в раздумьях.

– А какие на тебя смотрят? – крикнул в ответ папа.

Задумался Кузьмич. У сапог же глаз нету. Как им на него смотреть? Даже никакой видеокамеры люди им не установят. А интернета рядом нет. Спросить не у кого.

Пришлось брать по цвету корпуса. Синие. И к Рябовым Кузьмич вернулся уже в новеньких, блестящих сапогах. Вместе с недавно приобретённой кепкой он смотрелся модно.

– Ну всё, к лету готов. На рыбалку можно ехать, – сказал он и тут же о деде вспомнил. – Андрей Егорович на рыбалку обещал взять.

– Так рано ещё рыбачить, – хмыкнул папа. – Вот лёд на Амуре тронется, потом вода потеплеет, тогда и поедем… Все поедем!

Только Рябовы блины доели, как зазывали опять давай кричать и вокруг сложенных друг на друга досок бегать. А там свой столб. Поменьше. И чучело к нему соломенное привязано. Только Стёпка рассмотрел его, только заметил, что в косынке и женщине принадлежит, как подошёл мужик с факелом и подпалил дрова.

Вспыхнул костёр высокий! Аж жарко сразу стало всем, кто рядом стоял.

– А зачем они тётеньку спалили? – спросил Стёпка.

– Это зима, – ответил папа, потёр красный нос и добавил. – Символ обновления. Смена времён года, считай. У нас такая зима на Дальнем Востоке, что пока её не спалить, сама не уйдёт. Так что на рыбалку и дачу ещё не скоро выберемся. У дома пока гуляйте. Там теплее.

Стёпка кивнул. Он так любил поводить время с папой и лучшим другом. Так и гулял бы целыми днями с ними где угодно. И всё равно не нагулялся.

Блины только, жаль, не везде раздают.

Глава 16 – На день рождения по-соседски

Стёпка стоял перед зеркалом и причёсывался. То влево пробор сделает, то вправо, то выпрямит чёлку, то попытается назад зализать гелем для волос. А она упрямая и всё равно назад выправляется.

– Какой непостоянный людь, – оценил этот манёвр Кузьмич и тут же спросил участливо. – Зачем человекам столько шерсти на голове? Чтобы гладили? Вы же сами для себя работаете. Попрошайничать, как котам не надо. А собак тоже вы кормите.