Завет Петра. Аудит империи

Мой взгляд, невероятным образом обострившийся на пороге смерти, уловил малейшее движение рядом с убийцей: светлейший князь Меншиков уже извлек откуда-то из складок камзола узкий стилет. Алексашка не сводил с меня хищных глаз. Он просто ждал. Ждал, когда грохнет выстрел, чтобы в ту же секунду показательно зарезать стрелявшего.