Темный Вестник

Я посмотрела в окно, стараясь понять сколько остановок уже позади. Сколько их еще осталось? Присмотрелась и с облегчением поняла, что продремала всего три остановки. А значит впереди у меня их еще десяток, не меньше.

Расслабившись, мне вновь захотелось закрыть глаза, но я понимала, что могу уснуть куда крепче и в итоге проехать свою остановку.

– Привет, – услышала я незнакомый мужской голос. И так как никого знакомых я встречать не планировала в такое время и по данному маршруту, сделала вывод, что обращались не ко мне. Но на мужское приветствие никто не откликнулся, и у меня начали прокрадываться сомнения. – Эгей, ты спишь?

Мне стало не по себе. Вот уж где я не любила заводить знакомых, так это в автобусе в пять часов утра! В первое мгновение у меня прокралась мысль и правда притвориться спящей, в надежде, что незнакомец потеряет ко мне интерес. Но что-то было не так. А именно мой рюкзак. Он лежал сбоку от меня и как раз с той стороны, откуда и звучал голос незнакомца.

Попробует обворовать? Особо, конечно, нечего. Рюкзак я взяла скорее по привычке, нежели из надобности, но все же эта мысль не давала мне покоя.

Я открыла глаза и повернулась к незнакомцу.

– Привет, – улыбнулся он. – Значит все же не спишь.

– Как видишь, – сказала я, перемещая рюкзак ближе, и укладывая его на коленях.

Мой жест, к сожалению, был воспринят не верно. Парень, а он оказался именно парнем, но никак не мужчиной, видимо подумал, что я освобождаю место для него, а потому тут же опустился рядом.

Я поморщилась, но ничего говорить не стала, просто отвернулась к окну.

– С вечеринки едешь? – спросил он. И я тут же поняла, что он был как раз из той компании молодежи. Вот только осталось их всего двое. Этот, что подошел, и еще один стоял в начале автобуса и не отрывал от нас глаз.

– Нет, – ответила я, чувствуя себя не в своей тарелке.

– А мы неплохо погуляли сегодня, – я мельком взглянула на него. Его перекошенную от выпитого алкоголя лицо озаряла пьяная улыбка. Скривившись от увиденного начала придумывать план отступления. Вот только какой?

– Может, присоединишься к нам, продолжим?

Я боялась услышать нечто подобное. И вот теперь мне однозначно стало страшно. Чтобы не навлекать на себя еще большей беды я решительно молчала. Но рука автоматически влезла в карман пальто и сжала телефон. Что-же делать? Попросить помощи у пассажиров? Вряд-ли кому-то захочется ввязываться в подобную ситуацию. Да и в салоне как на зло находились только женщины. Как же так?

Не обращая внимания на мое молчание, парень закинул руку мне за спину, планируя обнять. Заметив это, не дожидаясь пока я окажусь в его объятиях, я вскочила с места и перешла в середину автобуса. Парень ухмыльнулся, но за мной не последовал. Мое сердце бешено стучало. Я обернулась к его напарнику и мне не понравилась его ухмылка. Такая наглая и скользкая, будто сколько бы я ни бегала моя судьба на сегодняшний день в их грязных руках.

Я вжала голову в плечи, закинула за спину рюкзак и дрожащей рукой достала из кармана телефон. Остановившись возле средних дверей спряталась за женщину и открыла список контактов. Кому я могла позвонить? В полицию? Наверное, это был бы неплохой вариант, но, просматривая список в телефоне, мой взгляд остановился на практически незнакомом имени. Четыре заглавные буквы, что он для меня значит?

И почему именно ему?

Мысленно помолившись богу, чтобы он ответил в столь ранний час, я нажала на кнопку вызова и приложила телефон к уху.

Один гудок и заговорил женский, компьютерный голос, оповещая о том, что я могу оставить сообщение на автоответчик.

– Нет, нет, нет, пожалуйста!

Второй гудок, разрешающий говорить, и вот я молчу, не зная, что сказать.

– Найт! – прошептала я в трубку, не понимая, как объясниться, как рассказать о той ситуации, в которой оказалась. Как попросить помощи? И чем он может помочь, находясь в другом конце города? Ведь именно от него я сейчас и ехала. Вот только он об этом даже не знал.

Я набрала побольше воздуха в легкие, и проговорила на одном дыхании, не позволяя себе остановиться:

– Найт! Прости, я знаю, что сейчас очень рано, и ты далеко, но я не знаю, кому мне позвонить! Понимаю, что ты не должен вот так срываться ко мне в такое время, но, я еду в автобусе. Домой. Ко мне начал приставать какой-то парень, и он не один. Их двое. И я боюсь, что не смогу убежать от них. Что же мне делать?

Последние слова я проговорила уже практически в слезах. Отключившись, я вытерла ладонью глаза, не давая соленым каплям покинуть их, и постаралась успокоиться. Мне нужно было всего лишь выбежать на своей остановке и прямиком броситься к дому. Да, именно так. На самоуспокоение у меня ушло около минуты. И все это время я бросала взгляды на двух парней, со злой усмешкой наблюдающих за мной. Внезапно я почувствовала себя маленькой мышкой, загнанной в угол двумя ободранными дворовыми котами. В тот момент, когда я уже было собралась с мыслями и настроилась на утренний побег, телефон в моей руке тихо завибрировал. На экране горело имя «НАЙТ».

Он прослушал мое сообщение? Почему-то меня бросило вначале в жар, а потом в холод. Зачем я ему набрала? Ведь решила же, что справлюсь сама…

– Алло? – ответила я, злясь на себя за поспешность.

– Мышка, какая остановка сейчас? – без приветствий прозвучал голос в трубке.

Я выглянула в окно, чтобы понять, где находилась.

– Проезжаем центральный парк, – ответила я, никак не вспомнив название следующей остановки. Моя голова попросту отказывалась думать. И причиной этому были не только два покусителя на мою девичью фигуру, но и ночь, проведенная без сна.

– Стоишь у дверей?

– Да.

– Делай вид что не собираешься выходить. Но на своей остановке бегом из автобуса. Если будут еще выходящие, пусть выходят следом за тобой, они задержат их. А ты бегом к светофору. Если зеленый, бежишь к дому. Если красный, не останавливаешься и бежишь дальше, к следующему. Главное не останавливаешься, поняла?

– Да, – мне было тяжело дышать. Найт выдвинулся ко мне? Ведь именно это я и услышала на фоне его голоса. Звук мотора. – Ты едешь?

– Скоро буду.

Я ничего не успела больше сказать или спросить, так как в трубке послышались короткие гудки. Закусив губу, я спрятала телефон в карман и приготовилась к побегу. Ведь моя остановка была через две.

Парни увидели мой разговор по телефону, и тот, что стоял в передней части автобуса подошел ближе. Когда пришло время моей остановки к двери направились еще две женщины. Одна остановилась рядом со мной, к другой же я обратилась с вопросом, чтобы немного задержать, и не позволить ей встать передо мной.

– Простите, не подскажете какая сейчас остановка?

– Дмитровская.

– А не подскажете, до Вокзальной еще долго?

– Три остановки.

– Спасибо!

Я сделала вид что пропускаю женщину, заметив, что парень отступил в сторону, но в этот момент автобус остановился и двери открылись. Вперед женщины я выскочила из автобуса. Светофор горел зеленый, но судя по отчету на нем, прошла уже половина времени. Бросившись к нему, я преодолела обе полосы на зеленый. Оглянувшись, увидела двух парней, застрявших на середине дороги. Однако, дожидаться зеленого их выпившие головы явно не планировали, тем более в такое время, да еще и в субботу машин было мало, и я увидела, как они бросились на красный.

Мысленно застонав, что было сил, побежала вдоль дороги в сторону дома. Дышать было тяжело, не привыкшая к бегу, после бессонной ночи, да еще и на холодном воздухе легкие заболели моментально. Внезапно прямо передо мной резко сбрасывая скорость остановился черный седан. А затем, отворилась передняя дверь. Как ошпаренная я впрыгнула на переднее сиденье, на ходу снимая рюкзак. Однако закрыть за собой дверь не успела, чья-то рука схватила меня под локоть и с силой выдернула из автомобиля.

Я закричала, стараясь ухватиться хоть за что-нибудь, но вместо этого лишь хватала руками воздух. Парень, что в автобусе все время наблюдал за мной со стороны, крепко держал меня под локоть, пытаясь куда-то увести. Второй, который и предпринял жалкую попытку знакомства со мной только-только к нам подбежал. На эмоциях он ударил меня по щеке, после чего прошипел прямо в лицо.

– В следующий раз будешь сговорчивее!

Я изо всех сил пыталась выдернуть руку, колотя державшего свободной рукой. В моменты коротких остановок пинала его, то по ногам, то пытаясь попасть в пах. И стоило мне почувствовать удар по лицу, во мне что-то вскипело, и я все же попала. От неожиданности он отпустил меня, а второй еще не успел схватить, а потому я резко развернулась и бросилась обратно к автомобилю. Но, не успела сделать и двух шагов, как врезалась в чью-то грудь. В первый момент я хотела было отпрянуть, подумав, что их могло быть трое. Но крепкие руки, прижавшие меня к себе, пытались защитить, а не навредить, и я инстинктивно прижалась сильнее.

– У вас есть какое-то дело к моей девушке? – прозвучал спокойный голос Найта.

– У нас? – услышала я смех за спиной. Совладав с эмоциями, я подняла лицо, чтобы посмотреть на мужчину, и увидела изогнутые в злой ухмылке тонкие губы.

– Мы бы хотели одолжить ее у тебя, на пару часиков, – подал голос второй парень.

– Одолжить вам? – Найт провел рукой по моим волосам, будто успокаивая. – Увы, но она слишком хороша для вас.

– Да что ты? Вот мы и проверим, – один из парней бросился на нас, но Найт подхватив меня на руки, сделал несколько шагов в сторону, отчего тот, не рассчитывая на подобный ход, упал.

– К машине, быстро, – услышала я, пока Найт опускал меня на ноги. Мне не нужно было повторять дважды, и я тут же рванула к черному седану. Что творилось у меня за спиной я не знала, так как решила не повторять дважды за утро одну и ту же ошибку – останавливаться, чтобы оглянуться. Запрыгнув на переднее сиденье автомобиля, я тут же захлопнула за собой дверь и зажала кнопку, блокируя замок. Подняв свой рюкзак с пола, прижала его к себе и выглянула в окно, только сейчас готовая обернуться. Один из парней, тот, что ударил меня, уже лежал на земле без движений, второй еще держался на ногах, но было видно что ему это давалось с трудом. Найт по большему счету пропускал все неуклюжие удары мимо, то отходя в сторону, то делая шаг назад. В какой-то момент, видимо, эта пляска надоела и ему, и парой ударов он уложил на землю второго.

Достав телефон, он сделал короткий звонок, после чего направился к машине.

Мне было страшно на него смотреть. Его глаза просто горели тихим пламенем злости. И можно было понять, кому эта злость предназначалась. И если бы хоть раз он все мне высказал! Нет же, я знала, что он сейчас откроет дверь своего седана, сядет за руль, заведет мотор и резко рванет вперед. Через две минуты мы подъедем к дому, он откроет мне дверь. Я выйду, а он тут же уедет своей дорогой.

Молча.

Ни одного слова.

Как всегда.

Как я и думала, Найт сел в автомобиль и даже не взглянув на меня сорвался с места. Покрышки колес, недовольные таким обращением, завизжали, цепляясь с асфальтом. В этот раз до моего дома мы добрались даже быстрее, чем я предполагала.

Я сделала глубокий вдох и прежде, чем заглохнет мотор, прежде, чем Найт выйдет из машины, чтобы открыть мне дверь, прошептала.

– Прости.

Мотор заглох, а Найт повернулся ко мне.

– И чего тебе не спится в такую рань?

Я повернулась к нему, не услышав в его голосе ни нотки злости.

– Я… – я не знала что и сказать, просто продолжала смотреть на такое красивое, я бы сказала, идеальное лицо мужчины. И когда я успела в него влюбиться? Это явно было глупо, крайне глупо с моей стороны.

Что я могла сказать? Что вчера вечером случайно увидела его в ТЦ у книжного, и мне в голову пришла самая дурацкая мысль, которая только могла прийти в мою голову. Я чувствовала себя просто ничтожной, ненормальной дурой. Я проследила за ним до самого дома. Потом увидела, как к нему пришла девушка, после чего в комнатах тут же погас весь свет. Всю ночь я продолжала следить за окнами, в которых вместе со светом гасла и моя надежда. К тому времени как наступило утро, небо приобрело серый оттенок, а девушка так и не вышла, я уже была спокойна. Мне не хотелось плакать, как не хотелось и всю ночь, я лишь желала узнать есть ли у меня надежда. Убедившись, что нет, поехала домой. Мое настроение было подобно небу над головой. А сейчас он еще и заговорил со мной. Впервые. Ведь раньше все наши редкие встречи проходили в молчании. Что изменилось? Он заговорил, зато вот я потеряла дар речи.

– Ты сегодня молчишь, – выдохнул он, закидывая руки за голову и устремляя взор в лобовое стекло.

– Прости что разбудила, – я не знала, что сказать. Я правда сегодня была не в духе. Особенно после последних событий. Однако, мы и встречались с ним только в такие моменты.

– Я не спал. Просто не ожидал звонков, потому и не ответил сразу.

– А тебе почему не спалось? – рискнула я все же спросить. Ведь дома он явно был не один. Или же с той девушкой они…

Найт улыбнулся, поворачиваясь ко мне.

– Наблюдал.

Я округлила глаза. Его взгляд говорил сам за себя, и мне вдруг стало так стыдно за все свои мысли и действия вчерашнего вечера и ночи, что была готова провалиться сквозь землю, или же…

– Я пойду. Прости еще раз. И, спасибо, – прошептала я. Но голоса своего совсем не узнала. В попытке сбежать я дернула за ручку двери, чтобы открыть ее, но та не поддалась. Дернула еще, но ничего не изменилось.

– Мышка, ты правда думала, что я не увижу как ты следишь за мной?

Я тяжело дышала, не зная как реагировать на слова парня. На правду, которая так грубо звучала в его словах. Да, глупо, и да, мне стыдно! Просто ужасно стыдно! В который раз я дернула ручку, но та вновь не поддалась. А глаза от стыда наполнялись слезами.

– И что ты проехала за мной на такси через весь город до самого дома?

Я готова была зарычать. Злилась сама на себя, на свое поведение, на весь вчерашний вечер и ночь. Злилась на глупые идеи. Мне было так стыдно, что я была готова провалиться сквозь землю. Или отмотать время назад, чтобы ничего этого не произошло, чтобы это был лишь сон, моей больной фантазией.

Но к сожалению все было реальным, как и тот факт, что моя очередная попытка открыть дверь автомобиля не увенчалась успехом. И мне ничего не оставалось кроме как, сгорая от стыда, напряженно придумывать что же я могла сказать в свое оправдание? Моим спасением сейчас была лишь ручка двери, которая никак не поддавалась, не желая выпускать меня на воздух.

Позвонив из автобуса Найту я сама себе подписала приговор. Приедет ли он в следующий раз, если я позвоню?

Уж лучше бы он молча открыл мне дверь. Как всегда, как раньше.

– Знаешь, почему тот таксист смог за мной проследить? – будто не видя моих попыток сбежать из его автомобиля и его вопросов продолжал он. – Только потому что я специально вел его за собой. Не давал потерять из виду.

И теперь я понимала, что мне не избежать этого разговора. Найт не сердился, не смеялся, он будто рассуждал вслух, разговаривая сам с собой. Ведь и взгляд его был по-прежнему обращен вперед. Я повернулась к мужчине, опустив лицо, так как была не в силах поднять взгляд и посмотреть на него.

– Вот только я думал, что ты зайдешь, – он повернулся ко мне, мне же было стыдно поднять глаза. – Я наблюдал за тобой. Ты не спала всю ночь сидя в этом дурацком кафе, без остановок поглощая кофе. И уехала утром. Почему?

– Я… – ну как я могла ответить на его вопрос?

Он протянул руку, обхватив мой подбородок и приподняв его так, чтобы я посмотрела на него, а не на коробку передач, разделяющую нас. И наши взгляды встретились.

– Почему?

– Я боялась, – мне хотелось отвернуться, только бы не смотреть так близко в эти спокойные черные глаза.

– Чего?

– Не знаю. Я видела, как к тебе зашла девушка, потом свет погас и… я была не в силах подойти к твоему дому.

Найт тепло улыбнулся, отпуская мое лицо и проводя большим пальцем по щеке. Мое первое впечатление от его улыбки тут же стерлось болью, что я почувствовала от его касаний, но не успела ничего сказать, так как он убрал руку и вновь перевел взгляд на лобовое стекло.

– У того кретина, что ударил тебя был объемный перстень на пальце, он и оставил эту царапину.

Я, конечно, не видела еще себя в зеркале, что меня безумно радовало, ведь если бы я знала в каком жутком виде сижу сейчас перед Найтом, у меня было бы еще на одну причину больше стыдиться, и я бы точно не смогла посмотреть ему в глаза.

– Заживет, – сказала я, не особо расстраиваясь по поводу царапины.

– Не нужно было вызывать скорую, – продолжал он, будто и не слыша меня. – Пусть бы мучились…

– Найт, – я помахала рукой у него перед глазами, приводя в чувства. Точнее, возвращая к реальности. – Заживет. Ничего страшного.

– Я ведь почти опоздал, – нахмурился он, вновь поворачиваясь ко мне.

– Но ведь успел.

– Да. Мышка?

– Что?

Голос у Найта был какой-то уставший, будто на разговор уходили все его силы.

– Свет в доме я погасил чтобы видеть тебя, иначе в окне отражался лишь свет от ламп. За окном ведь было уже темно. А живет в том доме сестра, не я, потому, одна больше туда не езди.

Я несколько раз моргнула, стараясь понять о каком таком доме говорит Найт.

– Хорошо, – почему-то вернувшись к теме вчерашнего вечера и ночи, я вновь почувствовала себя виноватой. – И, прости… – повторила я в очередной раз, понимая, что как всегда сделала неверные выводы. Со мной такое происходит постоянно, даже несмотря на то, что я когда-то пообещала себе не делать никаких выводов относительно Найта. Никаких надежд, никаких планов, никаких лишних мыслей. Я старалась, и до вчерашнего дня у меня все получалось. И что за черт потянул меня за ним проследить?

– И не пытайся за мной следить. Если хочешь, просто позвони.

Он зевнул, а я не знала что ответить. Сейчас мне хотелось задать лишь один вопрос, который вертелся в моей голове.

– Ты сердишься? – Найт всегда отвечал прямо, даже если ему нужно было сказать что-то неприятное, а потому я ждала самого страшного положительного ответа.

– Нет. Но ты заставила меня поволноваться.

– Почему ты не вышел ко мне ночью?

– Зачем? Это была твоя слежка, не моя.

Ну да. Он прав. Я сама же себя и наказала. И хорошо еще, что он не сердился, иначе как бы я себя чувствовала?

– Позвони подруге, пусть обработает твою щеку.

Разблокировав замки на дверях, он вышел из машины, обошел ее и открыл мою дверь.

Так вот в чем дело. Я же сама и заблокировала замок на своей двери, и совершенно об этом забыв пыталась ее открыть. И я не сводила глаз с ручки двери даже тогда, когда она отворилась и Найт протянул мне руку.

Но все же протянула руку, вложив свою ладонь в руку Найта. Он помог мне вылезти, но не стал как обычно отпускать, вместо этого притянул меня к себе и обнял.

– Не выходи сегодня из дома. Я не выспался и жутко устал, а потому, вернувшись домой лягу спать. И боюсь не услышать, если ты позвонишь вновь.

– Хорошо, – ответила я, не понимая происходящего. Впервые Найт обнял меня просто так, не защищая от кого-то. И впервые мы разговаривали как два нормальных человека.

– Позвони подруге, а потом и сама ложись спать.

Он отстранился и внимательно посмотрел в мое смущенное, удивленное лицо. Я ждала что он скажет что-то еще, мне приятно было слушать его. У него был немного хриплый, приглушенный, но в то же время сильный голос. Очень приятный и успокаивающий. Но чаще всего он молчал. Я ждала, но вместо слов услышала лишь прощание.

– Пока, мышка.

Отпустив меня мужчина вернулся в машину. Когда он уезжал я продолжала стоять у подъезда и смотреть как черный Audi А6 выезжает с территории двора.

Войдя в дом, я тут же рухнула на диван в гостиной и, то ли по совету, то ли по просьбе Найта, позвонила Мире. Та примчалась уже через двадцать минут, которые я упорно старалась не уснуть. А для бодрости успела выпить еще и кофе. Но, решив, что на сегодня с кофе все же достаточно и пора заканчивать гробить свой желудок, поставила на огонь чайник.

– Привет, подруга! – София обняла меня, и сразу начала раздеваться.

Пока она снимала верхнюю одежду, я закрыла двери и вернулась в кухню выключить засвистевший чайник.

– Ты не поверишь, что со мной случилось, а точнее, что я натворила!

– Лиа? – подруга так же вошла в кухню, с хмурым взглядом остановившись в дверях. – Ты в последнее время вообще меня начала пугать, а уж когда разговор начинается со слов «натворила» или «случилось», мне уже заранее становится страшно.

– Да, Соф, так и есть, я натворила и со мной опять случилось!

– Господи… – она подошла ко мне и мы вместе сели на диван. – Рассказывать можешь?

– Могу, – вздохнула я. – Нальешь чаю?

В себе я уже не могла найти сил для каких-либо действий. Мне еще нужно было набраться этих самых сил и заодно, храбрости, чтобы обо всем рассказать подруге.

– Конечно, – кивнула подруга и тут же поднялась.

– Я вчера встретила Найта в центре.

– Вы, наконец, поговорили? – спросила она, наливая заварку.

– Нет. Я взяла такси и следила за ним до самого дома.

– Ты что? – Софка повернулась ко мне всем телом, так и не поставив чайник на плиту. – Следила?

У подруги были светлые волосы и большие голубые глаза. Но сейчас ее глаза были еще больше. И я даже как-то съежилась под их напором.

– Да. Я дура, правда?

– Правда, подруга. Полная.

Она вернула чайник на место и перенесла на стол кружки с чаем. Я все же поднялась и с дверцы холодильника прихватила шоколадку.

– Ну, рассказывай, как хоть ты до такого додумалась?

Пока мы пили чай, я рассказала ей обо всем, начиная со вчерашнего вечера и заканчивая утренним уходом Найта. Для того, чтобы рассказать все, мне пришлось дважды обновлять нам чай.

– Вина не хватает, – внезапно сказала подруга. – А то голова от тебя кругом идет.

– А вино зачем? – не поняла я, так как сама не питала особого тепла к разному алкоголю.

– Говорю же, голова от тебя кругом идет.

Я улыбнулась, и прихватив миску с мандаринами мы с подругой переместились в гостиную.

– Ми, ты правда думаешь, что он не обиделся?

– Ты же сама говоришь, что он обнял тебя на прощание. И это замечательно! Между вами уже начинает что-то происходить.

Я нахмурилась и посмотрела на подругу.

– Что-то происходить?

– Ну сама посуди, вы наконец поговорили. Он обнял тебя на прощание, здорово же!

– Наверное, – я откинулась на спинку и прикрыла глаза. Почему-то заполнив желудок чаем их стало крайне тяжело держать открытыми.

– Лиа! – внезапно вскрикнула София и я даже подскочила на месте мгновенно просыпаясь.

– Что случилось?

– Ты сейчас уснешь, – резюмировала она, и я поняла, что она всего лишь предприняла попытку меня разбудить.

– Я знаю, прости.

– Ты не забыла, что Найт кое о чем тебя просил?

– Ммм… – не выходить из дома, это я помнила, но подруге об этом не говорила. Я все равно никуда не планировала, выспаться бы, а там и ночь настанет, опять же можно будет поспать еще. А вот что еще?

– Обработать твою щеку! – по слогам произнесла подруга, видя, что я никак не могу вспомнить.

– Точно, – поморщилась я. О неприятном всегда сложно вспоминать, но об этом я подруге рассказала. Чтобы случайно не забыть. Что в общем-то и произошло.

– Неси перекись. Думаю, ее тут хватит.

– Конечно, хватит, – согласилась я. Не мазать же мне всю щеку йодом? Я же тут с ума сойду от боли.

– А нет, еще пластырь, крикнула мне вдогонку подруга.

Покопавшись в аптечке я достала перекись, вату и на всякий случай прихватила полотенце. Вернувшись в комнату к подруге увидела, что та уже подготовила «операционное» место, освободив диван и положив подушку.

– Ложитесь, пациент Малика.

– Тебе нужно медсестрой идти работать.

– К счастью, образование не то, – посмеялась она, освобождая мои руки.

Я легла на диван, повернувшись левой щекой вверх. На шею и под подбородок Софка положила мне полотенце.

– Только не усни, – сказала она, заметив, как от соприкосновения головы с подушкой у меня начали закрываться глаза.

– Уснешь тут, – пробурчала я, готовясь к адской боли.

– Тогда не ори, – весело добавила она и тут же полила царапину перекисью. Я зашипела от боли и забила руками по дивану.

– Больно, больно, больно, черт возьми! Софка!

– Это не я, это перекись, – смеялась подруга, убирая стекающие остатки с щеки с помощью ваты, а потом, пока я еще не успела опомниться, полила еще раз.

– Вообще-то, это всего лишь перекись! И от нее совсем не больно, вся боль только в твоей голове.

Я слышала ее ворчливый шепот, но все равно продолжала шипеть уткнувшись лицом в подушку.