Торговец Правдой

Делать было нечего. Отступать – слишком поздно, да и некуда, если честно. Я сделал свою ставку, пошел в «all in», если говорить на языке азартных игр.

– Согласен! Давайте устроим веселье! – кивнул я, стараясь, чтобы мой голос не выдал и грамма внутреннего напряжения.

Они, усмехаясь, обменявшись самодовольными взглядами, прошли мимо нас, оставив за собой шлейф дорогого парфюма.

– Ну вот и всё… – выдохнул Сашка, когда они скрылись из виду. Его лицо было мокрым от пота. – Теперь дело за малым осталось. Просто победить и не облажаться, но в остальной части плана я уверен на все сто процентов. Денежки уже почти в нашем кармане!

– Да, но есть одно но… – согласился я, глядя им вслед. – Осталось всего ничего. Найти двести пятьдесят тысяч имперских рублей и не проиграть их завтра. Херня делов! Видимо, идея напечатать деньги была не такая уж и плохая.

Глава 4

Мы вернулись на наше место за гаражами, и тишина здесь была оглушительной. Я устроился на своем привычном «троне», перевернутом, проржавевшем ведре, когда-то позаимствованном со стройки рядом и теперь служащим мне верой и правдой. Из моей головы так и не выходила одна навязчивая мысль. «Где, черт возьми, взять деньги для завтрашней игры?» И ответа на этот главный вопрос у меня до сих пор не было.

Мы сделали ставку, поймали заносчивых аристократов на крючок их же собственного азарта и высокомерия. Но без настоящей, жирной наживки вся затея была коту под хвост. Без этих чертовых двухсот пятидесяти тысяч мы были бы просто двумя клоунами, которых выставили на посмешище, и никто не стал бы с нами иметь дел. Поэтому нужно было как можно скорее закрыть этот вопрос.

Но, что удивительнее всего, по Сашке я бы ни за что не сказал, что он был хоть капельку озадачен или напуган. Напротив, он спокойно расхаживал передо мной по небольшой площадке из утрамбованной земли, потирая свои здоровенные, как молоты, кулаки. На его лице играла самая что ни на есть дурацкая, беспечная улыбка, достойная идиота, выигравшего джекпот и даже не понимающего, на что тот можно потратить. В его глазах читалось непоколебимое убеждение, что мы уже победили, что завтрашняя игра – это просто формальность, некий ритуал, пройти который нам предстоит под аплодисменты толпы.

– Саш, слушай… – не выдержал я наконец, прерывая его бесцельное, дико раздражающее меня хождение туда-сюда. – А ты чего такой счастливый-то? У тебя, от вида красот района мажоров, крыша поехала, что ли? Может, лекарей вызвать? Мы тут, можно сказать, на самом краю пропасти стоим, один неверный шаг – и все! Конец! А ты будто на курорте оказался, с кокосом в руке. Деньги-то будем брать где, о великий стратег? У нас даже принтера нет, чтобы их напечатать, если бы мы на это решились, я уж про реальные, хрустящие купюры молчу! Они с неба на нас упадут, что ли? Ты вообще собираешься мне помогать или и дальше будешь бесить?

Сашка остановился, упер руки в свои мощные бока и посмотрел на меня с таким видом, будто я только что спросил его о смысле жизни или о природе темной материи как минимум. Похоже он не понимал, почему я так сильно заморачиваюсь на эту тему. Видимо ему эта проблема казалась вообще мелочью. Он на пару секунд задумался и выдал:

– Ну, Леш, есть у меня одна идея… – протянул он, подняв вверх указательный палец. – А может, тебе еще разок сходить к Северу? Объяснишь ситуацию. Честно, по-братски скажешь, как есть… А что? Ты там уже не чужой человек, свой в доску! Займешь еще немного, у него явно деньги-то есть. Мы же все равно выиграем, так? Вернем ему все и сразу, да еще и с такими процентами, что у него улыбка будет до ушей. Он только спасибо скажет, еще и в долг предложит в следующий раз побольше взять. Но мы откажемся, нам-то больше не надо.

Я смотрел на него с открытым ртом, пытаясь понять, серьезно ли он говорит или это такой своеобразный, доступный только его двухметровому мозгу юмор. В его глазах не было и тени иронии. В этот момент я осознал, что он говорил это всё на полном серьезе.

– Ну да, конечно, братишка, так и сделаем! – зашипел я, вскакивая с ведра так, что оно звякнуло, упав на землю. – Саш, ты вообще в своем уме? Ты представляешь, какую херню вообще ты сейчас несешь? Мне вчера невероятно, просто фантастически повезло, что мне там башку не отбили сразу на пороге его громилы-охранники! А сейчас я приду, вежливо постучусь ещё разок туда, как к себе домой, и заявлю: «Слышь, Север, братан, я тут гениальный, беспроигрышный способ нашел, как тебе деньги отдать побыстрее! Давай-ка я их в рулетку на красное поставлю! Или еще лучше, в покер с мажорами-аристократами поиграю!!! Я ведь никогда не проигрываю, веришь? Погнали? Делюга стопроцентная!» – я постарался немного успокоится и продолжил более спокойно. – Ты представляешь, что он со мной сделает, если хотя бы краем уха услышит, что я его кровные, с таким трудом отжатые у несчастных должников и местных проституток деньги решил на азартные игры спустить? Он из меня котлету сделает, с кровью! Обжарит с лучком и скормит крысам питерским! Так себе перспектива! Нет, туда я больше ни ногой. Это даже не самоубийство, это какая-то изощренная форма кретинизма в чистейшем виде!

Но, черт возьми, в одном моему другу, пусть и случайно, удалось попасть в точку. Сыграть на деньги Севера – это выход, ведь они у меня уже есть… Вернее, они были у меня совсем недавно. Правда, я их уже торжественно вручил Лене. Нужно было срочно выяснить, успела ли она уже внести их в банк и закрыть тот самый злополучный долг, который каким-то образом появился в нашей жизни. Скорее всего, да – она не из тех, кто тянет с такими вещами. Лена всегда стремилась как можно скорее избавиться от всех проблем. Но это все равно был хотя бы какой-то шанс. Единственная хрупкая соломинка, за которую мог ухватиться тонущий, как я в этой ситуации.

Однако сейчас сестра на работе. Ворваться к ней в сияющий холл магобанка, при всех оттащить ее в сторону и начать выспрашивать с выпученными глазами про наличку – это было бы верхом идиотизма. Сашке бы эта идея безумно понравилась, но, хорошо, что я не он.

Поджидать ее на выходе, прячась за колоннами, – тоже не вариант, слишком много лишних глаз, слишком много внимания со стороны службы безопасности. У нее и так там сейчас не самая спокойная ситуация. Было решено действовать проще, хоть и мучительнее: отправиться домой и ждать. Просто ждать. Сидеть и грызть ногти, слушая, как тикают часы, отсчитывая возможные последние минуты моей жизни.

Мы попрощались с Сашкой. Он ушел, все так же пребывая в уверенности, что «все путем» и «завтра будет самый крутой день в жизни». А я побрел домой, чувствуя, как с каждым шагом по знакомым улочкам тревога внутри меня только нарастает. Меня всегда напрягали ситуации, как эта, в которой я уже ничего не мог решить и приходилось просто плыть по течению. Всегда любил, когда все в зависит только от меня и моих решений. Особенно если на кону моя собственная жизнь, как сейчас.

Квартира встретила меня гробовой тишиной. Я прошел в комнату, плюхнулся на кровать и уставился в окно, за которым медленно садилось солнце, окрашивая унылые серые панельные дома в багровые тона. Мыслей в голове было так много, что они переплетались в один сплошной гул. Варианты, риски, провалы, последствия, холодные глаза Севера, насмешливые лица мажорных аристократов. В какой-то момент мне показалось, что у меня вот-вот лопнут сосуды в мозгу от этого перенапряжения. Чтобы просто выключиться и дать передышку измученной голове, я попытался заснуть.

* * *

Разбудил меня знакомый звук ключа, вставляемого в замок, и щелчок открывающейся двери. Сердце ушло в пятки, а потом рванулось в горло, готовое выпрыгнуть наружу встречать долгожданного гостя. Это была Лена, кто же ещё.

Я сорвался с кровати, как ошпаренный, и пулей вылетел в коридор, едва не снося по пути хлипкую вешалку для верхней одежды.

– Лена! Наконец-то ты вернулась! – выкрикнул я и, не дождавшись от нее какого-либо ответа, продолжил: – Ты уже отдала деньги? В банк? Уже все? Говори, пожалуйста, не молчи!

Сестра отшатнулась от меня в сторону, сняла пальто и небрежно бросила его на стул, ее движения были медленными, или, по крайней мере, мне так казалось.

– Лешик, ты что такой взбудораженный? Что опять случилось? – ее лицо снова стало напряженным, губы поджались. – Ты что, правда, их… Уукрал? Скажи мне честно, я все равно твоя сестра и приму тебя, чтобы ты не сотворил! Лучше сейчас все узнаю от тебя, чем потом от… – она не договорила, но я понял её и без окончания фразы.

– Да ничего я не крал! – почти крикнул я, но тут же взял себя в руки, понизив голос. – Я эти деньги занял! Занял, как и говорил! У друзей! Но сейчас у меня появился один способ, чтобы быстро их отдать. Очень выгодный, просто фантастический! Мы можем вложить эти деньги и сразу, одним махом, отдать все долги и жить спокойно! Так что скажи, пожалуйста, умоляю, деньги у тебя? Ты еще не успела их отдать?

Лена хмуро смотрела на меня. Ее взгляд просвечивал меня словно рентгеновский луч, пытаясь докопаться до истины. Но, видя мое отчаянное состояния, она как будто бы приняла мою сторону.

– Ну, да… Деньги все еще у меня, – выдохнула она. – Это же не так работает, что я пришла с пачкой налички и просто сунула ее в руки своему боссу. Мне выписали отдельный счет, депозитный, для погашения ущерба. Я должна до завтрашнего обеда внести на него деньги через специальный терминал в нашем отделении и принести начальству квитанцию. А так… Да, деньги пока у меня. Лежат в сумке, вот.

Она открыла сумку и показала мне пачку наличности. Моему счастью и облегчению не было предела. Это была настоящая эйфория. Я чуть не подпрыгнул до потолка!

– Лена, это просто прекрасная новость! – сказал я, стараясь говорить максимально убедительно и спокойно, хотя внутри все ликовало. – Дай мне, пожалуйста, деньги назад. Я тебе завтра же, к обеду, все верну. Все до копейки. Мы вместе сходим и положим их на этот твой счет. Я тебе клянусь всем, что у меня есть. Но сейчас они мне позарез нужны. Это… Это вопрос жизни и смерти.

Эх, знала бы она, что это сейчас было сказано не просто для эмоционального окраса, а от них и правда зависела моя жизнь.

– Лешик, – она посмотрела на меня с такой тревогой и беспокойством, что у меня заныло сердце. – А ты уверен? Ты же сам понимаешь, что будет, если у тебя… Ничего не получится? Если твой «выгодный способ» провалится? – она сделала шаг ко мне, ее голос стал тише. – Может, лучше я сама поговорю с теми, кому ты должен? Мы как-нибудь договоримся, попросим отсрочку, я буду работать на двух работах… Я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадал…

– Нет, Лена! – перебил я ее и решил рассказать ей правду, хотя бы отчасти – Так не получится. Ты же не знаешь этих людей. Поверь мне на слово, лучше не надо! Ничего хорошего не будет! Сестрёнка, я все просчитал, все продумал. Я тебя не подведу, обещаю.

Она смотрела на меня еще несколько долгих секунд, в ее глазах боролись страх и материнская забота. Наконец она тяжело вздохнула и сдалась.

– Хорошо, Лешик. Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь. Тем более эти деньги мне дал ты, я не могу их не вернуть… – она потянулась к своей сумке, стоявшей на тумбочке, достала оттуда ту самую, теперь уже легендарную пачку денег и протянула мне. – На, Держи. Только… Будь осторожен. Пожалуйста, это самое главное! Ты единственный, кто у меня остался…

Я взял деньги. Эти грязные купюры снова были в моих руках. Они казались еще тяжелее, еще плотнее, чем вчера. Словно впитали в себя весь страх и напряжение этого дня. Я не стал их пересчитывать, просто сунул во внутренний карман куртки.

– Спасибо! Огромное спасибо! Ты не представляешь, как много проблем это решило.

– Иди уже спать, ночь на дворе, – слабо, беззвучно улыбнулась она. – И… Да, ещё раз, будь осторожен.

Я отправился в нашу комнату, вынул пачку и бегло осмотрел ее, на вид двести и двести пятьдесят тысяч особо не отличались – та же толщина, тот же вес. Главное – эффект присутствия, демонстрация платежеспособности. Никто в здравом уме не станет пересчитывать все прямо перед игрой. Надеюсь, что их самоуверенность и азарт затмят здравый смысл. Теперь и мне казалось, что дело оставалось за малым.

Наконец-то, с относительно спокойной душой, я лег спать. Завтрашний день был одним из самых важных в моей новой жизни. Провал был равен катастрофе. И права на ошибку у меня не было. Никакого.

* * *

Проснулся я еще до рассвета. Первым делом, даже не позавтракав, не сходив в душ и не почистив зубы, я оделся в свою самую чистую, хоть и потертую временем одежду. Проверил, на месте ли деньги, сунул их в карман и пулей вылетел из дома, пока Лена еще спала. Я пришел на наше место за гаражами намного раньше Сашки и принялся методично наворачивать круги по небольшому пятачку.

Вскоре появился и он, бодрый, выспавшийся и сияющий, словно шел не на рискованную авантюру с потенциальным летальным исходом, а на долгожданную премьеру какого-нибудь блокбастера. Мы с ним абсолютно по разному смотрели на эту ситуацию.

– Леха! С добрым утром, командир! – весело, на весь пустырь поздоровался он, хлопая меня по плечу с такой силой, что я чуть не присел. – Готов к великим свершениям? Готов сорвать куш и посмотреть, как эти аристократики заплачут?

– Молчи, Саш, просто иди за мной и не привлекай лишнего внимания, – буркнул я в ответ, слишком многое было сегодня на кону.

И вот, мы снова отправились в один из элитных районов столицы. В последнее время я стал тут частым гостем. Улицы все еще были пустынны и по-прежнему чисты до блеска.

Оппоненты уже ждали нас около своего лицея. И не только они. Нас было двое. А их… Их было человек пятнадцать, если не больше. Видимо, слух о предстоящей «игре по-крупному» с какими-то отчаянными оборванцами из спального района быстро разнесся по всей аристократической тусовке, как лесной пожар, и собралась целая толпа зевак, желавших посмотреть на это зрелище.

Они стояли плотной, нарядной кучкой, перешептываясь, хихикая и показывая на нас пальцами, как на диких зверей в зоопарке. Я почувствовал себя экспонатом в музее как минимум. Не самое приятное чувство, но это было не важно! Важно было забрать их деньги и отправиться назад на район.

Лидер вчерашних мажоров, тот самый, с кем мне предстояло сегодня играть, стоявший в новой, еще более дорогой куртке, сделал шаг вперед. На его лице сияла самодовольная ухмылка, он явно наслаждался моментом.

– Ну что, наконец-то подтянулись? Что как долго? Вы что, пешком что ли шли? – громко, на всю улицу, так, чтобы услышали все его приятели, произнес он. – Деньги-то у вас есть? Или только языком чесать мастера, а когда дело доходит до настоящего, так сразу хвост поджимаете?

– Да, вот они! – так же громко, с показной уверенностью ответил я, доставая из внутреннего кармана заветную пачку и демонстративно помахивая ею в воздухе, словно флагом. Как я и ожидал, никто не потребовал пересчета, никто не усомнился, что там нужная сумма. Прокатило!

– Отлично! – кивнул мажор, и в его глазах вспыхнул тот самый, знакомый мне по вчерашнему дню азартный огонек хищника, учуявшего легкую добычу. Ох, как же он сильно ошибался. – Тогда не будем терять времени зря. Пойдемте за нами. Не задерживаем уважаемых господ, закончим по-быстрому и отправим вас назад на окраину.

Мы двинулись за ними по вымощенным узорной плиткой тротуарам. Они повели нас вглубь своего района, к одному из особняков, который больше походил на маленький, изящный дворец из белого камня с колоннами. Один из мажоров, видимо, хозяин этого великолепия, с важным видом достал ключ-карту и приложил ее к сенсору, дверь открылась.

– Родителей нет, уехали в наше загородное имение на выходные, – небрежно бросил он, обращаясь больше к своей толпе, чем к нам. – Так что полная свобода. Никаких свидетелей.

Мы прошли через ухоженный сад с журчащим фонтанам к небольшому гостевому дому на заднем дворе. Внутри все сияло чистотой и дороговизной: темный, лакированный паркет, шикарные восточные ковры, камин из черного камня, в котором уже был готов разгореться огонь, мягкие диваны и кресла из кожи. На стенах висели странные, абстрактные картины, которые, наверное, стоили больше, чем весь наш район. Это было то самое место, где по их мнению можно было играть «без палева», вдали от посторонних глаз и ушей.

Для них эта игра была всего лишь забава, ничего такого… Очередное экзотическое развлечение сытых и скучающих аристократов. Никто даже не догадывался, что простая игра в покер, которая должна была начаться через несколько минут, могла стоить мне жизни.

«Ну что ж, дружище, – пронеслось в моей голове, пока я смотрел на эти самодовольные аристократические рожи, смеющиеся над нами. – Пора заканчивать с этим дерьмом. Пора показать этим заносчивым мажорам, кто здесь настоящий игрок. Время продать им надежду на успех, а после забрать все. До самой последней копейки».

Глава 5

– Давай, порви этого нищенку, Николя! – раздался выкрик из толпы мажоров, и все остальные подхватили его, словно заученную мантру. – Давай, Николя! Покажи этому отбросу, где его место! Давай, ты же знаешь, кто ты и из какого ты рода! Сделай красиво!

Именно в этот момент я и узнал имя своего главного сегодняшнего оппонента за этим столом. Николя, а точнее – Николя Третьяков. Звучало-то как изящно, для многих эта фамилия что-то значила, но точно не для меня, я слышал ее впервые. На помощь мне пришел Сашка, мой личный энциклопедист по знатным родам, и тут же выдал справку на этого персонажа: наследник клана Третьяковых. Его родители были из старого аристократического рода, правда, не сказал бы, что они играли какую-то значимую роль в политических играх Российской Империи. Именитые ребята, но средние по значимости, не больше.

В целом они владели парой сотен гектаров земли с несколькими сельскохозяйственными предприятиями и одним небольшим металлургическим заводом. Говорят, даже подписывали какие-то контракты с Министерством обороны, но не самые значимые. Может, на производство ящиков для патронов или что-то в этом роде. Кстати, это еще не все, что нужно знать про них, есть еще одна важная деталь.

Как и у каждого уважающего себя аристократического рода, у Третьяковых была своя родовая магия, передававшаяся по крови всем его потомкам. В данном случае это была Магия огня. И, черт возьми, ходили слухи, что они были в этом чертовски хороши. Отличненько, вот так мне повезло! Играю в карты с человеческой зажигалкой, у которой истерика на пустом месте может произойти в любой момент.

Стол уже был готов к началу игры. Колода карт, деньги – рядом с ней, а толпа зевак обступила нас плотным кольцом, жаждая зрелища. Но тут Николя поднял руку, требуя тишины, и его голос, наполненный самодовольством и предвкушением легкой победы, прорезал гул:

– Эй, ты! – он кивнул в мою сторону, даже не удостоив меня имени, в целом он никогда и не интересовался, есть ли оно у такого, как я. – У меня есть одно небольшое, но важное условие. Играем на фишки, каждому по тысяче пятьсот. Блайнды начинаются с расценок «пятьдесят за малый блайнд» и «сто за большой блайнд». Как только у одного из участников заканчиваются фишки, второй становится победителем и забираем всю сумму.

Видимо, он искал хоть какой-то способ обзавестись хотя бы минимальными шансами победить меня. На самом деле мне было абсолютно все равно, по каким правилам он собирался сегодня играть! А какая разница? С помощью моего встроенного детектора лжи я прочитаю его, как раскрытую книгу с большими буквами. Его ложь будет для меня громче любого крика. Так что я особо-то долго и не раздумывал над его предложением.

– Согласен, давай! – кивнул я, сохраняя невозмутимое выражение лица. – Правила есть правила, давай сыграем, как ты захочешь.

Тем более ничего особенного я в них не увидел.

Один из этих мажоров, исполнявший роль крупье и ответственного за проведение сего процесса, вышел на нашу импровизированную «боевую арену» перед камином и театральным голосом объявил:

– Итак, дамы и господа! Леди и джентльмены! Высшее общество и… Редкие гости! – он ехидно покосился своим взглядом на нас с Сашкой. – Начинаем игру в покер, а точнее в «Техасский Холдем»! Правила просты, повторно озвучивать их я, пожалуй, не буду. Играем до тех пор, пока кто-то из игроков не потеряет все свои фишки. Сегодня у нас играют Николя и… Как тебя зовут, дружище? – поинтересовался он у меня.

– Меня зовут Алексей! – ответил я, чувствуя, как десятки пар глаз обратились ко мне в этот момент.

– И Алексей! Один из двух покинет сегодня этот дом с полумиллионом имперских рублей в кармане. Ну что, мы начинаем первую партию! – он начал перемешивать колоду, готовясь к раздаче.

Каждый из нас получил свои карты, мне достались валет и десять, по лицу Николая я понял, что у него хорошая карта.

– Ох, что же мне выпало, ты даже не представляешь! Тебе конец! Это начало твоего поражения!

Соперник пытался играть со мной в психологические игры, но у него не особо-то и выходило, я чувствовал это. Не нужно было даже иметь сверхспособность, чтобы понять, что там, видимо, карманная пара. Наверное, две дамы.

– Пас, – сказал я спокойно. – Мог бы хотя бы попытаться скрыть, что у тебя хорошая карта! Ты слишком хорошо читаем для меня.

Николя бросил в открытую карты на стол, там было две дамы. Это будет даже проще, чем я думал с самого начала.

Следующая раздача, у меня два короля. Он повышает на сто фишек. Я уравниваю, с такой-то картой другого решения нет. Крупье вскрывает первые три карты: восемь, десять, валет. Ага, у него, возможно, стрит, посмотрим на его действия. Он отыгрывает чек, я тоже. Остальные карты – тройка и четверка. Ни туда, ни сюда. Вскрываемся, у меня – два короля на руках, у него – два вальта, один на руках и один на столе.

Сашка издал победный рев, который, казалось, заставил содрогнуться хрустальные подвески люстры. Я же просто кивнул, сохраняя маску безразличия. Внутренний Алексей ликовал:

«Первый контакт! Клиент клюнул! Продолжаем в том же духе!»

Но удача – дама капризная. Следующие два раунда были за ним, сегодня карта шла Николя. Но мне нужна была только одна его ошибка, один шанс, и я заберу все его фишки.

Дуэль выдалась очень напряженной. Мы шли ноздря в ноздрю. Я полагался на свой дар, он – на какую-то свою аристократическую интуицию или просто на удачу. Я забрал две следующие партии, а он – одну. Атмосфера в комнате накалялась. Было слышно, как потрескивают поленья в камине. Следующую раздачу забрал он. Мы шли ровно. Казалось, что будем играть вечность.

И вот наконец мне удалось вырваться вперед. Я угадал его блеф, и он потерял четыреста фишек. До победы оставалось всего лишь тысяча, еще две таких раздачи, и все! В груди появилось такое приятное чувство приближающегося триумфа. Сашка уже потирал ладони, предвкушая нашу победу. Оставалось сделать пару шагов, но как говорится, «последний шаг, он трудный самый».

Я поднял глаза на своего оппонента, Николя был бледен. На его лбу выступили первые маленькие капельки пота. Он взял карты, но тут случилось то, чего я совсем не ожидал Он… Не стал смотреть свои карты! Он даже не наклонился! Ни приподнял даже краешек. Он просто уперся в меня взглядом, полным ненависти, и сквозь зубы прошипел:

– ВА-БАНК…

В моей голове воцарилась тишина. Никакой пульсации в груди, никакого знака. Ни-че-го! Он не знал, какие карты скрывались там под рубашкой, а значит, он и не блефовал! Просто делал случайную ставку, и мой дар был абсолютно бесполезен! Парень как будто понял, в чем заключалась моя фишка, и нашел ключ к ней. Вот же сукин сын!

«Отставить панику, Алексей! – заорал внутренний голос – Думай, как профессионал! Соберись! Нужно просто сделать правильный выбор! Дождись хорошей карты».

Я посмотрел на его лицо. Напряженное, злое. Он поставил все на кон, и сейчас судьбу должен был решить случай. Но я не готов пойти на такое, у меня на руках были семерка и дама.

– Пас… – наконец выдохнул я, не смея полагаться на удачу.

Он вскрыл свои карты, там были две дамы. Видимо, он хотел тем самым вывести меня из стабильного морального состояния. Но даже несмотря на то, что он забрал двести фишек, блайнды выросли, я все равно оставался непоколебимым.

По толпе аристократов прошел вздох облегчения. Сашка издал стон, похожий на звук умирающего кита. Ну ладно, у меня – тысяча семьсот фишек, а у него – тысяча триста. Я все еще впереди, и у меня будет несколько шансов на победу в этой гребаной игре.

Она продолжилась, и в следующем раунде Николя вновь не стал смотреть свои сраные карты! Он снова сказал «ва-банк», и я, измученный и сбитый с толку, снова ответил на это «пас». Но в этот раз я ошибся! У него были тройка и восьмерка. Хотя и мои карты были так себе.

Ну вот, мы уже сравнялись по количеству фишек. Все висело на волоске. Моя жизнь… Жизнь Лены… Обещал же сестренке, что все будет хорошо… Я не мог её подвести!