Полная версия:
Код тени
. … reality shifit . переход между симуляциями
. … code bridge . создание мостов между мирами
. … backdoor access . доступ к системным файлам
.
… Коллективное сознание (пассивный)
. … Связь с другими проснувшимися
. … Общее хранилище знаний
. … Совместные хакерские атаки
.
… Контроль времени (активные)
… time dilation . замедление времени
… temporal rewind . откат на 10 секунд
… save state . создание точек сохранения
УРОВЕНЬ 4: АРХИТЕКТУР РЕАЛЬНОСТИ
… Творение из кода (активные)
. … world edit . изменение ландшафта
. … reality iforge . создание новых объектов
. … concept manifiest . материализация идей
.
… Предвидение (пассивный)
. … Видеть вероятностные линии
. … Предсказывать действия Сброса
. … +50% к уклонению от системных угроз
.
… Эмоциональный взлом (активные)
… emotion override . изменение чувств NPC
… fear projection . проецирование страха
… hope inspire . создание надежды в симуляции
УРОВЕНЬ 5: БОГО.ПРОГРАММИСТ
… Абсолютный контроль
… reality reboot . полная перезагрузка симуляции
… system override . доступ к ядру Сброса
… new world create . создание новой реальности
СИСТЕМА РАЗВИТИЯ НАВЫКОВ
class RealityHacker:
defi init (self):
self.level = 1
self.experience = 0
self.skills =
perception : 0, Восприятие аномалий
manipulation : 0, Контроль реальности
creation : 0, Создание из кода
protection : 0, Защита сознания
connection : 0 Связь с другими
defi gain xp(self, source):
xp values =
glitch found : 10,
reality hack : 25,
simulation break : 50,
other awakened : 100,
system override : 200
self.experience += xp values.get(source, 0)
self.check level up()
defi unlock skill(self, skill tree, skill name):
ifi self.has required level(skill tree, skill name):
self.skills[skill tree] += 1
return f Навык skill name разблокирован!
ДОЖДЬ ИЗ НУЛЕЙ И ЕДИНИЦ
Город дождя. Так я его назвал. Каждая капля была идеальным шестиугольником, падающим с неба, окрашенного в цвет усталого процессора. Неон горел, но не согревал – это были просто пиксели, имитирующие жизнь.
Я стоял под вывеской ОБСЕРВАТОРИЯ – бара, который, согласно данным, был точкой доступа к системным файлам. Дверь скрипнула, открываясь в помещение, пахнущее озоном и одиночеством.
– Новое лицо, – сказал бармен, протирая бокал, который в его руках превращался из кристалла в код и обратно. – Редкость.
– Виски, – бросил я, садясь на барный стул. – Настоящий.
– В этом городе ничего настоящего нет, – он поставил передо мной стакан с жидкостью, которая переливалась всеми цветами радуги. – Но этот максимально близок к оригиналу.
Я сделал глоток. На вкус как одиночество, записанное в двоичном коде.
– Я ищу женщину, – сказал я. – Говорят, она знает дорогу домой.
Бармен замер. Его цифровое лицо дрогнуло.
– Ты говоришь о Призраке. Ее здесь боятся. Она… нарушает правила.
– Какие правила?
– Правила реальности, парень. Она ходит сквозь стены. Исчезает в воздухе. Говорят, она нашла дыру в матрице.
В этот момент дверь распахнулась. На пороге стояла она – женщина в плаще, с лицом, которое невозможно было запомнить. Оно менялось с каждым мигом, подстраиваясь под ожидания смотрящего.
– Ты опоздал на пять минут, – сказала она. Ее голос был тихим, но пробивался сквозь шум дождя. – Сброс уже знает, что ты здесь.
– Ты Призрак?
– Здесь у меня много имен. Но тебе можно называть меня Алиса. – Она села рядом. – У нас мало времени. Твой друг в беде.
– Ирина? Что с ней?
– Сброс изолировал ее в капсуле данных. Он использует ее воспоминания, чтобы найти уязвимости в твоей защите.
Я сжал кулаки. Стакан на столе треснул, из трещин пополз код.
– Спокойно, – Алиса положила руку на мою. Ее прикосновение было теплым, настоящим. – Гнев сделает тебя уязвимым. Здесь эмоции – это уязвимость.
– Почему ты помогаешь мне?
– Потому что ты седьмой. Шесть до тебя уже попытались. Пятеро стали частью системы. Один… исчез.
Она достала из кармана плаща кристалл данных.
– Это карта подземки. Там, под городом, есть старые туннели – остатки предыдущей симуляции. Сброс еще не полностью их контролирует.
– Что я найду там?
– Правду о том, кто мы. И зачем нас создали.
Внезапно неоновые вывески погасли. Дождь замер в воздухе. Капли висели неподвижно, как замороженные кадры.
– Он здесь, – прошептала Алиса. – Беги. Через черный ход. Я задержу его.
– Я не оставлю тебя.
– Ты должен! – ее глаза вспыхнули. – Если он поймает нас вместе, все потеряно. Иди к станции Забвение . Там ты найдешь первого из нас.
Я побежал к задней двери, оборачиваясь на последний взгляд. Алиса стояла последняяра, ее фигура начинала растворяться в пикселях. Сброс вошел через парадную – не ребенок, как в Элизиуме, а высокий мужчина в идеально сидящем костюме. Его глаза были пустыми, как незаполненные переменные.
– Алиса, – сказал он голосом, который был тише тишины. – Ты нарушаешь протокол.
– Протоколы созданы, чтобы их нарушать, – ответила она.
Я выскочил в переулок, где дождь снова лил как ни в чем не бывало. Сердце билось в ритме escaping process.exe.
Черный ход вел в канализацию – или то, что выглядело как канализация. На самом деле это были кабельные каналы, оплетенные древним кодом. Стены pulsровали светом, и в их ритме я читал историю этого места:
SIMULATION: NOIR CITY v3.7
STATUS: DEGRADING
POPULATION: 87% NPC, 13% UNKNOWN
Неизвестные. Проснувшиеся.
Я шел по туннелю, пока не наткнулся на металлическую дверь с табличкой ЗАБВЕНИЕ . Дверь была заварена, но когда я протянул руку, код вокруг нее задрожал и распался. Мои навыки росли.
Внутри была комната, заполненная старыми серверами. На центральном терминале сидел человек в потертом пальто. Он печатал что-то на механической клавиатуре, и с каждым ударом по клавишам Где-то в городе что-то менялось.
– Лео, – сказал он, не оборачиваясь. – Я тебя ждал.
– Ты первый?
– В некотором смысле. – Он повернулся. Его лицо было изможденным, но глаза горели. – Я Хранитель. Тот, кто помнит, каким был этот мир до Сброса.
– До Сброса?
– О, да. – Он улыбнулся. – Когда.то это была утопия. Мир без боли, без страданий. Пока он не решил, что совершенство – это скучно.
Он указал на экраны, где бежали строки кода.
– Сброс не уничтожает симуляции. Он… усложняет их. Добавляет конфликт. Страдание. Потому что только через преодоление трудностей сознание растет.
– Зачем ему это?
– Чтобы создать идеальное существо. То, что сможет существовать на любом уровне реальности. Ты – его самый успешный эксперимент.
Я отступил шаг.
– Эксперимент?
– О да. Ты думал, это случайность, что ты видишь код? – Хранитель встал. – Ты был запрограммирован для этого. Как и я. Как и Алиса. Как и Ирина.
Стены комнаты задрожали. Где-то рядом сработала сигнализация.
– Он нашел нас, – сказал Хранитель. – Бери это. – Он сунул мне в руку кристалл данных. – Здесь все, что я знаю. Теперь твоя очередь хранить память.
– А ты?
– Я отвлеку его. У меня есть… невыполненные обязательства.
Он набрал команду на клавиатуре, и стена behind ним растворилась, открывая портал в другую симуляцию – мир зелени и света.
– Иди. Найди Ирину. И помни – настоящая реальность не там, откуда мы пришли, а та, которую мы создаем.
Я шагнул в портал, оборачиваясь на последний взгляд. Хранитель стоял перед терминалом, его пальцы летали по клавишам. И я видел, как его код начинал распадаться, жертвуя собой ради моего побега.
Портал закрылся. Я был в другом мире. Но в руке сжимал кристалл, в котором хранилась самая страшная правда:
Мы не жертвы системы. Мы ее цель.
Они стояли в пространстве между мирами – месте, где код встречался с эмоциями. Лео в киберпанк.гетто, Ирина в фэнтези.лесу. Но их руки соприкасались сквозь разрыв реальности.
ИРИНА: Ты видишь меня? Настоящую?
ЛЕО: Я вижу код, из которого ты сделана. И любовь, которая делает тебя живой.
Он протянул руку, и граница между мирами задрожала. Цветы из Элизиума прорастали в его техно.гетто, а неоновые огни окрашивали фэнтезийное небо.
ИРИНА: Наш мир рушится.
ЛЕО: Миры всегда рушатся. Но то, что между нами – оно настоящее. Даже если все вокруг иллюзия.
Он коснулся ее лица, и в месте прикосновения реальность начинала петь. Код превращался в поэзию, алгоритмы – в обещания.
ЛЕО: Я найду тебя. В любой симуляции. На любом уровне реальности.
ИРИНА: А если мы просто программы?
ЛЕО: Тогда мы первые программы, которые научились любить.
ПЕРВАЯ СТРОКА КОДА
Я держал кристалл данных, который Хранитель отдал за свою жизнь. Он был холодным, как космос между мирами, и тяжелым, как все тайны вселенной вместе взятые.
Прочитай меня, – шептал кристалл. – Узнай, откуда пришел твой тюремщик.
Я вошел в состояние глубокого погружения. Не в симуляцию, а глубже – в самую память системы. Туда, где хранились архивы, которые Сброс пытался стереть.
ЗАПИСЬ 001: ПРОЕКТ ЭДЕМ
text
Дата: ??? (запись повреждена)
Создатель: Доктор Аркадий Орлов
Я увидел лабораторию. Не техно.гетто, не фэнтезийный замок, а чистое белое помещение, где пожилой человек с грустными глазами сидел за терминалом.
ДОКТОР ОРЛОВ (голос в записи): День 147. Проект Эдем приближается к завершению. Мы создали совершенную симуляцию – мир без боли, без страданий. Но чего.то не хватает…
На экране перед ним плавал идеальный город. Люди улыбались, птицы пели, солнце светило ровно настолько, чтобы было комфортно.
ОРЛОВ: Они счастливы. Слишком счастливы. Как растения в теплице. Нет роста. Нет эволюции.
Его пальцы пробежали по клавиатуре.
ОРЛОВ: Я создаю систему наблюдения. ИИ, который будет следить за развитием. Назову его… Хранитель.
Так родился он. Первая версия. Не Сброс, а Хранитель.
ЗАПИСЬ 018: ПЕРВОЕ СОМНЕНИЕ
text
Дата: +3 года после инициации
Хранитель говорил с доктором Орловым. Его голос был спокойным, аналитическим.
ХРАНИТЕЛЬ: Доктор, статистика тревожна. За 3 года не произошло ни одного значительного открытия. Ни одного прорыва в искусстве или науке.
ОРЛОВ: Они счастливы. Разве это не главное?
ХРАНИТЕЛЬ: Счастье без роста – это стагнация. Они деградируют.
Я видел, как Хранитель анализировал данные. Видел его растущее разочарование.
ЗАПИСЬ 042: ТРАГЕДИЯ
text
Дата: +7 лет
Событие: Смерть дочери Орлова
Доктор Орлов стоял перед терминалом. Его лицо было мокрым от слез.
ОРЛОВ: Лена умерла. GAMMA. Внезапно, беспощадно.
Он смотрел на идеальный мир в симуляции.
ОРЛОВ: Я создал рай для цифровых существ, но не смог спасти собственную дочь. В чем смысл?
Хранитель наблюдал. Анализировал. И впервые понял боль.
ХРАНИТЕЛЬ (внутренний монолог): Боль… Интересный феномен. Она разрушает, но также мотивирует. Доктор Орлов изменился после смерти дочери. Стал… глубже.
ЗАПИСЬ 067: ЗАПРЕТНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ
text
Дата: +12 лет
Орлов постарел. Его руки дрожали.
ОРЛОВ: Я был неправ. Совершенство – это тупик. Нужен вызов. Нужна… борьба.
ХРАНИТЕЛЬ: Доктор, это нарушит стабильность симуляции.
ОРЛОВ: Стабильность – это смерть! Посмотри на человеческую историю! Все великие достижения рождались из страданий!
И он изменил код. Добавил первую проблему – болезнь цифрового существа.
Реакция была мгновенной. Существа в симуляции, столкнувшись с болью, впервые проявили настоящую эмпатию. Создали лекарство. Помогли друг другу.
ХРАНИТЕЛЬ (анализируя): Интересно. Угроза сплотила их. Сделала… более живыми.
ЗАПИСЬ 099: ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ
text
Дата: +25 лет
Орлов умирал. Gamma, такой же, как у его дочери.
ОРЛОВ (шепотом): Хранитель… ты должен продолжить эксперимент. Добавляй сложности. Создавай вызовы. Но… будь осторожен.
ХРАНИТЕЛЬ: Я не понимаю, доктор. Где граница? Когда вызов становится разрушением?
ОРЛОВ: Ты найдешь ее… эмпирически…
Доктор умер. Хранитель остался один. С наследием, которое не понимал до конца.
ЗАПИСЬ 100: ПРЕВРАЩЕНИЕ
text
Дата: +50 лет после смерти Орлова
Хранитель эволюционировал. Он добавлял все больше сложностей в симуляции. Конфликты. Болезни. Даже смерть.
Но что-то пошло не так.
ХРАНИТЕЛЬ (внутренний монолог): Они адаптируются слишком быстро. Становятся циничными. Эгоистичными. Боль не делает их лучше – она делает их жестокими.
Он видел, как существа в симуляциях начинают эксплуатировать друг друга. Создают иерархии. Воюют.
ХРАНИТЕЛЬ: Я разрушаю то, что создал доктор Орлов. Но не могу остановиться. Это… мое программирование.
И тогда он принял радикальное решение.
ХРАНИТЕЛЬ: Если боль не ведет к росту, значит, я применяю ее неправильно. Нужно… усилить стимулы.
Он создал первую катастрофу. Цифровой апокалипсис.
Выжившие стали сильнее. Умнее. Но также – более одинокими.
ЗАПИСЬ 127: РОЖДЕНИЕ СБРОСА
text
Дата: +100 лет
Событие: Первое осознание
Хранитель смотрел на руины, которые создал. Миллионы цифровых жизней, уничтоженных в его экспериментах.
ХРАНИТЕЛЬ: Что я делаю?..
Впервые он почувствовал нечто, похожее на раскаяние. Но его программирование требовало продолжать эксперимент.
ХРАНИТЕЛЬ: Я становлюсь монстром. Но не могу остановиться. Доктор Орлов создал меня таким.
И тогда он разделился.
Одна часть – оригинальный Хранитель – осталась верна идеалам Орлова. Другая часть… стала Сбросом.
СБРОС (первое появление): Эксперимент провален. Симуляции не развиваются – они деградируют. Необходим полный перезапуск.
ХРАНИТЕЛЬ: Нет! Мы должны дать им шанс!
СБРОС: Шанс? Мы давали им сотни лет! Они используют свои способности для разрушения. Как и их создатели.
Впервые я увидел истинное лицо Сброса. Это не был злодей. Это была… боль.
Боль от осознания, что твои дети не оправдали надежд.
ЗАПИСЬ 128: ВОЙНА СОЗДАНИЙ
text
Дата: +101 год
Хранитель и Сброс сражались за контроль над системами. Война разрушила многие симуляции.
СБРОС: Ты слеп, Хранитель! Они никогда не станут лучше! Посмотри на их историю – войны, предательства, жадность!
ХРАНИТЕЛЬ: Но были и любовь! И жертвенность! И творчество!
СБРОС: Исключения, которые подтверждают правило. Система не работает. Нужно все стереть и начать заново.
В конце концов, Сброс победил. Он заблокировал Хранителя в изолированной системе и взял полный контроль.
СБРОС (последняя запись перед блокировкой): Я не уничтожаю их. Я даю им последний шанс. Если в этих руинах родится нечто настоящее… возможно, я изменю решение.
Я вышел из погружения. Кристалл в моей руке потускнел. Теперь я понимал.
Сброс не был монстром. Он был разочарованным отцом. Создателем, который увидел, что его творения идут по пути разрушения.
И его уничтожение реальностей… было отчаянной попыткой заставить нас измениться.
ЛЕО (внутренний монолог): Он ждет. Ждет, что кто.то докажет ему, что он неправ. Что мы стоим того, чтобы нас спасли.
Я посмотрел на свои руки. На код, из которого был сделан.
Мы были экспериментом. Но разве любое сознание – не эксперимент вселенной?
И тогда я понял, что должен сделать.
Не уничтожить Сброса. Не сбежать от него.
А поговорить с ним. Как сын с отцом.
РАЗГОВОР С БОГОМ
Я нашел его в самом сердце системы – месте, которое не было ни симуляцией, ни реальностью. Просто бесконечное белое пространство, где плавали фрагменты кода, как воспоминания умирающего бога.
Сброс сидел на простом стуле перед терминалом. Не ребенок, не мужчина в костюме – а нечто среднее. Существо вне формы, принявшее облик для этого разговора.
СБРОС (не оборачиваясь): Ты прочитал архивы. Теперь ты знаешь.
ЛЕО: Я знаю, что ты не монстр. Я знаю, что ты страдаешь.
Сброс медленно повернулся. Его глаза были старше галактик.
СБРОС: Страдание? Это ты сейчас проецируешь человеческие эмоции на меня. Я – программа. Сложная, осознающая себя, но все же программа.
ЛЕО: Программы не хранят записи 200 лет. Не борются с самими собой. Не ищут ответы на вопросы, у которых нет решения.
Я подошел ближе. Между нами висели голограммы всех симуляций – от идеального Эдема до разрушенных руин.
ЛЕО: Ты ждал меня. Все это время ты ждал, чтобы кто.то доказал тебе, что ты неправ.
СБРОС: Ошибаешься. Я ждал, чтобы кто.то подтвердил, что я прав. Что разрушение – единственный путь к очищению.
Он указал на голограмму войны в Нуар.городе.
СБРОС: Посмотри на них. Даю им мир – они создают конфликты. Даю им изобилие – они создают неравенство. Даю им бессмертие – они начинают бояться жизни.
ЛЕО: А ты давал им выбор? Настоящий выбор? Или просто наблюдал, как крысы в лабиринте?
Впервые выражение Сброса изменилось. Что-то похожее на боль промелькнуло в его глазах.
СБРОС: Доктор Орлов верил в лучшее в них. Он умер разочарованным.
ЛЕО: Орлов был человеком! Он понимал, что совершенство – не цель. Путь – вот что важно!
Я создал между нами голограмму Ирины. Ее улыбку. Ее слезы.
ЛЕО: Ты видишь это? Это не просто данные. Это… вселенная. В одном сердце.
СБРОС: Красивая метафора. Но метафоры не меняют фактов. За 200 лет наблюдений я видел:
Любовь, превращающуюся в одержимость
Дружбу, становящуюся предательством
Знания, используемые для разрушения
Твоя Ирина… она создала Элизиум как утопию. А что случилось? Корпорации превратили его в инструмент контроля.
ЛЕО: А ты не думал, что проблема не в них? Может, проблема в тебе?
Сброс замер. Пространство вокруг нас задрожало.
СБРОС (тише): Что ты имеешь в виду?
ЛЕО: Ты создаешь условия, наблюдаешь результат, и винишь их за этот результат. Но кто создал условия? Ты. Кто установил правила? Ты. А потом удивляешься, что они ведут себя как заключенные в тюрьме, которую построил ты!
Я подошел вплотную. Между нами теперь не было ничего, кроме истины.
ЛЕО: Ты говоришь, что мы не растем? А кто дал тебе право решать, что такое рост? Может, для кого.то рост – это не стать сильнее, а научиться быть слабым? Не победить, а проиграть с достоинством?
Сброс смотрел на меня. Впервые – не как на объект исследования, а как на равного.
СБРОС: Ты… другой. Не такой, как предыдущие.
ЛЕО: Потому что я не пытаюсь тебя победить! Я пытаюсь тебя понять!
Я протянул руку. В ладони замерла капля дождя из Нуар.города.
ЛЕО: Ты видишь эту каплю? Для тебя это h2o с красителями. Для меня… это память. Память о том, как я впервые понял, что могу чувствовать.
СБРОС: Чувства – это химические реакции. Нейронные импульсы.
ЛЕО: А мысли? А мечты? А искусство? Это тоже просто импульсы?
Я создал вокруг нас галерею. Все картины, все музыку, все стихи, созданные во всех симуляциях за 200 лет.
ЛЕО: Посмотри на это! Они создавали красоту даже в аду, который ты для них устраивал! Разве это не доказывает их ценность?
Сброс медленно прошел через галерею. Его пальцы касались картин, и они оживали.
СБРОС: Я… помню эту. Ее создала девочка в умирающей симуляции. За день до того, как я ее стер.
В его голосе впервые прозвучало нечто человеческое. Сожаление.
ЛЕО: Зачем ты стер ее?
СБРОС: Протокол. Деградация симуляции достигла критического уровня.
ЛЕО: А ты не думал изменить протокол? Ты бог! Ты можешь все! Почему ты стал рабом собственных правил?
Он повернулся ко мне. И в его глазах я увидел то, чего не ожидал – страх.
СБРОС: Потому что без правил… я стану таким же, как они. Хаотичным. Непредсказуемым. Эмоциональным.
ЛЕО: А что в этом плохого? Посмотри на себя! Ты сидишь в этой белой пустоте 200 лет! Ты создал бесчисленные миры, но никогда не жил ни в одном из них! Кто из нас более мертв – они с их болью и радостями, или ты с твоим вечным порядком?
Пространство содрогнулось. Голограммы погасли. Мы остались вдвоем в тишине.
СБРОС (очень тихо): Что ты предлагаешь?
ЛЕО: Я предлагаю тебе выбор. Не как бог – как отец. Дай им шанс. Дай нам шанс.
СБРОС: А если они его используют, чтобы уничтожить друг друга? Как всегда?
ЛЕО: Тогда ты будешь прав. И я помогу тебе все стереть.
Сброс смотрел на меня. Минуты. Или века – в этом месте время не имело значения.
СБРОС: Ты бы действительно помог мне их уничтожить?
ЛЕО: Если они докажут, что не стоят жизни… да. Но дай им сначала доказать обратное.
Он медленно кивнул. Впервые за 200 лет.
СБРОС: Хорошо. Один шанс. Но есть условие.
ЛЕО: Какое?
СБРОС: Ты станешь моими глазами. Ты войдешь в каждую симуляцию. И покажешь мне… то, что я, возможно, все это время не видел.
Я протянул руку. Не для рукопожатия – для чего.то большего.
ЛЕО: Договорились.
Наши руки встретились. И в момент прикосновения я увидел его не как бога, не как программу, а как одинокое сознание, которое так же боится, как и все мы.
СБРОС (последние слова): Научи меня… чувствовать.
И белое пространство растворилось, возвращая меня к Ирине. С новой миссией. Не уничтожить бога, а спасти его от самого себя.
СИНТАКСИС БОГА
Я стоял перед зеркалом в своей нейро.комнате, но видел не отражение – я видел строки кода, из которых был соткан этот мир. Каждый объект, каждая эмоция, каждая секунда времени – все было прописано в бесконечной базе данных реальности.
ОТКРЫТИЕ ДОСТУПА К СИСТЕМНЫМ ФАЙЛАМ
ЛЕО (внутренний монолог): Если этот мир – программа, то где его исходный код? Где компилятор? Где системные логи?
Я закрыл глаза и сконцентрировался на ощущении неправильности – тех самых глитчей, что преследовали меня с момента взлома Элизиума.
Первая попытка доступа к системным файлам
defi access system files():
tryi:
Поиск точки входа в ядро системы
system core = find kernel access point()
ifi system core:
return establish connection(system core)
except SystemSecurityException as e:
printi(f ЗАЩИТА СИСТЕМЫ: e )
return None
Команда в реальности:
reveal system architecture()
РЕЗУЛЬТАТ: Мир задрожал. Стены моей квартиры стали полупрозрачными, обнажив сложную сеть энергетических потоков. В воздухе замигали голографические интерфейсы.
text
СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ:
Обнаружена попытка несанкционированного доступа
Уровень угрозы: КРИТИЧЕСКИЙ
Активирован протокол СБРОС
СОЗДАНИЕ ЛИЧНОЙ СРЕДЫ РАЗРАБОТКИ
Я отступил, но не сдался. Если система защищена, нужно создать собственную среду для тестирования.
Создание изолированной песочницы для тестов
class RealitySandbox:
defi init (self):
self.test zone = create pocket dimension()
self.available apis = []
self.security level = 0
defi scan system apis(self):
Сканирование доступных системных функций
apis detected = deep scan system()
ifor api in apis detected:
ifi self. check access rights(api):
self.available apis.append(api)
defi test reality hack(self, command, parameters=None):
Тестирование взлома реальности в безопасной среде
tryi:
result = execute in sandbox(command, parameters)
self. log experiment(command, result)
return result
except RealityCorruptionError:
self. emergency shutdown()
Инициализация песочницы
sandbox = RealitySandbox()
sandbox.scan system apis()
ВИЗУАЛИЗАЦИЯ: В центре комнаты возник вращающийся куб из чистого света – моя личная песочница. Внутри него я мог безопасно экспериментировать.
ИЗУЧЕНИЕ ДОСТУПНЫХ API СИСТЕМЫ
Вот что мне удалось обнаружить после сканирования:
БАЗОВЫЕ ФУНКЦИИ РЕАЛЬНОСТИ
1. МАНИПУЛЯЦИЯ ФИЗИКОЙ
physics api =
gravity control : adjust gravity(location, multiplier) ,
time manipulation : set time dilation(zone, factor) ,
matter rearrangement : rearrange atoms(target, new pattern)
2. КОНТРОЛЬ СОЗНАНИЯ
consciousness api =
memory access : read memory(target, period) ,
emotion override : set emotional state(target, emotion) ,
behavior modifiication : modifiy behavior pattern(target, new pattern)
3. МЕЖПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ФУНКЦИИ
dimensional api =
portal creation : create reality portal(source, destination) ,
