Кадры из загробья

– Практики йогов заключаются не только в очищении мыслей, но и в правильной тренировке тела. Плюсом покойник был магом эмоций, не исключаю, что он использовал чары на самом себе и воскрешенный неосознанно продолжает делать также. Все взаимосвязанно. Но не похоже, что уважаемый Блэйт недоволен. Я б сам хотел так жить, если б умел! А если вас что-то расстраивает, уверяю, память тела со временем ослабевает, если этому способствовать. Рассказываете ему, каким хорошим он был раньше, устройте встречу со старыми друзьями, покажите ваши совместные видео…Они же у вас есть, раз вы его любимая женщина? Повторяйте все это почаще и через годик-другой он вернется в норму.

– У меня нет столько времени!

– Куда же вы спешите? Вы теперь оба молоды! У вас все впереди.

На последний вопрос уважаемая Крэс предпочла не отвечать. Сжала зубы так, что обострились скулы, и процедила.

– Христоф нужен мне прежним в ближайшие дни. И либо вы помогаете мне, либо встретимся в суде. Не забывайте, что взялись за дело незаконно, без согласия родственников.

Норт позволил себе зловеще оскалиться.

– К счастью, благодаря подписанным вами бумагам, и я, и мое бюро в полной безопасности. Вы, конечно, можете попробовать нас засудить. Буду рад, мне давно не хватало повода посмеяться. А ваши требования… Даже наши дополнительные услуги не способны стереть память тела в такой короткий срок. В вашем случае я и пытаться не стану.

– Потому что ситуация сложная?

– Потому что вы мне не нравитесь.

Вайлет хищно прищурилась, не способная подобрать аргументы.

– Думаете, самый умный? – Она вскочила, чтоб посмотреть на бессовестно улыбающегося Норта сверху вниз. – Не сомневайтесь, вы пожалеете об этом.

А затем ушла, хлопнув дверью до падающих крошек штукатурки.

Норт не сомневался только в том, в каких красках будет пересказывать произошедший диалог Иву. Со всей экспрессией! И по ролям!

Норт ошибся.

Вторая незапланированная гостья пришла ближе к вечеру. Не опускаясь до вежливого стука, она в наглую прошла в кабинет, когда там сидел другой клиент, и погрозила, что не побоится устроить скандал при посторонних, если ей прямо сейчас не уделят время. Оглушенный негативным настроем незнакомки, некромант все-таки вынудил ее немного подождать, однако с прошлым заказчиком действительно закончил быстрее, чем планировал. Про себя он предпочел думать, что уважает старость, ведь настырная дама была в возрасте, а не то, что гостья показалась ему пугающей.

– Проходите, – позвал Норт, неосознанно напрягшись. Дама грузно опустилась в кресло и посмотрела на него, как на червя. Взгляд, тренируемый годами. – С какой же просьбой вы так рьяно хотели обратиться, уважаемая…?

– Хелен Блэйт, – представилась гостья, только этим отвечая на половину незаданных вопросов, – мне стало известно, что ваша конторка вернула к жизни моего мужа. Без моего ведома.

Обычно таким тоном говорят про уличную слякоть, принесенную на ботинках в только что вымытый подъезд, но никак не о воскресшем близком человеке. Норту все больше не нравится эта встреча.

– Да, припоминаю. У вас есть какие-то претензии?

– Я их озвучила. По какому праву вы, молодой человек, проводите ритуалы без разрешения?

– Позвольте, – некромант достал дело Христофа и вытащил из него свой экземпляр договора, – у нас есть разрешение, подписанное лично уважаемым Блэйтом. Да, оно получено позднее, чем мы предпочитаем обычно, и тем не менее, ваш муж не выказал никаких жалоб на счет своего возвращения на бренную землю. В иной ситуации, конечно, были бы проблемы. А так…Считайте, что мы оказали вашей семье неоценимую услугу.

– Вы смеете приписывать себе это в заслуги? – Дама в омерзении морщится. – Не имеет значения, что там подписал Христоф. Вы обязаны были спросить мое мнение.

У Норта складывалось до боли поганое впечатление, что он что-то упускает.

– При всем уважении, наш клиент не вы, а ваш муж. А он достаточно взрослый и самостоятельный человек, чтобы мы…

– В том-то и дело, – перебила Хелен, – нет у него ни капли самостоятельности. Христоф год как признан недееспособным.

За мгновенье до того, как она практически швырнула в лицо Норту бланки, он успел разглядеть на них печати целительско-эмпатической комиссии. Собрав листы, Норт вчитался в содержимое, холодея с каждой строкой. Действительно. По результатам комиссии после перенесенного инфаркта головного мозга у Христофа Блэйта выявлено прогрессирующее снижение когнитивных функций, утрата памяти, поведенческие отклонения. Не поддается заклинаниям и вмешательству в эмоциональный спектр. В связи с этим признан недееспособным.

Странно.

– Инсульт у уважаемого Блэйта случился чуть больше недели назад. Откуда тогда бумага годовой давности?

– Этот инсульт был повторным, очевидно, – Хелен хмыкнула, – полтора года назад Христоф уже страдал от этой напасти. Но выжил. Только умом тронулся. Мне стоило многих усилий видеть его таким, заботиться о нем таком. Мы вместе пережили это большое горе. Так что теперь в его жизни именно мое мнение является ключевым.

Не хорошо.

– Мы ничего не знали о предыдущем случае.

– Это ваши проблемы, – Хелен выдернула бланки из рук Норта, – сами взяли поручение у непонятно кого. Мне давно следовало отвадить эту девчонку, но я наивно полагала, что знакомое зло лучше незнакомого. С ней я отдельно разберусь. К вам я зашла, чтобы предупредить: я подаю на вас в суд. Мне противно от одной мысли, что такие мошенники, как вы, могли сделать с моим мужем в его ослабшем состоянии. Мой адвокат скоро свяжется с вами. И будьте уверены, я сделаю все, чтобы вопрос решился как можно скорее.

Норт обязательно нашел бы, что возразить, если бы ему дали шанс. Но, припечатав последнюю реплику, Хелен поднимается и уходит, не попрощавшись.

Посидев немного в состоянии какого-то отупения, некромант вновь открыл дело Христофа, рассматривая историю болезни. Это врачебный документ. Здесь должна быть информация о прошлых заболеваниях. Но ее нет. Будто…подтерли.

– Вот стерва! – В сердцах выругался Норт, отбрасывая бумаги. Почему он не подумал, что врачей, как и владельцев воскрешающего бюро, можно подкупить? Увидев строчку о повторном инсульте, Ив сто процентов догадался бы уточнить о его последствиях. А недееспособного они бы на ритуал не взяли ни за какие деньги.

Вайлет оказалась более умной, чем считал Норт. Все предусмотрела.

Значит, суд… Ну, паниковать еще рано. За годы работы бюро, особенно в начале, парни пару раз сталкивались и с неадекватными родственниками, и с такими же воскрешенными, жаждущими затаскать их по залам. Проблема всегда одна и та же: с какой-то из сторон не было получено согласия. Но то, что Норт не брал дело, если не получал хоть одной подтверждающей подписи, спасало ситуацию. Разбирательства заканчивались либо полной победой бюро, либо символическими штрафами за моральный ущерб. Но если из-за недееспособности Христофа его согласие признают не имеющим законной силы, Норт и Ив останутся без юридической защиты. Поражение в таком деле сулит не только огромные финансовые потери. Их могут лишить права заниматься любой магической деятельностью, вряд ли на маленький срок. Магический кодекс всегда отличался жестокостью.

С другой стороны, недействительность согласия надо еще доказать. Инвалидность Блэйта была связана с поражениями мозга, которых нет у нового тела. Законодательство говорит, что при воскрешении любые магические и патологические состояния старого организма, включая сферу психиатрии, перестают иметь силу. Следовательно, и о недееспособности речи не идет. Однако все то же законодательство настаивает, что новое тело не освобождает от старых прав и ответственностей.

Дело в любом случае выходило беспрецедентным, как и многие в истории бюро. Но впервые некромант не был уверен в исходе. Разумеется, он будет настаивать на повторной комиссии. Вот только каким будут считать Христофа до ее вердикта? Так как ни в магическом, ни в гражданском кодексе нет пунктов, предусматривающих подобный случай, все будет зависеть от решения судьи. Человеческий фактор… фу. При лучшем стечении обстоятельств воскрешенного признают дееспособным сразу, и проблема сама себя исчерпает. При худшем… если, например, просветленность йога сочтут поведенческим отклонением…

– Загробные твари… – Норт устало откинулся на спинку кресла, снимая очки. Мозг не отдыхает, так пусть хоть глаза расслабятся.

Первым делом нужно поговорить с Ивом. Сказать, чтобы пока придержал заработанные деньги у себя – только высшие знают, сколько придется потратить на судебные издержки.

Ив берет трубку с третьего гудка.

– Привет! – У него на фоне уличный шум и разговоры.

– Да, привет, – начинает Норт и замолкает. Следует сразу обозначить проблему, но он неосознанно тянет время. – Как там дела у тебя? Всю зарплату успел потратить?

– Знаешь, ты тот еще авантюрист, но готов признать: хорошо, что в этот раз ты настоял на своем. Я купил почти все материалы, некоторые из них были в последнем экземпляре. Ума не приложу, где бы потом их искал. Ирис тоже рада. На последней консультации целитель ей сказал, что сейчас самый подходящий возраст, потом восстановиться будет сложнее. Если мне и дальше будет везти с покупками, уже через месяц мы с Ирис попробуем провести ритуал. Ее муж как раз должен вернуться из командировки.

– Вот как… – Пространно тянет Норт и давится всеми невысказанными новостями.

– А ты чего? Не развалил бюро в мое отсутствие?

– Да что здесь могло случиться? – От своих же слов некромант прикусил язык. И как теперь сказать, что кое-что все-таки случилось? – Уважаемая Крэс заходила сегодня утром. Злая, как сто тварей.

– Никакой гармонии? – Ив посмеивается. – Ну, переживет. Надеюсь, ты не додумался втюхать ей дополнительные услуги в мое отсутствие?

– Эй, ты у нас главная звезда по устранению памяти тела. Как бы я смог без тебя?

– Ну, вспоминается мне случай, когда ты пытался решить вопрос через влияние на душу…

Ив пустился пересказывать эпизод – будто Норт сам не участвовал в тех событиях, – как друг чуть не помер от своего эксперимента. Некромант же слушал, возрождая в памяти те моменты, но внимание акцентировал на другом. Напарник говорил о том, насколько же та авантюра была опасна. Норт же думал об эффективности.

Легко влиять на душу, лишенную материальной оболочки. Попробуй повлиять на ту, что скована телом – с большой вероятностью сам станешь призраком. Из подобной магии широко использовалось только изъятие для казни, и допускались до подобных заклинаний только самые сильные некроманты.

Норт горделиво считал себя сильным. Оттого в начале карьеры, когда увидел, что целительские способности Ива справляются с памятью тела медленней, чем хотелось бы, попробовал подойти к ситуации с другой стороны. Что если не пытаться переучить тело, а усилить дух, подавив старые привычки новым характером? А еще лучше – скомпоновать оба метода? Сработало идеально. За два дня напарники вдвоем сделали то, на что один Ив тратил месяц. Правда, Норт потом валялся в болезненном бреду три недели. И еще полгода мучился от слабости и анемии, с которой не справлялся ни один Ивов отвар. В общем, парни решили, что игра не стоит свеч.

“Но сейчас-то и игра крупнее, и свечи дороже…”

– Так что там с Вайлет? – Возвращает в диалог голос Ива.

– А что с ней? Мягко намекнул, что сотрудничать с ней дальше мы не желаем. Поорала и ушла.

Поболтав еще немного, Норт снова пожелал удачи другу и отключился. Слабая совесть кольнула. Он не должен решать такие серьезные вопросы без напарника. Ив… не будет в восторге, когда узнает. Но с другой стороны… о суде можно просто предупредить чуть попозже. Когда Норт сделает пару вещей для решения этой проблемы. Да, так он и поступит.

***

На привычку некроманта собирать как можно больше информации о клиентах Ив часто шутил, что он просто любит множит макулатуру. Огромное количество сведений почти не использовалось, пылилось в шкафах и ящиках. Но в один случай на миллион Норт благодарил себя за скрупулезность.

Адрес заказчицы, подсмотренный в папке Христофа Блэйта, привел его к новенькой многоэтажке на окраине города. Проскочить незамеченным не получилось: на въезде во двор, у каждого подъезда и даже на этаже – везде проклятые домофоны. У каждого пришлось неловко представляться и обозначать цель визита. Норт был уверен: чем больше он совершал звонков, тем сильнее на том конце аппаратуры злорадствовала Вайлет. Парню приходилось напоминать себе, что он сам сюда пришел, что выбора у него особого-то и нет. Иначе желание психануть и развернуться пылало слишком сильно.

– Я думала, что вы не хотите иметь со мной дел, – вместо приветствия произнесла девушка, когда он наконец не только услышал, но и увидел ее.

– Планы пришлось изменить, – скрипя сердцем ответил Норт, призывая все свое внутреннее мужество, чтобы улыбнуться, – ну и где наш клиент? Посмотрим, насколько все плохо.

Ив его убьет, когда вернется. И вряд ли некромант спасется от праведного гнева, если к тому моменту и так будет на грани смерти.

Но к предстоящей комиссии Христоф должен стать самым адекватным человеком из всех, кого он когда-либо знал. Чтобы не к чему было подкопаться.

Чета Блэйтов весьма состоятельна. Это выражалось во всем: личных вещах воскрешенного, одежде, которую носили его дамы, в том, сколько налички не стесняется носить в сумочке его любовница. Оттого не возникало сомнений, что такая женщина, как Хелен, способна будет надавить на комиссию и любая мелочь станет ключевой в решении экспертов.

Конечно, с Ивом воздействие на душу прошло бы и легче, и быстрей, и безопасней. А еще Ив отбраковал бы идею в зародыше и остался бы глух к любым доводам. За три года совместной работы Норт научился различать, когда целителя можно уговорить, а когда и пытаться не стоит. Потому Ив до сих пор гуляет в отпуске, не подозревая, что его ждет по приезде обратно. Пусть занимается своими делами и не волнуется. Норт намерен выиграть дело, хоть и придется рисковать в одиночку.

Вайлет отводит его в дальнюю комнату, откуда по всей квартире распространяется запах сандаловых благовоний. Христоф стоит лицом к окну, откуда светит солнце, и совершенно не обращает внимания на вошедших.