скачать книгу бесплатно
– А если это всё… нерукотворное? Может… аномалия? Эпидемия? Поражающая выборочно?
Ами так увлеклась поиском подходящей теории, что забыла краснеть и стесняться.
– А записки? А замаскированная яма? Может, оно всё между собой и не связано… Но столько необычных вещей, появившихся в одно время, наводит на мысль, что происходит что?то, масштабы чего сложно оценить. И делается всё очень искусно. Очень… пугающе.
– Очень. – согласилась Ами. – И подкралось до жуткого близко, да? Я слышала тут пострадал ученик?
Финиан горько поморщился, мрачно опуская глаза.
– Да.
– И… многое он забыл?
– Некоторое количество больших циклов своей жизни и ряд приёмов.
– Выученных за эти циклы?
– Как ни странно – нет. – с задумчивым интересом исследователя ответил ведьмъ. – Несколько действий, освоенных им за разные периоды – за детство, юность, недавно и давно… При том, выглядело это так, как будто его подсознание сочло некоторые вещи теперь неважными и решило выкинуть вместе с остальным мусором. Раз уж так удобно получилось.
– Занятно… А важное осталось на месте?
– Ну, он дышит. И пить может.
– А… они могут забыть как дышать?
– Может, некоторые и забыли… Но едва ли мы об этом узнаем – они, полагаю, вообще уже никогда никому ничего не расскажут.
Прозвучало… ну ни разу не жутковато. Спасибо за нагнетание.
– Я… смотрела отчёты по опросам и обследованиям других пострадавших. В том числе и у нас в Кантине. Особо ничего общего между жертвами и обстоятельствами. Все мои теории разваливались в труху одна за другой. Я просто теряюсь в догадках… Не за что зацепиться… Ненавижу не понимать! Может, у нашего праймского агента будут какие светлые идеи…
Финиан уверенно кивнул.
– Конечно, они у Кайла будут. Поэтому с ним приятно работать.
Главведьм и визитёра немного помолчали в размышлениях.
– Думаю… если и я как?то подключусь к делу, то хуже не будет… Надеялась найти какие?то ответы у вас в архивах. – вернулась Ами к началу разговора уже чуть более уверенно.
Не краснея и не заикаясь. Ведь отказа она так до сих пор и не получила.
– Да, начало уже неплохое… – Финиан указал взглядом на табличку. – Посмотри на эти строчки. Интересная у этой штучки структура… короткого указания или перечня, что ли… В ней есть что?то… Даже не знаю как сказать… Такое знакомое, будто вот?вот поймёшь, о чём речь. Но… нет.
Он досадливо помотал головой.
– То есть, пока у нас тут всё безнадёжно?
– Мне кажется, да.
– Говоря об интуиции… Это глупо, я понимаю, но… У меня от всех этих символов странные мурашки. Такие же, как от значков в материных записях. Может, в них есть что?то общее?
Амелия с надеждой уставилась на своего сведущего в этих вопросах собеседника.
– Что за записи? – с интересном склонил голову набок тот.
Его взгляд больше не прожигал и не замораживал. То ли у него такой цели сеймомент не было, то ли заряд сил на время закончился.
– Записи моей матери. Вот. – извлекла из сумки и, не теряя времени, и поспешно вывалила на стол обрывки ткани Амелия.
Праздник! Наконец?то ими заинтересовались.
– Хм…
Ничуть не возмущённый таким засорением своего рабочего пространства Финиан с интересом исследователя болотных растений взял один листик.
Ещё один…
Его мина безразличия вмиг куда?то исчезла, прекрасные голубые глаза заблестели уже неподдельным любопытством, а на лице отразилось нескрываемое удивление.
– Ух ты! – изумился он, распрямляя и разглядывая остальные фрагменты. – А кантинки?то… стремительно эволюционируют… меняя сельхозорудия на книги и карты. Неожиданно. Пока мы здесь, запертые в храмовых стенах среди уже известного медленно деградируем… Не удивительно, что всякие более мелкие безобразия тоже происходят у нас прямо под носом незамеченными, если мы не знаем о столь масштабных процессах…
Тонкие пальцы главведьма быстро принялись расставлять разрозненные фрагменты на свои места. Вот уж кому точно было известно, что делать.
– Ну… к твоей чести, нужно признать, что ничегошеньки ты не упустил и нет никаких масштабных процессов. – Ами польщено сдерживала улыбку. Такого эффекта она не ожидала. – Не в Кантине точно. И не предвидится. Моя мать – своего рода уникум. В те времена, когда она ещё не превратилась в сросшуюся с копалом сварливую грампу, она была бродяжкой?омиллькой. Картографой.
– Послушай… Это всё выглядит… так знакомо… – Финиан поднял на неё пронзительно настороженный взгляд, пытаясь припомнить что?то. – Как ты сказала тебя зовут?
– Я не говорила. – мотнула головой служака. – Амелия. Ами.
– А твоя мать… – он на момент оторопело остолбенел и недоверчиво прищурился, обнаружив среди обрывков фрагмент с подписью. – Иветт?! Иветт Беспокойная? Бродяжка Иветт Беспокойная… твоя мать?!
– Да… – смутилась Ами. – Ты… её знаешь?
Какого тлена. Эффект превзошёл ожидаемый.
– Немного! – энергично закивал Финиан. – Больше заочно знаком, мы учились на параллельных курсах в университете, она, даже будучи неведью, была светочем любимицей всех преподавателей, к зависти и злорадству всех ведьм на потоке… в Библиотеке есть пара её антропологических книг с заметками и набросками… Весьма точные и остроумные описания, кстати… а эти карты…
Ледяная его надменность как?то быстро растаяла. Он вновь склонился над обрывками…
– … прекрасны. – выдохнул он с восхищением. – Великая женщина.
«Ага, как же. Видел бы ты этот огрызок обычной женщины сеймомент.»
– Хотела бы и я сказать про неё что-то подобное. Была. Не в моё дежурство, видимо. – мрачно хмыкнула Ами. – Ни о чём подобном она даже не упоминала.... Похоже… ты знаешь её лучше, чем я.
Горечь. Много горечи. Практически физически ощущается во рту.
Должно быть, мы говорим о разных людях. Где эта самая прекрасная женщина и что за болотную гниль Ами подсунули вместо неё?
Зато Финиан был явно доволен происходящим. Он выглядел по?настоящему заинтересованным. Его и без того яркие глаза сеймомент сияли так, что практически невозможно было на них смотреть…
…Это прекрасно…
Значит, он её не прогонит. А, возможно, и поможет с этими несчастными значками и обрывками?
– Что у тебя есть ещё… из оставленных матерью потрёпанных жизнью сокровищ? Видишь ли… Картография –моя слабость! – восторженно пояснил он.
– Ещё есть только руины моей жизни… Но едва ли они представляют какой?либо исследовательский интерес. – пожала плечами Амелия. – Боюсь, это всё, что мне удалось извлечь из моего навозного прошлого и общения с той чужой женщиной, которую по чьему?то преступному недосмотру называют моей матерью.
– Эх… – ведьмъ покосился на мрачную Ами. – Так вот, значит… что случилось с Иветт… А мы с профессором Корри всё гадали за стаканчиком эля – какая бездна её поглотила. Я был склонен считать её погибшей. Профессор был уверен, что она осталась с эльфами. Говорят, с ними время летит незаметно, потому как они сами не знают времени.
Финиан неожиданно лучезарно улыбнулся, морщинки около глаз очаровательно присоединились к его веселью.
– Но всё оказалось куда как прозаичнее. – нахмурилась кантинка. – Но ты был прав. Той Иветт, которую ты знал, больше нет.
– Ну и ну… – недоверчиво покачал головой Финиан, который, судя по всему, всё ещё не мог справиться с полученной информацией. – Значит… безумная и бесстрашная Иветт… Осела в Кантине… променяв всё на хозяйство и семейство?! Я не верю, Ами! Все эти годы в Университете… Столько сил и труда! Все успехи, награды… Полевые исследования, интригующие публикации и… всё это…
– Посеяно к гнусам в болота. Именно так. С чего бы ей быть радостной, если так смотреть на вещи.
– Да… вот так… Тебе я верю… Мне никто не поверит! А то и хуже, злорадства будет до потолка не продохнуть от тех, кто были с ней на одном курсе! «Нельзя пойти против своей природы» скажут они… «Неведь – не человек», «выше головы не прыгнет»… Что там ещё говорят в таких случаях… Так вот, что с ней случилось! Какой конфуз… И какая ужасная банальщина…
– Так меня и сестёр ещё ни разу не называли. – хмыкнула Ами. – Но это правда. Для третьей именем могло бы быть «вреднючий быт».
Ведьмъ тряхнул своей белой гривой, пытаясь стряхнуть ошеломление.
– Ох… Нет. – сделал он огорчённый жест рукой в воздухе. – Мне просто не верится… Ами, я ничего не слышал сейсвет. Иветт была и остаётся в моей памяти объектом поклонения.
Кантинка пожала плечами.
– Как скажешь… За упокой тогда. Сеймомент твой кумир в ужасе шарахается даже от теней ишицы, грома, дождя и сквозняков. Вот, что с ней стало… Ничего утешительного к этому добавить не могу.
– Но хотя бы остались эти прекрасные карты…
Финиан вновь склонился над аминым порванным наследием, пытаясь собрать фрагменты воедино с равным аминому энтузиазмом.
Может та самая Иветт и мертва теперь и её место занимает пучок жухлой травы, угрюмая всем недовольная самозванка… Но чистая душа её всё ещё живёт в этих трудах, привлекая к себе других жаждущих материковых тайн и открытий.
– Она… же наверняка находила время для старых занятий? – всё ещё встревоженный ведьмъ возбуждённо расправлял кусочки карт, желая найти больше информации и какие?то ответы. – Ну… пыталась ведь возобновить? Иветт собиралась отправиться изучать эльф… Это было бы уместно , потому как последняя экспедиция в эльфийские земли была, если не ошибаюсь, поколения три?четыре назад, ещё даже до закрытия Северных Королевств, и новых попыток изучения эльфийской культуры, с тех пор, насколько я знаю, не предпринималось…
– Смирись. – хмыкнула Ами.
– Не верю, что такая увлечённая натура могла вот так взять и всё бросить! И что многообещающая учёная и смелая душа могла перестать бороться за то, что было ей дорого… Если оно, конечно, всё ещё было ей дорого… Нет, нет.
Секретара тяжело вздохнула.
– Может, первое время и пыталась… Я не знаю. Мне досталось уже то, что ты видишь. Обрывки тайн и выцветшие следы былого великолепия. Живое снаружи, но мёртвое изнутри. Оболочка. Ходячий труп. – она брезгливо поморщилась. – Кантин – более опасное место, чем обычно принято считать. Я бы наносила его на карту как… болото.
– Сурово.
Ами многозначительно подняла брови.
– Поверь урождённой кантинке. И древние гнусы с упырями там там всё ещё обитают в уменьшенном во всех отношениях жалком виде. И всё ещё пьют кровь и пожирают души живых заблудших.
– Там ещё и буки и морры были, насколько я помню… Ладно. С кем не бывает. Может быть, Иветт уже наелась досыта приключениями, и ей просто захотелось испытать что?то новое.
– Тогда она выбрала тип экстрима, со стрессом и последствиями от которого не сумела справиться. Она не выглядела довольной, серьёзно. Сеймомент это просто мешок раздражённого брюзжания и немотивированной агрессии.
– Может, что?то напугало её… и она решила завязать с исследованиями? Бежать в безопасную рутину от… не знаю. От избытка чего?то страшного.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: