Песни вьюг

— Магическую? — в голосе майора звенел скепсис.

— Не знаю. Её вообще никто описать не смог.

Трофимов закрыл лежащую на его коленях папку с бумагами, страницы схлопнулись с глухим звуком.

— Выходит, что пока из общего у двух из трёх покойных — любовь к чтению. Вроде как мистических текстов.

— Ага, — невесело протянул Кириллов.

— Значит, товарищи, надо дальше искать совпадения, — полковник сунул материалы дела под мышку и резко встал. Кресло под ним отозвалось звуком распрямившихся крепежных колец.

— Слышали Сергея Петровича? — не отрываясь от изучения бумаг, бросил майор. — Выполняй!

— Есть, — отозвались сержант с лейтенантом.

Рутина сожрала весь рабочий день. То и дело распахивающаяся дверь в кабинете не давала Арбузову сосредоточиться.

— Они там совсем осатанели: у одного ящик шампанского свистнули, у второй пакет с мандаринами из рук вырвали, когда из магазина шла, — бормотал Кириллов, выискивая что-то на своём рабочем столе.

— Все к празднику готовятся, как могут, — не отрываясь от вождения ручкой по листу, отозвался Владимир.

— Потом окажется, что половина сама же выпила, а тётка у соседки фрукты забыла. А мне закрывашку пиши, время теряй, — Кириллов один за другим с грохотом стал выдвигать ящики стола.

К монотонному гулу за дверью прибавился ещё грохот и скрип дерева.

— Да что ты там ищешь? — не вытерпел сержант.

— Кобуру мою не видел? Чёрная такая, вроде сюда складывал, — лейтенант скрылся под столом.

— Не-а. Не было кобуры.

Входная дверь с грохотом отлетела к стене:

— Кирюха, ты тут? — выкрикнул возникший словно из ниоткуда патрульный.

— Ага, — донеслось из-под стола.

— Пошли, поможешь, там одного буйного привезли. Надо его в камеру упихнуть. А он, зараза, упирается.

На рубашке вошедшего в районе локтя зияла дыра.

— А я-то тут при чём? — распрямился лейтенант.

— Кто у нас отдельские соревнования по карате осенью выиграл? Пошли, давай, там Саныч один его долго не удержит.

Патрульный развернулся на каблуках и скрылся в коридоре. Лейтенант тяжело вздохнул и стал выбираться из-за стола. Проходя мимо склонившегося под лампой Арбузова, бросил взгляд на исписанный лист.

— А чего это? — кивнул в сторону разрисованной кружками и стрелками бумаги.

— Я всё думаю по поводу сходства. О котором Трофимов говорил. Вот, — Арбузов развёл руки над схемой.

— И чего?

Из коридора послышались матерные вскрики.

— Пока на двоих только книга. В остальном глухо — ни общих мест, где бывали, ни пересекающихся знакомых.

Сержант вздохнул.

За стеной раздался грохот и какая-то возня.

— Первым делом самолёты, а потом твою шараду решим. Не кисни, Шерлок.. — не договорив, Кириллов выбежал из комнаты, прикрывая за собой дверь.

Ещё минут пятнадцать просидев над схемой, Арбузов глянул на часы и принялся доставать из ящика теплые вещи. Оглядев себя в небольшое круглое зеркальце у входа, он вышел, закрыв кабинет на ключ.

Мимо пробежали двое ППСников. Близость нового года сказывалась напрямую — обычно тихое в это время отделение полнилось гулом голосов.

— Чего, тоже в усиление отправили? — раздалось из-за зарешёченного стекла дежурки.

— Ага, концерт в минус двадцать смотреть — то ещё удовольствие, — сказал Арбузов.

Дежурный хмыкнул, склонившись над разложенным перед ним журналом. Сержант двинулся к железным дверям.

— Вов, совсем забыл. Там этого твоего Червонцева наряд притащил, — раздался голос за спиной.

Арбузов спешно развернулся.

— Как? Чего раньше-то не сказал?

Дежурный лишь развёл руками — в этаком бедламе не то что о просьбах забудешь, не сразу иногда вспомнишь, как и себя-то зовут.

— Да он всё равно сейчас никакой свидетель. Пьяный, еле языком шевелит. Его ребята во вторую камеру отсыпаться кинули. Так что все опросы только с утра.

Арбузов кивнул и двинулся к выходу.

Глава 4

Ветер немного стих, поэтому снег падал маленькими колючими хлопьями. Сержант повыше приподнял воротник фирменной куртки. На его щеках выступил яркий румянец. Каждый шаг отдавался облачком белого пара.

Снегу даже удалось чуть притормозить город. Машины двигались медленно, прохожих можно было пересчитать по пальцам. Арбузов смотрел, как двое мужчин безуспешно выталкивают из сугроба жёлтый «Москвич». Двигатель рычал, но колёса лишь буксовали в серой каше.

Перейдя на другую сторону улицы, он заметил посреди пустынной тёмной аллеи знакомый силуэт.

— Привет, а ты чего тут?

— Здравствуй, Вов. Да так, встреча, — улыбнулась ему Светлана.

Сегодня она сменила мини-юбку на чёрные утеплённые штаны. Снежинки красиво ложились на её красную шапку с помпоном.

— Ты бы тут одна не стояла. Сейчас сама знаешь, на улице как, — проговорил он, глядя ей в глаза.

— Знаю. Но и отсиживаться по норам не буду, — она сделала шаг к нему, подняла голову, посмотрела прямо в глаза.

Ниже его почти на голову, маленькая, хрупкая, полная решимости ведьма. Арбузов, мягко улыбнувшись, поправил прядь выбившихся из-под шапки волос.

— Свет.. — начал он.

— Будь, пожалуйста, осторожен. Я чую холод не от мороза. Он идёт от человека. И он близко.

Она развернула ладонь вверх, дождалась, пока снежинка ляжет на кожу. Осторожно подула. Снежинка, объятая золотым свечением, начала увеличиваться в размерах. Сержант заворожённо смотрел на творящееся колдовство. Когда снежинка доросла до спичечного коробка, ведьма лёгким движением сунула её в карман куртки Арбузова.

— Она поможет тебе лучше видеть, — прошептала Светлана.

Сержант благодарно кивнул. Он на секунду прикрыл глаза. Впервые за эту неделю ему показалось, что он не один.

Внезапно ведьма легонько толкнула его.

— Вов, всё, он идёт. Тебе надо уйти, он не будет говорить, если я не одна, — быстро пробормотала Светлана.

Арбузов огляделся. Метрах в трёхстах от них он увидел идущего мужчину. Из-за снегопада разглядеть его у сержанта не получилось.

— Я тебе всё потом объясню. Но сейчас, пожалуйста, уходи. Я у него эту встречу буквально вымолила, — шептала ведьма, каждую секунду оборачиваясь.

Сержант посмотрел на трясущуюся девушку. Перевёл взгляд на приближающийся силуэт.

— Ладно, будь по-твоему.

Арбузов направился к дорожке, что шла параллельно. Убедившись, что отошёл из-под света фонарей, он спрятался за высоким сугробом.

Ведьма развернулась к подошедшему мужчине. Проезжающая машина осветила лицо Трофимова.

Светлана что-то говорила, активно жестикулируя. Полковник кивал. Затем указал куда-то за её спину. Ведьма мотнула головой. Сержант крадучись стал приближаться к ним. Обычно сдержанный, полковник внезапно перешёл на крик:

— .. …он уже завтра придёт за следующим, — разнеслось над тёмной аллеей.

Ведьма мотнула головой, указав рукой на небо. Трофимов сплюнул под ноги, развернулся и направился в сторону, откуда пришёл. Светлана проводила его взглядом, повертела головой, словно проверяя, что у их разговора не было ненужных свидетелей, и двинулась в противоположном от полковника направлении.

Арбузов, покинув холодный наблюдательный пост, сбил с коленей прилипшие комья снега.

Через десять минут он стоял рядом с Кирилловым на заполненной людьми площади и вполуха слушал ППСника. Странная встреча не выходила у него из головы.

— Тёща моя где-то вычитала про конец света в двухтысячном. Еле отговорил новый телевизор продавать, чтоб в тайгу ехать.. — веселился Фёдор.

— И чего там будет? — Кирилл проводил взглядом направляющихся к киоску с горячим чаем трёх девушек.

Одна из них обернулась, подмигнув лейтенанту. Заметившие это подружки прыснули.

— Типа время закончится.

— А в тайге типа нет? — усмехнулся Кирилл.

С установленной в десяти метрах от них платформы орала музыка. Четыре танцовщицы в синих костюмах снегурочек задорно махали руками. Стоящий посредине сцены Дед Мороз весело рифмовал «Новый год идёт» в микрофон.

Стоящая в первом ряду компания зажгла бенгальские огни.

— Может, сказать этим? — кивнул на раскачивающих огни Фёдор.

— Да ладно тебе, пусть народ развлекается, — примирительно отозвался лейтенант.

— Вов, ты чего такой кислый? Хочешь, сходи, сладкой ваты купи, — ППСник легонько толкнул сержанта в бок.

Арбузов машинально потрогал карман — снежинка Светланы лежала на месте. Холодная. Значит, пока не время. Сержант огляделся по сторонам. Несмотря на мороз, народ на площадь только прибывал. Пары под ручку прохаживались у высоко наряженной ёлке. Малыш в пушистой шубе тянул руки к качающемуся игрушечному шару. Старуха в коричневом пальто придерживала мальчугана за воротник. Тут и там раздавались взрывы хлопушек.

— И до скольки у нас сегодня концерт? — спросил пытающийся согреть дыханием руки Кириллов.

— Да фиг знает. Вроде до девяти. Сейчас эти, — ППСник кивнул на машущих публике артистов, — потом глава района с поздравлением.

Лейтенант сунул руки в карман.

— Вован, ты и правда сегодня какой-то задумчивый? Не заболел? — осведомился Кирилл.

— Нормально всё, устал, — бросил Арбузов, не отрывая взгляда от толпы.

— Конечно, с нами-то графиком, — усмехнулся Кириллов.

Шапки с помпонами, шарфы, редкие шубы. Горожане утеплялись в меру своей обеспеченности. Арбузову на секунду показалось, что у прошедшего мимо парня неестественно сверкнули глаза. Чуть дальше грохнула, взорвавшись петарда. Видение исчезло.

— Чтоб тебя, — выдохнул Фёдор и двинулся к резвившимся школьникам.

— Ниче-ниче, потом в отдел вернёмся, отогреемся.. — бормотал пританцовывающий рядом Кирилл.

Сержант прищурился. Худенькая девушка в сером нейлоновом пуховике показалась смутно знакомой. Она улыбалась, глядя на сцену — там фокусник доставал из шляпы связанный из шариков букет.

Позади неё пристроился парень в тёмной короткой куртке. Девушка оглянулась, поспешила отойти. Толпа разразилась аплодисментами — из шляпы фокусника вылетела пара белых голубей.

Арбузов смотрел, как в паре шагов слева от девушки остановились двое — мужчина и женщина. Женщина в синей куртке, несмотря на мороз, была без шапки — волосы, собранные в высокий хвост, покачивались при каждом движении. Девушка в куртке восторженно следила за дугой, по которой летели голуби. Повернулась — сержант увидел на её лице маску ужаса. Сердце заколотилось. Он узнал этот взгляд — такой же был у Эдика, когда тот сидел у стены.

— Вован, это та девушка, что про волков нам рассказывала?

Секунда — и она бросилась бежать. Через мгновение за ней сорвалась троица.

— Быстро, за мной, — крикнул Арбузов.

Кириллов непонимающе завертел головой, но бросился вслед за коллегой.

Бежать было сложно — снежная каша расползалась под ногами волнами. Девчонка оказалась не промах: свернула с главной аллеи в арку, нырнула в боковой двор.

Арбузов увидел мелькнувший впереди серый клочок её куртки, махнул мчавшемуся позади лейтенанту и нырнул в проём. Преследователи не отставали от своей жертвы.

Крики Арбузова — «Стоять, милиция!» — поглотила темнота снежной Москвы. Поэтому пришлось позабыть про авторитет формы и надеяться лишь на быстроту своих ног.

Девушка мчалась вперёд не оглядываясь. Трое преследователей — ровно столько теней насчитал сержант — не отставали от неё ни на шаг. Они двигались слаженной стаей, загоняя жертву по заранее намеченному маршруту.

Мелькали тёмные провалы подъездов, но девчонка проносилась мимо, словно не веря в их обманчивую безопасность. Арбузов поймал себя на мысли о странности действий незнакомцев: они не кричали ни девушке, ни ему. Они даже не пытались прятаться. Будто видели только цель.

Девушка в сером пуховике резко свернула под фонарём. Арбузов моргнул и мог в этот миг поклясться, что не странная троица гнала её, а трое волков. Он почти видел вздымающиеся загривки, хвосты, что яркими стрелами расчертили воздух.

Они вырвались на проспект и под недовольное гудение машин пробежали на красный. Позади, ругаясь, летел лейтенант.

Арбузов едва не влетел в стоящую на светофоре женщину. Она что-то бубнила про то, что совсем потеряли совесть — пьяными в форме ходить. А он лишь оглядывал собравшуюся у перехода толпу. Миг — и он рванул, бесцеремонно расталкивая прохожих по направлению к полутемному парку.

Тот встретил Арбузова и Кириллова давящей тишиной. Деревья стояли мрачные и торжественные, снег покрывал их до самых макушек. Главная дорога была ещё худо-бедно почищена, а вот на боковые дворникам не хватило то ли сил, то ли терпения — так и стояли сугробным кольцом.

Подоспевший Кириллов пытался отдышаться.

— Видишь их? — Арбузов вертел головой.

Фонари горели через один, а по левую сторону от входа их вообще не было.

— Туда, — ткнул пальцем Кириллов в одиноко горевший фонарь впереди.

Действительно, там вроде видилось какое-то шевеление. Затем раздался крик.

Милиционеры что есть мочи рванули вперёд. За большим, почти метровым сугробом шла возня.

— Да голову ей держи! — раздался женский голос.

— Стоять, милиция! — прокричал Кириллов, протягивая руку к кобуре.

Они подбежали как раз вовремя. Преследователи окружили лежащую на земле девушку. Тот, что помоложе, держал жертву за ноги, мужчина постарше прижимал её руки.

Склонившаяся над девушкой женщина сжимала в руке какой-то светящийся шарик. Предмет походил на ёлочную игрушку, но испускал странное мерцание.

Парнишка вскочил и изобразил боксёрскую стойку.

— Не дури, — едва дрожащей рукой Кириллов наставил на него пистолет.

Двое всё ещё продолжали удерживать девушку. Та, освободив ноги, отчаянно пыталась отползти. Мужчина давил ей на руки, не давая свободы. Секунда — и женщина спрятала светящийся шарик в карман.

— Отходим, — коротко бросила она, развернувшись.

Мужчина постарше моментально освободил пленницу и бросился бежать за удаляющейся спутницей. Парнишка ошалело оглянулся, плюнул под ноги и бросился наутек.

Всё это заняло не больше пары секунд. Арбузов бросился в погоню. Судя по звукам за спиной, Кириллов что-то спросил у оставшейся сидеть на земле девушки и помчался следом.

Эта часть парка, как помнил Арбузов, и летом-то была скорее похожа на лес. А зимнее низкое небо и сугробы по бокам заставляли ориентироваться больше по звукам.

На счастье милиционеров, противники не таились. Впереди скрипел снег, явно давая понять, куда помчалась троица. Одно удивляло: их путь был противоположен кратчайшему выходу. Они удалялись в глубь парка, к системе прудов.

Наконец петляние по тропкам закончилось. Арбузов вместе с напарником выбежали на хлипкий деревянный мосток. С другой стороны шла уже более цивилизованная часть парка — светили фонари, в их свете можно было разглядеть редких гуляющих.

Милиционеры оглядывались. Внезапно выход с моста с обоих сторон окружили четверо. Помимо знакомых уже Арбузову лиц, скрывающийся под капюшоном мужчина явно руководил действиями группы. Даже отдававшая ранее приказы женщина вышла вперёд по его жесту.

Они подступали с двух сторон. Медленно, шаг за шагом. Даже вновь вынутый из кобуры пистолет не смутил их решимости. Казалось, они просто не замечали его, продолжая отрезать пути к отходу.

— Ты, человече, выбрал свой путь. Хозяин не даст вам прозрения, — пробормотала женщина, вытаскивая из кармана куртки нож.

— Положите оружие на землю! Иначе я вынужден буду стрелять! — покрепче сжав рукоять, громко сказал Кириллов.

Арбузов заметил, что теперь клинки сверкали у каждого из врагов. Женщина сделала ещё два шага вперёд, встала в стойку для боя.

— Положи оружие, у него пистолет! — почти в лицо прокричал ей Арбузов.

Она ухмыльнулась.

— Власти у вашего хозяина в этом городе нет! Убирайтесь! — раздалось с правого берега.

Сержант перевёл взгляд и замер. На берегу стояла Светлана. В руках у неё горело синее пламя.

— Это чё за эффект? — прошептал Кириллов, но пистолет к своей чести не опустил.

— Не тебе, ведовка, решать, чей этот город. Хозяин берёт своё по праву зимы, — мужчина в капюшоне стоял на противоположном берегу от Светланы.

— Че за хозяин у этих сектантов? — Кирилл почему-то продолжил обращаться к Арбузову.

Лейтенант переводил взгляд с синего пламени на нож в руках женщины и явно не понимал, что здесь происходит. Руки его немного подрагивали.

Сержант лишь пожал плечами, стараясь не сводить взгляда с ножа в руках женщины. Она никак не показывала свою реакцию на появление ведьмы, а верным сторожевым псом заслоняла милиционерам проход.

— Зимой тоже есть пределы охоты. Вы их переступили давно, — бросила ведьма.

— Для него нет пределов, ведовка, — сухо произнёс человек, скрывавший лицо. — Бери!

Троица молниеносно отреагировала. Женщина бросилась на Арбузова, целясь ему в бок. Нож бы исполнил задуманное, но сержант поскользнулся на тонкой ледяной корке, покрывшей мост. Он полетел вниз, увлекая за