Семья: кризисы, травмы и устойчивость

Василий Сластихин

Семья: кризисы, травмы и устойчивость

Публикации

Семья: Кризисы, Травмы и Устойчивость

Одиннадцатый сборник Лиги Профессионального Психологического Наставничества 2.0 LPPN-PRESS

Ассоциации Семейного Консультирования и Терапии

1 Марта 2026 года

Сборник докладов

Смоленск 2026

Редакционный совет

Руководитель LPPN-PRESS, Сластихин В.И. Клинический и семейный психолог, Президент Ассоциации Семейного Консультирования и Психотерапии АСКП г. Смоленск

Новикова Д.О. Кризисный и семейный психолог, действительный член АСКП «Ассоциации семейного консультирования и психотерапии г. Череповец

Шеремет М.В. Клинический психолог, семейный консультант, ведущая терапевтических групп, супервизор. Г. Брянск

«Семья: Кризисы, Травмы и Устойчивость» Одиннадцатый сборник Лиги Профессионального Психологического Наставничества LPPN-PRESS Ассоциации Семейного Консультирования и Психотерапии 01 марта 2026 года / Под ред. В.И. Сластихина– Смоленск: Литрес, 2026.

Настоящий коллективный труд посвящен современным формам и методам психологического сопровождения, консультирования, психотерапии трудностей, нарушений, расстройств эмоциональной сферы современного человека. Детально рассмотрены аспекты, причины, диагностика.

В сборнике описаны инструменты в практике психологического консультирования и психотерапии, получившие особую актуальность в последние десятилетия, которые представлены в виде статей.

Издание рассчитано, в первую очередь, на психологов, психотерапевтов, а также на широкий круг читателей, интересующихся теорией и практикой психологического консультирования.

Предисловие

Одиннадцатый сборник Лиги Профессионального Психологического Наставничества LPPN-PRESS Ассоциации Семейного Консультирования и Психотерапии раскрывает тему разнообразия методов, техник и инструментов в работе практического психолога и представлен статьями психологов различных направлений и модальностей. В создании данного сборника приняли участие профессиональные психологи со всей России и из стран ближнего зарубежья. Каждая статья знакомит читателя с разными подходами и инструментами в области психологического консультирования и психотерапии современной семьи, а также эмоциональных трудностей, нарушений, расстройств современного общества.

Все вопросы по публикации адресуйте руководителю LPPN-PRESS Сластихину Василию Ивановичу – клиническому психологу, семейному психологу, руководителю LPPN-PRESS, Президенту ассоциации Семейного консультирования и Психотерапии, члену Ассоциации когнитивно-поведенческой психотерапии.

Контактную информацию и адреса в социальных сетях вы найдете в конце данного издания.

Сластихин Василий Иванович

Руководитель LPPN-PRESS. Председатель редакционного совета.

Шеремет Мария Владимировна

Член редакционного совета.

Новикова Дарья Олеговна

Член редакционного совета.

Что такое Лига Профессионального Психологического Наставничества 2.0

LPPN-PRESS Профессиональное содружество специалистов в области научно-практической психологии.

Нет молодых специалистов, которые не испытывали бы трудностей в переходе от вузовского обучения к профессиональной деятельности. К числу профессионалов, наиболее остро сталкивающихся с трудностями вхождения в трудовую деятельность, относятся начинающие психологи.

Наши цели и задачи:

– повышение компетенций и профессионализма психологов разного уровня;

– популяризация и повышение статуса профессии "Психолог".

– повышение уровня психологических знаний среди населения;

LPPN-PRESS:

Все о психологии.

Периодическое психологическое издание ЛППН. Авторские статьи. Биографии и интервью практикующий специалистов.

Сборник выпущен и оформлен в соответствии с требованиями публичной оферты, прописанными на сайте лиги

(ссылка на сайт ЛППН располагается в конце сборника)

Ассоциация Семейного Консультирования и Психотерапии

Добро пожаловать в Ассоциацию Семейного Консультирования и Психотерапии (АСКП) Свидетельство о регистрации № 1256700011864 от 29 октября 2025

Мы – объединение специалистов, нацеленное на развитие компетентности и оказание профессиональной помощи в сфере семейных отношений и личностного роста. Если вы – психолог, семейный психолог, психотерапевт, ищете пути развития своих навыков, или являетесь членом семьи, стремящимся к гармонии, человеком, готовящимся вступить в брак, или сталкиваетесь с вызовами рождения детей, а также хотите повысить заработок через профессиональный рост – вы нашли свое место.

АСКП – это пространство, где:

Специалисты объединяются для обмена опытом, повышения квалификации и совместного профессионального развития. Мы создаем сеть поддержки для психологов, семейных психологов и психотерапевтов, стремящихся к совершенству.

Семьи находят путь к исцелению и сплочению. Мы помогаем преодолеть трудности, наладить общение, найти взаимопонимание и укрепить связи между членами семьи.

Люди, готовящиеся вступить в брак, получают необходимую подготовку для создания крепкого и счастливого союза.

Родители находят поддержку и компетентные советы в вопросах воспитания и развития детей.

Каждый, кто стремится к личностному/профессиональному росту, может найти здесь ресурсы для повышения заработка через профессиональное самосовершенствование и освоение новых терапевтических навыков.

Наша миссия: Содействие развитию компетентности специалистов, сплочению семей и повышению качества жизни каждого человека через профессиональное консультирование и психотерапию.

Присоединяйтесь к АСКП, если вы:

Психолог, семейный психолог, психотерапевт, желающий расти и развиваться.

Семья, ищущая пути к гармонии и сплочению.

Пара, готовящаяся к вступлению в брак.

Родитель, стремящийся к лучшему пониманию и воспитанию детей.

Человек, стремящийся к развитию, повышению заработка и полноценной жизни.

АСКП – вместе к благополучию и развитию!

Ссылку на группу в ВК и адрес электронной почты можно найти в конце данного сборника. Присоединяйтесь!

Измена как сигнальная функция в паре или «трамплин» к настоящей близости

Алиева Екатерина Сергеевна

Практический, кризисный и семейный психолог, психолог-консультант, действительный член АСКП «Ассоциации семейного консультирования и психотерапии»

«Раньше я думала, что знаю себя и знаю его, но вдруг перестала узнавать нас – и его и себя саму…Вся жизнь, что я вела до этого момента, разрушилась, как при землетрясении, когда земля пожирает саму себя и уходит из-под ног, пока пытаешься убежать. И назад пути нет…»

Симона де Бовуар «Сломленная»

Измена почти всегда звучит как приговор. Для того партнера, кому изменили, это ощущается не просто как факт, а как катастрофа, которая обесценивает прошлое, разрушает настоящее и перечеркивает будущее. Для того партнера, кто решился на измену – это часто сопровождается стыдом, виной, внутренним расколом и жизнью в двух реальностях. Для детей, если они есть, это удар по безопасности всей семейной системы.

И все же в моей практике я снова и снова вижу: измена не всегда означает конец семьи. Иногда она становится болезненным, кривым, отчаянным, но единственным доступным способом показать, что в паре давно копится напряжение, неудовлетворенность, одиночество, обида, страх близости или страх быть брошенным. В таком случае измена может сыграть сигнальную функцию в паре. Нет, не «решения» и не «нормы», а сигнала о том, что так, как было раньше, больше невыносимо и продолжаться не может.

Моя задача здесь не оправдать измену и не призвать «терпеть». Я предлагаю оптику, которая помогает людям, оказавшимся в этом кризисе, вернуть себе опору и выбор. Я предлагаю посмотреть на измену не только как на конец, но и как на точку, в которой можно впервые по-настоящему увидеть друг друга, провести ревизию отношений и решить, как жить дальше: вместе или раздельно, и если вместе, то уже по-новому.

Важно отметить, что есть ситуации, где «работа над отношениями» не должна становиться целью. Если в паре есть насилие, угрозы, принуждение, преследование, тяжелая зависимость без лечения, систематическое унижение, опасность для Вас или детей, приоритет один: безопасность, юридическая и психологическая поддержка, план действий. Измена в таких случаях не может быть «трамплином», а может быть еще одной причиной, по которой пора завершить отношения и выйти из них.

Что такое измена и почему так больно

Для каждого слово «измена» означает свое. Для кого-то это секс с другим человеком, для кого-то флирт, переписка в социальных сетях, совместные ужины после работы, тайные признания, которые партнер скрывает. В этой статье я называю изменой вступление в сексуальную или эмоциональную связь одного из партнеров пары с другим лицом без согласия на эту связь своего основного партнера. Здесь я буду использовать два термина: «Уходивший» – тот, кто изменил, «Покинутый» – тот, кому изменили.

Можно дать разные определения, но общий знаменатель один: измена всегда является нарушением договора о любви. Неважно, был ли этот договор «подписан» официально. Неважно, обсуждался ли он в деталях или существовал «по умолчанию». В момент, когда нарушение становится явным, «покинутый» партнер переживает не просто обиду – он переживает крах доверия, крах опоры и крах собственной картины реальности. Именно в момент раскрытия чаще всего много боли и агрессии с обеих сторон – оба партнера в такой момент на разных стадиях, и это усиливает эскалацию конфликта, потому что «уходивший» знал обо всем и хотя бы раз прокручивал вероятность раскрытия, примерно проигрывая последствия, даже если он не хотел этих последствий, а вот для «покинутого» – раскрытие как раз таки становится «громом среди ясного неба». Часто «покинутые» приводят метафоры разрушения, войны, смерти, при чем самой мучительной в качестве описания своего состояния: «меня как будто бы перемалывают в мясорубке, при этом очень медленно, упиваясь моими страданиями», «я не чувствую ничего, кроме пустоты – одна сплошная дыра, как после апокалипсиса», «я не хочу просыпаться, я не хочу открывать глаза, у меня шум в ушах и голове, словно меня сначала выбросили с обрыва, а потом добили сверху камнем», «я как будто труп, который все еще что-то ощущает, но не знает что».

Измена относится к ненормативным кризисам пары. Это не то, что пара обычно «планирует пройти» как переезд, рождение ребенка или смену работы. Это травмирующая ситуация, требующая особой осторожности и деликатности при обсуждении, так как измена – всегда катастрофа для всех ее участников.

Разоблачить измену чудовищно. Если хочется вынуть из отношений душу и вырвать сердце, неверность действительно здесь «работает» безотказно, потому что для нашей психики это не только про секс или переписку – это про безопасность и уникальность. Мы все хотим быть для кого-то уникальными. У каждого человека есть базовая потребность в близости и в надежности партнера, а под надёжностью мы подразумеваем и «верность» в том числе, как функцию, доступную по умолчанию, когда ты в паре. Поэтому, когда выясняется, что человек, на которого мы полагались, мог лгать нам в лицо, мир переворачивается. История жизни разбивается на части, которые невозможно собрать воедино.

Я часто слышу от «покинутых» партнеров фразу: «Мне было бы легче, если бы он/она умер/умерла». Я задумалась и поняла, что есть в этом некий смысл. Как кризисный психолог, я часто работаю с гореванием, связанным со смертью близких, и отмечаю, что после смерти близкого у клиента остается некая точка опоры в виде совместного прошлого. Это те самые воспоминания, которые и греют, и оплакиваются горюющим одновременно, но именно оно – «совместное прошлое» – остается неким тылом, опорой для дальнейшего планирования жизни. С изменой иначе: «покинутый» в один миг будто теряет не только настоящее и будущее, но и на время (а порой безвозвратно) стирает все прошлое, потому что начинает сомневаться в его истинности, искренности и вообще, как в чем-то важном и особенном, что было в его жизни. Совместное прошлое заражается сомнением и бесконечно пропускается через него как песочек через сито, а в нем то и дело остаются «комочки» в виде «звоночков», «несостыковок», которые «покинутый» якобы пропустил. Фантазия здесь может набрать такие масштабы, что потом бывает очень трудно отделить надуманное от действительности: «а было ли это настоящим?», «а любил ли он меня тогда?», «а что из этого было правдой?».

Действительно, разоблачение измены может стать всепоглощающим, мы даже забываем, что это всего лишь одна глава в истории пары. Когда острая боль проходит – наступает период восстановления: совместного или раздельного, но он все равно наступит.

Сразу после раскрытия измены эмоции «покинутого» становятся противоречивыми и острыми: «я люблю тебя, не бросай меня», «я тебя ненавижу», «обними меня», «не трогай меня», «убирайся», «не уходи». И если вы оказались на месте «покинутого», знайте: нет плохих чувств. Злость, ненависть, ступор, отчаяние, облегчение, надежда, страсть: все это, может появляться и сменять друг друга – это абсолютно нормальная реакция при форс-мажорных обстоятельствах. Чувства сигналят нам о наших потребностях: «хочу безопасности», «хочу стабильности», «хочу уважения», «хочу, чтобы мои близкие всегда были рядом». Когда рядом нет надежной опоры, часто актуализируется страх собственной смерти, потому что партнер для нашей психики – это часто тот, кто придает смысл жизни, разделяет радости и трудности, помогает помнить прошлое, жить в настоящем и планировать будущее, каждый день подтверждает наше существование и нашу значимость, и когда он отстраняется, возникает ощущение утраты некоторой очень важной части собственного «Я», поэтому горевание после измены нередко идентично гореванию после смерти близкого человека, а порой гораздо острее.

Измена как сигнальная функция и триангуляция

Причины измен действительно разнообразны. Измена может случиться и в начале отношений, и в середине, и в конце. У молодых и у людей, «смотрящих за горизонт вечности». В влюбленности и в долгом браке. В внешне гармоничной паре и в кризисной. Нет оберега от измены. Не работают многообещающие «супер-курсы», где якобы научат быть человеком, которому никогда не изменят. Мы не можем получить гарантию.

На вероятность измены влияет много факторов: особенности личности партнера, неадекватная мотивация брака, например месть бывшему, страх одиночества, доказательство родителям своей взрослости, значительная разница в возрасте, приводящая к разным ценностям и разным ожиданиям, романтические травмы, которые оживают в актуальном партнерстве, стиль привязанности, самооценка, усвоенные нормы и сценарии, болезни и кризисы. И конечно, характер отношений в паре: хронический деструктивный цикл «приближение-отдаление», много свободного времени у одного из партнеров, скука, рутина, отсутствие совместных смыслов, накопленные обиды, месть, длительность отношений, возраст партнеров, жизненный цикл семьи, защитные механизмы, влияние расширенной семьи и семейных сценариев, а также социальное окружение, где неверность нормализована, но даже когда мы понимаем причины измены, это не лечит само по себе. Лечит другое: способность пары выдерживать правду и открыто и прямо говорить о проблемах и потребностях.

На сегодняшний день часто приводят статистику о том, что значимая часть браков, а точнее 80%, распадается и неверность занимает 2 место среди причин распада – 40-45%. Не буду спорить с цифрами: в разных источниках они разные, а за каждой цифрой стоят живые судьбы. Не только партнеров по-отдельности, но чаще и всей семейной системы, и это одна из первых причин, по которой я хочу обратить внимание на важные, на мой взгляд, вопросы: что, если измена иногда не про конец отношениям? Что, если измена чаще всего выполняет сигнальную функцию? Что, если она является способом одного из партнеров (пусть и деструктивным) донести неудовлетворенность отношениями, когда по-другому человек не умеет, не может или не решается?

Тут важно подчеркнуть: даже если это так – измена ни в коем случае не перестает быть нарушением. Это не «правильно» и не «экологично». Это выбор, который всегда ранит, но в терапии важнее работать не только с моральной оценкой, а с тем, что происходило в семейной системе, какой смысл и какую функцию выполняло определённое поведение, и как теперь вернуть ответственность и живую связь обратно в пару.

В работе с изменами я опираюсь на системно-аналитический подход. Он объединяет системный взгляд, где важны целостность, структура, взаимосвязь элементов и аналитический взгляд, где мы разлагаем феномен на части, чтобы исследовать мотивы, механизмы, типы привязанности, защитные реакции, сценарии. Такой подход помогает уйти от ярлыков «он плохой» или «она виновата», потому что измена почти всегда возникает в поле.

Поле – это сочетание факторов личности, пары, семейных сценариев, контекста жизни, стрессов, ресурсов. В исследовании этого поля отлично помогает уровневая модель, предложенная семейным психотерапевтом Натальей Олифирович (приложение №1). Смысл этой модели в том, что на возникновение измены влияет множество параметров и триггером может стать любой из них. Если Вы хотите не только пережить измену, но и снизить риск повторения, нужно работать не с одним пунктом, а с системой, однако все же напомню: понимание факторов ни в коем случае не оправдывает измену. Понимание дает нам карту, куда смотреть, чтобы перестать жить в иллюзии «если я буду идеальным, со мной этого не случится» и начать жить в реальности: отношения требуют ухода, честности и навыков.

В практике чаще всего измена является триангуляцией в семейной системе. Триангуляция – это ситуация, когда третий вовлекается в супружескую пару (диаду) одним из партнёров для стабилизации или разрядки напряжения в основных отношениях, чтобы регулировать эмоциональную близость и дистанцию.

Механизм триангуляции в практике чаще всего выглядит примерно так:

Напряжение в диаде

(в паре нарастает напряжение: неудовлетворенность, конфликты, эмоциональная дистанция, скука, нерешенные проблемы, ощущение одиночества вдвоем)

Разрядка через третьего

(вместо того, чтобы обсуждать трудности напрямую, один из партнеров (а иногда оба, но по очереди) подключает третьего человека, возникает треугольник, и эмоциональная энергия перестает течь только между мужем и женой и идет по новым каналам: партнер и «тот третий»)

Временная стабилизация системы

(парадоксально, но такая триангуляция может на короткое время стабилизировать брак: «уходивший партнер» может стать менее агрессивным дома, меньше «цепляться», меньше требовать, а «покинутый», не зная об измене, иногда даже ощущает облегчение: стало «тише», меньше конфликтов. Система тем самым находит неустойчивое равновесие на какое-то время)

В таком случае измена помогает создать эмоциональную дистанцию, не разрушая брак формально, когда «уходивший» не выдерживает слишком тесный контакт или слишком острые разговоры. Также роман на стороне часто дает «уходившему» подтверждение собственной значимости и привлекательности, если, например, в основных отношениях это подтверждение исчезло или не принимается. Триангуляция может также выступать в качестве пассивно-агрессивного способа «наказать» партнера, вызвать ревность, причинить боль, «вернуть баланс» и избегать проблемы, отдавая энергию в новые отношения, а не в трудный диалог. Там проще: меньше истории, меньше ответственности, больше иллюзий. Звучит противоречиво, но иногда человек, сбросив напряжение через измену, «получает силы» оставаться в браке, который иначе бы рухнул, тем самым показывая степень беспомощности пары в прямом контакте.

«Треугольник» не решает проблемы, а временно замораживает их, разрушая доверие. Когда правда раскрывается, наступает острая фаза кризиса: предательство, ярость, стыд, вина, паника. Для «уходившего партнера»: внутренний раскол, чувство вины, жизнь в двух реальностях, эмоциональное истощение, а третье лицо часто оказывается в роли «объекта разрядки» или «спасателя», его потребности не являются центральными и чаще он становится «разменной монетой», когда пара пытается восстановиться.

Да, часто измена может быть отчаянной попыткой вернуть внимание к тому, что в отношениях что-то идет не так. Это случается там, где не помогают разговоры, где второй партнер отмахивается от просьб и претензий, где контакт отсутствует, но желание быть вместе очень сильное – измена становится рупором в руках «уходившего», через который он уведомляет: «мне одиноко», «мне больно», «я злюсь», «я обижаюсь», «я не чувствую себя важным рядом с тобой», «я не выдерживаю степень близости» или, наоборот, «не выдерживаю дистанции». Измена здесь используется как попытка сказать о потребности не через прямой диалог, а через действие, которое гарантированно будет замечено. Да, это жестокий и разрушительный способ, но именно поэтому он так часто «срабатывает», потому что после раскрытия измены уже невозможно делать вид, что ничего не происходит.

После измены пары часто мечутся между двумя решениями: уйти или вернуться в прежние отношения, и здесь важно осознать, что «как прежде» не будет. Никогда. Даже если вы остались вместе, даже если Вы «простили», даже если вы «не хотите поднимать тему» – вы все равно будете строить отношения с новой точки. Появился третий. Энергия уже была вынесена из пары, и если пара делает вид, что ничего не произошло, измены нередко повторяются. В этой точке возникает важный терапевтический разворот. Вопрос становится не в том «как вернуть прежнее», а «как создать новое»: новое доверие, новые границы, новую честность, новый способ говорить о трудном.

В терапии крайне важна честность: если измена стала единственным способом «докричаться», значит в паре уже давно нарушена коммуникация, а если в паре давно нарушена коммуникация, то возвращение к прежней модели «помолчим и забудем» почти всегда приводит либо к повторению измены, либо к холодной войне, либо к тихому внутреннему разводу, когда люди формально вместе, но эмоционально давно врозь.

С точки зрения терапии главный вопрос для терапевта звучит так: что именно диада (пара) не могла выдержать? Близость? Конфликт? Рутину? Уязвимость? Стыд? Страх быть «плохим»? И какую функцию выполняла измена для системы?

Если измена была триангуляцией, то терапевтическая задача состоит в том, чтобы вернуть ответственность и эмоции обратно в пару, в диаду, чтобы третий больше не выполнял функцию регулирования близости и дистанции. Практически это означает перестать обсуждать кризис через третьих лиц, через родителей, друзей, детей, случайных советчиков, учиться прямому разговору в паре (пусть сначала и с помощью специалиста), учиться выдерживать конфликт, не разрушая связь, учиться просить о помощи, а не «доказывать» свою боль действиями, учиться замечать свои первичные потребности под вторичными эмоциями.

Например:

•      «покинутый» партнер часто предъявляет гнев, обвинения, контроль, допросы – это вторичный слой. Под ним часто прячутся первичные потребности: «мне страшно», «мне больно», «мне нужна опора», «мне нужна предсказуемость», «я не понимаю, как мне дальше жить»;

•      «уходивший» партнер часто предъявляет раздражение, холод, защиту, обесценивание, фразы «давай забудем», «ты сам виноват» – это тоже вторичный слой. Под ним нередко прячутся первичные потребности: «мне стыдно», «я боюсь быть плохим», «я не умею выдерживать твои чувства», «я боюсь, что меня уничтожат», «я не знаю, как вернуть контакт и как все исправить».

Профессиональная задача психолога здесь не «помирить любой ценой», а провести пару от вторичных чувств к первичным потребностям, чтобы у людей появилась возможность договариваться, а не воевать. Чтобы решение «быть вместе» или «быть порознь» стало зрелым, а не импульсивным.