Моя. Я тебя забираю

– С вас шестьсот рублей, – произносит кассир, подавляя зевок.

Молча протягиваю купюры и, благодарно кивнув, забираю две упаковки краски и кофе из автомата. Выхожу обратно на улицу и замираю. Что дальше–то? Где я найду достаточно сильную и сговорчивую ведьму, чтобы она избавила меня от клейма? И можно ли вообще избавиться от клейма? Может, дело во мне, может, не мать виновата, а я? Может, это моих способностей оказалось недостаточно? Или дело в том, что они все время работают не так, как должно.

Трясу головой, прогоняя наваждение. В любом случае оставаться на одном месте не вариант, нужно двигаться дальше.

Глава 19

«Элеонора сказала, что ты зря теряешь время, тебе не помогут эти ведьмы», – читаю сообщение и с досадой хочу забросить телефон в грязное озерцо, в которое местные сливают свои отходы, абсолютно не заботясь об окружающей среде.

И ради этого я рисковала и оживляла свой смартфон? Да, он не был в руках у Эдгара, но отследить человека можно, просто зная его номер телефона, не обязательно устанавливать следящие приложения.

Заставляю себя несколько раз вдохнуть–выдохнуть, ветер дует со стороны пустыря, не озера, мне везет с притоком чистого воздуха. Он прочищает мои мозги и заодно побуждает действовать разумно, а не импульсивно, а именно, хотя бы дочитать сообщение, а потом снова деактивировать телефон, сделав его опять навороченными часами. В конце концов, Айлин не виновата в таком ответе своей старшей подруги–ведьмы, и она действовала за спиной у Адама, спасибо ей за это.

«И дело не в том, что Элеонора встала в позу и отказывается тебе помочь, нет. Она как раз предупредила своих «коллег» о тебе, они не откажутся тебя принять, но они тебе не помогут. Элеонора говорит, что не видит такого будущего, ты слишком сильно связана, – дочитываю–таки я. – Как ты? Адам за тебя очень волнуется, а я верю в тебя и просто жду».

На глаза набегают непрошенные слезы, нельзя поддаваться эмоциям, раз уж я сбежала, надо хотя бы доделать дело из чистого упрямства. Хотя бы из принципа я не пойду добровольно к Эдгару, перебьется, пусть своей любимой женщиной помыкает, урод.

«А ты уверена, что в том разговоре все было столь однозначно? Ты могла не так все понять», – помимо воли в моей голове всплывают слова матери.

– Да к черту его, пусть катится в земную бездну, – произношу вслух со всей ненавистью, на какую способна и превращаю телефон в новомодные часы.

Так я поняла Эдгара, или не так, в сущности, какая разница? Хоть с этой бабой, хоть без нее Эдгар отвратительный Альфа–самец, он не слышит женщину, он всерьез охотился на Айлин ради продолжения рода. Причем я верю, что он бы ее и пальцем не тронул, никакого насилия после оплодотворения, конечно, но сидела бы она под замком так же, как он собирался сделать и со мной.

Если честно, я и сама внутренне склоняюсь к тому, что тот его разговор был неискренний, почему–то мне не верится в то, что Эдгар способен испытывать высокие светлые чувства к какой–либо женщине, скорее уж он и ту даму использует в каких–то своих целях.

Трясу головой, прогоняя плохие мысли, не стоит кликать козла, а то он явится на мой ментальный призыв. Едва ли я так умею, как ведьма, но никто не отменял того, что народные поговорки несут в себе мудрость веков. Там как раз советуют не поминать ни козлов, ни происшествия, чтобы они не явились к человеку собственной персоной.

Поворачиваюсь спиной к протухшему озерцу и шагаю по тропинке вперед. Мне нужно пройти весь пустырь, в конце должен быть лес. Местный городок разделился ровно на две половинки по обе стороны от этого пустыря, все обходят его стороной, опасаются, даже новостройки не строят.

Хотя, говорят, пытались несколько раз, приезжали столичные инвесторы, им–то на местные провинциальные суеверия плевать с высокой колокольни, им главное деньги. Ну, больше не приезжают, хватило троих испытателей, пожертвовавших собой.

Нет, все трое инвесторов живы, первый, правда, разорился, сел в тюрьму, да еще и калекой стал, второй тоже самое, только цел, раньше успел уйти с пустыря, а третий и вовсе только денег лишился и то не всех. Говорят, он быстро сообразил, что дурак, переобулся и самолично отправился к здешней ведьме, денег ей предлагать, чтобы по миру не пустила. Вроде бы даже сохранил долю в бизнесе, не совсем лишился финансов.

И да, я, зная все это, иду добровольно вперед. Мне–то чего бояться? Я не инвестор, я не собираюсь портить пустырь новомодной застройкой, я даже отходы в озерцо не сливаю, как местные, озерцо ведьма почему–то не защищает. Я иду по своим делам, у меня договорено. Я надеюсь.

Элеонора хорошо относится к Айлин, всегда ей покровительствовала, думаю, ей можно доверять.

– Стой, где стоишь, – вдруг раздается холодный голос из чащи леса, я уже подошла к границе деревьев.

А следом за этим мне в спину упирается ствол оружия…

Глава 20

– Стою. Я Анна, от Элеоноры, я по делу, я не по грибы, если что, – считаю нужным произнести.

– Ага, все вы не по грибы, – ворчит старческий голос.

– А вы как–то не по–ведьмовски, с оружием, – ляпаю я.

На самом деле мне страшновато, но инстинкт самосохранения отчего–то не срабатывает в полную силу.

– Так это и не оружие, девонька, у страха глаза велики, все вы ведетесь, палка у меня в руках, можешь сама посмотреть, – отвечает женщина.

Медленно разворачиваюсь, опасения все еще при мне, кто ее знает, ведьмы – существа опасные и непредсказуемые. Вот так все считают, что ведьмы брезгуют простым оружием, а одна возьмет и воспользуется этим людским заблуждением.

– Ой, и впрямь ветка, причем небольшая, – восклицаю удивленно, имея счастье лицезреть «оружие» в руках у ведьмы.

– А я что сказала, – хмыкает она. – Правда, ты сильно–то не расслабляйся, я могу тебя этой веткой отхлестать так, что сидеть будет больно неделю.

– При всем моем уважении, я ведь тоже могу ответить, я не слабый человек.

Как–то не очень мне нравится разговор со старой ведьмой, если они все поголовно с такими характерами, я не уверена, что мне стоит продолжать искать с ними встречи.

– Вот теперь я вижу, а то стоишь, робко мнешься. Идем, что ли, в избушку мою, чего на опушке гулять, да темно уже, Луна спрячется за тучу, совсем ничего не разберешь вокруг.

– Ага, а в избушке вы меня накормите, напоите, да спать уложите, да? – смеюсь я.

Страх испарился, теперь мне искренне весело.

– Могу еще баню предоставить, чтобы ты выкупалась, да в печь засунуть, – хмыкает ведьма.

– Нет, – качаю головой, – я передумала. А, может, у вас не избушка, а пряничный домик? Сладкое я бы сейчас поела с большим удовольствием, а баню я, если честно, не люблю.

– Вот и славно, поскольку бани у меня нет, избушка моя современная, а пряники к чаю найдутся. Интересная ты девушка, Анна, поболтаю с тобой с удовольствием, в гостеприимстве не откажу.

– И что, даже в печь не будете совать? Или печи тоже нет? – не сдерживаюсь я, снова смеюсь.

Впрочем, ведьма тоже веселится.

– Нет, печи давно нет, осовременнились мы, совсем перестали быть похожими на фольклор, – качает она головой с улыбкой. – Но сразу скажу, вряд ли помогу, даже не так. С твоим вопросом я тебе точно не помогу, я на расстоянии почувствовала твою метку, Зверь идет по твоему следу.

– Он близко? – испуганно озираюсь и думаю, в какую сторону бежать, словно Эдгар уже на подходе.

– Не настолько, в моем лесу тебе бояться нечего, меня только если. Но я не трону знакомую Элеоноры, к тому же я никогда не встречала таких, как ты, будет интересно пообщаться с тобой.

«Еще одна воспринимает меня, как забавную зверушку в зоопарке, я начинаю к этому привыкать. Когда вернусь домой, а я искренне надеюсь, что это когда-нибудь произойдет, для меня будет дикой обычная студенческая жизнь. Хорошо хоть в нашем мире существует академический отпуск, не придется начинать образование заново», – думаю отстраненно, продираясь вперед сквозь густые кусты и толстые кроны деревьев.

– Атмосферно тут, ничего не скажешь. Не думали сдавать площадь под съемки фильмов? Такие шикарные кадры были бы, – произношу, только чтобы поддержать разговор.

– Нет, испортят природу, атмосферность пропадет. Пусть снимают в местах попроще, не там, где гуляет сила. А вот и моя избушка, добро пожаловать, – объявляет ведьма.

А у меня натурально отвисает челюсть при взгляде на избушку…

Глава 21

– Ничего себе. Он и внутри такой же современный и красивый? Или внутри мы увидим нечто самобытное и больше похожее на фольклор из сказок? Я смотрю, у ведьм мода маскировать свои жилища.

– Это не маскировка и не иллюзия, – отвечает женщина, посматривая на меня с интересом. – А где ты видела такую большую и искусную иллюзию?

– Да у матери, – говорю раньше, чем успеваю подумать.

Не уверена, что можно рассказывать о том, кто является моей матерью. Ладно, хотя бы не ляпнула, где именно она находится.

– Ты дочь Марины! – восклицает ведьма обрадованно. – Сказала бы сразу, а то знакомая Элеоноры звучит куда скромнее нежели дочь Марины.

Я молча пожимаю плечами и захожу за хозяйкой внутрь дома, убранство которого мне очень сильно напоминает о брате, до того здесь просторно, светло и современно.

– Неужели быть ведьмой так выгодно? Домик у вас отличный, – произношу, прищуриваясь, силюсь убедится в том, что передо мной точно не иллюзия.

– Да как бы не жалуемся, деточка, надо нам мало, живем мы обычно в одиночестве, не тратимся особо опять–таки. Дом и участок вокруг – наша отрада.

– Ваша отрада – целый лес, – киваю, – весьма недурно, весьма. Ладно, вы предлагали чай, я бы не отказалась.

– Да, с пряниками, я помню, – усмехается ведьма, – кстати, зови меня Авророй.

– Приятно познакомиться поближе, Аврора.

Кухня у ведьмы тоже оказывается весьма современной, оборудованной по последнему слову техники, да я сама бы лучше не сделала, чем эта ведьма, идеальное сочетание цвета, материалов и электроники. А вот стулья неудобные, купленные в угоду внешнему виду, но не комфорту.

– Держи, я добавила немного успокоительных травок, предупреждаю сразу, а то решишь, что я на тебя воздействую исподтишка, – Аврора ставит передо мной большую кружку с блюдцем. – Сахар нужен?

– Знаете, в последнее время тянет на сладкое, – киваю.

– Это нормально, сила в тебе прибывает, – хозяйка дома располагается напротив меня со своей чашкой.

Я же украдкой нюхаю чай и провожу рукой над ним, мать невольно научила меня нескольким полезным фокусам. Убеждаюсь, что мне и впрямь ничего не грозит, если я выпью угощение, и только после этого я делаю большой глоток.

– Не доверяешь, проверяешь, умница, – улыбается Аврора. – Только не пойму, почему тебя мать в ученицы не взяла? Твой оборотень потомился бы еще с полгодика на безопасном расстоянии. Мать могла контрактом ученика и наставницы обеспечить для тебя недосягаемость.

Невольно хмурюсь, неужто надо было в ученицы напрашиваться на месте, а не сбегать. Хотя нет, мать ведь собиралась потом сдать меня Эдгару, отсрочка ничего не значила бы, лишь первое тюремное заключение, которое потом заменили бы другим.

– Решили, что сейчас не время, я все–таки хочу разорвать связь, – выбираю наиболее нейтральный ответ.

– Не получится, на тебе клеймо Зверя, Магия решила, что не быть тебе одной, неужто мать не объяснила?

Упоминание матери начинает меня напрягать.

– У меня своя голова на плечах, раньше жила как–то без матери, проживу и дальше. Мне непонятно, почему вы все говорите, какая я сильная, но тем не менее отказываете в разрыве связи. Была б я сильной, не пришлось бы обращаться за чужой помощью.

– Хм, – Аврора задумывается, – да, Марина и впрямь для тебя чужая, она ж тебя не растила. А почему не получится разорвать связь, хотя ты сильна – так это просто, мы не все можем, не все нам подвластно, если Высшие силы решили по–своему, нам их не переубедить.

– Ясно, – кисло отвечаю я, хотя ничего мне неясно. Делаю еще несколько глотков, и тут меня вдруг начинает бросать в жар, зрение становится расплывчатым, а сердце бьется чаще. – Что за ерунда?

– Наконец–то подействовало, я уж думала, придется тебе еще одну чашку заваривать, обычно с одного глотка все начинается, но ты почти кружку выпила.

– Да что со мной!? – кричу в панике и хватаюсь руками за стол, потому у меня уже очень сильно все кружится перед глазами.

– Не бойся, судьба твоя пришла всего лишь.

Это последние слова, что я слышу прежде, чем упасть лицом на стол и отключиться…

Глава 22

Удивительно, но открываю глаза я практически сразу, уже ничего не кружится, самочувствие прекрасное, но и Авроры нет рядом, это подозрительно. А еще я совершенно точно больше не нахожусь в ее доме, все вокруг другое, не такое, как было, когда я позорно потеряла сознание или, возможно, заснула.

– Я во сне, точно, – осеняет меня. – И зачем я здесь?

Иду вперед по серой тропинке, по обеим сторонам которой валяются сломанные вещи. Ветра нет, как нет и никаких звуков, лишь большая ненастоящая Луна зависла в небе, освещая окрестности.

– Больше никаких консультаций у ведьм, хватит с меня приключений. Одна клеймо на тело призвала, другая в сон засунула, из которого непонятно, как выбираться.

В этом безмолвном мире инстинктивно хочется говорить громче, потому что ненатуральность окружающего пространства сильно давит на психику, а громкий голос помогает прекратить панику и двигаться вперед.

– Может, нужно ущипнуть себя? В мультфильмах постоянно так делают, чтобы проснуться, – продолжаю рассуждать вслух.

К сожалению, мой эксперимент не приносит результат, мне вообще не больно, не получается хоть сколько–нибудь причинить себе дискомфорт, и само прикосновение к коже я ощущаю постольку–поскольку. Видимо, специально так задумано, чтобы пострадавший раньше времени не проснулся и не скинул с себя транс.

В итоге мне остается только одно – идти вперед. Нет, можно сесть и сидеть на одном месте, но что–то мне подсказывает, что это точно не поможет, а лишь заставит меня задержаться в этом сне на более длительный срок.

Чтобы не паниковать и не впадать в отчаяние, запеваю песенку, тихо, себе по нос. Кричать уже не хочется, хочется просто как–то подбодрить себя. Пространство вокруг не меняется ни на каплю, а Луна так и висит на одном месте, от нее исходит слишком ненатуральный электрический свет, и он не мерцает и не двигается с места. Все вокруг словно застыло, и такое ощущение, стоит мне остановиться, застыну и я. А я этого очень сильно не хочу, я не останусь бродить в глубинах моего подсознания, я наружу хочу.

Впрочем, вскоре мне везет. Или не вскоре, трудно понять, сколько прошло времени в пространстве, в котором времени нет.

Так вот, везение, тропинка разветвляется на три дороги, прямо классика, нужно лишь выбрать нужную. Правда, таблички– подсказки нет, да и выглядят ответвления все одинаково, подозреваю, мне придется пройти по всем троим, а потому, особо не задумываясь, я шагаю налево.

Некоторое время как будто ничего не происходит, вокруг все такая же ненастоящая Луна и мусор. Но вдруг впереди виднеется какое–то движение. Я приближаюсь ближе и останавливаюсь, как вкопанная, потому что передо мной стоит:

– Я, только маленькая, точь–в–точь я, – произношу ошарашенно.

Младшая версия меня улыбается и кивает, а потом подзывает рукой подойти к ней. Я слушаюсь, даже не задумываясь, а зря.

Девочка вдруг ударяет меня в грудь, отчего я едва могу устоять на ногах, законы физики в этом мире плохо действуют, очевидно. А потом эта мелкая пигалица дергает мою кофту и выдирает из нее большой клок, и мне отчего-то становится очень больно.

– Эй! Ты чего? – кричу в возмущении и ощупываю себя, с запозданием поняв, что маленькая я выдернула у меня не кусок кофты, а частичку меня самой…

Глава 23

В ужасе возвожу глаза к небу, но тут и оно ненатуральное, раздражает. И эта эмоция внезапно отрезвляет, позволяет понять, что я не падаю без чувств, все со мной в порядке. Может, мне все же показалось, может, не кусок плоти вырвала девочка?

В недоумении ощупываю себя, а ведь я снова целая. Или я и была целая?

– Тебе пора, я забрала плохое, можешь идти назад, теперь твою жизнь не будет отравлять обида на мать и отца, – весело произносит маленькая копия меня.

– Не поняла, ты предлагаешь мне простить их и относиться, как к семье? – в еще большем недоумении, чем от отрывания куска от меня, спрашиваю я.

– Как хочешь, – она пожимает плечами, – дело твое, но я бы не стала. Я просто убрала негативные последствия от травмы для тебя, я не заставляю тебя всех прощать, это чревато для нас с тобой.

– Ага, спасибо, – киваю ошарашенно.

– Пожалуйста, прощай! – машет девочка мне напоследок и буквально растворяется в воздухе.

– Куда ты делась, а еще поговорить? – обращаюсь я к пустому месту и бестолково вожу руками по воздуху, не встречая никакого сопротивления.

И вдруг откуда–то налетает вихрь, поднимает меня над тропинкой и переносит к месту развилки, совсем неаккуратно выплевывая на землю.

– Можно было нежнее все сделать, – ворчу, поднимаясь на ноги.

Меж тем развилка–то изменилась, левой дороги больше нет, остались варианты пойти прямо и направо. После приключения на первой дороге я колеблюсь, вроде ничего плохого не произошло, если поверить в пользу, так вообще только хорошее случилось, но повторять экстремальный опыт я не тороплюсь.

– Если рассуждать логически, я встретилась с прошлым, значит, осталось настоящее и будущее, – произношу вслух. – И едва ли меня выпустят отсюда, пока я все не проработаю, н–да.

Стою несколько секунд в раздумьях и все–таки решаю рискнуть и обмануть систему – иду сразу направо. На это есть несколько причин: я хочу быстрее выбраться из этого странного сна, и я не хочу встречаться с настоящим, ведь настоящее скорее всего вспомнит Эдгара, родителей мы уже прошли.

С опаской шагаю вперед, я искренне не понимаю тех, кто стремится узнать свое будущее, я бы без этого знания прекрасно прожила. Если увидишь что–то хорошее – будешь постоянно это ожидать, тем самым можешь что–то нарушить в картине бытия, и прекрасное далеко так и не наступит. Если же увидишь что–то плохое… Тут, я думаю, пояснения не нужны.

– Какая–то вечная дорога, издеваются все надо мной, что ли, – ворчу вполголоса, так легче не поддаться панике.

Луна все еще светит, спасибо ей, но менее жутко не становится в этом вновь ставшем безмолвным царстве абсурда и теней.

Спустя минут десять я наконец–то вижу что–то вдалеке, или, вернее, кого–то. Я ускоряюсь, но расстояние не сокращается. Тогда я принимаюсь бежать, но в итоге как будто так и топчусь на месте.

– Да что ты будешь делать, – останавливаюсь в досаде и выравниваю дыхание.

Потом я прищуриваюсь, у меня ведь зрение, как у обычного оборотня, я могу увидеть, что там происходит даже на расстоянии, хотя бы попытаться.

И я вижу, мне удается рассмотреть, что происходит вдали на тропинке, но лучше бы я никогда этого не видела…

Глава 24

– Что? Кто? – произношу, открыв глаза и по инерции сев. – Я проснулась, да? Это нормальный мир? Ты меня перенесла на диван? – кривлюсь, рассматривая накидку под собой.

– А ты фамильярничаешь, уважение растеряла? – усмехается ведьма, скрестив руки на груди.

– Ты меня отравила, я не собираюсь после такого обращаться к тебе уважительно, – отвечаю, свешивая ноги с дивана.

Голова гудит, а сердце до сих пор болезненно сжимается от увиденного на третьей дорожке. Боюсь, я не смогу убедить себя, что все было не взаправду, что это не будущее, а игра воображения.

– Не отравила, а помогла. Я сразу сказала, что с тем, с чем ты пришла, я не смогу помочь, но это не значит, что я не могу тебе помочь с другим. Иногда нужно подтолкнуть для принятия реальности, показать ее с разных сторон.

– Я не пошла по средней дорожке, не встречалась с настоящим и, соответственно, не приняла его. Прошлое слишком впечатлило, чтобы я рискнула пойти по прямой дороге, – обрываю назидательную речь Авроры. – А вот будущее лучше бы я не видела, даже подсмотренное украдкой издалека оно произвело на меня слишком неизгладимое впечатление.

– В каком смысле ты не пошла прямо? Так нельзя, невозможно, у тебя бы не получилось не пойти, – удивляется ведьма. – Это заклинание тщательно выверено десятью поколениями моих предков, оно ни разу не дало сбой! Ни с кем!

– Не расстраивайтесь, уважаемая, – я немного отошла и снова перешла на «вы», – моя мать считает, что у меня все шиворот–навыворот, я уже привыкла. Видимо, это справедливо не только с зельями, которые я варю, – пожимаю плечами и поднимаюсь на ноги.

К счастью, голова прояснилась, да и весь организм чувствует себя отдохнувшим, как после целой ночи крепкого сна, а не получаса, проведенного в бреду. Есть польза от непрошенного воздействия Авроры, спорить не буду. Правда, совсем не та, какую она собиралась мне причинить.

– А ритуалы? Они тоже не так срабатывают? – в глазах хозяйки дома просыпается искреннее любопытство, снова.

– Не знаю, возможно. Я бы сказала, что точно да, но то, что мы творили с матерью и без меня могло закончиться не так, как ожидалось.

О том, что я подозреваю мать в самовольной подмене ритуалов, я предпочитаю промолчать. Эта Аврора сама призналась, что к дочери своей «коллеги» она отнеслась лучше нежели к простой знакомой другой «коллеги». Да и глупо это, рассказывать семейные секреты первым встречным.

– Ладно, с этим ясно, не доказать, я понимаю, но ты сказала зелья? Может, сварим что–нибудь, хочу посмотреть, вдруг я что–то пойму, Марина всегда любила поверхностно судить, я же обычно улавливаю суть.

«Уже и завуалированные оскорбления дорогих «коллег» пошли. А я еще удивлялась, почему ведьмы не селятся рядом с себе подобными», – думаю с легким раздражением.

– Зачем варить, у меня все есть с собой, отличный образец зелья сна, бодрит, похлеще утреннего крепкого кофе без молока и сахара, – преувеличенно бодро отвечаю. – Показать?

– Конечно, – глаза ведьмы блестят еще ярче.

«Эти колдовские экспериментаторши сошлись бы с учеными, даже смогли бы, возможно, вместе с ними создать что–то либо очень прекрасное, либо ужасное и опасное для всей планеты».

– Вот, я отлила немного, – вытаскиваю крошечный пузырек с распылителем, – мало ли, пригодится, подумала.

– Цвет какой интересный, близок к классическому, но совсем не тот оттенок, – говорит Аврора, не сводя глаз с бутылька. – Можно? Нужно проверить на тягучесть.

– Конечно, можно, – произношу я, протягивая пузырек на уровне лица ведьмы и слегка надавливая на распылитель.

– Т–ты что делаешь?! Я не хочу прилива энергии! – возмущается Аврора, невольно вдыхая распыленное, а потом вдруг заваливается на диван.

– Не переживайте, его и не будет, успеете выспаться, – отвечаю уже крепко спящей женщине.

Закидываю ее ноги на диван, разуваю, накрываю пледом, а потом беру пакет с пряниками и покидаю этот странный дом.

Глава 25

Обратный путь до города занимает меньше времени, потому что я решаю пойти в другую сторону. Мне местные опасные места не страшны, как и ночь. Самую опасную личность в радиусе километра я отправила в сон на ближайшие сутки. Вот она, наверное, удивится, когда посмотрит на календарь на телефоне, а один день куда–то исчез. Скорее всего больше никаких знакомых Элеоноры и Марины Аврора принимать не будет.

– Они сами виноваты, – говорю упрямо, – мне себя ругать не за что.

Забавную, должно быть, картину я представляю со стороны: иду по дремучему лесу, куда даже асоциальные личности не заглядывают, и разговариваю сама с собой. Клиника по мне плачет.

Благополучно захожу в город и останавливаюсь в третьесортном отеле, брат был бы в ужасе. Но я могу собой гордиться, после благополучной жизни с ним, я прекрасно адаптировалась в бегах. Правда, большую пользу приносят проснувшиеся способности от обоих родителей.

Плохо, что Эдгар идет по следу, и метка ему помогает. И к ведьмам я больше не сунусь, спасибо. Местная ворожея хотя бы на психологическом здоровье специализируется, а если следующая решит помочь мне методом физической препарации. Нет уж, обойдусь. Нужно искать выход из ситуации не у ведьм.

В быстром однообразном темпе проходит несколько недель. Я не могу себе позволить остановиться хоть где–то дольше, чем на одну ночь, как и не могу придумать, как избавиться от связи с Эдгаром. Оба обстоятельства сильно подтачивают мою психику, я уже не чувствую в себе прежнюю уверенность, я все больше начинаю напоминать загнанного зверька.

Захожу в затемненный бар, на улице разыгралась непогода, мне бы добраться до очередной гостиницы и лечь спать, но слишком уж хочется есть. А в местах, которых я теперь обитаю, обслуживание далеко от высшего уровня, никто мне на ночь глядя не предоставит еду.