Крик в безмолвии

Людмила Шторк-Шива

Крик в безмолвии

Любовь у вечернего костра

Глава 1.

Пастор небольшой церкви, Евгений Васильевич возвращался домой с работы уставший, с нелёгкими думами. Руки ныли от целого дня за станком в мебельном цехе, где он работал, чтобы не зависеть от пожертвований общины. Но сегодня усталость была не только в теле. Непростые мысли лишали его покоя. Они, как назойливые тени, преследовали его всю неделю, вызывая тревогу и усталость.

«Чем же я, простой человек, могу вам помочь?» – Грустно думал он.

Как-то так вышло, что уже три человека обратились к нему за помощью, и каждый разговор оставлял в душе пастора горький осадок. Сначала пришла молодая женщина с заплаканным лицом – Рита. Её глаза были красными от слёз, голос дрожал, а руки нервно перебирали край блузки.

– Что мне делать? – едва сдерживая рыдания, начала она. – Я вышла замуж больше из страха остаться одной… из этого ужасного страха одиночества. У нас маленькая община, ровесников почти не было. Мы с родителями живём закрыто, скромно, редко выезжаем… Дима подошёл ко мне с предложением, когда мне было двадцать четыре. Вы же знаете, как у нас шепчутся: в двадцать пять – уже старая дева, никому не нужна… Этот страх уже не одну ночь не давал мне спать. Я молилась, переживала. А тут – Дима с предложением. И я подумала, что это и есть ответ на мои молитвы. Но я не любила его. И потом не раз думала, сомневалась, правильно ли я поступила, выйдя замуж? Мы очень разные… А недавно, когда приехали гости, я познакомилась с Сергеем… И вдруг – как молния! – поняла: он моя судьба, а не Дима. Сергей почувствовал то же самое, и в его глазах была такая боль, когда он узнал, что я уже год как замужем и жду ребенка. Сердце разрывается… Что же мне делать?

Евгений Васильевич, чувствуя, как его собственное сердце сжимается от жалости и от тревоги за молодую, неопытную женщину, мягко спросил:

– Скажи, Рита, Дима плохо с тобой обращается?

– Нет, что вы! – замахала она руками, и слёзы снова покатились по щекам. – Он очень хороший, добрый, заботливый муж… Это я чувствую себя такой грешницей, такой виноватой: всё думаю о том, что могло бы быть иначе, и от этого стыд жжёт… как будто я предаю его.

Пастор, тяжело вздохнув, успокоил её:

– Милая, молодые чувства ярки, как вспышка, но часто недолговечны, как летний ливень. Сергей – гость, яркий, загадочный, и от этого кажется таким привлекательным… Но узнай ты его ближе – возможно, он не так надёжен. Ты сама когда-то настаивала, что косынку носить не обязательно, и невольно поставила себе ловушку, что была без косынки, когда Сергей тебя увидел. И он, не зная о твоём положении, подошел познакомиться. Убегай от искушений, доченька. Это иллюзии, сети, которые враг душ человеческих расставляет так хитро… Погнавшись за ними в порыве, ты можешь потерять всё – мужа, семью, и оставить ребёнка без отца. А чужой ребёнок… вряд ли будет нужен кому-то так сильно, как Диме. Я знаю его: он хороший христианин, и сердце у него золотое – он будет прекрасным отцом. Настоящая любовь – это не взрыв страсти, это ежедневный выбор поступать с человеком по-любви, искать для него добра при любом настроении. Это верность и желание добра своим близким всегда, что бы ни происходило.

Рита ушла чуть успокоенная, но пастор ещё долго сидел, ощущая тяжесть её боли и сомнений в своей душе. Он понимал, что если бы у Риты был выбор, то скорее всего, она всё равно выбрала бы Диму, но в её душе меньше было бы сомнений.

Чуть позже позвонил Слава, один из молодых братьев общины – голос в трубке звучал растерянно. Они поговорили некоторое время и Слава разоткровенничался.

– Не знаю, что делать, брат, – вздохнул он тяжело. – Хотел бы обзавестись семьёй, так сильно хотел бы… Но, вы же знаете, у нас в церкви, или совсем юные девушки, или те, кому за тридцать. Устал от одиночества. Уезжать в другой город не хочу – здесь корни, служение… Если приеду в большую церковь в гости, только на собрание – получится выбирать глазами, но я же понимаю, что это всё обманчиво. Для меня важно, какая у девушки душа, характер, практическая жизнь. Как это узнаешь за короткий визит? Да и меня кто по-настоящему узнает? Не хочу жениться «закрыв глаза», но и боюсь остаться один…

На той же неделе подошла одна из матерей – в глазах таилась материнская тревога, граничащая с отчаянием.

– Брат Евгений, помолитесь со мной, пожалуйста. Моей Светочке скоро тридцать. Она такая хорошая, тихая, верная Господу и очень добрая. Вы её знаете. Но до сих пор одна. Я знаю, что она сильно переживает, хоть и старается не показывать даже мне. Она не хочет за неверующего – и правильно, я от души поддерживаю её в этом, но что же делать? Боюсь за неё, за её будущее.

Раньше пастор не придавал большого значения таким проблемам – они казались мелкими по сравнению с другими людскими бедами. Сам он приехал сюда уже женатым, вырос в большой общине, полной жизни и общения. Там он не слышал о подобных проблемах. Но теперь каждый разговор отзывался в нём болью. Он видел, как неправильный выбор или его отсутствие сеет страдания на годы. Как служитель и душепопечитель, он не раз вынужден был беседовать с людьми, пытаться помочь решить их конфликты. И он видел, что нередко люди изначально сделали неверный выбор, а теперь им приходится нести последствия своих решений.

Он шёл по весенней улице перед закатом, и природа вокруг контрастировала с его тяжёлыми мыслями. Солнце мягко золотило кроны, воздух был напоён ароматом цветущих садов – сладким, пьянящим, полным надежды. Яблони и вишни стояли в нежном облаке белых и розовых цветов, лепестки медленно кружили в воздухе, опадая на землю как благословение. Сирень распускала тяжёлые грозди, и их густой, томный запах вызывал щемящую ностальгию по молодости. Трава ярко-зелёная с россыпью одуванчиков, которые сияли жёлтыми солнышками, пчёлы жужжали радостно. Птицы пели на все голоса – заливисто, празднуя жизнь.

Проходя мимо большого клёна, он вдруг был оглушён шумом: десятки афганских скворцов слетелись, громко перекрикиваясь, самцы раздувались, ухаживали, спорили – полные энергии и жизни. Самочки сидели в сторонке, делая вид, что не замечают разыгравшихся из-за них страстей.

«Птицы слетаются со всей округи, чтобы найти пару… Без страха, без сомнений», – подумал пастор, и сердце его ёкнуло от внезапного озарения. В памяти вспыхнула фраза: «Не сама ли природа учит вас…»

Он остановился, как вкопанный, и от простой, но живой идеи, радость родилась в сердце – тёплая, светлая. «Приближается лето… А что, если организовать лагерь не только для детей и пожилых, но и для молодых – тем, кому за двадцать пять? Собрать из нескольких общин, пусть сами программу сделают. Это будет благословением!»

Усталость отступила, ноги зашагали бодро, сердце запело. Он вдохнул аромат сирени полной грудью, и улыбка невольно тронула губы. Идея казалась пришедшей от Бога.

На следующем совещании служителей он поделился своей мыслью. Он очень переживал что старшие братья не поддержат..

– Братья, это от Господа, поверьте! Природа сама учит нас, – добавил он, рассказав о случайной встрече с стаей птиц.

Его поддержали с некоторой озабоченностью.

– Давайте попробуем пригласить тех, кому за двадцать пять, – предложил кто-то.

– А что если с двадцати четырёх лет, братья. Вы же знаете это странное поверье, что в двадцать пять «поезд ушёл». Чтобы не вышло так, будто мы пытаемся собрать только тех, у кого уже нет надежды создать семью, – предложил другой.

– Но дисциплина должна быть очень строгой! Должны быть старшие наставники, никаких вольностей! – нахмурился пожилой брат, и в голосе была отеческая тревога. – Не нужно давать повода ко греху. Пусть всё будет честно и чисто. По крайней мере мы должны сделать всё, что от нас зависит.

Глава 2

Лето пришло. После детского лагеря и отдыха для пожилых, приехала молодёжь. Волнение было всеобщим – сердца бились чаще, руки холодели от надежды и страха. А что если так ничего и не произойдёт, ничего не изменится. Жизнь, конечно продолжится, всё будет хорошо. Но как бы хотелось перемен, как хочется хоть маленькой, но мечты.

В автобусе две девушки, Света и Маша, сидели, несмело прижавшись друг ко другу плечами, будто ища поддержки.

– Ой, Свет, я так боюсь… – Маша сглотнула ком в горле. – Вдруг все эти поездки бесполезны, и никто на меня даже не посмотрит? Двадцать семь лет… а я всё одна. Вдруг я осталась не потому, что у нас никого из братьев не было моего возраста, а просто я некрасивая, неинтересная?

– И я… – Света закусила губу, глаза увлажнились. – Мама говорит: «Не упусти». А вдруг кто-то мне понравится, а он отвернётся? Или я разочарую – слишком тихая, не умею красиво говорить… Я так устала надеяться и разочаровываться – честно призналась её подруга, невольно оглянувшись, чтобы её шёпот не был услышан.

– Я тоже – прошептала Маша, пряча повлажневшие глаза. – А если никого… Опять всё то же самое.

Обе девушки были хорошими христианками, старались поступать правильно, участвовали в жизни церкви, но так уж вышло, что их община была слишком мала и они были единственной «молодёжью», не считая подростков, с которыми они занимались. Обе подруги не хотели выходить замуж за неверующих, но среди своих не было свободных ровесников.

В другом ряду братья – Саша, Коля, Андрей – говорили тихо, но в голосах сквозила та же тревога.

– Признавайтесь, волнуетесь? – спросил Саша, пытаясь улыбнуться, но глаза выдавали напряжение.

– Страшно волнуюсь! – выдохнул Коля. – Вдруг там все незнакомые, или сёстры вообще меня не заметят? Я же не бизнесмен и не спортсмен. Ничего особенного, работаю водителем. Сейчас же все девушки ищут, чтобы ты в двадцать пять был уже успешным, с домом и машиной. А я в «общаге» живу. Я, конечно, работаю как могу, но мне еще приходится родителям помогать, они у меня в деревне живут. Вряд ли кому-то нужны мои проблемы. Я не крутой…

– А я боюсь поверхностного, – тихо сказал Андрей. – Хочу настоящего – чтобы общение было. Чтобы можно было нормально поговорить, чтобы понимание было, и чтобы родство было по духу, по вере. А вдруг не найду? Я боюсь, что на меня будут смотреть как на банкомат, ожидая только подарков и денег. А как же настоящая семья, где люди поддерживают друг друга в трудностях? Неужели такого уже невозможно найти?

– Молиться надо, – сказал Саша, но голос дрогнул. – Господь видит сердца… – он помолчал, взглянул на друзей и понял, что они прекрасно видят, что он произнёс шаблонную фразу, значения которой он сам не до конца понимает. Затем он смущённо улыбнулся и честно добавил. – Но всё равно страшно.

Корпуса еле вместили всех – столько заявок! Взрослые качали головами: «Сколько одиноких сердец…»

Первое собрание было наполнено волнением и ожиданием. Каждый ждал от этого общения чего-то своего. Но все знали, что основное знакомство и общение будет после служения. Молодые люди пели, кто-то декламировал стихи. Один из старших братьев сказал проповедь о том, как важно понимать серьёзность выбора спутника жизни.

– В моей практике встречалось немало разбитых жизней и сердец, когда люди женятся, но оба преследуют разные цели. «Пойдут ли двое вместе, не сговорившись между собою?»1 – прочитал он место из пророка Амоса.

Затем он стал говорить о чистоте отношений и благословенной семье, и его слова многих трогали до слёз. Молодые слушали, опустив глаза, щёки горели – тема жгла сердца, но признаться в глубине чувств было стыдно перед всеми. Проповедник говорил о том, что брак может стать стартом для людей, или концом их надежд на счастье и потерей доверия к миру вообще. Брат говорил о том, что брак – это прообраз единения Христа и Церкви.

– Вы все знаете, как много образов связано с духовным единством Христа и Церкви, и отношений в семье. Поэтому прошу вас всех никогда не забывать, что травмы, которые наносят друг другу супруги – самые глубокие. И поэтому, когда вы вступите в брак, как бы вы ни сердились, как бы ни были разгневаны друг на друга, а это обязательно произойдёт. Ни одна семья не прожила жизнь без ссоры. Всё же никогда не произносите унизительных эпитетов и обидных слов. Сестры, вы можете даже закричать на мужа, но слова должны быть такими, чтобы они приподнимали его, а не опускали. Никогда нельзя говорить: «оказывается ты – жадина». Ведь это унизит мужа, и позже очень трудно будет вернуть прежние добрые отношения. Можно сказать: «Я же знаю, что ты не жадина, но я не понимаю, почему ты не хочешь это купить?» и позже, когда эмоции улягутся, вам намного легче будет не только помириться, но и строить дальнейшие отношения. Точно также и братья, даже если вы очень сердиты. Нельзя, увидев беспорядок на кухне, произнести: «ты оказывается грязнуля!» Вы можете сказать: «Для меня очень важна чистота и я готов даже съесть что-то, приготовленное «на скорую руку», но чтобы кухня была чистой к моему приходу с работы.

В зале послышались смешки. Молодым людям казалось, что все эти бытовые мелочи не так уж и важны. Но старший и более опытный брат, напомнил:

– К сожалению, бытовые мелочи не напрасно называю «главным убийцей любви супругов». Очень много самых высоких и красивых отношений разбились о те самые бытовые мелочи, о которых я сейчас вам говорю. Поэтому, я очень прошу каждого из вас, если вы будете создавать семью, в любое время, не важно когда, обязательно обсудите простой быт и ваши ожидания в отношении него.

Многим казалось, что старший брат опускает их то в огонь, то в воду. Ведь он говорил то о самых высоких образах семьи, то о простом быте и мелочах, которым многие не привыкли придавать значение. И все же все соглашались в одном – проповедник не сказал ни одного лишнего слова, и вся его проповедь была пронизана ясно ощутимым присутствие Божьим. Затем он пригласил всех к молитве. Это было удивительный момент, от которого у многих на глазах выступили слёзы. Было что-то неуловимо чудесное в этом моменте искренней молитвы, когда сердца слушателей вдруг становятся мягче.

После собрания было свободное время, чтобы отдыхающие могли лучше устроиться на своем новом временном месте. В комнатах пришлось селить до десяти человек и кому-то пришлось ютиться на раскладушке. Но молодёжь не расстраивалась. Главное, что они могли присутствовать здесь, на природе с другими молодыми братьями и сёстрами.

Вечером было предложено чаепитие со свободным общением. Некоторая нервозность всё еще ощущалась, хотя кое-кто уже познакомился и свободно общался. И всё же в основном молодые люди немного нервничали.

Время отдыха было запланировано с учетом пожеланий тех, кто приедет, поэтому, когда кто-то из братьев предложил игру в футбол на завтрашний день, им просто ответили:

– Мяч есть, если соберете команду, играйте.

На следующий день оказалось достаточно и тех, кто хотел поиграть, и болельщиков. Старшие братья смотрели у улыбкой. Кто-то из них тоже хотел бы поиграть, но здоровье не позволяло, и потому они также присоединились к рядам болельщиков. Сестры также болели за тех, к кому испытывали симпатию.

Особенно выделялась одна девушка по имени Аня – тихая, но с живым характером. Она болела за команду, где вратарем стоял высокий парень по имени Рома. Каждый раз, когда мяч летел в ворота, Аня вскакивала, махала руками и кричала так громко, что её слышали все на поле:

– Рома, держи! Не пропусти! Ты лучший вратарь!

Когда он отбивал мяч, она хлопала в ладоши и прыгала от радости, а когда чуть не пропускал – закрывала глаза руками и вздыхала:

– Ой, Господи, помоги!

Рома сначала не понимал, откуда такой энтузиазм, ведь возгласы доносились то с одной стороны группы болельщиков. То с другой.

Но потом заметил эту девушку с яркой улыбкой и копной светлых волос. После очередного спасенного гола он обернулся, улыбнулся ей и показал большой палец. Аня покраснела, но продолжала болеть ещё активнее.

После матча, когда все расходились, Рома подошел к ней, вытирая пот со лба.

– Спасибо за поддержку! – сказал он, улыбаясь. – Я думал, у меня целый фан-клуб, а это одна преданная болельщица. Без твоих криков я бы точно пропустил пару мячей.

Аня засмеялась, смущенно отведя взгляд.

– Ой, прости, если слишком громко… Я просто перебегала с места на место, чтобы лучше видеть мяч.

– Теперь понятно почему мне казалось, что все болельщики вдруг оказались на моей стороне. – Рассмеялся Рома.

– Ты так хорошо стоял в воротах! Как Давид против Голиафа – один против всех. – Глаза Ани сияли от восторга.

– Ха, спасибо! А ты Аня, да? Я слышал, как подруги тебя звали. Я Рома. Может, погуляем вечером у озера? Расскажешь, почему именно за вратаря болела. – Рома еще раз внимательно взглянул на Аню.

– С удовольствием, – кивнула она, глаза засияли. – Вратарь же – как пастырь стада: всех защищает! Разве это не ясно сразу?

Но немало было и тех, кто совсем не понимал смысл игры в футбол, и потому занялись другими делами.

В кухне кто-то из сестёр организовал конкурс на самый вкусный борщ. Ингредиенты кухня выделила всем желающим участвовать. И молодые девушки, пожелавшие показать своё искусство, принялись готовить. К удивлению некоторых, двое ребят захотели участвовать в соревновании.

– Мужчины всегда были лучшими поварами, – заявил один из них. – Я уверен, что мой борщ будет вкуснее.

Один из парней, Дима, и девушка Катя оказались за соседними столами. Дима решил добавить в свой борщ "секретный ингредиент" – очень много перца, чтобы "сделать его мужским, острым". Катя же аккуратно резала овощи и пробовала на вкус. Вдруг Дима, мешая борщ, случайно толкнул локтем кастрюлю – и часть его супа плеснула прямо в кастрюлю Кати! Она ахнула, а он покраснел.

– Ой, прости! – воскликнул Дима. – Теперь твой борщ стал "мужским"!

Катя попробовала ложкой и расхохоталась:

– Ого, теперь он острый, как проповедь Петра Васильевича. Он к вам приезжал? У него такие проповеди, хоть книжку афоризмов с них пиши, всегда «не в бровь а в глаз». Но… вкусно получилось! Может, это знак свыше – объединить силы?

Дима засмеялся:

– Точно! Господь смешал наши борщи, чтобы мы познакомились. Я Дима.

– Катя. – Весело представилась она. – И давай до конца вместе – твой перец плюс моя свекла и чуть-чуть коричневого сахара для пикантности. Жюри будет в шоке!

Они доработали "объединенный" борщ, шутя и болтая. В итоге их вариант выиграл приз за "самый оригинальный вкус". А после конкурса Дима сказал:

– Знаешь, Катя, этот борщ – как наша жизнь: иногда нужно смешать разные ингредиенты, чтобы получилось что-то настоящее.

С тех пор они часто готовили вместе и стали хорошими друзьями, часто общаясь все время отдыха. Перед возвращением они обменялись номерами телефонов. Им было хорошо общаться и искать точки соприкосновения не только в блюдах, которые они умели готовить и обсуждали, но и в других вопросах жизни.

Повара постарались рассчитать объём приготовленной пищи, чтобы хватило на всех. Они также приготовили второе блюдо, чтобы обед был полным. После дегустации выбранного жюри и присуждения мест, борщ поступил на кухню, чтобы все остальные могли отведать это блюдо.

Во время игры и соревнования, молодых людей будто прорвало. Эмоции были бурными и яркими. Все вспомнили, что находятся на природе, а не в стенах Дома Молитвы и всем стало намного легче общаться. Теперь смех, шутки и улыбки были везде, скованность растаяла как снег под тёплыми лучами.

Группа молодых людей сидела на полянке у костра, жаря сосиски и болтая.

– Эй, ребята, а кто знает, почему Моисей так долго блуждал по пустыне? – спросил один брат, Саша, с хитрой улыбкой.

– Потому что мужчины никогда не спрашивают дорогу! – выкрикнула Маша, и все засмеялись.

– Точно! И потому что раньше навигатора не было, – подхватил Коля. – А я вчера пытался собрать палатку по инструкции – думал, это как Послания, всё ясно. А оказалось, как Притчи: толкуй как хочешь!

– Ага, или как в советской инструкции для сбора самолета для японцев. Японцы собирают и каждый раз танк получается. Звонят поставщику с претензией. А им отвечают: «Разве не видите надпись в конце: «После сбора обработать напильником».

Девушки хихикали:

– А помните проповедь про быт? – сказала Света. – Старший брат сказал, что мелочи убивают любовь. Так вот, если муж забудет вынести мусор – это конец?

– Нет, – шутливо ответил Андрей. – Это повод помолиться: "Господи, дай терпения… и силы напомнить ему в любви!"

– Ага, или как с краном: «Мужчина сказал, – мужчина сделал и не нужно напоминать ему об этом каждые полгода» – пробасил Никита.

Все расхохотались. Марк, сидевший у костра с гитарой, запел шутливую песню: "Благослови, Господи, наш футбол и борщ наш насущный!" Смех эхом разносился по лесу, а в воздухе витало ощущение братства и радости от простого общения под Божьим небом.

Глава 3

Десять дней пролетели как мгновение. Молодёжь радовалась общению, беседовали и молились. Старшие братья подготовили очень серьёзную тему, части которой раскрывали каждый день, во время короткой проповеди. До проповеди и после неё, были стихи и песни, спонтанные инсценировки и игры на знание Библии. В отдыхе и общении легко раскрывалось, кто по каким принципам живёт. И молодым людям легче было понять, с кем из присутствующих они «смотрят в одном направлении»?

Прощались уже как старые друзья. Было заметно, что кто-то из молодых людей уже договорился молиться о том, чтобы узнать, поддерживает ли Бог их союз? Можно ли надеяться на Его благословение?

Евгений Васильевич не смог участвовать в этом времени отдыха. Он должен была работать. Но ближе к осени к нему подошла мать Светы:

– Евгений Васильевич, согласитесь ли вы венчать нашу Светочку?

– О, если уже венчать, значит я могу поздравить вас и её? – обрадовался пастор.

– Да, они с Никитой познакомились в лагере, на отдыхе, и теперь решили пожениться, – сообщила она.

– Надо же! Как я рад! – расцвёл в улыбке пресвитер. – Если я буду венчать, то я должен поговорить с молодыми лично. Для меня важно знать некоторые моменты, прежде чем возлагать на них руки, и просить благословения.

– Конечно они придут как только вы скажете, когда вам удобно. Никита решил переехать к нам в город. Ему здесь очень понравилось. Да и мне спокойнее, дочка не уедет слишком далеко, – улыбаясь кивнула женщина.

Не прошло и месяца, когда к нему подошел Слава в сопровождении милой незнакомой пастору девушки:

– Евгений Васильевич, я, наконец, нашел свою «половинку». Помолитесь над нами?

– Конечно, буду рад! Только я должен буду сначала побеседовать с вами, – снова напомнил он.

– Сколько угодно! Ведь это после нашего разговора я её нашёл. Не знаю, кто придумал провести отдых для тех, кому за двадцать четыре, но для нас с Настенькой это была чудесная идея! – Слава с нежностью посмотрел на свою спутницу.

– Да, это была прекрасная мысль! – смущенно улыбнулась она. – Мы там познакомились и Слава прям там предложил начать молиться. Я думала, что он слишком торопится. Но верю, что Господь свёл нас вместе.

– Я буду рад пообщаться с вами, и помолиться о благословении вашего союза, если вы уверены, что он от Бога, – улыбнулся Евгений Васильевич.

Он не сказал, кому принадлежала идея молодёжного отдыха на природе, и как появилась эта мысль. Возвращаясь домой он просто улыбаясь взглянул на небо:

– Благодарю Тебя, Господи! – тихо произнёс он. – За всё благодарю! Ты – удивительный Бог и я хочу следовать за Тобой и слушать мысли, которые приходят от Тебя. У них такие приятные и удивительные плоды! Научи меня быть чутким к Твоему водительству!

Евгений Васильевич уже слышал, что и другие молодые пары нашли друг друга на этом отдыхе. Он не знал, станут ли подобные выезда на природу традицией, и будет ли у других поездок подобный результат? Ведь Бог всегда творит всё новое, и не часто повторяется. Но он знал и верил, что всё, что творит Создатель, всегда будет ХОРОШО.

Рождественские перемены

Глава 1

Соня сидела дома и молча смотрела в окно. На улице набежали тёмные тучи и начинался дождь, мелкий, холодный, моросящий. Очень необычная погода для приближающегося Рождества. Она смотрела на мокрые тротуары, давящие своей чернотой, и думала о том, как радовалась раньше приближению Рождества.

Она с детства любила этот праздник. Когда-то невольно сердце замирало в ожидании чуда, от созерцания белый снежинок, скользящих с неба на землю. В детстве всегда на Рождество были подарки и много радостных дней. В церкви всегда было Рождественское служение, сценки Марии и Иосифа с маленьким Иисусом, ангелы и волхвы. Это всё всегда приносило много радости, верилось в чудеса и доброту окружающего мира. И вокруг действительно происходило много чудесного. Люди были добрее и улыбчивее в эти дни. Они чаще старались порадовать друг друга и невольно верилось, что еще мгновение и в жизнь придёт большое или маленькое чудо.