Два дня дождя

Но я продолжал смотреть на Женю, будто она меня приворожила. Худенькая, хрупкая, еще штаны эти нелепые, слишком широкие для нее… А голос сильный. Чистый. Невероятно красивый, наполненный эмоциями. Казалось, все вокруг замерли, слушая Женю. Она так гармонично смотрелась на импровизированной сцене с микрофоном. Немного пританцовывала, а я залип на нее. Просто не мог отвести взгляд.

Песня заканчивалась.

«Ты не смог взять вину на себя.

А теперь тебе стыдно.

Устал проигрывать в свою же игру?

Ты ненавидел меня,

Но теперь расплатишься за это.

Больше не получится быть жертвой».

Почему? Почему она выбрала именно эту песню? Чтобы позлить меня? Или я зря ищу во всем этом смысл?

– Женя, это невероятно круто! – крикнул ей Рома и даже захлопал, а остальные присоединились.

Черновы, кажется, тоже были в восторге от моей жены. Я криво усмехнулся, сделав большой глоток из рокса. Что ж, свою роль она играет отлично.

Еще несколько песен в ее исполнении, которые ее попросили спеть друзья Ромы и сами виновники праздника, и Женя вернулась за стол. Ко мне. Села рядом и заглянула в мои глаза. А я снова готов был ее убить. Или поцеловать. Сам не мог понять.

Мне удалось побеседовать с Ильей Сергеевичем, и я понял, что он в восторге от моей «семьи». Наверняка контракт у меня в кармане. Но никакого удовлетворения я не чувствовал. Мы договорились встретиться с ним на неделе и обсудить детали сделки более подробно. Ему нужно было оборудование, которое я мог изготовить. Крупный заказ, большой объем, возможность выйти на иностранный рынок. И я не собирался упускать это.

– Поехали домой, – буркнул я Жене спустя еще пару часов.

Она поднялась из ротангового кресла, растерянно посмотрела на меня.

– Но ты ведь пил.

– Зато ты у нас трезвенница. Сядешь за руль.

– Но я год не ездила!

– Вот и вспомнишь. Ночью на дорогах никого. В конце концов, не зря же я тебя учил в свое время.

Мы попрощались с гостями, Женя забралась на водительское место в «Хаммере».

– Боже, я как будто в самолете, – пробормотала она. – Почему рукоятка автомата такая огромная?

– Под стать мне, – не сдержался я от подкола.

– У тебя гигантомания? – фыркнула Женя. – Это что, связано с какими-то комплексами?

Я зло уставился на нее, она даже поежилась.

– Тебя ведь что-то не устроило во мне? Что именно, Женя? До сих пор поверить не могу, что во время секса ты так мастерски притворялась.

Она даже немного покраснела. От досады или от злости?

– Я не притворялась! Никогда!

Почти бывшая жена наконец разобралась с тачкой, и мы выехали на трассу. Я угрюмо молчал.

– Придурок ты, Васнецов, – неожиданно резко сказала она.

– Конечно, придурок. Поверил такой дряни, как ты. А песню какую выбрала! Специально, признайся же?

Женя вцепилась в руль. Таким темпами ехать мы будем долго, и изводить друг друга тоже.

– Я уже могу вернуться домой? Мне показалось, что вы с Черновым достигли взаимопонимания.

– Пока нет. Когда можно будет, я разрешу.

– Ты мне не хозяин.

– Я твой муж!

– К сожалению, – огрызнулась она, и это стало для меня последней каплей.

– Завязывай, – рыкнул я, пытаясь не сорваться окончательно. – Это ты разрушила нашу семью. Ты! И что я слышу от тебя каждый раз? Что это я придурок и монстр! С хрена ли, Женя?!

– Да ты ведь не позволил мне сказать хоть слово, – она повысила голос, но он дрожал. Прикусила губу. Зашибись! Мне еще слез не хватало. И истерики.

– Хватит. Все. Я больше не могу все это слушать. Закрыли тему. Меня достало тащить этот груз за собой вот уже год! Еще месяц, максимум два, и мы окончательно расстанемся.

Она не ответила, а я снова чувствовал себя мразью рядом с ней. И как это ей удается?!

Глава 5

Женя

Стоило нам войти в квартиру, как Влад резко захлопнул дверь, развернул меня к себе лицом и вжал своим телом в стену. Я опомниться не успела, как он принялся жадно меня целовать. Глубоко, нетерпеливо, я совершенно не успевала реагировать на смену его поведения и настроения.

Его ладони под моей футболкой, а я даже вырваться не могла. Он сдвинул лифчик и схватился за грудь, зажимая в пальцах сосок. Я чувствовала, как по коже побежали мурашки, но не могла понять от чего? Не от желания ведь. От страха!

– Влад, не надо, – я пыталась уворачиваться от его поцелуев, но его это только раззадорило. – Пожалуйста, хватит! Я не хочу.

Он подхватил меня на руки, кинул на диван и сам навалился сверху, задирая мою футболку. Кот истошно мяукал, как видно испугавшись всей этой возни. Я сама себя не понимала. Совершенно точно не собиралась заниматься с ним любовью, но тело предавало. Оно помнило, как хорошо мне с ним было. Только теперь это другой Влад. Безжалостный, грубый… Будто другой человек.

– Хватит! – крикнула я, пытаясь его оттолкнуть.

– Почему же? Сама говорила, что ты не притворялась, что тебе было хорошо со мной. И что такого, если мы просто потрахаемся? Как в старые добрые времена.

Его едкие и циничные слова будто пощечина. Я не сдержалась. Разревелась, сжимаясь в комок. Чувствовала, что Влад замер, а потом выругался и скрылся в ванной, долбанув дверью со всей дури.

Пончик мигом улегся на меня, потерся мордой там, где сердце. Не зря говорят, что животные чувствуют, что болит у их хозяев. От моего сердца уже мало что осталось, но болело так, что дышать было тяжело.

Утром я боялась выходить из своей комнаты. Сегодня воскресенье, на работу Влад не пойдет, но и вряд ли проторчит весь день со мной. Наверняка придумает себе дела и уйдет пораньше. Но входная дверь хлопнула только около одиннадцати утра. Я выдохнула и поплелась в ванную.

Взглянула в зеркало и увиденное мне не понравилось. Совсем. Нет, все в совокупности вполне ничего, но взгляд… Затравленный, испуганный. Это совершенно никуда не годилось. И я твердо решила бороться с унынием и хандрой. Ведь так не может долго продолжаться.

Прогулялась по городу, наслаждаясь теплом и пока еще освежающим ветерком. Неудивительно, что Руслан часто бегает в этом парке около дома Влада. Отличное место.

Стоило вспомнить мужа, как он позвонил. Голос грубый, резкий.

– Вечером идем в ресторан. Купи себе что-то, платье, туфли…

– Зачем нам в ресторан?

– Будем поддерживать легенду о счастливой семье, – буркнул он и отключился.

Пришлось сделать, как он велел. Но Влад вернулся только под вечер, принял душ и переоделся в белую футболку-поло и темно-синие брюки. Выглядел так, что у всех представительниц слабого пола наверняка слюни потекут. Но меня не покидало ощущение, что я совсем не знала этого человека.

Он скептически разглядывал мой наряд: легкое белое платье в мелкий красный цветок, туфли цвета бордо. Мне нравилось. А уж ему – кто знает. Спрашивать я, конечно, не стала.