Побеждая зло

Давид:

-- Кто будет обеспечивать протокол?

Джон:

-- Мы свяжемся со всеми секьюрити, всё согласуем, всех встретим и проводим.

Давид:

-- Не сомневаюсь. Я про другое. Кто будет хозяином саммита? Кто будет принимать гостей, кто будет стоять в центре фотоснимка? Президент?

Мирьям:

-- Роберт, Вы не перепутаете саудовского принца с королём Бахрейна?

Роберт отрывается от пиццы, достаёт платок и вытирает со лба и шеи пот.

-- Мы это ещё не обсуждали.

Давид:

-- Состав форума уже персонифицирован? Кто будет представлять США?

Роберт:

-- Пока не знаю. Только страны. Не все, только восемь. Кого они пришлют, мне не сообщили.

Джон:

-- У меня тоже информации нет.

Давид:

-- Роберт, это самое важное. Я прошу Вас как можно быстрее согласовать имена гостей. Но пока не афишируйте. Журналистам пока ничего не сообщайте. Если вдруг они сами побеспокоят - попросите перезвонить позже.

-- К Вам, Джон, у меня тоже огромная просьба. Считайте, что нас здесь нет. Вы делаете свою работу, как всегда. Вы руководите организацией охраны участников форума, обеспечиваете безопасность на объекте. Всё по протоколу. Трансфер в обе стороны. Потормошите Роберта, выходите на телохранителей, работайте на объекте. Мы ни в коем случае не умаляем Вашу значимость. Считайте, что мы здесь только для успокоения заказчиков Роберта. Возьмём на себя организацию дипломатического протокола.

Джон Коллинз заметно повеселел.

Бóрис:

-- А я?

Мирьям:

-- Тебе надо готовиться подстраховать Джона.

Цви:

-- Да, Бóрис. Скрестить руки премьера Израиля и президента ОАЭ - не проблема. Сложнее всего придётся с эмиром Катара.

Мирьям:

-- Я даже не знаю, куда Роберт его посадит. Поможешь, Бóрис?

На лице Роберта появляется тревога.

-- У меня прекрасные отношения с типографиями. Флаги, ручки, сувенирка - проблем не будет. Толкать речи я умею. С прессой общаться могу распрекрасно. Пресс-релизы подготовлю. Но рядом с президентами ещё не стоял. Я уже и сам подумал, что надо приобрести памперсы.

Первоначальное напряжение спадает окончательно. Джентльмены требуют продолжения банкета. Все погружаются в планшеты. Через какое-то время на столе появляется вино, виски, фрукты, дымящиеся стейки, карпаччо, жульен, сырная нарезка с трюфельными хлопьями…

Давид:

-- Мы действительно не планируем никому мешать. Мы следим за обстановкой и, если заметим что-то подозрительное, выйдем на связь. Ждём информацию от Роберта. Если я правильно понял, нашим связным будет Бóрис. Давай законтачимся. Назовёшь свой номер? Где тебе проще? Signal? Whatsapp? Viber? Discord? Imo?

Джон:

-- Да, так будет проще. Бóрис будет нашим представителем.

Бóрис:

-- Всё равно. Можно WeChat. Или MAX.

Цви:

-- А ты весёлый парень!

Мирьям:

-- И Телеграм.

Джон:

-- Тем не менее, вот мой номер.

Давид:

-- От нас вести все контакты буду я. Но на всякий случай забейте номера и Мирьям, и Цви.

Роберт:

-- У вас американские симки?

Цви:

-- Конечно! Мы не хотим разорить ни Вас, ни себя.

Все обмениваются контактами и продолжают обсуждать разные вопросы. Начинает темнеть.

Сцена «Вертолёт».

-- יֵשׁ רַעַשׁ חָשׁוּד כָּלְשֶׁהוּ בַּשָּׁמַיִם.

Мирьям произносит что-то не по-английски.

Ни дубляжа, ни субтитров на экране нет. Текст остаётся для зрителей непонятным.

Мирьям встаёт, поправляет свои идиотские очки и подходит к ограждению. Левой рукой Мирьям продолжает придерживать очки. Израильтяне перестают есть и пить. Цви встаёт из-за стола, берёт свой рюкзак и подходит к Мирьям. Через минуту все слышат в небе гул и видят чёрную точку. Цви расстёгивает молнию на рюкзаке и засовывает руку в кармашек. Мирьям опускает правую руку в свой ридикюль. Американцы на всякий случай кладут на стол ножи, вилки и бокалы. Роберт вытирает губы салфеткой. Давид уставился глазами в небо, но остаётся за столом. В руках теребит смартфон.

Ещё через минуту к ресторану приближается вертолёт. Он пролетает недалеко, в кабине можно рассмотреть двух человек. И пилот, и пассажир смотрят на посетителей ресторана. Вертолёт быстро пролетает и скрывается в противоположном направлении.

«У девушки хороший слух,» -- думает Бóрис. -- «Для такой работы полезная вещь.»

Мирьям и Цви возвращаются к столику, разговаривая не на английском.

--אַתָּה חוֹשֵׁב שֶׁזֶּה לֹא סְתָם?

--לֹא יוֹדֵעַ. מָה שֶׁחָשׁוּב זֶה מַשֶׁהוּ אַחֵר. צָרִיךְ לִסְגֹּר אֶת הַשָּׁמַיִם.

Ни дубляжа, ни субтитров на экране нет.

«Наверно, иврит. Или идиш?» -- думает Бóрис.

-- Низко пролетел, -- говорит Бóрис вслух. -- К дождю, наверно.

Давид что-то быстро настукивает в смартфоне, листает какие-то страницы, что-то читает. На его лице пляшут отсветы от экрана смартфона, глаза поблёскивают. Но уже через минуту все израильтяне возвращаются к своим американским коллегам.

-- У нас тут такие явления часто происходят, -- произносит Джон. -- Полицейские летают, неотложка, VIP-доставка, частников много, туристов катают.

Бóрис:

-- Да, можно прокатиться, посмотреть на Флориду с высоты птичьего полёта. Я оплачу.

Цви:

-- В США разрешено запускать дроны?

Джон:

-- Да. У нас ввели запрет на ввоз китайских дронов. Но всё, что уже есть на руках, летать может. И Mavic, и Karma, и всё подряд.

Давид:

-- Джон, нам нужно будет организовать защиту от дронов в небе.

Джон:

-- Конечно. Объявим запрет на полёты. Это протокол.

Цви:

-- Нет! Надо физически закрыть зону радиусом как минимум в три километра.

Джон:

-- Физически? А как? Отгонять вертолётами? Проблема непростая. Доложу начальству.

Образовывается пауза. Бóрис поднимает бокал и протягивает руку к центру стола:

-- За наше безоблачное небо!

Все присоединяются. Каждый говорит что-то одобрительное. Возгласы и чин-чин сливаются в один гул. Возникшее было вновь напряжение спадает. Коллеги возвращаются к обсуждению разных вопросов.

-- Я здесь живу, -- говорит Бóрис. -- Не женат. Родители далеко. Фрилансер. Свободен, как сопля в полёте. Я готов с вами крутиться хоть целыми днями.

-- А мы только за, -- отвечает Давид.

-- Ловлю на слове, -- присоединяется Цви, оторвав от бокала указательный палец и вытянув руку в сторону Бóриса.

Знакомство состоялось успешно. Такси заказывают уже под вечер.

Эпизод «СОМНЕНИЯ»

Сцена «Звонок».

На следующее утро Бóрис звонит Софии:

-- Ты можешь свозить меня в Холливуд? Северное шоссе, 7. Это напротив гитары.

-- Куда это ты с утра собрался?

-- Вчера была важная встреча с клиентами. Я там оставил машину.

-- Вы были в ресторане? И без меня?

-- Извини, Сóфи. Там озвучивали конфиденциальную информацию.

-- Подъеду через час. Ты дома? В офисе?

-- Дома.

-- Заодно расскажу тебе о налогах. Подпишешь бумаги. Поступили деньги от … подожди … Организация по сотрудничеству и миру на Ближнем Востоке. Это ты с ними вчера мутил?

-- Да. Отлично! Жду.

Сцена «За рулём».

Седан Ford Fusion цвета «Magnetic» едет по улицам Холливуда и Майами. За окном дома, пальмы, прохожие, велосипедисты, автомобили, мотоциклы. Вывески магазинов, отелей, ресторанов. Открытые веранды кафе с редкими посетителями. На парковке у одной из гостиниц стоит десяток ретро-автомобилей.

За рулём автомобиля сидит Бóрис.

«Я не спалился? Они не сочли моё предложение навязчивым? Считают меня шпионом?» -- рассуждает Бóрис, управляя автомобилем. -- «Но ведь никто и не скрывал, что я представитель Секретной службы. Меня официально назначили посредником. Куратор. Передатчик. Я же не навязывался. Просто предложил свою помощь.»

Мысли скачут, но всё вокруг одного вопроса.

«Мы же делаем одно дело. Интересно, они знают Сóлимáни? А он вообще кто? Почему вместо него был Джон? И кто такой этот мистер Коллинз? Кому я должен передавать информацию? Наверно, Джону. С Робертом они явно знакомы. Да, Сóлимáни говорил обращаться к нему только в экстренных случаях.

Да нет, они знают, что я работаю на Men in Black. Ничего я лишнего не сказал. А кто их встречал в аэропорту? Роберт? Джон?

Слух у Мирьям просто чертовский. Как будет чёрт женского рода? И в ридикюле у неё явно не перцовый баллончик. А что там может быть? Это надо выяснить. Я должен? Тип, марка, модель. Спросить? Поймут же. Как-то неловко.

Нет, я не шпион. Разведчик, блин! Дожил. Нунах, мы работаем вместе. Я технарь.

Мне надо сказать Сóлимáни про вертолёт? Это экстренный случай? Или просто случайность? Не буду. Ничего необычного.

Пистолеты против вертолёта? А что ещё поместится в дамской сумочке? У Цви рюкзачок побольше. Но не ПЗРК же там! Да обычный вертолёт, туриста катали. Надо было им помахать. Чё они сразу обосрались?

Надо было предложить этим евреям с ними сфоткаться. Вот бы сразу всё и прояснилось.

Больше не буду нарываться. Дождусь звонка от них.

Ещё вчера всё казалось простым. Политика - это не моё. Зачем я согласился? Все их инструкции - фуфло!

Да я весь день молчал, как рыба. Хорошее дело, перспективное. Держись, братишка! Джек-пот у нас почти в кармане.»

Бóрис подъезжает к офису. Причесать мысли так и не получилось.

Сцена «София».

Негромко играет инструментальная музыка в стиле Chill House, Lounge, Minimal Techno, Trance, Erotic Dreams. Например, Interface: «Sands of Time». Или Q. T 8: «Atmospheric Room». Или Venja: «A Dash of Soul».

София уже внутри офиса. На ней обтягивающая юбка и топ бордового цвета. Ярко-красные открытые туфли на высоких тонких каблуках. Ногти на ногах тёмно-красного цвета с золотистой пылью.

«Зачем в офисе ходить на шпильках?» -- у Бóриса наконец-то мелькает свежая мысль.

-- Ты почему так долго ехал? Я обогнала тебя на 7 минут. Кофе будешь? -- София скидывает туфли, пробегает к мини-бару мимо стола, включив по пути компьютер. Включает кофе-машину. Открывает дверцы шкафа, встаёт на цыпочки, тянется за чашками, обнажив бёдра.

София могла бы работать моделью. Грудь F. Ну ладно, E. Но точно не меньше D. Талия как у пчелы. Выдающаяся круглая задница, широкие бёдра, острые колени, плотные, но не толстые икры. Идеальные формы подчёркивает обтягивающая юбка «на пути к коленям» с разрезом на левой ноге до пояса и открытый топ, скрывающий груди лишь наполовину. Нет, конечно, не 35-24-35 (90 х 60 х 90). Где-то 41-28-43 (105 х 70 х 110). Но тоже неплохо. Подвёл лишь рост. От силы 5 футов 3 дюйма (метр шестьдесят). Ну и про лицо. Овальное, милое, с пухленькими губами, острым подбородком, курносым носиком, большими удивлёнными глазами, накладными ресницами, накрашенными бровями и серёжками в ушах. На щеках тональник, на скулах румяна, на веках тени, под глазами блёстки, губы выкрашены ровно по контуру в цвет бархатный бургунди. Юбка и топ тоже бордового цвета. Светлые волосы средней длины, стрижка в стиле бохо. Недлинные треугольные ногти тёмно-красного цвета с лёгким бронзовым винтажно-флористическим орнаментом.

«Где она научилась читать чужие мысли?» -- думает Бóрис, поднимая туфли и ставя их на обувную полку.

-- Не трынди! -- говорит Бóрис вслух. -- Только зашла. Даже кофе не успела сварить.

-- С сахаром?

-- Как всегда.

-- Эспрессо?

-- Двойной.

Вопросы оказываются лишними. Кофе уже льётся в чашку. София добавляет в чашки корицу и сахар, переносит их на стол. Сама садится рядом, подтягивает юбку, перегибается через стол, чуть не уронив принтер, открывает ящик, достаёт несколько файлов с бумагами. При этом ноги задираются так, что Бóрису открывается вид на внутреннюю часть бёдер, краешек ягодиц и розовые трусики.

-- Ты великолепна, Сóфи! -- Бóрис направляется к столу, с нескрываемым интересом наслаждаясь открывшейся панорамой.

Чуть не ударившись об угол стола, он наконец вынужден оторвать взгляд от Софии. Бóрис садится на стул, задвигает ящик.

Впрочем, и шоу уже закончилось. Начинается другое. София слезает со стола, разворачивается, кладёт файлы перед клавиатурой, выгибает спину, ставит локти на стол и кладёт подбородок на ладони. Груди норовят выскочить из чашек топа. Показываются ареолы, покрытые бугорками. И всё это перед самым носом Бóриса.

-- Сóфи! Это удар ниже пояса.

-- Ну и как, он достиг цели?

-- Да, Сóфи, ты умеешь поразить. Тебе надо работать моделью.

-- Я могу в этом убедиться? -- София чешет своими треугольными ногтями Бóрису бороду чуть ниже подбородка. Как коту.

-- Я уже говорил тебе много раз, Сóфи. Я так не хочу.

-- Как?

-- Сколько лет мы с тобой знакомы?

-- Со второго курса.

-- Я думал, вечность. Ты уже должна меня знать.

-- Когда-то ты так хотел.

-- Я не планирую жениться. И не готов просто жить вместе. Ну не моё это. У меня свои дела, свой ритм жизни. Вернее, аритмия. Я могу неделю сидеть за компом, не отвечая на звонки. Могу три дня спать. Мне часто приходится мотаться по всей стране. Шопинг по воскресеньям не для меня.

-- Ты просто бесчувственный чурбан!

-- «Я кот, и гуляю совсем один там, где мне хочется.»

-- 15 лет, Бóрис!

-- Заметь, я пригласил тебя на работу только после того, как ты вышла замуж. Я даже выждал медовый месяц.

-- Ты вернул мне забытое чувство. Воскресил надежду.

-- Сóфи, не дави мне на психику. Я перед тобой чист. Давай займёмся делами.

-- Если ты позвал меня, значит, помнишь, ценишь и любишь. Разве не так?

-- Да. Люблю и ценю. И уважаю. Я тебе хорошо плачу, не правда ли?

-- И что? Это мешает личной жизни?

-- У меня важный, перспективный контракт. Поручение правительства. Я хочу отработать так, чтобы они приглашали меня регулярно.

-- Контракт с какой-то организацией Ближнего Востока, -- София вытаскивает из файла стопку документов. -- Хорошая сумма. Весь твой прошлогодний заработок.

-- Не переживай, твой тоже!

-- Вчера деньги поступили на твой счёт. Со ссылкой на контракт, который ты ещё даже не подписал. Как же они тебе доверяют!

-- Я долго зарабатывал репутацию.

-- Подозрительно это. Чувствую жопой какой-то подвох.

-- Секретная служба. Наверно, они обладают возможностями не дать мне соскочить.

-- Бóрис! Я тебе несколько раз сказала: Организация по сотрудничеству и миру на Ближнем Востоке, -- София тычет пальцем с треугольным бордовым маникюром в первый параграф документа.

-- Дай контракт, -- Бóрис берёт бумаги в руки. -- Роберт Джеффри. Да, именно с ним мы вчера и познакомились. Он называл свою организацию Лигой.

-- По фигу. Это никакое не правительство.

-- Любопытно. Контракт мы вчера вообще не обсуждали.

-- Ты уверен, что это не мошенники?

-- Я же был в офисе Секретной службы США. Там вывески, турникеты, вооружённые охранники. Огромное здание в центре Нью-Йорка. Оформляем! Я разберусь. А где сидит эта Лига? У них есть офис в Майами? Отнесёшь им документы лично? Заодно и посмотришь.

Эпизод «ПОКУШЕНИЕ»

Сцена «Спортзал».

Бóрис, Давид и Мирьям бегут по беговым дорожкам. Рядом Цви занимается на силовом тренажёре. Все спортсмены блестят от пота, футболки у парней влажные. Больше в спортзале никого нет. Зал небольшой. Пустуют ещё два силовых тренажёра, два велоэллипсоида, кушетка, штанга, набор блинов.

Цви отрывается от тренажёра, поворачивается к бегунам:

-- Ну что, ужинать?

Давид смотрит на настенные часы:

-- Да, на сегодня хватит.

Парни направляются в одну душевую, Мирьям - в другую.

Бóрис останавливается, сопровождает взглядом стройную фигурку девушки. Ни капли жира, плотные рельефные мышцы. Короткие тайтсы и спортивный бра с узкими лямками подчёркивают женственность Мирьям, выделяют бёдра и ягодицы, талию, изгиб спины, оставляют много обнажённой кожи, влажной от пота. Бóрис задерживает взгляд на игре тазобедренных мышц.

На плечо Бóрису ложится рука Цви. Бóрис оборачивается. Цви и Давид расплываются в улыбках.

Давид:

-- Наша душевая напротив.

Цви:

-- Не заблудись!

Сцена «Пуля».

Через 15 минут компания, болтая друг с другом, с рюкзаками на плечах выходит из спортзала на улицу.

Они проходят около 300 футов (метров сто). Улица не сильно загружена. Машины проезжают редко, прохожих мало. Вдалеке слышится рёв мотоцикла. Вдруг Мирьям громко вскрикивает что-то, наверно, на иврите:

--יוֹרִים! תִּשְׁכְּבוּ!

Возглас Мирьям остаётся без перевода.

Один из парней мгновенно хватает Бóриса за плечо и крутящим движением кладёт его спиной на асфальт. У Бóриса подгибаются колени, одна нога цепляется за другую, его закручивает в землю, как шуруп.

Раздаётся хруст. Звук мотоциклетного двигателя исчезает в том же направлении, откуда он и появился.

Когда Бóрис начинает осознавать, что произошло, он видит небо и смотрящего ему в лицо Цви. Рука Цви лежит у Бóриса на грудной клетке, колено слегка придавливает живот. Давид и Мирьям тоже лежат рядом. Девушка держит очки в левой руке. Одно стекло оказалось разбито.

«Она услышала свист пули?!» -- изумляется Бóрис. -- «Это тебе не вертолёт! Более того, она успела вскрикнуть. Цви успел вшурупить меня в асфальт. Прикрыл меня собой. Я лежу на жопе ровно. У меня нигде ничего не болит. А Мирьям подставила себя.»

Цви поднимается, подходит к Мирьям и говорит что-то не на английском.

--מַה שְלוֹמֵךְ?

«Опять по-еврейски. Не доверяют? Или им так проще?» -- Бóрис не понимает, что делать.

Давид садится на асфальт и деловито болтает с кем-то по телефону. Он говорит на английском.

-- Да, чёрный байк. Тёмно-оранжевый шлем. Три больших чёрных «Х» на затылке. Тёмно-серый костюм-«черепаха». В номере были буквы N и B, P или D - я не уверен.

Мысли Бóриса скачут в разные стороны.

«Как он успел рассмотреть столько деталей? Во мгновение ока.»

Бóрис поднимается. Команда не обращает на него никакого внимания.

Цви приносит пулю. Они с Мирьям садятся на скамейку и рассматривают пулю. Давид уже сидит рядом и активно стучит пальцами по виртуальной клавиатуре, иногда прерываясь на чтение сообщений.

«Что с Мирьям? Я тоже хочу пуленепробиваемые очки. Она смотрела навстречу пуле? Это шок или самообладание? У неё нет никаких даже царапин. Это что, люди Х? Они абсолютно спокойны. Столько хладнокровия в одном флаконе! Джеймс Бонд, един в трёх лицах.»

Давид наконец-то поворачивается к Бóрису. В его глазах светятся искорки.

«Плачет? Это отражаются огни города?»

-- Ты в порядке, Бóрис? -- огоньки в глазах мгновенно гаснут.

«Их просто выключили. Померещилось? Какая-то дьявольщина!»

-- Да. Я даже не понял, что произошло. У Мирьям разбиты очки. У тебя слезятся глаза. Вы-то сами как себя чувствуете?

Давид искренне и широко улыбается.

-- Этого парня уже преследуют полицейские. Надеюсь, арестуют. Его доставят твоим заказчикам. Я думаю, что люди в чёрном сумеют его разговорить.

-- А пуля? Как вы её нашли? У Мирьям нет повреждений. Что это за очки?

-- О, это суперские очки. Мирьям сняла их и по касательной сбила пулю с её траектории. Очкам хана, да. На ладони синяк, -- говорит Цви.

-- Ты шутишь? Это невозможно!

Цви:

-- Этот мотоциклист - не профессионал. Он воспользовался тем, что есть. У него пистолет типа Беретты. Прицельная дальность - максимум 50 метров. Парень стрелял больше чем со 100 метров. Вряд ли бы он в кого-то попал.

Бóрис:

-- Мы тут по старинке меряем всё в дюймах и футах.

Давид:

-- Убойная сила у пистолета на такой дальности невелика. Он мог кого-то ранить, но убить - маловероятно.

Бóрис:

-- Скорость полёта пули на таком расстоянии, конечно, снижается. Да и точности никакой.

Давид:

-- Именно!

Бóрис:

-- Вы все трое услышали свист пули? -- Бóрис делает акцент на слове «трое». -- В любом случае пуля летит быстрее скорости звука.

Цви:

-- Кто тебе сказал про свист пули? Я же говорю: парень - не профессионал. Он держал пистолет на предохранителе. Остановился далеко. Взвёл затвор, попытался прицелиться. Мирьям услышала звук затвора.

Давид:

-- Эти несчастные секунды дали нам возможность среагировать.

Мирьям:

-- Почему несчастные? Счастливые!

Бóрис:

-- Это не лишает Мирьям паранормальных способностей.

Вся израильская троица расхохоталась.

Улица на удивление пустынна. Тем не менее, редкие прохожие обращают внимание на незнакомцев. Увидев, что они весело ржут, проходят мимо. Похоже, никто не слышал ни взводимого затвора, ни выстрела, ни даже шмякания пули на тротуарную плитку. Или куда там её умудрилась направить Мирьям.

-- Наверно, пистолет был с глушителем, -- произносит Бóрис. -- Плюс рёв двигателя мотоцикла.

Цви:

-- Да, Бóрис. Ты мыслишь правильно. Глушитель ещё больше уменьшил скорость пули. И добавил нам четверть секунды.

Бóрис:

-- Но как? Fucking shit! Вы водите меня за нос. Как услышала что-то Мирьям?! Как можно сбить пулю на лету?!?!

Святая троица опять оживлённо заулыбалась. Обычно говорили Давид и Цви. Мирьям молчала. Но на этот раз говорит именно она:

-- Кажется, мы шли ужинать, -- Мирьям улыбается своей фирменной улыбкой. Уголки губ вздёрнулись, на щеках появились ямочки.

Без идиотских очков её глаза выглядят больше и красивей.

«Точно ведьма! Как это вяжется с иудаизмом?»

Ладонь левой руки залеплена пластырем.

«Наверно, Цви залепил.»

-- Да, на место происшествия никто не приедет. Мы можем идти, -- говорит Давид.

«Понятно, почему она всё время молчит. Она слушает. Но это не лишает её паранормальных способностей.»

Сцена «Кафе».

ISD и Бóрис заходят в кафе. Мысль о сверхъестественных способностях израильтян продолжает стучать у Бóриса в висках.

Больше половины столиков в зале заняты.

-- Поговорить здесь не получится, -- произносит Цви. -- Может, поедем в гостиницу?

-- Давайте ко мне в офис, -- предлагает Бóрис. -- Совсем рядом.

-- Отлично, -- все одобрительно кивают головами.

В ожидании заказа троица и Бóрис садятся в дальнем углу кафе.

-- Нам надо с тобой поговорить, -- Цви вынужден потрепать Бóриса за плечо, чтобы вернуть к действительности. -- Естественно, когда мы получили имя куратора от заказчика, мы пробили тебя по всем базам всех спецслужб, с которыми мы сотрудничаем. Ты зарекомендовал себя профессионалом очень высокого уровня. С острым умом и оригинальным мышлением. Когда мы увидели, как ты спёр камеру наблюдения у охраны Ассамблеи, мы ржали взахлёб, катались пацтолом.