Мистер Лурих. На побережье мультивселенной. Часть 2

– Что с тобой, командир? – спросил обеспокоенный маг.

– Да, мне тоже интересно, – согласился Ливин, таращась на Луриха. – Когда ты заорал, вокруг тебя словно бы появилось золотистое мерцание... Или оно померещилось... Это какая-то магия у тебя?

– В тебе не было жизни все это время, о великий, я не мог тебя отследить. Что произошло? – наседал старец.

– Я видел светящиеся фигуры вон там, – воин указал в направлении видений, которые созерцал. – А еще все выглядело как светящиеся волокна. Просто невероятно!

Маг и гном резко повернулись туда, куда указывал Лурих, но, ничего не обнаружив, продолжили расспросы.

– Так-так, ты, наверное, побывал в другом плане нашей реальности. Как ты это сделал? Почему раньше не рассказывал, что обладаешь мистическими умениями? – затараторил старец.

– Вот первый раз такое, Алтардан. Само как-то получилось, когда кричал, все изменилось, и я стал видеть эти линии везде.

– Да, умеешь ты удивлять, командир. Я так переключаться не умею, – чуть завистливо произнес старец.

– Да... Уж нарушил ты здешний покой, так нарушил. Эхо-то здесь красивое, долгое, – радостно добавил Ливин, умевший во всём находить удовольствие.

Воин чувствовал себя свежим и как будто отдохнувшим. Он был полон жизненных сил.

– Предлагаю лететь обратно и слетать посмотреть на озеро, пока есть время, – предложил гном.

Вся компания загрузилась на ковёр и отправилась обратно в пещеру Каскад. На входе у ледяной стены их поприветствовал чернобородый Гат, и они полетели дальше, к озеру.

– Озеро называется Каскадным, – пояснил Ливин, выполняя роль экскурсовода. – От него и сам покой называется Каскадом.

– А почему Каскадное? – полюбопытствовал маг.

– Сразу этого не видно, но в озере есть течение, – ответил гном. – Вон там, выше, – он показал в направлении их полёта, – имеются подводные ключи, а здесь вода на глубине уходит в трещину и идёт куда-то дальше. И хотя поверхность озера всегда гладкая, на дне его имеются три небольших водопада. Поэтому и Каскад.

Вероятно, из-за незаметного, но постоянного движения воды поверхность озера оставалась не скована льдом даже при стоящем в пещере холоде. Под светом медленно кружащих высоко под потолком пещеры светящихся шариков и в окружении белых ледяных берегов гладкая вода озера действительно была красива. Зеркало воды, уходящая в чуть туманную даль перспектива причудливо мерцающих ледяных стен и сталактитов и медленно кружащиеся и вверху, и внизу, в отражении, разноцветные огоньки.

– Красиво у вас тут, – сказал Лурих. – А живут ли какие-нибудь существа в этом озере?

– Очень мало, – ответил гном. – Есть протеи, несколько пещерных рыб, ну, моллюски и рачки ещё. Я только один раз здесь видел протея, а о рыбах мне говорили, самому посмотреть не доводилось.

– А кто такие эти протеи? – спросил Лурих.

– Земноводные такие, – пояснил Алтардан.

– Они несколько похожи на морских драконов, только маленькие, раза в два больше гнома, – добавил Ливин. – Тот, которого я видел, старый, очень медлительный, длинное тело, маленькие лапки, бледная кожа. И, разумеется, слепой, как все глубинные пещерные обитатели.

– Я обещал вам минералогическую экскурсию, – радостно подпрыгнул гном. – Полетели!

Оказалось, что во многих местах в стенах пещерного зала пробиты небольшие углубления или даже короткие шахты. И с довольно близкого расстояния неопытный глаз не различал в сверкающей ледяными натёками стене вход в них. Но молодой гном уверенно указывал магу направление и проводил гостей в эти мини-шахты, подробно объясняя, какие минералы они видят на стенах.

– А теперь – главный экспонат нашего музея! – торжественно заявил Ливин перед входом в очередное углубление. – Вы получите большее впечатление, если пойдёте, держась за меня, с закрытыми глазами, а уже на месте по моей команде их откроете, – смущённо предложил он.

После небольшого продвижения по узкому ходу шахты вся компания оказалась в более просторном помещении.

– Смотрите! – приглашающе воскликнул гном.

Зрелище было неописуемо. Пещерка высотой и шириной примерно в рост Луриха в свете магического шарика вся искрилась фиолетовым и розовым. Стены её сплошь усыпаны крупными кристаллами, преломляющими и отражающими каждый падающий на них луч.

– Мы находимся внутри жеоды с аметистами, – пояснил Ливин.

– Принято считать, – начал читать лекцию маг, – что аметист способен защитить от опьянения и от некоторых ядов. Кроме того, его классифицируют как камень светлой ауры. По этим двум причинам аметист иногда используют при изготовлении защитных амулетов. А вот гематит, ну, такой серый с металлическим блеском, который Ливин показывал нам минут двадцать назад, вот тот – серьёзная вещь. Недавно в магии было сделано удивившее многих открытие. Изобретён способ делать с помощью гематита то, на что раньше требовалось жертвоприношение крови. В результате некоторые очень мощные средства из разряда тёмной магии переведены в разряд светлой... ну, по крайней мере, природной. Не исключено, что и аметист ещё не все свои тайны открыл исследователям.

– Ливин, можем мы взять пару аметистов и гематитов? – поинтересовался Алтардан.

– Конечно! – обрадовался гном.

Он достал из-за пояса небольшой геологический молоток и умело оттюкал две небольшие, с голову Луриха, но очень красивые друзы аметистов. Интересно, что их исчезновение осталось незаметным в общем роскошном зрелище жеоды.

Отдав камни, Ливин отвёл гостей в ту небольшую штольню, где показывал им гематит, и там тоже отбил два камешка.

Они решили вернуться и отдохнуть некоторое время перед прибытием мага-оценщика. Вечером гостей пригласили проследовать на свободную от льда площадку на ближнем берегу озера.

– Господа Лурих и Алтардан! – торжественно возгласил находящийся там капитан Азаль. – Позвольте представить вас нашему уважаемому магу, – он указал на стоящего рядом старого гнома с длиннющей седой бородой и пронзительным с хитринкой прищуром глаз. – У наших магов есть некоторые... скажем так, причуды относительно своих имён, – пояснил капитан гостям, – вы можете обращаться к магу по имени Белый. Это, конечно же, прозвище. Господин Белый — член Совета нашего поселения. Я рассказал ему всё, о чём мы с вами говорили.

– Приветствую тебя, Лурих, и тебя, коллега Алтардан, – чинно обратился к гостям гномий маг. – Если ты, воин, согласен на проверку принесённого тобой золота, то положи его вот сюда. – Он указал на обведённый белой краской круглый участок площадки. – Но я должен предупредить тебя, и тебе ещё не поздно отказаться, что моё заклинание подействует на весь объём золота, его нельзя применить к части. Если золото подлинное, то ничего не случится. А если колдовское, то оно всё превратится в то, из чего было сделано.

Лурих положил свои доспехи в центр круга. Маг Белый извлёк откуда-то из складок своей мантии серебряный жезл очень искусной работы, завершающийся крупным бриллиантом. Взмахивая этим жезлом над доспехами, он забормотал какие-то заклинания.

– Теперь внимание! – сказал он собравшимся и произнёс последнее слово заклинания, резко взмахнув скипетром.

Золотые доспехи исчезли. В воздухе прозвучал не особенно красивый мужской голос, произносящий слово «Золото!». В центре круга осталось несколько клочков бумаги да небольшое облачко какой-то чёрной пыли, быстро осевшей.

– Никогда такого не видел, – признал гномий маг. – Золото было сделано практически ни из чего. Из слов! Такое волшебство мне неизвестно.

– Да уж, это покруче будет, чем обычная магическая материализация, коллега Белый, – согласился с ним Алтардан. – Не осталось даже следов какой-нибудь магической энергии. Только слово, бумага и какое-то чёрное вещество в незначительном количестве.

– Да уж, – только и произнес воин.

– Такое сплошь и рядом, не огорчайся, – пояснил Белый, а потом продолжил. – Уже почти сутки, как в нашем поселении все только и говорят, что о вас. И Совет обсуждал связанные с вашим появлением проблемы. Мы пока не знаем доподлинно, связаны ли эти химеры с Команарием, и не исключаем такой возможности. Наше решение – пока никак не вступать в контакт с этими силами, до конца охраняя наши секреты. Но мы будем крайне благодарны за новую информацию, которую вы сможете для нас добыть.

– Ясно, – ответил Лурих. – Как только разберемся с проблемой, сообщим о результатах.

Было понятно, что от гномов ждать помощи не приходилось и ничего они не знали. Будут до конца своих дней сидеть в подземельях, как и тысячи лет до этого, храня свои сокровища и секреты глубоко под горой.

– Чтобы с тобой вышли на связь, – продолжил Азаль, – тебе достаточно некоторое время находиться в наших горах, не скрывая лица. Твой образ будет передан на все посты внешнего наблюдения. Как только тебя увидят, сообщат мне и в Совет, и к тебе кто-нибудь выйдет для разговора.

– Ну, на всякий случай и от себя добавлю одну вещицу, – включился в разговор маг Белый, протягивая Луриху тонкое серебряное кольцо. – Амулет одноразовый, – пояснил он. – Если его сломаешь, то с этого момента и примерно на четверть часа мне станет известно всё, что вокруг происходит. Если обстоятельства помешают тебе прийти с отчётом в наши горы, воспользуйся кольцом.

Простившись с гномьим магом и капитаном стражи, Лурих и Алтардан вернулись в свой шатёр.

– А что насчет доспехов? – спросил воин у вошедшего Ливина.

Он окинул фигуру Луриха цепким взглядом, как будто снимал мерку. – У меня остались, конечно, мои старые доспехи. Но они тебе не подойдут. Понимаешь, сложение тела у тебя всё-таки совсем не как у гнома. И даже если сержант с капитаном согласятся продать тебе доспехи из наших здешних запасов, – при этих его словах Алтардан подмигнул Луриху, намекая, что за приличную сумму гномы, конечно же, согласятся продать доспехи, – даже тогда, – продолжил Ливин, – мы ещё будем пару часов подгонять их по твоей фигуре. А мои старые доспехи, кстати говоря, и не здесь, а дома. О! – пришла ему в голову какая-то мысль, – когда ты предоставишь полезную информацию, тебе могут дать штатные доспехи даже бесплатно, такое раньше бывало, нам рассказывали из истории.

– Ну ясно, и на том спасибо, будем дальше разгадывать загадку, – пошутил воин.

Утром, после краткой церемонии прощания, Алтардан направил ковёр по уже хорошо знакомому ледяному туннелю. Спустя какое-то время промелькнул Столовый покой, и опять потянулись скучные покрытые льдом стены.

– Мы возвращаемся в обычное пространство, – сказал маг примерно через полчаса.

Лурих ничего не почувствовал. Через какое-то время стены туннеля сузились, потом расширились, и путники оказались в уже знакомой им огромной пещере, которую Ливин называл «Некубышкой».

Они летели на ковре обратно по уже пройденному маршруту. Местами, где проходы были узки, приходилось покидать ковёр и идти пешком. Выбрались из того узкого лаза, через который позавчера проникли в пещеру. Алтардан поклонился деревьям, хранившим дух Сали, открыл невидимый схрон и погрузил мешки и прочее имущество на ковёр. Лурих стоял и смотрел молча на растения, бывшие некогда той самой дриадой. Ему опять стало тоскливо, сердце щемило. В очередной раз захотелось бросить все и вернуть «ей» жизнь. Но порой персонажи игры под названием жизнь не могут противостоять сценарию, который написан чьей-то рукой, и идут по совершенно другому маршруту.

Алтардан поднял ковер над деревьями и принялся разглядывать окрестности зрением, усиленным магической энергией.

– Там я ощущаю присутствие демона, похоже, нашего старого приятеля. – Маг показал в сторону уходящей вдаль дороги и разогнал свой ковер в том же направлении.

После недолгого полёта они достигли склона другой горы, густо покрытой всё тем же явно больным лесом. Расправив свои кожистые крылья, тут парил знакомый демон. А внизу вышагивало существо, по размерам и общим очертаниям отдалённо напоминающее дракона. Его длина около тринадцати метров, высотой оно было около двух метров. Сверху туловище венчали три головы.

Первая из них торчала прямо вперёд. Рот был огромный, толстогубый, с массивными плоскими зубами, способными перетереть любую пищу. Глаза были маленькие, похожие на поросячьи – крайне тупые. Эта голова методично пожирала всё на своём пути: деревья, пни, кусты, даже камни.

Из спины росла длинная и гибкая шея, увенчанная второй головой. У неё была вытянутая вперёд хищная морда, в пасти был ряд острейших зубов и два глаза на столбчатых подпорках. Их взгляд тоже не блистал интеллектом, но он был хищный и цепкий. Этой головой чудовище успевало схватить даже птиц в полёте, если им не посчастливилось приблизиться на расстояние броска длинной шеи.

Хвост существа был похож на скорпионий, венчала его третья голова, размером и формой с человеческую. Она ничего не ела, но очень внимательно зыркала по сторонам со своей пятиметровой высоты. Создавалось такое впечатление, что именно третья голова решала, куда двигаться всей туше.

Тварь переступала кривыми, как у ящерицы, мощными лапами. Двигалось оно достаточно медленно, оставляя за собой просеку, на которой было сожрано всё подчистую.

– У него метаболизм завязан на магии, – прокомментировал маг. – Даже с таким брюхом не вместишь столько кубометров древесины. Поразительно!

– А! Приветствую! – обратился к Луриху и Алтардану демон, когда ковёр достаточно приблизился. – Вы где-то потеряли свою дриаду? И правильно, нечего приличным людям якшаться с нимфами. А тут, вы только посмотрите, какую занятную зверюшку я нашёл. Позавчера меня другие дела отвлекли от неё, а сегодня я, наконец, могу заняться исследованиями. Думаю, вы согласитесь со мной по двум пунктам, друзья мои, – продолжил он. – Во-первых, само такое родиться не могло. Во-вторых, тот, кто это придумал, как бы это помягче выразить, обладает фантазией, буйной и нездоровой. Для полного удовольствия не хотите ли с этим побеседовать? Оно умеет говорить!

– Сали погибла, но мы её обязательно воскресим! – выкрикнул воин в ответ на бестактное заявление демона.

– Твое право, человек, – осклабился крылатый в ответ.

– Эй, зверь! – обратился вдруг маг к монстру снизу. – Тебя как зовут и кто это тебе разрешил лес жрать в таких количествах?

Старик хотел разрядить обстановку и перевести гнев воина и демона в исследование происходящих событий. Чудовище посмотрело вверх второй и третьей головами, а затем переместило кончик хвоста с третьей головой поближе к собеседнику.

– Я дуракон! – гордо произнесла третья голова гнусавым голосом. – А тебе как зовут? Голодный дуракон, сам себе разрешил кушать лес, вот оно как!

В это время вторая голова, совершив несколько резких бросков с разных сторон, прощупала магический щит, которым Алтардан благоразумно окружил ковёр. Он ей не понравился, и она вернулась к прежнему занятию – кушать.

– Справа лес и слева лес, – продолжала вещать третья голова, покачиваясь перед ковром. – Иди, охраняй его, разрешай его кушать, запрещай. Совсем невкусный лес, больной. Непорядок. Пусть ты его охраняет, а дуракон ест – это порядок!

– Так назови своё имя, – снова потребовала голова. – Дуракону интересно получается.

Но собеседник проигнорировал её пожелание.

– Слушай, – спросил маг, – а откуда ты пришёл и, может, знаешь, почему лес больной?

– Дуракон пришёл оттуда, – указала голова строго в направлении проеденной чудовищем просеки, хотя было очевидно, что никаким другим путём монстр сюда попасть не мог.

– Дуракон плохо думает, почему лес больной здесь, – снизошла третья голова до ответа на вопрос. – Ты заботишься о лесе? – строго спросила она. – Нет? А кто заботится? Всем бы лишь бы портить, а дуракону невкусно.

За время беседы странный дракон продвинулся в своём пожирательном движении ещё на пару метров вверх по склону, так что Алтардану пришлось передвинуть ковёр вслед за раскачивающейся на верхушке хвоста головой. Демон пока в беседу не вмешивался, висел в воздухе чуть выше, но было видно, что слушал он с явным интересом.

– А скажи-ка, друг любезный, ты из другого мира появился или где ты до этого был вообще? – не обращая внимания на вопросы существа, спросил Лурих, включившись в беседу. – И один ты пришёл вообще оттуда или с кем-то?

– А ты скажи-ка, дурук любезный, ты кто вообще такой, чтобы дуракона расспрашивать? – рассердилась голова. О её чувствах можно было догадаться не только по злобному прищуру маленьких глазок, но и по тому, что из её рта и носа стал сочиться неприятного вида зелёный дымок. – Дуракон себе кушает, никого не трогает, а этот с вопросами лезет. Непорядок. Хочешь с дураконом беседовать, – сам что-нибудь интересное расскажи, пока дуракон кушает.

– Со мной он тоже откровенничать не стал, – негромко прокомментировал ситуацию демон. – Не думаю, что он из другого мира. Ну посмотри сам: такое существо не могло естественным путём родиться. Явно артефакт. Да на него и магия почти не действует, каким-то очень могущественным волшебством он создан. Но, похоже, не особенно умным человеком. Странным кем-то. Не могу я понять пока ничего, запутанно все. Магия наивысшего порядка, а стиль колхозный.

Вторая голова «дуракона» перестала есть и нацелилась в направлении мешающих обедать собеседников. Первая же голова не обращала ни на кого внимания и продолжала методично крушить всё встречное своими мощными челюстями.

– Да ладно, не серчай, многоуважаемый санитар леса, – со всей возможной вежливостью обратился воин к монстру. – Меня зовут Лурих, а это Алтардан...

– Дурих! – обрадовалось существо, найдя в собеседнике что-то родственное себе.

– Понимаешь, я прибыл из другого мира специально, чтобы расследовать, что же случилось с этим лесом. Дело в том, что некий могущественный волшебник обещал огромную награду тому, кто расследует, что же здесь случилось. Поможешь мне — я и с тобой поделюсь. Я вижу, вы, уважаемый, далеко не глупый, и поэтому сможете ответить на мои простые вопросы, – придумал сказку для дракона пришелец.

– Мы, уважаемый Дурих, далеко не глупый дуракон, – с гордостью подтвердила третья голова. Судя по тому, что она перестала дымиться, а хищная вторая голова вернулась к кормёжке, «дуракон» был доволен поведением гостя. – Давай свои простые вопросы, дуракон сможет на них ответить, вот как!

– Наши эксперты предполагают, что по-настоящему это существо называется «дорогион», – негромко пояснил демон. – Просто оно склонно везде произносить «ду»... Вот и получается «Дурих». – Чувствовалось, что сам демон невероятно забавляется, слушая разговор.

– Вот мои вопросы: ты из другого мира появился или где ты до этого был вообще? И один ты пришёл вообще оттуда или кто-то с тобой вместе пришёл? А может, тебя кто-то создал? – терпеливо повторил свои вопросы Лурих. – Скажи, пожалуйста, будь так добр.

– Дуракон будет так добр, – кивнула третья голова. – Дуракон из другого мира появился, всегда здесь был вообще. До этого дуракон был где-то там, – голова повертелась на своём вертикально задранном хвосте и качнула подбородком на юго-восток. – Сначала было всё равно, куда идти, и мы пошли так, чтобы в глаза свет не светил, – последовал кивок примерно на запад. – Там встретилось озеро, и мы повернули направо. Потом дурия велела нам идти в другую сторону, и мы пошли сюда. Вчера дурид велел нам повернуть, и мы повернули. А сегодня дошли до широкой дороги, но Дууро направил нас в горы. Что там дальше? А! «Один ты вообще оттуда или кто-то вместе»! Оттуда один, потом вместе с дурией немного, потом один, потом вот с ним, – голова указала на парящего вверху демона, – потом с дуридом, потом опять с ним, – он снова кивнул на демона, – потом с Дууро, потом опять с ним, а теперь с Дурихом и Адурданом. Вот так вот. Ещё что? А! «Может создал»! Плохой лес кто-то создал, дуракону невкусно. Был так добр дуракон, на все твои простые вопросы ответил, вот так вот.

– Спасибо, благородный дуракон, за то, что был так любезен, – поблагодарил Лурих монстра, сдерживая смех.

Это существо вызывало скорее симпатию, нежели отвращение или страх. Оно было искренним и делало то, что ему хотелось в данный момент.

– Пожалуйста, благородный Дурих, дуракон тебе любезен, – ответил тот.

– Товарищ демон, что ты думаешь обо всём этом, почему лес заражён? – спросил мнение крылатого воин.

– Насколько нам удалось установить, это всё произошло примерно одновременно, – почесал демон длинным когтем голову между рогами. – Думаю, причина тут одна, но вот какая... Надо же, как тебе удаётся беседовать с этими новыми монстрами, – сменил он резко тему. – Если бы твою аутентичность не подтверждал вот этот господин, – он указал крылом на Алтардана, – известный у нас в Цитадели, я бы подумал, что ты тоже из этих. Мы вчера арестовали тут одного странного друида, он применял в бою порчу, похожую на поразившую лес, и командовал дорогионом... Правда, потом выяснилось, что он ни при чём: он сидит у нас в темничном кристалле, а тут всё по-прежнему продолжается. Так что я пока не могу похвастать, что разгадал тайну.

– Может, присоединишься к нам, вместе будем искать причину всего этого?

Глаза демона зажглись ярко-красным огнём.

– Не думаю, что мне будет от этого польза, – заявил он, но чувствовалось, что он сдерживается, чтобы то ли не расхохотаться, то ли не разъяриться. – Лучше уж будем сами по себе. Или ты и мне предложишь долю в той огромной награде, которую тебе обещал могущественный волшебник?

– Ну, нет так нет, твоё дело, – сказал, усмехнувшись, Лурих демону. – Прощай тогда, удачных поисков тебе.

– И тебе, – равнодушно ответил крылатый.

– Алтардан, полетели дальше, может, еще кого-нибудь встретим.

Старец кивнул, и они отправились на юго-восток. Дождя не было, но небо было затянуто мрачными низкими тучами, поэтому маг не решался поднять ковёр слишком высоко над кронами деревьев. А вершины некоторых из соседних гор уже были скрыты в тучах.

– Смотри, командир! – воскликнул маг, показывая на восток. – Похоже, это наш старый знакомый, чернокнижник Везурий Белль-Дирон.

По прогалине близ вершины холма верхом на горгозавре неторопливо ехал Белль-Дирон. Он тоже заметил ковер и помахал рукой, чтобы привлечь их внимание.

– Приветствую вас, друзья, – прозвучал рядом с пассажирами летающего устройства его переданный магией голос. – Будьте осторожны. В том направлении, куда вы летите, находится очень могущественное существо. Тоже из новых тварей. Я не решился приблизиться к нему, не позаботившись об очень специальной защите.

Маг опустил ковёр так, чтобы собеседники оказались рядом на одном уровне. Чернокнижник, вероятно, никуда не спешил, он остановил свой доисторический транспорт для разговора.

– Что значит специальная защита? Оно обладает какими-то особыми свойствами? – повторил свой вопрос Лурих, разглядывая настоящего динозавра, который был явно не против, что на нем ездили.

– Нет, я не это имел в виду, – улыбнулся Белль-Дирон. – Просто против каждой опасности можно применить специально против неё предназначенную защиту, а можно общую, как бы от всего защищающую. Первое труднее, но гораздо эффективнее. Общая защита на мне, разумеется, есть, а на специальную мне в данном случае жаль тратить силы.

– А что там за опасность? – спросил коллегу Алтардан.

– Там огромная змея с семью женскими головами, – ответил чернокнижник. – Она поёт. Очень мощные песенные чары, просто невероятной силы.

– Мы все же взглянем, – ответил воин.

– О наихрабрейший, я сделаю в наших ушах затычки, которые защитят наш слух от ее чар, – ответил маг, поднимая ковёр вверх. Там он завис и обернулся к Луриху, накладывая заклинания. – Я сделал так, что физически мы ничего не слышим, но можем общаться телепатически, – сообщил он уже не обычной речью, а мысленной. – Эта телепатия будет действовать на расстоянии до ста метров. Слушать песенные чары, даже ослабленные, опасно, поэтому нам будет пересказывать их содержание вот он. – У него над ладонью появился небольшой прозрачный шарик. – И ещё одно ты должен учесть: песенные чары могут воздействовать и на тех, кто их не слышит. В частности, они могут управлять неодушевлёнными предметами, воздухом, камнями и так далее. Я окружил нас и наши вещи всеми видами защиты, какими могу, но если Белль-Дирон побоялся к ней соваться, она может оказаться сильнее, чем я.

Ковёр продолжил движение. Через некоторое время, перевалив вершину очередного холма, они увидели внизу, в лощине, длинное и толстое серебряное змеиное тело, беспрепятственно вьющееся между деревьев. На дальнем конце тело разветвляется на семь шей, в движении приподнятых над землёй. Головы на этих шеях видны со стороны затылка, точнее, видны длинные вьющиеся локоны, у каждой головы они были разного цвета.

«Я движусь свободно, прекрасная пасмурная погода, – негромко забормотал в мозгу Луриха лишённый выражения голосок; очевидно, уже с этого расстояния стала слышна песня семиголового монстра, и созданный магом шарик начал пересказывать своим хозяевам её содержание, – деревья расступаются, мне нет преград и препятствий, дождь омоет моё тело, и я скольжу...».