Некромант на час (сборник)

– Рад тебя видеть, несмотря на печальный повод, – я склонился к тонкой руке, и знакомый запах духов неожиданно отозвался в сердце тупой болью. – Что слышно по поводу Стеллы в ваших кругах? На полноту информации не претендую, хотя и хотелось бы. И удалось ли узнать то, о чём мы говорили?

Софья Арнольдовна подхватила меня под локоть и отвела к окну, подальше от остальной публики, сделав знак сопровождающим её ведьмочкам, что всё в порядке. Среди них я заметил ту, что брала землю с могилы Стеллы, и она, перехватив мой взгляд, прикусила нижнюю губу и так призывно на меня посмотрела, что я чуть виски не подавился. Нет, я никогда не против приятно провести время, но не с такой молодой да ранней. Тут и моргнуть не успеешь, а уже будешь что-нибудь должен, причём много и прямо сейчас. Поэтому я лишь отсалютовал ей бокалом, едва заметно покачав головой, чем вызвал на хорошеньком личике презрительную гримаску.

– Ты был прав, – негромко сказал Годунова, глядя в тёмное окно, за которым сверкали фонари и оставшиеся с Нового года гирлянды. – Это не первая странная смерть среди наших. Такое впечатление, что есть кто-то, кто собирает силу ведьм. Мне всегда казалось, что такое невозможно, но… – тут она кривовато улыбнулась, – оказывается, подобное вполне может быть.

– При этом все ведьмы, силу которых забрали, не входили ни в один ковен, – предположил я и по брошенному на меня быстрому взгляду понял, что не ошибся.

– Именно так, – кивнула Софья, – иначе это, во-первых, стало бы сразу известно, а во-вторых, этим немедленно занялись бы соответствующие службы. А когда ведьма сама по себе, то и информация о ней приходит с опозданием.

– И сколько таких «ничейных» ведьм было убито за последнее время?

– Три, – помолчав, ответила Софья, – и все они были пусть не уровня верховной, но достаточно сильными. Представляешь, какая силища собрана у той, кто всё это затеял?! Это же бомба замедленного действия!

– А не может это быть та, которой переслала силу Пелагея? – на всякий случай уточнил я, хотя и сам не верил в свои слова.

– Нет, вряд ли, – глава ковена решительно тряхнула головой, – для того, чтобы провернуть всё это: убить трёх сильных ведьм и подчинить себе их силу – нужно самой уметь немало. Хотя никакую версию развития событий нельзя полностью исключать. Не знаю, может, у Пелагеи была родственница или даже ученица, и я просто не в курсе. У нас, знаешь ли, не принято откровенничать друг с другом.

– Ладно, держи меня в курсе, – сказал я, – я тут ненадолго уеду из города, но буду на связи, так что если что – пиши, звони.

– Далеко собрался? – легко, словно мимоходом поинтересовалась Софья, делая глоток из своего бокала.

– На лыжах покататься, – совершенно честно ответил я, и она наверняка почувствовала, что я говорю правду, – люблю я это дело. Ты не катаешься?

– Нет, – она прохладно улыбнулась, – я предпочитаю тёплое море, пальмы…

– И мускулистых мулатов, – в тон ей продолжил я, вызвав снисходительную улыбку, – ладно, пойду, а то наш с тобой долгий разговор станет главной новостью завтрашних сплетен.

– О да, сплетни об интрижке с некромантом – это не то, что хорошо повлияет на мой имидж, – согласилась Годунова и растворилась среди приглашённых. Вскоре я увидел, как она разговаривает с Шалтаевым, который слушает её с явным неудовольствием.

Еще минут двадцать я прослонялся по гостиной, потом нашёл сидящего в кресле в самом дальнем углу Лозовского и присел рядом. Мы помолчали, а потом Игорь негромко сказал:

– Ты можешь мне не верить, но я действительно любил Стешу, она была невероятной…

– Уверен, она знала об этом и ценила твои чувства, – я не стал поправлять Лозовского и принял упрощённую форму общения, тем более что у меня на бывшего любовника Стеллы были свои виды.

– Я позвонил брату, – по-прежнему глядя в стакан, а не на меня, сказал он, – ты можешь приехать в «Медовое» в любое время, люкс в твоём распоряжении.

– Спасибо, – я был приятно удивлён, так как думал, что мне придётся напоминать Игорю о его обещании. Ну что же, плюсик ему к карме.

– Я найму лучшего частного детектива, но найду того, кто это сделал… – только тут я понял, что Лозовский находится в том состоянии, когда человек вроде бы пьян, но горе не даёт алкоголю отключить мозг.

– Он перед тобой, – я забрал у него стакан, но Игорь, кажется, этого даже не заметил, – ты разве не знал, что я владелец детективного агентства? Маленького, но пользующегося прекрасной репутацией.

– Тогда я тебя нанимаю, – он поднял на меня неожиданно трезвый взгляд, – условия обговорим позже.

– Позже не получится, я уезжаю на чудесную базу «Медовое», – усмехнулся я и тут уже чуть сам не уронил бокал, потому что услышал:

– Получится, потому что я еду с тобой.

Глава 4

Зимний Зареченск понравился мне гораздо больше, нежели осенний: тогда, в ноябре, когда мы с Фредериком приезжали за черепом травника Синегорского, а получили «два в одном», повсюду была грязь, под ногами хлюпали покрытые тонким ледком лужи, дома казались серыми и неприветливыми.

Сейчас же, глядя в окно автомобиля, я любовался городком, словно сошедшим со старой рождественской открытки. Невысокие домики, из труб которых уютно струился дымок, сверкающие сугробы, белоснежные мягкие шапки на провисших от тяжести еловых лапах… Откуда-то шли бодрые, улыбающиеся, румяные люди, несшие на плечах лыжи или тащившие за собой яркие «ватрушки». Значит, где-то неподалёку есть горки и проложенная лыжня. Ну а принесённые Алексеем из пекарни, возле которой мы притормозили, вкуснейшие круассаны и более чем приличный капучино окончательно примирили меня с перспективой провести некоторое время вдали от шумного города.

– Симпатично, – озвучил свои наблюдения Алексей, – традиционно так, я бы даже сказал – аутентично.

– Общение с Фредериком заметно сказывается на твоём словарном запасе, – фыркнул я, – надеюсь, в качестве ответного жеста мой кот не начнёт петь матерные частушки или щеголять блатным жаргоном?

– Что ты, босс! – тут же воскликнул Лёха, но по его загоревшимся глазам я понял, что мысль показалась ему интересной и чрезвычайно перспективной. Так что нужно на всякий случай быть готовым ко всему, даже к матерящейся адской гончей.

– Ты посмотрел, как ехать в это «Медовое»? – я улыбнулся, увидев скачущего в снегу лохматого йоркширского терьера с алым бантиком на чёлке и девушку, безуспешно пытающуюся его из этого снега выковырять.

– Ага, – Лёха бросил быстрый взгляд на закреплённый навигатор, – сейчас проедем через город, потом около десяти километров через пригород – и мы на месте.

– Ого, у Зареченска даже пригороды есть? – искренне изумился я.

– А то как же, Тоха, – видимо, на первый план вылез Бизон, для которого Зареченск был родным городом, – целых три. Ромашка – это территории вокруг завода, выпускающего для ткацких фабрик машины…

– А почему Ромашка? – перебил я Бизона. – Не улавливаю связи.

– Да там просто всё, – хмыкнул тот, – сначала называли ПромМаш, в смысле – промышленные машины. Потом стало ПромМашка, ну а потом и просто – Ромашка. Так вот, кроме Ромашки есть Простоквашино – это район новостроек…

– Там молочный завод? – попробовал я угадать происхождение второго названия.

– Нет, откуда? Это из мультика, ну, «Трое из Простоквашино»…

– Не смотрел, – я пожал плечами, – но верю тебе на слово.

– В каком смысле – не смотрел? – растерянно переспросил Бизон. – Ты чего? А как же Кот Матроскин, Шарик и другие?! Тоха!

– А я смотрел, – высунулся из переноски Фред, – мне миссис Инна включала, когда я с ней на кухне сидел. Смешное…

– Ладно, посмотрю, – поспешил сказать я, пока мне не начали пересказывать содержание во всех подробностях. – А третий пригород?

– Третий, – слегка отойдя от шока, вызванного моей вопиющей необразованностью, продолжил Бизон, – третий – Стрелка. Это огромные пустыри за городом, там в девяностые всегда стрелки забивали, ну и стреляли там же. Туда никогда никто по доброй воле даже днём не совался, а то увидишь больше, чем надо, и всё – ляжешь рядом за компанию.

– Тебя там и пристрелили? – не утруждая себя деликатностью, спросил Фред.

– Наверное, – Бизон явно задумался, – не помню, если честно. То ли пьяный был, то ли оглушили – сплошной туман в голове. Но, скорее всего, там.

– А как тогда ты на кладбище оказался, да ещё и в могиле деда? – не отставал Фредерик. – Мы же тебя там нашли…

– Ну это как раз понятно, – тут же откликнулся Бизон, – обычное дело: привозят труп на кладбище, находят свежую могилу, чтобы незаметно было, раскапывают, сбрасывают тело и зарывают обратно. Потом на место венки ставят, все дела… Ну или если свежей нету, то раскапывают ту, что поближе и явно не ухоженная, значит, никто возмущаться не будет. Видимо, тогда как раз эта могила и была самой подходящей. Но я теперь только рад, я ведь никогда о такой интересной жизни даже не мечтал! И дед, и Лёха столько интересного знают, это чума просто!

Я только головой покачал, а Алексей замолчал: видимо, они там всем коллективом обсуждали, как им теперь хорошо и интересно. Эх, был бы я учёным, точно сел бы за диссертацию! Пожалуй, сразу за докторскую. Или так нельзя?

От размышлений о несостоявшейся научной карьере меня отвлёк голос Алексея, который с удивлением, переходящим в тревогу, уточнил:

– Босс, ничего не хочу сказать, но вот та «бэха» время от времени появляется с того момента, как мы отъехали от дома.

– Думаешь, кто-то едет конкретно за нами? Может, это Лозовский?

– Точно нет, ты же сам говорил, что он через день приедет, – возразил Алексей и добавил, – к тому же у него «мерин», я хорошо запомнил. Да и зачем бы ему номера снегом заляпывать, согласись?