Подземка

– Мы ищем человека, который был здесь в этом отеле, а теперь его нет, и никто не знает, куда он подевался, – настаивал доктор.

Катрин обернулась и посмотрела на Цыбиля, ей показалось, что по его уверенному тону и лицу ее шеф знает, где сейчас находится Юз и за какой он спрятан дверью.

Катрин подошла к Цыбилю и встала рядом с ним. Она почувствовала его дыхание, пропитанное запахом табака и дорогого виски.

– Хорошо, я только отлучусь на минутку.

И в один миг важный смотритель отеля превратился в быстроходного доставителя человеческих душ.

Комната, где остановился доктор Юз, была чисто прибрана, возле кресла стоял маленький дорожный чемодан, в шкафу на плечиках висел однобортный пиджак в клеточку. Цыбиль покрутил в руке чемодан, раскрыл и посмотрел содержимое. Затем снял с вешалки пиджак, проверил карманы, аккуратно сложил его, положил внутрь чемодана и застегнул на длинную надежную молнию. Он не торопясь прошелся по всей комнате, заглянул под кровать, внимательно всматриваясь в каждую подозрительную деталь. С такой же тщательностью он проверил и комнату, где поселился невидимка Ник, но там он ничего не нашел, а только лишь оторванную черную пуговицу.

– Вещи доктора Юза я заберу с собой, у меня есть на то предписание, – деловитым тоном сказал Цыбиль. – Вы можете описать мне мистера Ника?

– Это был высокий белый мужчина лет сорока пяти, с хорошим азиатским загаром, над его верхней губой росли густые с проседью усы, а на висках серебрились бакенбарды.

– Может, за ним была какая-нибудь особенность, например шрам или родимое пятно, что-то необычное, чем он мог отличаться от других мужчин, – в разговор вступила Катрин.

– Шрам был, но не у него, а на лице у доктора Юза. Нет, ничего особенного я не заметил, он был очень высоким и худощавым, когда он ходил, то его ноги были немного согнуты в коленях и пружинили при ходьбе. А так ничего примечательного я не заметил. Хотя, нет, я вспомнил, у этого человека на правой руке не было двух пальцев, безымянного и мизинца.

– Ну, хоть что-то! – с радостью воскликнул доктор Цыбиль.

– Сколько дней они прожили в отеле? – задала последний вопрос Катрин, и на ее лице проскользнула довольная улыбка.

– Они заселились днем, а на следующее утро я им вызвал такси, и они ухали. Хотя они оплатили за три дня вперед, больше мы их не видели. Вот мы и сообщили в полицию, может, с ними, что-то случилось? – молодой человек в присутствии своего управляющего выглядел более сговорчивым и охотно отвечал на все заданные вопросы.

– Катрин, я думаю, что мы можем уже идти, – предложил Цыбиль и направился к выходу.

Мисс Ли кивнула головой в знак благодарности и проследовала за доктором.

Каждый год в середине мая на улице цвели акации, пахло сладким цветочным запахом. Деревья окрасились в ярко-зеленый цвет, вечером на улице становилось намного прохладнее, чем днем. Холодный порывистый ветерок спускался с гор и своей прохладой окутывал город на всю ночь.

Доктор Цыбиль прогуливался по городу в компании красивой женщины. Они возвращались по уже знакомой дороге к стоянке, где оставили дискалет. Ему хотелось задать ей еще вопросы, расспросить ее о том, что она любит, как и где она предпочитает отдыхать, но завести разговор так и не решался. Он шел неторопливым шагом, погруженный в свои мысли, то и дело поглядывал на нее и смотрел на ее красивое, задумчивое лицо. Из растрепавшегося пучка выбилась прядь густых черных волос, Катрин заправила их за ухо, но порыв ветра раздувал непослушные волосы снова, заставляя хозяйку нервничать и проделывать это движение вновь и вновь.

***

Шли дни, Лаура окрепла. Она стала передвигаться по комнате и помогать Сайре в ее работе. Перетирала в ступке цветные минералы в порошок и раскладывала их в небольшие стеклянные баночки. Понемногу девушка начала разбираться в лечебных свойствах трав, готовила питье из бессмертника и по поручению старухи поила им больных жителей подземки. Высушенные лечебные травы по просьбе Сайры приносили стражники в тряпичных мешках, иногда она сама выходила из своей лачуги и шла собирать их к подземному озеру.

Это было особенное озеро, удивительной красоты, жемчужина этого прискорбного места. Озеро было очень глубокое и имело форму чаши. Изогнутая линия темно-синего цвета, которая проходила ровно посередине лазурной глади, делила озеро на две половины. К одной стороне берега подходила вода почти черного цвета, а противоположный берег омывался прозрачной бирюзой. Озеро в подземном городе имело символичное значение – это единство противоположностей во Вселенной, где всё имеет две стороны – мужскую и женскую. Две великие силы, темное и светлое, обозначающие концепцию инь и ян – двух противоположных и взаимодополняющих начал, – которая предполагает постоянное движение по кругу.

Когда великие силы соединяются в единое целое, то начинается бурление, и спокойное озеро превращается в бурлящий котел, словно кипящее молоко, поднимается белая волна и выходит наружу за свои очерченные пределы, покрывая воздушной пеной теплый золотистый песок.

Темная вода подходила именно к тому берегу, куда и приходила Сайра. В этой части озера вода застаивалась и становилась мертвой, не росли водоросли и не плавали рыбки, на дне лежала черная вязкая жижа. Но несколько дней в месяц по всему периметру распускались белые лилии. Даже для Сайры эта была загадкой: как в мертвом озере за ночь вырастали стебли и зеленые листья, а ночью под лунным светом распускались белые цветы? Старуха приходила срывать их, из семян она готовила муку, из цветков, стеблей и листьев заготавливала припасы, готовила суп и варила питательные отвары.

Она каждый раз, когда приходила к этому месту, смазывала свое тело маслянистой черной глиной и на несколько часов погружалась в глубокий сон, а когда просыпалась, то на теле не оставалась и следа, а только лишь мягкость и шелковистость кожи. Старуха молодела, к ней возвращались здоровье, крепость в суставах ног и рук. Она любила бывать здесь. Ее успокаивали упоительная тишина, прохладный свежий воздух, даже кое-где из-под почвы и каменных глыб выбивалась зеленая трава и мелкие разноцветные цветочки.

Над озером, где вода была небесного цвета, ровно посередине вверху на своде проходила глубокая трещина, и через нее можно было увидеть кусочек неба. В ясный день пробивался луч солнца, а ночью на небе светили яркие звезды. А когда на поверхности земли лил сильный дождь, то вниз в пещеру стекала дождевая вода, и со стороны казалось, что сверху спускается стеной водопад и ударяется о воду с оглушительным шумом. Эту красоту можно было видеть, находясь на берегу. Именно здесь не прерывалась связь с солнцем, небом, в этой части подземного города как будто бы была совсем другая жизнь.

Один раз в год в озере уравновешивались две силы, в момент бурления вода перемешивалась, застойная вода фильтровалась, и вся грязь уходила в почву. Уровень проточной воды разливался по всему озеру, вода становилась чистой и имела один небесный голубовато-белый цвет по всему периметру. О том, когда это явление свершалось, знала только Сайра.

Подойти к озеру можно было с Долины смерти, пройти через мост и оказаться в другой части подземного города, или по длинному туннелю, но о нем не знали другие жители подземки, он был спрятан от посторонних глаз за муляжом.

Сайра знала секреты, которые таились на дне фантастического озера. Но об этом она никому не рассказывала, на это у нее были свои причины. Старуха ждала часа, и с каждым днем приближался день, когда она поведает людям главную тайну подземного города.

С тех пор, когда стражник Кит в первый раз увидел Лауру и принес ее, больную, в лачугу Сайры, он приходил к ним каждый день и приносил в огромных бидонах родниковую воду, еду в консервах, присаживался на табуретку и слушал пение Сайры.

– Сайра, я пришел! – громко и радостно произнес Кит, гордо поставив провизию и воду на пол.

Затем он присел на свое излюбленное место, ловя спиной пристальный взгляд старухи. Сайра внимательно рассматривала стражника, не скрывая своей заинтересованности. Она подошла к нему ближе, провела рукой по его спине и тихо сказала на ушко то, о чем не принято было спрашивать у хранителей порядка.

– Кит, я знаю, что у каждого стражника есть записная книжка, когда вы ее всю исписываете, отправляете наверх, главным смотрителям нашего города.

– Да, правда, Сайра, – так же тихо ответил стражник, не поворачивая головы.

– Скоро Лаура совсем выздоровеет, и вот тогда настанет время ей покинуть мою лачугу. Я – старая и больная женщина, мне бы помощница нужна, а Лаура – толковая девушка. Я бы ей и передала все свои знания, а то может так случиться, что время мое придет, ведь я же не вечная, кто тогда вас будет лечить? – Сайра присела рядом с Китом, положила ему на колено свою морщинистую руку и заглянула в его глаза, как будто хотела в них прочесть слова подтверждения.

– Да, я бы не против, а даже за, вот только что мне нужно для этого сделать?

– Ох, милок, ну какой ты все-таки недогадливый, запиши в свою книжечку да подними ее наверх, а там, я думаю, мне и не откажут, и тогда ни один броненосец не сможет забрать у меня Лауру.

Сайра выглядела простодушной, но женская хитрость прочитывалась во всем, в ее голосе и даже в милой улыбке. Она смотрела на стражника и удивлялась его доморощенной логике, как, впрочем, это случалось всегда, когда старуха слышала рассказы стражника. Кит был на вид сильным, смелым, но в его поведении и разговоре проскальзывали медлительность и неуверенность в своих силах. Сайра не унывала и знала, что ей придется еще много работать над тем, чтобы в этом добром броненосце проснулся русский богатырь.

– Хорошо, Сайра я всё сделаю, как ты говоришь, – одобрил он.

– Да, это было бы неплохо. Вот видишь, ведь это для тебя совсем ничего не будет стоить, – подтвердила она.

Казалось, что в воздухе витает некая сверхъестественная проницательность, которая позволяет старухе видеть насквозь людей и самую сущность вещей. Сайра благодарила Бога за то, что он наградил ее исключительным даром предвидения, поэтому она знала наперед, о чем можно просить и какие решения последуют за всеми ее просьбами.

– Я тоже хочу помочь Лауре, тяжело ей будет в городе за работой, а у тебя хорошо здесь, вон как она окрепла!

– Да и не говори, девка-то хорошая. Ну, оступилась, кто без греха! – старуха протяжно вздохнула и добавила: – Сегодня особенно плохая вода, какая-то желтая, с песком, у вас что там, опять очистительная станция сломалась? Того и гляди, опять люди болеть начнут, как же мне без подмоги-то?

– Хорошо, Сайра, я прямо сегодня наверх отправлю книжечку с твоим пожеланием.

– Ну, а теперь иди, милок.

И прежде чем уйти из лачуги, Кит посмотрел на старуху и задал ей вопрос:

– Сайра, я давно хотел тебя спросить: у тебя на шее на шнурке висит медальон, он похож на птицу феникс? – шепотом спросил Кит.

Старуха прикрыла медальон рукой, спрятала внутрь шерстяной кофты и равнодушным голосом ответила:

– Да не знаю я, что это за птица, эту безделушку я с детства ношу при себе, даже не помню, кто ее повесил. Привыкла я к ней, может, амулет какой или оберег, эта безделица хранит меня от несчастий. – А ты откуда знаешь про эту птицу? – лукаво спросила старуха.

– Мне в детстве моя мама рассказывала сказку про эту чудо-птицу и всегда твердила: никогда, несмотря ни на что, не опускай, сынок, руки в трудных ситуациях, даже когда кажется, что жизни конец. Посмотри вокруг и обернись птицей. Взмахни крыльями, словно птица феникс, поднимись и взлети высоко к солнцу. Ведь в жизни всё зависит только от нас, сможем ли мы вновь обрести внутреннюю свободу и счастье.

– Расскажи мне эту сказку, – просящим голосом промолвила Сайра.

Кит уселся удобнее на табуретке, снял с головы шлем и положил его себе на колени, потом провел рукой по своим жестким волосам пшеничного цвета, выпрямил спину и начал рассказывать славную песню о вещей птице Феникс.

– В древние времена жила-была птица Феникс. Пятьсот лет просидела она на ливанском кедре. Питалась она только сочными спелыми фруктами и никогда никуда не летала, а только лишь мечтала о странствиях и о прекрасной жизни в дальних странах. Птица была хороша собой и гордилась своим роскошным опереньем. Она была довольна своей жизнью, но в ее сознании затаился страх – страх потери красоты, и поэтому она никогда не покидала своего места и свою жизнь просидела на нижней ветке. И вот однажды все фрукты стали горькими, птица впала в уныние и стала истошно кричать. Впервые за свою жизнь она посмотрела наверх и увидела там безмятежную птицу, которая смотрела на нее. В этот день птица узнала от своей соседки, что есть на свете город Рай, а Рай тот находится возле Солнца. Все боялись лететь туда, ведь Солнце обжигает крылья! Вот тогда по-настоящему птица задумалась о своей жизни, о своем предназначении и о том, что такое счастье. Счастье – это возможность иметь красивые перья, восхитительный голос, есть сладкие фрукты или счастье – это летать и быть свободной? Птица взмахнула крыльями, и в первый раз в своей жизни взлетела в небо, покружилась над деревом. Ей понравилось ощущение свободы, легкости и непривязанности к мирской жизни. Но тут она осмотрела свои красивые крылья, ей стало жаль их, и для себя она решила, что больше никогда не вернется на свое место. Взмахнула крыльями и полетела к кузнецу. Кузнец наковал на каждое перо стальной щит. «Это поможет тебе долететь до города и не обжечь их под палящими лучами солнца», – сказал ей мастер. И вот настал тот день, когда всё было готово к полету. Птица взлетела в небо, но чем выше она поднималась, тем тяжелее становилась ноша. И вот тогда она поняла, что нельзя достигнуть цели, не пожертвовав собой, невозможно стать счастливой, закрывая себя. Стряхнув надежные латы, оголив перья, птица Феникс долетела до города Рая, обратившись в пепел. На землю посыпались стальной дождь и пепел. А на следующее утро на этом же месте нашли птенца, и через день он обретает привычный образ птицы Феникс.

Кит закончил свое повествование и посмотрел на сморщенную старушку. У нее были прикрыты глаза, она слушала рассказ стражника своим большим сердцем.

– Красивая сказка, – тихо, не открывая глаза, промолвила она. – Кит, знаешь, невозможно, жертвуя малым, получить большое благо. Эта сказка учит нас, что только тогда, когда мы жертвуем собой, мы обретаем счастье. И только тогда, когда мы вызываем к себе свое высшее Я, мы побеждаем свое ненасытное эго.

– Как бы я хотел стать той птицей Феникс и улететь отсюда в родные края, даже ценой собственной жизни!

– А что тебе мешает?

– Страх. Недостаток мужества, и я боюсь себе признаться в этом.

– Кит, ты влюблен и боишься этого чувства?

– Да!

– Ой, милок, когда любят, тогда ничего не боятся.

– Ну, ты же знаешь, Сайра, из этих мест нет выхода. И что я могу дать Лауре? Если только похлопочу, чтобы она жила рядом с тобой. Сайра, а где Лаура? Я сегодня ее еще не видел.

Старуха не хотела говорить стражнику, что отвела Лауру к озеру. Она доверяла ему, но решила, что еще не пришло время знать ему всю правду про это таинственное место.

– Да спит она. Не буди ее, девка сегодня очень устала.

– Ладно, Сайра, тогда я пойду, а завтра зайду, проведаю Лауру.

– Вот и хорошо. А напиток тебе налить?

– Нет, не надо. – Кит поднялся, отодвинул скамейку, которая перегораживала ему проход, и надел на голову шлем.

– Милок, я тебе дам особенное зелье, от него голова светлая, я его сама пью, Лауру пою, оно помогает окрепнуть воле, и сомнения уходят.

Кит подмигнул Сайре и прищурил глаз, губы растянулись в игривой улыбке.

– Ох, Сайра! Ну, и хитра же ты, прям как лиса.

Старуха уже не удивлялась брошенным словам стражника, он многое вспомнил, и это она ему помогла восстановить обрывки из прошлой жизни, вклеить в память вырванные листы из детства. Он знал, что его зовут Олег и что в его жилах течет русская кровь, что родом он из далекой Карелии, где эти места – Сайра не знала, но хорошо знала язык и лирические душевные песни.

Когда Кит покинул лачугу Сайры, старушка в одночасье собралась в дорогу, взяла с собой несколько пустых баклажек и тряпичный мешок, налила в металлическую флягу родниковой водицы, повесила ее на плечо и прикрыла за собой входную дверь. Она шла, оглядываясь по сторонам, размашистыми гигантскими шагами по узенькой каменистой кромке, прислушиваясь к каждому шороху.

Дорожка вела прямо ко входу в подземный туннель. В ту заброшенную часть подземного города, куда направлялась старуха, стражники не любили ходить и испытывали от этого места настоящий ужас.

И вправду, место было темное, неосвещенное, из земляной коры торчали каменистые наросты ужасных, причудливых форм, со свода постоянно осыпалась земля, им всем казалось, что здесь водится нечистая сила, которая прячется в проемах и щелях. Кто вложил им эту чушь в их головы, и кому это было на руку? Догадаться было не сложно.

Доступ ко входу в туннель перекрывала огромная глыба. Сайра знала хитрость проникновения в него. В стене было отверстие, которое располагалась прямо над выступом. Она сняла с шеи амулет, засунула свою кисть в узкую щель между стеной и камнем, нащупала выемку своими крепкими пальцами и вставила его в отверстие. Вдавила до конца и стала ждать. Через мгновение муляж в виде каменистой глыбы, сделанный из графита, раздвинулся на две равные половины, освобождая проход в узенький туннель. Сайра повесила на шею амулет и посветила фонарем на дорогу.

Туннель был низким по высоте, Сайре не составляло труда шагать по нему, но если бы по нему шел высокий человек, то ему бы пришлось всю дорогу идти согнувшись.

Сайра прошла по длинному туннелю и вышла к открытой местности. Она сняла с себя башмаки и на цыпочках подкралась к своей подопечной. Лаура сладко спала на золотистом песке. Вода в озере круглый год была теплой, поэтому песок не остывал ни днем, ни ночью, а подогревался из недр земляной коры, и по нему было приятно ходить. Сайра любила поваляться на песке и погреть свои старческие косточки. Она подошла к девушке и пригладила рукой ее шелковистые волосы. Старуха в последние дни часто приводила сюда Лауру, смазывала ее волосы и тело целебной глиной. Девушка дышала чистым воздухом, обогащенным кислородом и йодом, и удивительно быстро шла на поправку.

– Лаура, детка, вставай! Нам пора! – старуха потрясла девушку за плечо и стала натягивать на нее рубаху из самотканой грубой ткани.

– Ой, Сайра, ну какая же она колючая, твоя льняная рубаха! – сонным голосом сказала девушка.

– Ты хочешь, чтобы я на тебя надела твою арестантскую робу?

– Нет, Сайра, я просто не хочу уходить. Почему бы мне здесь не остаться? – Лаура потянулась, вытянув вверх руки, и выгнула спину, словно дикая кошка перед прыжком на ночной охоте.

– Ты хочешь превратиться в русалку?

– Лучше быть русалкой, чем узницей в подземке.

Лаура собрала волосы в пучок и шпилькой закрепила на затылке, потом подошла к берегу и еще раз окунула ноги в теплую воду.

– Сайра, почему ты мне не разрешаешь поплавать? Я хочу доплыть, видишь, вон до той светлой кромки! – Лаура вытянула руку вперед и пальцем указала на горизонтальную линию, которая разделяла озеро.

– Лаура, ты хорошо плаваешь?

– Да часто в детстве отдыхала на Телецком озере. Я родом с Алтая, ты знаешь, какая у нас восхитительная природа?

– Лаура, это непростое озеро, оно таит в себе много секретов, – старуха покачала головой и закрыла глаза, что бы ничего ни мешало ей наслаждаться и вдыхать аромат чистого воздуха.

Пахло цветами и озером.

– Я хорошо плаваю, я не боюсь воды, – настаивала Лаура. – Ну, Сайра, милая моя, открой глаза, ну, посмотри на меня! Пожалуйста, разреши мне хоть немного поплавать в озере.

Старая песня. Лаура каждый раз приходит сюда и просит ее об этом. Сайра слушала ее и испытывала глухую досаду.

– Нет! – рассвирепев, грозно сказала старуха. – Если ты отплывешь на несколько метров от берега, то тебя вода затянет в свои сети, и твое тело просочится сквозь дно. У этого озера нет дна, оно соединяется с океаном.

– Ну, можно тогда я еще раз окунусь, поплескаюсь в воде – и сразу назад? Здесь тухлая вода, я хочу окунуться в чистую воду, чуть подальше от берега. Я обещаю, Сайра, я далеко не буду заплывать, – взмолилась Лаура.

– Ладно, только окунись и сразу возвращайся! – скомандовала старуха.

Лаура скинула с себя льняную рубаху, ее тело уже не было таким худым и изможденным, бедра слегка округлились, она ступала по песку своими ровными длинными ногами, скользила ими, словно белая цапля. На ее белой атласной коже переливались серебристые блики от воды. Сайра смотрела восхищенно на девушку и умилялась ее красоте.

– Лаура, только окунись – и сразу на берег! – еще раз повторила старуха, с сердечными нотками в голосе.

Девушка зашла в воду и стала руками водить по воде, рисуя знак бесконечности. Нырнула с головой под воду и исчезла на несколько секунд от пристального взгляда своей наставницы. А потом, как рыба, подплыла к берегу и начала игриво расплёскивать брызги в разные стороны, пытаясь достать ими до старухи. Зачерпнула рукой черную глину и обмазала ею свое лицо.

– Ну, как я тебе? Сайра, милая, идем ко мне, окунись со мной. Вода тепленькая, как парное молоко.

– Нет, Лаура, не зови, всё равно не пойду. Я смерть как воды боюсь.

Девушка еще несколько раз окунулась, смыла с себя всю грязь и вышла на берег.

– Сайра, дай мне ведро, я сама наберу глину.

Девушка вновь зашла в воду и совком стала зачерпывать вязкую черную жижу. На ее ступни налипла черная глина. Сайра помогла ей из фляги ополоснуть ноги. Лаура оделась и стала помогать своей спасительнице собирать вещи.

– Сайра, всё-таки как хорошо здесь, я словно дома на нашем озере! Мне бы очень хотелось приходить сюда как можно чаще.

– Мы и так сюда чуть ли не каждый день ходим. Ты же знаешь, Лаура, мы не должны так надолго отлучаться. Если стражники заподозрят, то запретят мне выходить из моей лачуги, а тебя заберут и отведут в барак, где ты будешь работать и пить их отвар…

– Сайра, ну хватит опять об этом говорить, я всё поняла, мы сейчас с тобой мигом доберемся до дома!

– А я тебя не пугаю, просто хочу, чтобы ты понимала всю серьезность дела. Здесь нет добрых и злых людей, здесь тебя все учителя, а вот какой ты вынесешь из всего этого урок, зависит только от тебя. Смотри, слушай, учись, тебе всё когда-нибудь пригодится в жизни, а главное – научись радоваться мелочам, – наставительным голосом произнесла последние слова Сайра.

– Хорошо, я поняла, а сейчас давай я тебе помогу.

Лаура весело привязала один конец веревки за ручку ведра, а другой протянула к мешку и связала их между собой морским узлом, как в детстве учил ее боцман в отставке – руководитель группы юных моряков, добрейшей души человек. Она взвалила связку себе на плечо и побрела вслед за старухой.

***

Несколько занятий гипноза понадобилось Джеку, чтобы его приятель Кривое Колесо вспомнил о своем прошлом. Доктор Юз в очередной раз после психологического воздействия убедился в том, что почти у каждого человека есть спрятанные скелеты в шкафу. Хорошо, когда из твоей памяти стерли все воспоминания, которые тебя мучили и взывали к твоей совести – живешь себе на здоровье, позабыв обо всем. А как жить, когда ты вдруг всё вспомнил и теперь знаешь, кто ты?! И вот тебе уже не нужно носить маску благочестивого и безгрешного гражданина подземного города, а стать тем, кем ты являешься – преступником, который совершил тяжкое преступление: убийство несовершеннолетнего ребенка.

– Джек, скажи, зачем ты влез в мою душу? Поковырял там и всю чернь вытащил наружу, – Кривое Колесо сидел на кровати и сжимал руками свесившуюся на грудь голову.

Доктор Юз смотрел на соседа и не мог найти слов поддержки. «Если бы у меня был сейчас скальпель и операционная, то я бы вмиг залез в его мозг и удалил ту часть головного мозга, которая отвечает за все человеческие переживания». Джек внимательно осмотрел приятеля и опять погрузился в свои мысли. «Или хотя бы была у меня таблетка, ее химическими свойствами можно было бы погасить надвигающуюся лавину отравляющих воспоминаний, которые лезут в голову, как ядовитые грибные споры. Но сейчас у меня нет ни того, ни другого, а есть только слова и сила убеждения. Слова порой бываю острее любого лезвия», – подумал об этом Джек и сделал над собой усилие, чтобы не улыбнуться.

– Джек! Ну что ты молчишь, ты не видишь, что мне сейчас плохо?

Мысли доктора были заняты человеческим бытиём, и сейчас он мысленно находился в своей любимой операционной.

– Я не могу спать, есть, работать. Сегодня меня стражник стукнул дубинкой по спине. Если бы я знал, что так будет, я бы не позволил тебе уговорить меня на этот ужасный эксперимент.