
Полная версия:
Измена. Ты меня потерял
На четвертый этаж поднимаюсь без лифта, звоню в дверь.
Предвкушаю радостное лицо Катюхи, когда она откроет и увидит меня, и одновременно борюсь с неумолимо подступающими слезами. Организм слишком долго держал обиду и боль в себе и уже на низком старте, чтобы разрыдаться на плече у подруги.
Я держусь, но моя выдержка уже заканчивается, а дверь все не открывается.
Звоню снова и прислушиваюсь к звукам за дверью, но там разочаровывающая тишина.
Никто не спешит ко мне, никто меня не слышит…
И не ждет.
Обида и жалость к самой себе захлестывает меня, и, уже не сдерживая слез, я медленно спускаюсь обратно на улицу. Мысленно пинаю себя за невезучесть. Ну почему я сразу не поехала в отель? Почему не спросила у кугуара зарядку для телефона? Мне же теперь даже такси не вызвать, свободные номера не посмотреть, маршрут до отеля не построить.
Вываливаюсь на улицу, зареванная, и запинаюсь о порог, увидев свое "такси" на том же месте.
И Макса, уже привычно прислонившегося к капоту. Увидев меня, отлипает от него.
- Ну что, ко мне?
Глава 14. Фей-крестный
- В смысле к тебе? - сразу бычу я.
Что он о себе думает? Типа такой неотразимый, что я поеду к нему только потому, что он меня пару раз подвез и подождал?!
- Не в том смысле, о котором ты подумала, Вика, - хмыкает он. - Хотя ход твоих мыслей мне нравится. Но я пока не готов, извини. Еще свежи воспоминания, что ты "вообще-то замужем", - кривляясь, возвращает он мне мои же слова, которыми я отбивалась от него еще в самолете.
Сейчас же они звучат глупо. Я все еще замужем, да, но после всего, что произошло и было сказано сегодня, это уже чистая формальность. Атавизм, оставшийся исключительно на бумаге. А по факту мужу я давно не нужна. Как и он мне теперь.
Но это, конечно, совершенно не значит, что, узнав об измене, я, сломя голову, кинусь в объятия первого встречного. Который мне еще и не нравится!
- Не убей меня взглядом, колючка. Говорю же, я ни на что не претендую. Да и брошенные жены не входят в круг моих интересов, проблем с ними много…
- Зачем ты тогда ты остался? - ершусь я.
- Просто понял уже, что ты бедовая, и с подругой тебе вряд ли повезет. А телефон разряжен, так что… - он разводит руками. - Задачка без звездочки. Вот и решил, побуду твоим Феем-крестным еще немного - мы в ответе за тех, кого посадили в свою машину…
- Это из разных сказок, - не могу удержаться от комментария.
Он закатывает глаза.
- Да расслабься ты! Если хочешь, отвезу в отель или к другой подруге - мне похрен, - он явно начинает злиться, глядя на мой неуступчивый вид.
Я и правда слишком увлеклась обороной. Но мое недоверие к кому-то, кого я первый день вижу, вполне логично, учитывая, как меня только что предали два самых близких - в этом городе, по крайней мере, - человека.
- Извини, - бурчу примирительно. - Просто я…
- Я понял, - отмахивается Макс и, обходя машину к водительскому месту, машет мне: - Если хочешь, садись. Если нет, я к тебе нянькой не нанимался.
Он добавляет что-то еще, но произносит так тихо, что я не разбираю, но примерно догадываюсь.
Не колеблясь - выбора-то все равно нет, - быстро сбегаю по ступенькам и дергаю на себя пассажирскую дверь.
- Короче, у меня есть квартира, - говорит он спокойнее и сразу, увидев, как ширятся от возмущения мои глаза, добавляет: - Не моя, другая. Я могу отвезти тебя туда. Меня там не будет, только ты одна. Я уйду, оставив тебе ключи. Они в единственном экземпляре, поэтому никто к тебе не войдет. Даже я. В общем, как отель, только более уютный и бесплатный. Согласна?
Я смотрю на него широко открытыми в шоке глазами - вот это щедрость!.. Так бывает, вообще?
Он ведь тоже видит меня первый раз. Как и я его.
Мое молчание Макс оценивает неверно.
- Ясно. Не подходит тебе ма…
- Я согласна! - выпаливаю я, и сама себе удивляюсь - я же не собиралась принимать его приглашение, но слова вырвались сами собой.
Я не успела их удержать. А теперь забирать, вроде, как-то глупо.
Ладно, переночую у него эту ночь, а утром пойду на работу и подумаю, что мне делать дальше.
Отдавать без боя свою квартиру этим изменщикам я не намерена. Костьми лягу, но выпру их обоих на мороз!
Вот только узнать бы, как это сделать - надо проконсультироваться с юристом. Интересно, наш корпоративный понимает что-нибудь в семейном праве или спорах о недвижимости? Если нет, придется идти к левому.
И брату надо позвонить, и родителям рассказать. Боже!.. Как это все неприятно! Рассказывая, каждый раз переживать этот позор, этот ужас. Но все равно необходимо это сделать рано или поздно.
Ладно. Я подумаю об этом завтра. Как Скарлетт.
А сегодняшний день хочется поскорее закончить и забыть. И уснуть. Если получится…
- Эй! - зовет меня Макс. - Ты уснула?
- Нет. Задумалась. Что?
- Есть, спрашиваю, хочешь? В квартире ничего нет, кроме кофемашины. Можем заехать поужинать куда…
- Нет! Никуда не хочу, - горячо возражаю. - Хочу принять душ и лечь спать. Это был длинный и тяжелый день.
Он понимающе кивает.
- Может, в магазин? Не будешь же ты голодная.
- Нет, правда, ничего не хочу.
Все равно кусок в горло не полезет.
В квартиру Макс даже не заходит. Открывает мне, впускает внутрь и отдает ключи на брелоке-машинке. Гоночной, как в Формуле-1. Я в теме, потому что у меня папа - заядлый болельщик, и мне волей-неволей приходилось иногда смотреть. Но я не жалуюсь, мне даже нравилось - среди гонщиков есть настоящие красавцы, и я даже болела за одного.
Следом молча протягивает шнур для зарядки.
Я благодарно улыбаюсь - он замечает все!
- Ну давай, колючка. Спокойной ночи. Надеюсь, завтрашний день будет лучше.
- Обязательно, - шепчу я и закрываю дверь на все замки.
А как только телефон набирает первые деления на пустом индикаторе заряда, экран тут же загорается входящим.
Брат…
Глава 15. Бесконечный день
Несколько секунд я не могу решиться ответить.
Не знаю, чего ожидать - Вик уже знает версию Машки и сейчас набросится на меня с обвинениями и претензиями или же он не в курсе, и я сама должна ему рассказать. Мою версию событий - правдивую.
Вот так взять и открыть брату глаза на то, какую дрянь и подлюку он вырастил…
Вряд ли он будет мне благодарен, услышав такое. А, учитывая то, как прошел разговор с Егором, я уже не уверена, что он, вообще, мне поверит. Доказательств у меня по-прежнему никаких…
Мы всегда были дружны с ним, несмотря на большую разницу в возрасте - Вик старше меня на почти десять лет, но обязанность приглядывать за младшей сестренкой не раздражала его, вопреки ожиданию. Напротив, он с удовольствием возился со мной, придумывал разные игры, учил алфавиту и счету - хотел, чтобы я побыстрее выросла. К пяти годам я уже была полностью готова к школе. Однако после случившегося сегодня наша нежная дружба запросто может треснуть по швам.
Спасибо Машке!
Мне бы этого очень-очень не хотелось, но я уже не могу ничего исправить…
Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, резко выдыхаю и жму "ответить".
- Да, Вик. Привет, - говорю спокойно, хотя внутри меня все вибрирует от предвкушения нашего разговора.
Неприятного… Сердце бьется камертоном где-то в животе, накручивая внутренности на воображаемый кулак.
- Привет-привет, литтл систер, - бодро и совершенно нормально отзывается он. - Как дела?
"Все же не знает?" думаю я и чувствую острое разочарование.
Я бы предпочла не быть плохим вестником, которого, как известно, убивают. Мне было бы проще вести диалог, если бы он уже был в курсе ситуации. Но уж как есть…
- Нормально. Мы же вчера виделись. Уже соскучился? - отшучиваюсь.
- Конечно. Ты же знаешь, мне всегда не хватает тебя, моей занозы в заднице, - он смеется, и я тоже - да уж, доставалось ему о меня в детстве.
Я врывалась в его комнату, когда он тусил там с друзьями и вносила смуту, что друзья быстро ретировались. Когда друзья-парни сменились девушками, я не сменила тактику и так же бесцеремонно вламывалась, нарушая их приват, с какими-нибудь идиотскими просьбами. Чисто из вредности.
Настаивала, чтобы именно он забирал меня сначала из сада, потом из школы - короче, доставала его на все деньги.
И как он меня терпел?
- Но звоню не поэтому, - серьезнеет Вик. - Я Машке не могу дозвониться. Трубку не берет весь день. Ты не знаешь, где она шляется?
К сожалению, знаю… И почему трубку не берет, тоже.
- Ты с ней виделась, когда вернулась от родителей?
- Да, виделась, - голос против воли звучит тускло, и брат, конечно, замечает.
- Что? Она опять натворила чего-то? В деканат вызывают? Ну она у меня дождется…
- Натворила, - вновь глубоко вдохнув и приготовившись к худшему, решаюсь я признаться - куда тянуть? - Но не в универе. Я знаю, как это прозвучит, Вик, и понимаю, что ты можешь мне не поверить. Сразу скажу, мне нечем подтвердить свои слова, поэтому ты либо веришь, либо нет.
С каждым словом я тараторю все быстрее.
- Да что случилось-то? - не выдерживает брат.
- Когда я пришла домой сегодня, я обнаружила твою дочь с моим мужем в одной ванной. И он там не спинку ей тер, - выпаливаю на одном дыхании.
- В смысле?..
- В смысле они любовники, Вик. И, скорее всего, уже давно. Они даже не особо пытались отпираться. Влад что-то промямлил, что мне показалось, а Машка сразу заявила, что все так и есть, и я должна освободить им квартиру. Чтобы не ме…
- Ты хочешь сказать, что твой муж-гандон трахает мою девочку?! - неожиданно брат орет мне в ухо, что я едва не роняю телефон.
Оу, о такой призме я и не подумала. По поведению изменщиков лично мне показалось, что инициатива их связи исходила, скорее, от Машки, чем от Влада, но со стороны брата, наверное, это выглядит именно так.
А, может, он и прав.
Я молчу, и он повторяет свой вопрос требовательным тоном:
- Он трахает моего ребенка, Вика?
- Я не знаю, кто из них кого трахает, - упрямо придерживаюсь я правды, - но да, Вик. Они определенно имеют сексуальные отношения.
- Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что моя дочь - коварная совратительница, а твой верзила муж - ее невинная жертва?
- Нет, я не хочу так сказать. Но то, как она вела себя, когда я их застукала, что и как говорила мне, на невинную овечку она не тянула.
В моем голосе тоже пробивается сталь.
- Кстати, ты должен знать еще кое-что. Когда Машка хамила мне и советовала побыстрее собрать мое "барахло", я не выдержала и вытолкала ее из квартиры. В одном полотенце, которое на ней было. А когда она сунула в дверь ногу, чтобы я ее не закрыла, я сломала ее.
- Кого? - тупит брат.
- Ногу.
Какое-то время он молчит, потом сухо интересуется:
- И где сейчас Машка?
- Дома, в гипсе, - в тон ему.
- А ты где?
- А я не дома.
- То есть она там одна с этим извращенцем?! - снова закипает брат.
- А ты хотел бы, чтобы я продолжала нянчиться с ней после всего, что она… они, - исправляюсь, - сделали?! Я не вернусь домой, пока не освобожу квартиру от этих двух…
Я не договариваю, вовремя вспомнив, с кем говорю - не хочу излишне раскалять и без того накаляющиеся отношения.
- Поэтому, Вик, - начинаю я, добавляя категоричности в голос: - Если ты не хочешь, чтобы твоя дочь оказалась на улице - добровольно или через полицию, - советую тебе приехать и забрать ее домой. До конца больничного или навсегда. Со мной она больше жить не будет.
Не дожидаясь ответа, я кладу трубку.
Ужасный конец ужасного дня.
Надеюсь, завтрашний будет лучше. С этой мыслью я падаю на большую кровать и закрываю глаза.
Глава 16. Военное положение
Быстро уснуть у меня, разумеется, не получается.
Как только веки смыкаются, перед глазами первым делом встает лицо мужа, каким я видела его, когда поняла, что он не с работы пришел, а только что вылез из душа.
Лицо обманщика и подлеца.
Никогда раньше я не видела у него столь невинного выражения - просто ангел во плоти. Ангел, который только что смачно наплевал тебе в душу и еще показательно растер грязными ногами.
В голове всплывают все мерзкие сцены прожитого дня, а, как аудиодорожка к этому видео, звучат на повторе все гнусные слова, что они обрушили на меня, и я чувствую, как из уголков глаз вытекают слезы.
Слезы обиды, боли от предательства, жалости к себе и к тому, что мне довелось стать одной из тех женщин, которым изменил муж.
Муж, которого я слепо любила и бездумно доверяла. Во всем.
Я долго не могла остановить поток этих мучительных воспоминаний и уже не надеялась, что смогу уснуть, но просыпаюсь все же от звонка будильника. Значит, хоть под утро, но поспать мне все же удалось.
Медленно и аккуратно отрываю голову от подушки - она гудит и, кажется, весит целую тонну. Со стоном я сажусь на кровати и первые секунды не соображаю, где я и почему, но воспоминания безжалостно накатывают, сшибая своей и я вновь падаю на спину.
Не хочу просыпаться.
Не хочу никуда идти.
Не хочу жить в этом новом мире.
Но момент слабости, к счастью, длится недолго, и на следующем повторе будильника я заставляю себя подняться.
Встаю под душ и мою голову - это должно освежить голову и запустить отказывающийся работать мозг. Он мне сегодня нужен как никогда. С сегодняшнего дня в моем мире объявляется военное положение, и я должна быть во всеоружии.
Когда заканчиваю сушить волосы - обнаружив на полке шампунь для женских волос, наличию фена рядом с зеркалом я уже не удивляюсь, - вспоминаю, что Макс вчера упоминал кофемашину, и с надеждой топаю на кухню. Кофе - это то, что мне нужно.
В шкафу, где я нахожу пакет с зернами, обнаруживается еще и мешок с одноразовыми стаканами и второй, с крышками, как в кофейнях, где готовят горячие напитки на вынос. Едва не взвизгивая от нечаянной радости, я решаю пить кофе по дороге, потому что утренними процедурами чуть увлеклась и боюсь теперь опоздать на работу.
В первый день после отпуска это крайне нежелательно. Начальство у меня придирчивое.
Пока кофе льется в стакан, я беру телефон, чтобы построить маршрут до офиса - я ведь толком не знаю, в каком районе нахожусь. Было уже темно, когда мы сюда приехали, да и, честно говоря, я мало в каких районах Москвы хорошо ориентируюсь даже в светлое время суток. А, учитывая, что не я была за рулем, своим встроенным внутренним навигатором воспользоваться тоже не смогу, да и он заточен исключительно под одну функцию.
"Яндекс карты" справляются с задачей за пару секунд, и я с облегчением констатирую, что отсюда до работы даже быстрее, чем из дома. Но все равно мне следует поторопиться, и я торопливо натягиваю на себя вчерашнюю одежду, впервые мысленно посылая лучи благодарности тому, кто решил, что в офисе мы обязаны ходить в униформе.
Сунув ноги в туфли и схватив со столика стакан, я берусь за ручку входной двери.
Но она опускается сама, дверь открывается вовнутрь - я едва успеваю отскочить, чтобы меня не ударило по лбу, - и я испуганно ойкаю.
Этот слабый "ой" - все, на что меня хватает. Я настолько не ожидала этого столкновения в дверях, что буквально остолбенела от удивления. И онемела.
Осознаю, что должна что-то сказать, объяснить свое присутствие в чужой квартире, но не могу вымолвить ни слова.
Женщина напротив удивлена, кажется, не меньше, но испуганной не выглядит.
Как раз наоборот.
Ее уверенность в себе, даже некая надменность просто сшибают с ног. Глядя в эти царственные - никакое другое определение не кажется мне подходящим - глаза я чувствую себя… Хреново я себя чувствую, в общем.
Неловкость зашкаливает.
И злость на себя за то, что я так глупо доверилась Максу, уговорилась остаться у него. В голове флэшбэками проносятся его слова: "там будешь только ты", "ключ в единственном экземпляре", - но что-то я не вижу у этой женщины связки отмычек или лома.
От ощущения своей неуместности и мыслей, что вторглась на чужую территорию и не успела вовремя смыться, кровь приливает к лицу, мгновенно окрашивая щеки, нос и, возможно, даже лоб - по ощущения он тоже горит - в ярко-пунцовый.
Ее ступор длится меньше секунды, а уже в следующую она величаво вшагивает в квартиру, наступая на меня и вынуждая попятиться.
- Мм… Доброе утро. Не ожидала никого здесь увидеть, - молвит с манерностью и такой… светскостью, словно она придворная дама, если не сама Королева. - Вы новая домработница?
- Я? - переспрашиваю.
Этот вопрос, точнее, то, как она задала его - с нескрываемой брезгливостью в интонации и в кривлянии надутых филлерами губ, - дал мне понять все о нежданной посетительнице. Ее манеры не от голубых кровей в жилах, а от запредельного чувства собственной важности.
Очень важная персона. Советую себе лучше с ней не связываться и побыстрее срулить отсюда.
- Мне пора, - широко улыбаясь, шагаю к дверям, но выйти не успеваю.
Ледяной голос в спину останавливает меня.
- И в каком агентстве Макс вас нашел? Где в нашем городе все еще не объясняют прислуге, что недопустимо выносить вещи хозяев из дома?
- Какие вещи? - не понимаю я, о чем она, но понимаю, что меня почти обвинили в воровстве.
Это предположение оскорбительно само по себе - она впервые меня видит, и уже называет воровкой?!
Даже если она тут хозяйка, и мое появление не только нежеланно, но и преступно, это вовсе не дает ей права…
- Этот кофе из нашей кофемашины? - проходит "Королева" дальше в комнату и, не глядя на меня, кивает на стакан в моей руке.
И от ее кивка в руке сразу становится горячо, словно кофе закипает. Это ощущение так реально, что буквально жжет мне кожу руки, и я роняю стакан.
Она лишь слегка поворачивает голову, изрекая величественно:
- Придется вам задержаться и убрать тут за собой.
Вся ее манера держать себя, то, с каким пренебрежением она позволяет себе со мной разговаривать, так унизительна, что меня триггерит - что эта фифа о себе думает?
Да кто она вообще?!
Любовница Макса? Его жена?!
Да кто бы ни была, с чего она взяла, что может так себя со мной вести?!
Закипая сама, как кофе в моей руке только что, я нахально бросаю ей в спину:
- Ничего убирать я не буду. Это в мои обязанности не входит.
- А что входит? - обернувшись, вскидывает она идеально подведенные брови.
И вообще она вся такая… идеальная. Несмотря на ранее утро, ее волосы уложены в аккуратную прическу, а не высушены наскоро как мои, на лице продуманный макияж, а не следы бессонной ночи, и одета она стильно и дорого, а я… в то, в чем удобно лететь в самолете.
Внешне я проигрываю ей во всем, и мне понятно, почему она любовница или жена такого как Макс, а я… а мне изменил такой как Сафонов.
Только пинать меня не надо. Я мирная, но могу и ответить, когда выбесят.
- Что входит? - повторяет она. - Мусор выносить?
Эти слова окончательно срывают крышку с чаши моего терпения.
- Только ублажать Макса. Я не домработница, а девушка по вызову. Проще говоря, проститутка. А прибираться за мной придется вам самой. Счастливо оставаться! - бросаю с вызовом и, бросив на зеркало ключи - пусть сами разбираются, выбегаю из квартиры.
Глава 17. Отомри
В офис влетаю такая же заведенная. Поездка в метро и пешая прогулка до дверей офиса ничуть меня не охладила - я все еще пылаю искренним возмущением от утренней стычки.
И злюсь на себя, что так повела себя с этой расфуфыренной фифой - позволила себе опуститься до ее уровня. Хотя она, конечно, с такой формулировкой никогда не согласится. В ее системе координат мне до ее уровня не опускаться, а подниматься и подниматься… и то никогда не дотянуться.
Но у нас разные представления об уровнях.
- Воу-воу, кто это вернулся из отпуска такой заряженный? - встречает меня радостной улыбкой сосед по кабинету Олег.
- Привет, Вик, - отрывается от монитора Даша, еще одна сотрудница нашего немногочисленного, но важного отдела планирования полетов и расписания.
Еще двоих на месте нет, и сегодня я этому только рада.
- Привет, - бурчу я, не сумев совладать с эмоциями, и, фурией просвистев к своему месту, падаю в кресло.
- Что-то случилось? - гасит радость Олег.
Мотаю головой.
- Не спрашивайте. Просто день не задался. Не хочу рассказывать. Давайте лучше работать.
- Ну давайте, - переглянувшись с Дарьей и дернув бровями, не спорит он.
А я осознаю, как обидно это прозвучало. А человек всего лишь хотел помочь.
- Прости, Олежа, - поворачиваюсь к нему с примирительной улыбкой. - Я, правда, сейчас не готова. Я пережую ситуацию сама с собой и потом все расскажу.
- Да ладно, я не обиделся, - фыркает он. - Я ж не девочка.
Я улыбаюсь - в этом-то и проблема, Олежка, - и запускаю комп.
В корпоративной почте завал непрочитанных - отбивалка, что я в отпуске и что с вопросами следует обращаться к моим коллегам, конечно, всем отправлялась, но они могут ответить далеко не на все мои вопросы. Так что все утро я провожу за разбором писем, пропуская уже отвеченные ребятами, а те, на которые отвечать придется мне самой, отмечая разноцветными флажками по мере срочности ответа.
- Вик, - зовет меня Дарья.
Я перевожу на нее расфокусированный взгляд - мое внимание сосредоточено на чтении положения о предстоящей командировке в Лондонскую авиакомпанию для обмена опытом и повышения квалификации. Я мечтаю туда поехать и много работала, чтобы мне выпал этот шанс. И вот, наконец, готов список "достойных", и я ищу в нем себя.
- Отомри, - смеется она и кивает на мой внутренний телефон. - Возьми трубку, это тебя.
В ожидании услышать Елену, отвечаю:
- Да, Виктория Сафонова слушает.
- Наконец-то, Виктория Сафонова. Я знал, что смогу дозвониться до тебя.
Услышав голос мужа, я собираюсь сбросить звонок, но передумываю - он ведь не отстанет. На мобильный звонит беспрестанно, и уже второй раз за сутки разряжает мне батарейку, и на работу так же будет названивать. А то и припрется - с него станется.
Зачем мне публичный скандал?
Поэтому я решаю все же выслушать его и, пользуясь тем, что трубка моего телефона беспроводная, выхожу в коридор - коллегам незачем слышать нашу перепалку. Я еще не посвятила их в новые обстоятельства моей семейной жизни, и не уверена, что это стоит делать, по крайней мере, сейчас. Поэтому обещанного рассказа технично избегаю. Сначала нужно со всем разобраться.
А что нормального разговора у нас с Сафоновым не получится, я не сомневаюсь.
- И зачем ты с такой настойчивость дозванивался, Влад? - холодно интересуюсь. - Чтобы сообщить, что собрал вещи и съезжаешь из моего дома? Я это ценю, но хватило бы эсэмэски.
- Этого ты не дождешься, любимая, - ощеривается он. - Скорее, ты освободишь квартиру, а не я.
- Это мы еще посмотрим, Сафонов.
- А чего смотреть? - нарочито искренне удивляется он. - Я провел эту ночь дома. А ты где?
- А это не твое дело, - отрезаю я. - Главное, что не с тобой и не с твоей любовницей малолетней.
- Вот этих намеков не надо, Викуся, когда у нас закрутилось с Машкой, она была уже совершеннолетняя. Так что не пытайся меня запугать или подловить.
- Я еще и не начинала… Да и с чего бы мне теперь за Машку заступаться? За ее поруганную честь тебе есть перед кем отвечать.
- Надо будет - отвечу, - петушится Сафонов. - А ты лучше за своего любовничка ответь. За чудо-слесаря на тачке за двадцать лямов. Наваристую лапшу ты мне на уши навешала, ничего не скажешь… А столько лет прикидывалась, что готовить не умеешь.
- В искусстве прикидываться мне тебя не переплюнуть, - в голосе против воли сквозит горечь, но он, к счастью, ее не слышит, продолжая угрожающе:
- Скажи своему "слесарю", пусть приходит и чинит провода в щитке, которые он вырвал. Или сама за него чини. Я второй вечер в квартире без света сидеть не собираюсь!
Так вот зачем Макс возвращался… Я улыбаюсь - креативно.
- А зачем тебе свет? - тоже отыгрываю удивление, в тон ему. - Говорят, проституты свет не любят. Так что, считай, тебе одолжение сделали.
- Я тоже сделаю. Заяву на него накатаю за вандализм. Номер пробить и найти данные владельца в наше время не проблема, - предвосхищает он мой вопрос и заканчивает: - А ты пойдешь как соучастница.
Как бы ни хотелось мне храбриться, но его угроза подействовала. Я испугалась не за себя, а за Макса. Сомневаюсь, что Влад всерьез может как-то ему навредить, но неприятностей доставит запросто. А я не хочу втягивать его в наши разборки еще раз.
Тем более после того, что случилось утром в его квартире.
Теперь, когда я остыла, понимаю, что повела себя с неожиданной гостьей неправильно. Да, она проявила хамство и однозначно пыталась меня задеть, унизить, хоть и видела впервые, но все равно я должна была сдержаться. Хотя бы из уважения к Максу, который отнесся ко мне очень по-человечески и возился со мной, когда родные люди ударили в спину…

