Бог без религии. Оспаривая вековые истины

Хотя Матфей отводит Иисусу статус Сына Божьего, стоит учитывать, что иудеи, современники Иисуса, называли сынами Божьими всех пророков, и титул этот вовсе не подразумевал, что носящий его родился от непорочного зачатия. Вероятно, для того, чтобы и римляне смогли принять в Иисусе мессию, Матфей представляет его как дитя Божье, подобно тому, как греческие и римские божества были детьми богов. Тем самым, Матфей отвечает ожиданиям религиозных и политических лидеров своего времени.

Судя по всему, Матфею это отчасти удалось благодаря подобному приукрашиванию. Иисус был известен как назарянин, то есть, родившийся в Назарете. Но Матфей, писавший в большей степени для иудеев, а Лука – для греков, оба выдумали изощренные и противоречивые сюжетные линии, объявив местом рождения Иисуса Вифлеем, дабы подстроится под Библейское предсказание о том, что грядущий мессия появится на свет в Вифлееме.

Кроме того, Матфей завладел желанной аудиторией и благодаря не совсем верному переводу. Цитируя отрывок из ветхозаветной книги пророка Исайи (7:14)[1] и вольно интерпретируя его как предсказание о рождении Иисуса, Матфей пишет: "Се, Дева во чреве приимет и родит Сына" (1:23).[2] Однако в первоначальном библейском тексте ничего не говорилось о Деве (девственнице). Буквально там говорится: "Се, молодая женщина ждет ребенка, и родит она сына" (7:14). Если бы та молодая женщина, описанная за семьсот лет до рождения Иисуса, была девственницей, писцы времен Исайя вряд ли бы опустили столь яркую деталь, ведь и для них непорочное зачатие было бы чудом. Не только Матфей, писавший на греческом, извратил изначальную иудейскую Библию, но и уже в последствии составители Библии при короле Иакове перевели текст от Исайи неверно, только чтобы привести его в согласие с Евангелием от Матфея. Для сравнения, в Евангелиях от Марка и Иоанна, авторы которых писали с несколько других позиций, главным образом ориентируясь на простых римлян как на читателей, непорочному зачатию вообще не уделяется никакого внимания.

Далее – цитирую Захарию – Матфей описывает, как Иисус ехал верхом сразу на двух животных – ослице и молодом осле. Но Захария (9:9), верный грамматическому стилю древнееврейской Библии, говорит только об одном животном, называемом двумя разными способами. В данном случае неверный перевод в повествовании Матфея еще раз изобличает его произведение, воспринимаемое нашими современниками как слово Божье, в домыслах о рождении и жизни Иисуса, отчасти связанных с неправильным переводом древнееврейской Библии.

Подобного рода несоответствия, разнотолки и ошибки перевода лишний раз указывают на то, что представленный в Новом Завете образ Бога, без сомнений, вымышленный. С одной стороны, это говорит нам, что многовековая вера, основанная на этих повествованиях, лишена исторических оснований. С другой стороны, нам становятся очевидны способы, позволившие повествованиям об Иисусе завладеть воображением его последователей. Поскольку человеку по имени Иисус и его идеям, судя по всему, не удалось оправдать ни мессианских ожиданий израильтян, ни героических устремлений римлян, то он из человека был превращен в идеалистического Иисуса Христа. Именно поэтому исторический Иисус стал известен человечеству гораздо меньше, нежели Иисус Христос, сопоставимый с фигурами мифических богов древней Греции или Египта.

Еще один наиболее известный образ Бога, обретший теологическую значимость новизны примерно шестьсот лет спустя после распятия Иисуса, – это Аллах, отражающий восприимчивость арабского мира к абсолютному монотеизму, неприязнь к лжебогам, идолопоклонству, и страсть к плотским усладам. На протяжении многих лет арабы ждали пришествия пророка Аллаха, который дал бы им собственное священное писание. Они считали себя потомками Авраама, как и евреи, и прекрасно знали библейские и евангельские истории, часто переплетавшиеся в красочных вариациях, но они явственно отдавали себе отчет в том, что эти писания были не для их народа. Они собирались толпами вокруг поэтов, которые под влиянием духов, в речитативе ритма и рифмы вещали им о загадочном будущем, и их умы наполнялись пьянящими образами демонов, духов и оракулов. И поскольку эти люди с крепким племенным укладом, как и иудеи, не верили в вечную жизнь после смерти, их скептицизм породил гедонистические представления, вероятно, как следствие недостатка в приемлемых для них формальных религиозных предписаниях. Вкратце можно сказать, что арабский мир был готов к сверхъестественному знаку того, что Бог Авраама заметил их и удовлетворил их потребность в религиозной системе, чувстве собственной религиозной важности и свободе от множества богов, богинь и духов, боровшихся за их внимание.

Через многочисленных пророков, также соперничавших друг с другом за внимание арабов, идея Аллаха в конце концов нашла свое выражение в Коране, который, как считается, архангел Гавриил продиктовал Магомету – купцу средних лет, по широко распространенному у мусульман поверью, не умевшему ни писать, ни читать. Истории Корана в большинстве своем заимствованы из древнееврейской Библии, хотя, подобно ранее написанному Евангелию Нового Завета, они пропагандируют отказ от аморального поведения, назначают Судный День и обещают верующим воскрешение в раю. И в нем повсеместно прославляются люди, называющие себя мусульманами и принявшие Магомета как последнего и величайшего пророка Аллаха.

В скором времени учение Корана распространилось за пределами арабских земель. Подобно христианам и иудеям, верящим в историческую подлинность своих религиозных писаний, множество мусульман провозгласили Коран последним словом Божьим. Убежденные в том, что Магомет был неграмотным, а потому никак не мог узнать о Боге, Адаме, Аврааме и Иисусе, мусульмане считают, что факт указывает на чистоту ума Магомета.

Подобные утверждения также заставили бы духовных исследователей усомниться. Ведь тут можно возразить, что хотя Магомет, вероятно, и не читал историй из древнееврейской Библии, он все равно мог услышать их, поскольку много путешествовал, а они уже давно к тому времени стали популярны на Ближнем Востоке. И тогда его своеобразное толкование этих историй можно списать на его неграмотность или на творческое стремление к импровизации, нежели на то, что он услышал их от ангела Божьего. Можно поспорить даже с тем, что записанные откровения Магомета получили распространение по всему миру не из-за сверхъестественности того, как они были получены, а потому что их простота и сила быстро обрели политическую направленность и сослужили хорошую службу экономике распространившихся по всему миру последователей Аллаха.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цитаты из древнееврейской Библии здесь и далее относятся к Jerusalem Bible (Koren Publishers, 1992).

2

Цитаты из Нового Завета здесь и далее относятся к New Revised Standard Version (Oxford University Press, 1977).