Проект "Происхождение"

— Поняла, — ответила она.

— Вот и отлично, — сказал Нео, подмигивая. — Если что, обращайся. Я всегда рад помочь. Особенно таким симпатичным девушкам, как ты.

Викинг, стоявший в стороне, бросил на Нео недовольный взгляд.

— Артем, не отвлекайся от работы, — сказал он своим обычным монотонным голосом. — У нас много дел.

Нео пожал плечами и снова уставился в монитор.

Прежде чем выйти из отдела кибербезопасности, Викинг повернулся к Нео и, немного понизив голос, сказал:

— Артем, не забудь выдать Елизавете специальный телефон. С полным доступом по базе.

Нео оторвался от монитора и удивленно посмотрел на Викинга.

— Специальный телефон? — переспросил он. — А разве ей положено?

— Приказ Консула, — коротко ответил Викинг, давая понять, что спорить бесполезно. — В телефоне должна быть карта базы с возможностью определения местоположения и отмечены все зоны, куда у Елизаветы есть доступ.

Нео пожал плечами и достал из ящика стола небольшой черный телефон. — Держи, — сказал он, протягивая телефон Лизе.

— Это — твой пропуск в мир цифровых технологий нашей базы. Тут все, что тебе нужно: связь, интернет, карта, доступ к базам данных возможность заказать еду по месту внутри базы. Главное — не потеряй его. И не вздумай устанавливать на него всякие левые приложения. Иначе наши ребята из кибербезопасности быстро тебя вычислят. Да и не сработают они тут. Наши спецы о всякой вирусной заразе позаботились.

Лиза взяла телефон и внимательно его осмотрела. Он выглядел как обычный смартфон, но на экране было установлено специальное приложение с картой базы и множеством других функций.

— Спасибо, — сказала Лиза, — надеюсь, он мне пригодится.

Викинг кивнул и вышел из комнаты, а Лиза последовала за ним. Выйдя из отдела кибербезопасности, Лиза машинально стала изучать новый телефон. Интерфейс был интуитивно понятен, и вскоре она уже ориентировалась в основных функциях. Карта базы действительно впечатляла: огромный лабиринт коридоров и помещений, уходящий глубоко под землю.

— Куда теперь? — спросила Лиза, отрываясь от телефона.

— В ваше жилое помещение, — ответил Викинг. — Вам нужно отдохнуть и освоиться.

Они шли по коридорам, проходя мимо многочисленных дверей и поворотов. Лиза старалась запоминать маршрут, сверяясь с картой на телефоне. Наконец, они остановились перед ничем не примечательной дверью. Викинг приложил свою карту к считывающему устройству, и дверь открылась.

— Это ваша комната, — сказал он, пропуская Лизу внутрь. Лиза вошла в небольшое, но уютное помещение. Здесь было все необходимое для комфортного проживания: кровать, стол, шкаф, телевизор и небольшая ванная комната с ванной. Комната была оформлена в светлых тонах, создавая ощущение простора и уюта.

— Здесь вы можете отдохнуть и расслабиться, — сказал Викинг. — Если вам что-то понадобится, обращайтесь.

Лиза огляделась по сторонам. Комната была чистой и аккуратной. На столе стояла ваза с живыми цветами, а на кровати было застелено свежее постельное белье.

— Спасибо, — сказала Лиза. — Здесь вполне уютно.

Викинг кивнул и посмотрел на часы.

— Вечером предлагаю встретиться в кафе в центральном зале, — сказал он. — Там можно поужинать и немного пообщаться в неформальной обстановке. Нам ведь предстоит работать вместе, и лучше, если мы немного узнаем друг друга. Столик я закажу.

Лиза удивленно посмотрела на Викинга. Такое предложение от человека, который, казалось, не умеет улыбаться, было неожиданным.

— А это значится в моем расписании? — сказала Лиза, входя в свою квартиру.

— Нет. И не должно было, — спокойно ответил Викинг.

Он чуть задержал взгляд на Лизе.

— Я не люблю расписания в таких вещах.

Пауза была короткой, но многозначительной.

— Каких «таких»? — спросила она

— В которых человек ведёт себя так, будто всё уже решено.

На этот раз — совершенно искренне, без привычного сарказма.

— А разве не решено?

— Нет. Пока нет.

— Ну хорошо, — ответила Лиза. — Я согласна. Во сколько?

— В восемь часов, — сказал Викинг, сверившись со своим телефоном точь-в-точь как у Лизы. — Буду ждать вас там.

С этими словами он развернулся и вышел из комнаты, оставив Лизу наедине с собой и своими мыслями. Лиза закрыла дверь и оперлась на нее спиной. Она оглядела комнату еще раз, пытаясь понять, что происходит.

— И зачем тебе всё это?.. – задала Лиза вопрос в пустоту непонятно к кому обращаясь.

Лиза подошла к окну и посмотрела на искусственный пейзаж за ним. За окном был вид на Невский проспект с движущимися автомобилями и прохожими. Лиза машинально присмотрелась к прохожим. Через несколько секунд она поняла, что лица людей невозможно рассмотреть. Один и тот же трамвай почему-то проехал уже второй раз. Мужчина с зонтом снова появился на перекрестке.

Рядом с окном она заметила небольшой монитор, на котором можно было выбрать вариант вида за окном

— Ну и ну… — сказала Лиза, покачав головой. — Добро пожаловать в матрицу.

Решив немного передохнуть, Лиза подошла к кровати и села на нее. Она почувствовала, как в ней нарастает усталость.

— Надо немного поспать, — сказала она себе. — Иначе я не смогу работать. Лиза сняла обувь, легла на кровать и закрыла глаза. Она попыталась расслабиться, но мысли лезли в голову, как назойливые мухи.

Глава 4. Анастасия – принцессапера.

Анастасия положила телефон на стол. Экран погас, отражая её лицо — бледное, с тенями под глазами, которые не скрыл бы даже самый дорогой консилер. Рука, державшая смартфон, мелко дрожала. Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять бешеный ритм сердца, и подошла к открытому окну. В комнате пахло остывшим кофе и дешевым табаком. Вечерний Петербург дышал сыростью и выхлопными газами, но в этом шуме Настя видела лишь декорации.

Она уже давно не была студенткой.

В однокомнатной квартире, которую она снимала на Петроградке, царил хаос, присущий людям, живущим «на чемоданах», но так, чтобы не привлекать внимания ни соседей, ни случайных гостей. На стене висела огромная карта метро, исчерканная красными маркерами. На столе лежал второй смартфон — старый, кнопочный, с «чистой» сим-картой, купленной в переходе у метро. Возле телефона на столе, заваленного распечатками из архивов, лежала потрепанная папка — всё, что осталось от отца.

«Правда не лежит на поверхности, Настя, — любил повторять он. Эти слова стали её жизненным кредо, особенно после того, как саму Анастасию три месяца назад с треском выставили из редакции центральной газеты за «неудобный» репортаж. — Правда всегда глубже. Там, где до неё не дотягиваются длинные руки редакторов».

Отец исчез три года назад, оставив после себя лишь эту папку. Он был профессиональным альпинистом, а выйдя на пенсию, увлекся диггерством и изучением заброшенных катакомб. И вот однажды, по его словам, он что-то нашел. Обещал ей всё показать, но не вернулся. С тех пор Анастасия не останавливала свои поиски. Так и появилась «студентка-аспирантка», которая питалась фастфудом, писала заказные статьи для желтой прессы и рыскала по форумам диггеров в поисках того самого дела, которое разрушило жизнь её отца.

Она прижала ладони к лицу. Руки дрожали. Разговор с Иваном Петровичем прошел удачно, он «клюнул», а внутри всё сжималось от липкого, холодного страха.

Взгляд Насти упал на экран второго телефона. Тот самый конверт с деньгами, который она сегодня приготовила для Ивана Петровича, был лишь верхушкой айсберга. Она вспомнила сегодняшний день и странное СМС.

СМС пришло без имени. Только короткий текст: «Строительство метро, ветка Фрунзенско-Приморская. Объект плита. Это стоит больше, чем твоя карьера. Контакт прилагается».

Одновременно на почту пришли два файла. Размытые, зернистые фото: какая-то пещера, странная каменная кладка, символы, похожие на трещины в старом льду. А потом — звук банковского уведомления. На её личный, «белый» счёт, которым она не пользовалась с момента увольнения из редакции «Коммерсантъ в Санкт-Петербурге», упало ровно пятьсот тысяч рублей. Сумма с пятью нулями. Без объяснений, без условий. Просто аванс за «консультации» от какой-то мутной фирмы-прокладки.

Настя тогда не спала всю ночь. В журналистском мире такие деньги не платят просто за «информацию». Их платят либо за молчание, либо за то, чтобы ты стал глазами и ушами того, кто не хочет светиться.

Она подошла к окну. Питерский дождь методично полоскал стекло, превращая огни города в размытые пятна. Настя знала: за ней могут следить. Те, кто прислал деньги, наверняка знали, что она открыла файл. Знали, что она уже созвонилась с Иваном Петровичем. Возможно, они даже видели, как она сейчас стоит здесь, в своей пустой квартире.

— Сенсация, — прошептала она своему отражению в стекле. — Или билет в один конец.

Она была не глупа. Она понимала, что Иван Петрович — это просто ключ к двери, которую ей велели открыть. Но амбиции всегда перевешивали инстинкт самосохранения. За последние полгода, после того как её вышвырнули из крупного издания за «неудобное» расследование о застройке парков, она привыкла выживать на копейки. Эта сумма — пятьсот тысяч — была для неё как глоток воздуха. Но эта же сумма была и ошейником.

Ночь прошла в полудреме. Она прокручивала в голове план: как говорить, куда смотреть, как изображать наивную аспирантку, не вызывая подозрений у прожженного метростроевца. Она не раз репетировала перед зеркалом свою «студенческую» маску: простая одежда, минимум макияжа, взъерошенные волосы.

Наступило утро. Настя проснулась от резкого звука будильника. В голове всё ещё гудело от недосыпа.

Она встала, подошла к зеркалу и критически осмотрела себя. Надела растянутый свитер, спрятала волосы под объемную шапку, нацепила очки с простыми стеклами, которые ей были не нужны, но создавали образ «ботаника». Она знала этот типаж: таких никто не замечает, их не боятся, их считают безопасными. Идеальная маскировка для того, кто собирается вскрыть нарыв, который правительство пытается залить бетоном.

— Ладно, — сказала она вслух, голос прозвучал твердо. — Если это ловушка, я хотя бы хочу посмотрю, кто её расставил. Либо это будет история года, — прошептала она в пустоту комнаты, — либо это моя последняя история вообще.

Настя открыла свой «набор для полевых выходов». Это была не сумочка аспирантки, а полноценный комплект шпиона: камера, диктофон, спрятанный в корпусе обычной авторучки, миниатюрная камера, замаскированная под брошь, и облачное хранилище с автоматической синхронизацией. Она не доверяла своим глазам, поэтому доверяла технике. Проверив заряд всех устройств в третий раз, Настя надела пальто. В зеркале отразилась девушка, которая выглядела так, будто опаздывает на семинар по истории Древнего мира.

Она взяла сумку и вышла из квартиры. На лестничной клетке она прислушалась — тишина. Только гул лифта где-то этажом выше. Она вышла из квартиры, аккуратно закрыв дверь на два замка. В подъезде пахло старыми окурками и хлоркой. Настя спустилась по лестнице, посчитав, что так будет быстрее, стараясь не стучать каблуками. Её ждала встреча в Саду Олимпия.

Она вышла в серый петербургский двор-колодец. Вдохнула сырой воздух. Спрятала руки в карманы куртки, где лежали те самые конверты с деньгами, которые она приготовила для Ивана Петровича.

Это были деньги «инвестора», который прислал ей СМС. Она чувствовала себя предателем, чувствуя, как купюры оттягивают ка