скачать книгу бесплатно
– То есть ты меня не пустишь? – уточнил Володька.
– Отчего же? Заходи! Но в следующий раз предупреждай заранее, если соберешься ко мне на завтрак, – я наконец посторонилась, впуская утреннего гостя.
– Прости, Танюша, это получилось спонтанно, – стал оправдываться Кирьянов, заглядывая в мою спальню, потом в гостиную. – Я руки помою?
– Да, конечно, – не возражала я.
Через несколько минут Киря зашел на кухню. Выражение лица у него было крайне разочарованное, и вряд ли причиной тому было то, что я еще не успела сварить новую порцию кофе.
– Признаюсь тебе, Танечка, – сказал он, усевшись за барную стойку, – я был почти уверен, что ты не одна. Он что, ушел от тебя с первым лучом солнца?
– Похоже на сцену ревности. Но ты, Владимир Сергеевич, не тот человек, который должен мне ее устраивать. Ты мне не муж и даже не любовник, – не без сарказма заметила я.
– Это так. Но ведь ты, Таня, прекрасно понимаешь, что ревность тут совсем ни при чем. Скажи, где ты его спрятала?
– Кого? – я непонимающе воззрилась на полковника полиции. У меня даже кофе стал убегать из джезвы, пока я хлопала еще не накрашенными ресницами, глядя на своего раннего гостя.
– Ты действительно не понимаешь, по какому поводу я здесь, или прикидываешься?
– Володя, хватит загадок! Говори прямо, что случилось?
– Я полдня вчера вспоминал, где слышал такую фамилию – Аясов. Под вечер меня все-таки осенило. Несколько лет назад ты, Танюша, просила меня навести о нем справки, говорила, что он бомжует, но при этом у него имеется паспорт. Этот человек вроде помогал тебе с расследованиями, и тебе хотелось сделать для него что-то хорошее взамен. Сделала?
– Я пыталась, но он категорически отказался от моей помощи. Сказал, что его все устраивает в этой жизни.
– Допустим. А почему ты вчера не призналась мне, что узнала его по ориентировке?
– Человек с фотографии не был похож на Венчика, разве что отдаленно.
– Согласен, на лицо без определенного места жительства он уже не похож. Но ведь ты, Таня, – Киря назвал меня по имени, но в лицо мне не смотрел, осознавая, что обвинять меня в чем-то противозаконном в моем же доме с моей чашкой кофе в руках это не слишком деликатно, – как выяснилось, к тому времени уже знала, что Вениамин Русланович Аясов больше не мыкается по заброшенным домам, а живет у самого Бусыгина.
Я быстренько прокрутила в уме, откуда Володьке это стало известно, и поняла, что меня сдали приятели Венчика – Санек и Катюха.
– Ладно, я расскажу все, как было. – Мне не пришлось что-то придумывать, дабы Кирьянов мне поверил. Я напомнила ему о том, что позавчера встречалась в ресторане со своим клиентом, и добавила, что видела там человека, похожего на Венчика. – Понимаешь, Владимир Сергеевич, я на девяносто девять процентов была уверена, что обозналась. Но один процент сомнений все-таки оставался, поэтому я решила заехать в Казачий тупик.
– Откуда ты знала, что Аясов, до того, как переехал в Князево, жил там?
– Что за тон? Ты мне еще повестку выпиши и допроси под протокол! – я сделала вид, что обиделась.
– Таня, если бы я хотел, то выписал бы повестку, но я пришел поговорить с тобой как друг. Кстати, ты готовишь отличный кофе! Моя Зина так не умеет. Можно повторить? – Кирьянов поспешил вернуть наш разговор в дружеское русло.
Я налила еще чашечку кофе, а потом все же ответила на его вопрос:
– Пару месяцев назад я встретила его в восьмом микрорайоне, мы разговорились, и он сказал, что живет в расселенной двухэтажке. Она там одна, мне нетрудно было ее найти.
– Понятно. А как ты вообще с ним познакомилась? – Киря стал копать еще глубже.
– Мне нужен был тот, кто мог бы приглядывать за домом, оставаясь незаметным. Я хотела поручить эту миссию бабушкам, с утра до вечера сидящим на скамейке во дворе. Но потом, когда я увидела Венчика, копошащегося в мусорном контейнере, в мою голову пришла идея получше. Я подошла к нему, мы разговорились… Да что ты, не знаешь, как вербуют агентов? – подколола я своего приятеля.
– Берут на «крючок».
– Это вы, опера, сажаете на крючок, а мы, частные детективы, предлагаем выгодную работу.
– Мы тоже платим своим осведомителям… Ладно, а что было дальше?
– Венчик прекрасно справился с первым заданием.
– Я не про это. Ты пришла ко мне, выяснила, что мы уже ищем Аясова, и что сделала дальше? Куда спрятала подозреваемого? – мой гость снова съехал с рельсов дружеской беседы.
– Мы с ним не виделись уже месяца два, – соврала я.
– Серьезно, что ли? – Кирьянов был на грани того, чтобы поверить мне, но пока не поверил. Значит, я была недостаточно убедительной. – И куда же он тогда мог деться? В людном месте его бы сразу узнали – по местному ТВ-каналу ролик с фотографией Аясова крутят каждые полчаса. Бусыгин не поскупился ни на вознаграждение тому, кто даст информацию о местонахождении преступника, ни на оплату эфирного времени. У каждого сотрудника полиции в мобильный закачана фотография Аясова, на всех вокзалах работают оперативники. Участковые облазили все чердаки и подвалы в городе – Аясова нигде нет. Таня, ты, должно быть, неплохо знаешь его. Скажи, куда, по-твоему, он мог деться?
Этот вопрос по сути являлся проверочным. По тому, как я отреагирую на него и что отвечу, Киря наверняка рассчитывал понять, откровенна ли я с ним. Он слишком хорошо меня знал, поэтому мог легко распознать фальшивую наигранность. Я не стала делать умное лицо, изображая напряженную работу мысли, а приступила к опросу:
– У Венчика могли быть с собой деньги? И если были, то о какой сумме может идти речь?
Именно так бы я поступила, если бы не знала, где в данный момент находится Аякс. Владимир Сергеевич едва заметно кивнул, за этим невербальным знаком стояло примерно следующее: «Так, похоже, она действительно ничего не знает».
– Бусыгин сказал, что как раз накануне он дал ему десять тысяч на покупку продуктов и лекарств для его дружков, оставшихся в Казачьем тупике. До этого он ему еще деньжат подкидывал, точные суммы он не называл, но вряд ли они превышали последнюю.
– Раз так, то Аякса, скорее всего, уже нет в городе. Вероятно, он из Князево и не приезжал в Тарасов. Вышел на трассу и автостопом отправился в соседнюю область, где его не будут искать так усердно, как здесь. Да, думаю, он именно так поступил, – с абсолютной уверенностью подытожила я.
– Похоже, мы его недооценили. Надо будет пробить его фото по системе распознавания лиц. Восточное направление мы совсем не рассматривали, – признался в своем промахе начальник городских оперов.
– Странно от тебя, Владимир Сергеевич, это слышать. Конечно, если ты решил, что Аякс сразу из Князево ко мне направился, – подколола я своего приятеля, – тогда это все объясняет.
– Не в тебе, Таня, дело, просто трасса, которая идет в сторону Урала, мало загружена, Аясову же, по моему разумению, надо было быстрее затеряться среди людей. Однако он оказался не так прост. Ладно, Танюша, я, пожалуй, пойду, – Володька вылез из-за стола. – Спасибо еще раз за кофе.
– Не за что.
Кирьянов дошел до двери, потоптался около нее, а потом уточнил:
– Скажи, Аясов стал бы так действовать и в том, и в другом случае? Я имею в виду, если он убивал Бусыгину, и если не делал этого?
– Однажды Венчик сказал мне, что смысл его жизни в пути. Зачем ему было оставаться здесь, даже если он не виновен?
– Не знаю. Мне его психологический портрет пока до конца не ясен.
– А другие версии у тебя хоть есть? – по-дружески поинтересовалась я.
– Есть, – кивнул Киря. Вместо того чтобы открывать дверь, он стал тянуть время, хлопая себя по карманам, оглядываться назад, проверяя, не забыл ли что.
Я слишком давно знала Кирьянова, чтобы не догадаться – он выжидал, стану ли я проявлять интерес к тому, кто именно у него находится под подозрением кроме Венчика. Но я обошла это молчанием, давая понять, что мне это не больно интересно. А то, что я спросила про другие версии, так это исключительно для того, чтобы морально поддержать Кирю. Мой расчет попал в цель, Володька стал делиться со мной своими соображениями:
– Брат убитой покинул дом незадолго до обнаружения трупа. На связь он не выходит, дома его нет, в мастерской, где Костя иногда малюет свои картинки, – тоже. Это еще тот типчик, скажу я тебе, Таня. Пьяница, беззастенчиво тянувший из сестры деньги.
– Если так, то живая она была ему нужнее? – предположила я, ставя под сомнение версию, которая и мне пришла в голову одной из первых.
– Не скажи, – возразил Владимир Сергеевич. – Брат с сестрой совместно владели недвижимостью в городе. Прислуга слышала, как Костя не раз уговаривал Вику отказаться в его пользу от квартиры, доставшейся им в наследство от родителей. Она не соглашалась. Ее доля давала хоть какие-то гарантии того, что он не продаст жилье без ее ведома и не останется на улице. Домработница также слышала, что Виктория пообещала оставить ему свою долю в наследство.
– А кто из них старший?
– Вика на десять лет старше Кости была.
– Знаешь, версия насчет брата мне нравится больше, чем та, согласно которой Бусыгину убил Аякс.
– Пожалуй, это равноценные версии, – высказался Кирьянов, еще совсем недавно отдававший приоритет той, что привела его ко мне в восемь утра.
– Только по телевизору почему-то фотографию одного Аясова показывают. А пропали оба, – заметила я.
– Для Константина это привычная картина, по словам подруги убитой, он частенько зависал у каких-то баб, выключая телефон.
– Прямо-таки с утра уехал из Князево и сразу пошел по бабам, – усмехнулась я.
– Мы его ищем, ищем, – заверил меня Кирьянов и наконец стал открывать замок. Перед тем как уйти, он попросил: – Таня, если вдруг ты где-то случайно столкнешься с Аясовым, то скажи ему, что не стоит бегать от следствия. Мы его рано или поздно найдем. В его же интересах самому прийти в полицию и дать показания. Нет, лучше ничего ему не говори, а позвони мне и сообщи, где ты его видела.
– Маловероятно, что я где-то с ним столкнусь, он наверняка уже далеко от Тарасова, – стояла я на своей точке зрения.
– Что-то я у тебя задержался, – всполошился полковник. – Собирался заскочить на пять минут, но не уложился. Ладно, я пошел.
– Пока, – я наконец выпроводила своего нежданного гостя за дверь.
Прокрутив в голове весь наш разговор, я пришла к выводу – уверенности насчет моей помощи Венчику у Кирьянова поубавилось, но она не исчезла полностью. Это означало – мне надо быть крайне осторожной, чтобы не вывести следствие на Аясова. На всякий случай я проверила, не оставил ли визитер «жучок», чтобы прослушивать мои разговоры. Однако детектор определения прослушивающих устройств ничего подобного не обнаружил. Правильно в народе говорят, что «на воре и шапка горит». Меня одолевали похожие чувства, но сдавать Аякса правосудию, чем бы мне это укрывательство ни грозило, я не собиралась.
Как выяснилось, Костик покинул дом своих родственников вчера утром, после этого он не выходил ни с кем на связь. Где же он мог пропадать? Я решила поискать ответ на этот вопрос в соцсетях, но запоздало сообразила, что не знаю фамилию художника. Побродив по сайтам местных картинных галерей и творческих мастерских, я с удивлением обнаружила, что имя Константин носит едва ли не каждый третий тарасовский живописец. Если бы я хотя бы приблизительно знала, в какой манере пишет тот художник, которого я искала, то подобный поиск мог бы увенчаться успехом. Но я этого не знала, поэтому решила поискать в соцсетях Викторию Бусыгину.
В первой же социальной сети я буквально сразу нашла нужный аккаунт. На стене была размещена ее фотография с траурной ленточкой в углу. Выложила этот пост ее подруга Ксения, сопроводив фотографию небольшим некрологом: «Виктория, ты еще раз подтвердила, что первыми из жизни уходят лучшие. Мы дружили с тобой с 5-го класса и были не разлей вода. Кто не знал, что мы подруги, считали нас сестрами. Не представляю, как я буду жить дальше без тебя. У кого мне спрашивать совет? Кому плакаться в жилетку? С кем делить свои радости? Ты навсегда останешься самым близким мне человеком. Все, больше нет сил писать, плачу»…
Ксения выложила этот пост еще вчера вечером, под ним было несколько десятков комментариев. Одни подписчики Бусыгиной интересовались причиной безвременной кончины тридцатипятилетней Виктории. Другие спрашивали, когда и где состоится прощание с ней. Ближе к ночи пошли вопросы, не связано ли как-то объявление о вознаграждении за поимку опасного преступника со смертью Вики. Все эти комментарии оставались без ответа со стороны близких покойной. Я перешла на страницу Ксении. Судя по времени последнего посещения, она опубликовала свой некролог на Викиной стене и сразу же покинула эту соцсеть и до сего момента больше не заходила туда.
Вернувшись на страницу Бусыгиной, я стала ее изучать. Вика отметила, что замужем, но ссылку на страницу мужа не дала. Похоже, Федор не был зарегистрирован в данной социальной сети. Я не усмотрела в этом ничего удивительного – бизнесмены его уровня просто не имеют времени на то, чтобы постить красивые картинки. У них есть дела посерьезней. Сама Вика, несмотря на высшее медицинское образование, не работала, занималась домашним хозяйством. Судя по ее фотографиям, она увлекалась квиллингом – составлением композиций из скрученных в спиральки бумажных лент. Было много постов с Гвидоном, чувствовалось, что она души не чаяла в своем питомце. Неудивительно, что человек, нашедший провалившегося в канализационный люк пса и спасший тем самым ему жизнь, получил теплый прием в доме. Однако брат, потерявший собаку или даже собственноручно сбросивший ее в канализацию, не был отлучен от дома. Виновник события, изрядно потрепавшего Бусыгиным нервы, по-прежнему был к ним вхож на правах близкого родственника.
Среди публикаций трехмесячной давности я нашла фотографию с выставки местных художников, которую посетила Вика. По комментариям под ней я поняла, что ее брата зовут Константин Дерябкин. Зайдя на его страницу, я обратила внимание, что он бывает в этой соцсети набегами – то ежедневно делает несколько постов и репостов, то пропадает на месяцы. Периодически встречались фотографии, снятые в одном и том же ночном клубе. Константин не писал, как называется это заведение, геометки тоже не было, но я знала, что это за место и как его найти – несколько месяцев назад мне доводилось бывать в клубе «Два акына», когда я занималась одним расследованием. Днем это заведение работало как обычное кафе, а с вечера и до последнего посетителя – как ночной клуб. Судя по естественному освещению на некоторых фотографиях, Костик бывал там и в дневное время.
Пока коллеги Кирьянова не вычислили, что это за клуб, у меня были все шансы наведаться туда первой и выяснить, когда Костик был там в последний раз и с кем.
* * *
Я увидела Дерябкина сразу, как только вошла в кафе. Он сидел за столиком, на котором стоял ряд наполненных водкой стопок, и опрокидывал их друг за другом без всякой закуски. На столе стояла тарелка с колбасной нарезкой, но он ее игнорировал. Сев за соседний столик, я стала искать глазами меню или официантку. Гора кожаных папок лежала на барной стойке, рядом с которой, вполоборота ко мне, стояла официантка и водила пальцем по дисплею смартфона. Торопиться мне было некуда, поэтому я не стала ее звать.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: