История с попугаем

Филаткина пожала плечами и поставила клетку на тумбочку.

– Сантехник? – предположила старушка.

Я бросила взгляд на труп. Спецовка, грязные кроссовки, руки в шрамах – видимо, этот мужик работал по железу, стальные коронки в оскаленном рту… Может, и сантехник.

– Как вы думаете, что с ним случилось?

– Сердечный приступ? – немедленно предложила удобную версию Ольга Дмитриевна.

Я, конечно, не врач, но кое-какие познания в медицине имею. Нет, что угодно, только не естественные причины!

– Такое впечатление, что он умер от поражения электрическим током, – задумчиво проговорила я.

Ольга Дмитриевна прижала ладошки к щекам и ахнула:

– Выключатель! Ой, это у меня выключатель неисправный!

Я заглянула за шкаф. Действительно, выключатель для шестирожковой люстры. Но из двух пластиковых клавиш на месте только одна, а вместо второй – дырка. Я выглянула в коридор, бросила взгляд на щиток. Так и есть, предохранители вышибло.

– Вы что же, так и живете с неисправным выключателем?

– Да я знаю, что опасно, – Филаткина закивала, кудряшки, точно пружинки, задвигались в такт, – но, понимаете, из экономии я использовала только половину люстры, всего три лампочки. Так что второй выключатель мне без надобности. Конечно, надо было починить… но гости ко мне не ходят, а я всегда помню, где не надо дотрагиваться.

Что ж, звучит правдоподобно.

Я достала телефон.

– Что вы делаете? – Филаткина схватила меня за руку. Я во все глаза уставилась на старушку:

– Как это – что делаю? Вызываю полицию.

Ольга Дмитриевна замялась, потом сказала:

– Будет лучше, если это сделаю я.

Филаткина сама позвонила и сообщила о случившемся. Теперь оставалось только ждать. Мы присели на диванчик.

– Кр-р-ранты! – заорал Аркаша.

В этот момент мой взгляд упал на подошвы кроссовок мертвеца. Потом я посмотрела на люстру. Затем снова на труп. Повернулась к Филаткиной и укоризненно произнесла:

– Ольга Дмитриевна, зачем вы мне солгали?

– Я вас не понимаю, – старушка поджала губы.

– Это же элементарно. Дождь шел вчера. Сегодня на улице сухо. Обувь этого человека покрыта засохшей грязью. Это значит, он пришел к вам в квартиру не сегодня, а вчера. Очевидно, вечером или ночью. Иначе для чего бы ему понадобилось включать свет?

Пожилая дама молчала, на меня она не глядела, зато не отрывала глаз от Аркаши.

– Мамочка, – вдруг нежно проговорил попугай. Филаткина вздрогнула, шагнула ко мне и схватила за руку. Хрупкие старушечьи ручки оказались цепкими, как у попугая. Скрюченные пальцы, желтоватые ногти… я подавила желание стряхнуть руки старушки и спросила:

– Где вы провели предыдущую ночь? На вокзале?

– Нет, что вы, я не настолько глупа. – Запрокинув голову, так как я намного выше, Филаткина умоляюще заглядывала мне в лицо. – Мы с Аркадием переночевали на чердаке вашего дома.

– Нашего?! – изумилась я.

– Я хотела как можно раньше оказаться у вас, – пояснила Ольга Дмитриевна. – Мы с трудом дождались утра. Мне так необходима ваша помощь, Женечка!

– Получается, вчера вечером вы вернулись домой и обнаружили труп этого типа, – сообразила я. – Но сделали вид, что ничего подобного не происходило.

– Было уже около полуночи, – пробормотала Филаткина. – Не могла же я заявиться к вам в такое время!

– Правильно ли я понимаю, – уточнила я, – вы поехали в наш дом, переночевали на чердаке, а утром как ни в чем не бывало явились к нам, заморочили голову Миле своей жалостливой историей и подставили меня?

Старая дама наконец-то выпустила мою руку.

– Почему это – подставила? – удивилась старушка. – Вам совершенно ничего не грозит.

– В какое положение вы меня ставите, – возмутилась я, – рассказывая мне лживую историю, да еще такую, которая не выдерживает простейшей проверки!

– А что вы мне предлагаете? – оживилась Филаткина. – Как лучше изложить все это, чтобы мне поверили?

Во дает старушка божий одуванчик!

– Лучше всего рассказать правду, – наставительно посоветовала я.

– Хорошо, – вдохнула Ольга Дмитриевна, – только предупреждаю – мне никто не поверит. Меня посадят в тюрьму, решив, что я убила этого мужчину. Аркаша останется совсем один. Женечка, умоляю вас, возьмите к себе моего мальчика!

Попугай склонил голову к плечу и нежно проворковал мне:

– Мамочка. Аркаша хороший.

Я содрогнулась, представив свое недалекое будущее в обществе этой птички.

– Никто вас не посадит. Ясно же – это был несчастный случай.

Филаткина залилась слезами. Она больше ни о чем не просила, не хватала меня за руки, просто плакала так, что сердце разрывалось. Я представила лицо Милы, когда я появлюсь на пороге с попугаем и сообщу, что ее подругу забрали в СИЗО…

– Чего вы от меня хотите? – жестко сказала я. – Лжесвидетельства в вашу пользу?

– Зачем же сразу лжесвидетельства?! – ахнула пожилая дама. – Ведь нас с Аркадием могло и не быть дома вчера. Допустим, вечером мы поехали к вам в гости, мы переночевали у вас…

– Не получится, – отрезала я. – А таксист? Они в два счета найдут водилу, который вас вез сегодня утром, и вашему фальшивому алиби конец.

– А водитель все подтвердит, – утирая слезы, сообщила старушка. – Ведь мы действительно поехали к вашему дому вчерашним вечером. Так что все в порядке.

Я внимательно разглядывала хозяйку попугая. Филаткина умоляюще сложила руки и простонала:

– Женечка, ну что вам стоит! Я не переживу тюрьмы! Я слишком стара! Представьте, что в заключение попала ваша Милочка…

И тут я сдалась.

Вот так я стала лжесвидетелем. Когда прибыла полиция, я подтвердила все, что требовалось. Да, Филаткина – подруга моей тети. Да, вчера вечером она приехала к нам в гости на такси вместе со своей птичкой. Да, утром я предложила сопроводить знакомую до ее квартиры, донести тяжелую клетку. Мы открыли дверь… и вот, такой ужас! Нет, замок не был сломан. Нет, конечно, мы не знаем этого человека. Впервые в жизни видим. Да, ужасная трагическая случайность. Между нами говоря, эти пенсионеры… то они ставят на дачах капканы на воров, то травят чужих котов. Но эта штука с выключателем – просто преступная неосторожность.

Аркаша вел себя поразительно корректно: сидел тихо, ни разу не открыл рта – точнее клюва, не выкрикнул какую-нибудь глупость. Следователем была женщина – высокая, даже выше меня, нескладная, в очках на длинном носу. Одинокая старушка вызывала у нее только сочувствие и ни малейших подозрений. Вообще все это лжесвидетельство на удивление легко сошло с рук милейшей Ольге Дмитриевне. Глядя на ее кудряшки, румяные щечки и ясные глаза, в которых дрожали слезы, никто бы не заподозрил пенсионерку во лжи.

Ни единого слова о предыдущих покушениях произнесено не было. Я оценила предусмотрительность Филаткиной и поглядывала на старушку с уважением. Судите сами – сейчас пред нами типичный несчастный случай. Какой-то сантехник вошел в квартиру и случайно погиб от удара электрическим током. А теперь – что будет, если рассказать о том, что кто-то дважды пытался похитить попугая? Чокнутая старушка плетет неправдоподобные истории, да у нее с головой не в порядке, небось носит шапочку из фольги, чтобы отражать атаки инопланетян, которые пытаются прочесть ее мысли.

После такого рассказа к Филаткиной будет совершенно другое отношение, согласитесь?

Следователь деликатно беседовала с Ольгой Дмитриевной, сочувственно выслушивала ее ответы – судя по всему, верила. Мы подписали протокол допроса, понятые – соседская пара в тренировочных костюмах – с любопытством таращились на труп. Наконец следователь вручила Ольге Дмитриевне визитку. Там были напечатаны телефон и имя: Галина Михайловна Миронова.

Следователь внимательно посмотрела на старушку, подумала и вручила еще одну визитку мне. Видимо, Филаткина не внушала ей доверия.

– Кто отвечает за эту бабулю? – вполголоса обратилась ко мне Миронова. – Очевидно, вы? Нам придется пока опечатать квартиру. Можете приютить бабушку на пару суток?

Можно подумать, у меня есть выбор!

– Я свяжусь с вами завтра, – деловито говорила Галина Михайловна. Видимо, она уже назначила меня ответственной за жизнь и безопасность божьего одуванчика. – Скорее всего, вам придется подъехать в УВД. А на сегодня с Ольги Дмитриевны достаточно.

Да, Филаткина выглядела такой маленькой и хрупкой!

Как только нам разрешили покинуть место преступления, я подхватила одной рукой клетку с попугаем, другой – его хозяйку под локоть, помогла Филаткиной спуститься по лестнице (старушка в этом не нуждалась, но нам вслед смотрели). Усадив пассажиров на заднее сиденье своего «Фольксвагена», я уселась на водительское место и закурила. Курю я очень редко и только в те минуты, когда здорово злюсь. А сейчас я прямо-таки кипела.

Филаткина с тревогой следила за мной в зеркальце – ловила выражение моих глаз. Наконец я поняла, что могу себя контролировать, раздавила сигарету в пепельнице, со щелчком захлопнула крышку и повернулась к пожилой даме.

– Ладно, – проговорила я. – Будем считать, вы очень везучая женщина. Вам все сошло с рук.

– Что сошло, Женечка? – пробормотала Филаткина. – Я вас не понимаю. Что я такого сделала? Подумаешь, слегка солгала о времени… кому от этого хуже?

Я могла бы многое сказать. Например, что малая ложь неминуемо влечет за собой большую. Что невозможно защищать человека, которому не веришь ни на грош. Что я вообще не понимаю, есть ли хоть крупица правды в том, что Филаткина рассказала мне раньше. Но я промолчала. У Ольги Дмитриевны за плечами долгая жизнь. У каждого собственные представления о добре и зле, о правде и лжи. Судя по всему, Филаткина неплохо справляется, руководствуясь своими. А кто я такая, чтобы пытаться перевоспитать человека, разменявшего седьмой десяток?

Поэтому я промолчала.

– Женя, вы меня теперь бросите, да? – робко проговорила Филаткина. – Больше не станете мне помогать?

– Ну почему же, – я пожала плечами. – Клиенты часто мне лгут. Не вы первая, не вы последняя.

– Твари, твари! Менты позорные! – заорал Аркаша и забился в клетке. Ага, теперь можно… Умная птичка, просто поразительно умная.

– Значит, вы меня не бросите? – обрадовалась пожилая дама.

– Я же обещала Миле, – проговорила я, не глядя на старушку и заводя мотор.

– А куда мы едем? – приободрилась Филаткина. – Давайте заедем в кондитерскую. Я куплю тортик. Милочка любит «Наполеон»…

– Ну уж нет, – твердо сказала я. – Никаких «Наполеонов». И к нам мы не поедем. Я отвезу вас в гостиницу. До тех пор, пока вам не разрешат вернуться в квартиру, вы будете жить там. Счет я оплачу.

Мне вовсе не улыбалось провести двое суток в обществе попугая-сквернослова. Но дело было даже не в Аркаше, а в самой Ольге Дмитриевне. Чисто по-человечески мне понятно желание старушки избежать проблем, но мне не понравилось, как ловко Филаткина подставила меня, я подтвердила ее обман, создала ей алиби… конечно, я ни на секунду не поверила, будто пенсионерка сама убила того типа. Скорее всего, было так, как она говорит: неисправный выключатель, идиотская случайность, нелепая гибель.