Захваченные чувства

– И добился?

– В какой-то степени. Через три года меня повысили до младшего партнёра. Хорошая зарплата, престижные проекты, квартира в центре Лондона… – Максим усмехнулся без радости. – Со стороны выглядело как успех.

– А на самом деле?

– А на самом деле я был несчастен. Работал по шестнадцать часов в сутки, чтобы не думать. Встречался с разными женщинами, но ни с одной не было того, что… что было с тобой.

Элина почувствовала знакомое тепло в груди, но постаралась его подавить.

– Что заставило тебя вернуться в Россию?

– Авария Сергея. Я прилетел, когда он лежал в коме, и понял, что пропускаю жизнь. Настоящую жизнь. Семью, друзей, дом. – Максим помолчал. – И ещё я понял, что бегу. От ответственности, от прошлого, от того, что натворил.

– От меня?

– И от тебя тоже.

Элина обхватила колени руками. Странно было слышать, что она занимала такое важное место в его мыслях, когда сама пыталась вычеркнуть его из памяти.

– А что с отцом? Он же хотел, чтобы ты занялся семейным бизнесом.

– Отец умер два года назад. – Голос Максима стал тише. – Инфаркт. Мы так и не успели толком поговорить о том, что произошло в университете.

– Мне жаль, – искренне сказала Элина. Анатолий Петрович Волков был сложным человеком, но она помнила, как Максим его любил.

– Знаешь, что он сказал мне перед смертью? – Максим повернулся к ней. – Что жалеет о той истории со стипендией. Что не должен был вмешиваться. Что я потерял из-за этого что-то важное.

– Он помнил?

– Помнил. И винил себя. Сказал, что видел, как я изменился после университета, как стал замкнутым и злым. Просил найти тебя и попросить прощения.

Элина молчала, переваривая услышанное. Получается, даже отец Максима понимал, что они натворили.

– Я искал тебя, – продолжал Максим. – Но ты словно растворилась. Сменила телефон, переехала, даже в соцсетях тебя не было.

– Я специально исчезла, – призналась Элина. – После университета мне нужно было начать с чистого листа. Забыть всё, что связано с тем временем.

– Забыть меня.

– Да.

– И получилось?

Элина помолчала, честно обдумывая ответ.

– Я думала, что получилось. До сегодняшнего дня.

Максим наклонился ближе.

– А сегодня?

– Сегодня я поняла, что просто загнала чувства глубоко внутрь. Но они никуда не делись.

Признание прозвучало тише шёпота, но в тишине кладовой каждое слово было слышно отчётливо.

– Элина…

– Расскажи мне о женщинах, – перебила его она. – О тех, с кем ты встречался.

Максим удивлённо поднял брови.

– Зачем тебе это?

– Хочу знать. Была ли среди них та, которую ты любил?

– Нет, – ответил он без колебаний. – Я пытался, но… нет. Была одна, Кэтрин, мы встречались почти два года. Она даже хотела замуж, но я не мог. Понимал, что обманываю и её, и себя.

– Почему не мог?

– Потому что сравнивал её с тобой. Всех сравнивал с тобой. – Максим провёл рукой по лицу. – Это нечестно по отношению к ним, понимаю. Но ничего не мог с собой поделать.

Элина почувствовала странную смесь удовлетворения и грусти. С одной стороны, было приятно знать, что она оставила такой глубокий след в его жизни. С другой – жаль было тех женщин, которые пытались завоевать сердце, уже принадлежащее другой.

– А ты? – спросил Максим. – Был ли кто-то важный?

– Были попытки, – честно ответила Элина. – Но ничего серьёзного. Я слишком много работала, строила карьеру. Говорила себе, что мне не нужны отношения.

– А на самом деле?

– А на самом деле боялась снова довериться кому-то. Боялась, что снова предадут.

Максим болезненно поморщился.

– Элина, я…

– Знаю. Ты жалеешь. Но сожаления не изменят прошлого.

– Нет, не изменят. Но могут изменить будущее.

Элина посмотрела на него в тусклом свете телефона. Его лицо было серьёзным, в глазах читалась решимость.

– Какое будущее, Максим? Мы даже не знаем, выберемся ли отсюда живыми.

– Выберемся, – твёрдо сказал он. – Обязательно выберемся. И тогда я сделаю всё, чтобы вернуть твоё доверие.

– А если я не смогу? Если слишком много воды утекло?

– Тогда я буду пытаться, пока ты не скажешь мне окончательно остановиться.

Элина почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Пять лет назад она мечтала услышать эти слова. Пять лет назад они бы всё изменили. А теперь…

– Я не та девушка, которой была в университете, – сказала она. – Я стала жёстче, недоверчивее. Научилась полагаться только на себя.

– Я тоже изменился. Стал серьёзнее, ответственнее. Понял цену своих поступков.

– Но достаточно ли этого?

– Не знаю, – честно признался Максим. – Но хочу попробовать узнать.

Внезапно где-то вдалеке раздались выстрелы. Элина вздрогнула и инстинктивно придвинулась к Максиму. Он обнял её, прижав к себе.

– Тише, – прошептал он. – Всё будет хорошо.

Но выстрелы продолжались, и теперь к ним добавились крики и звук бегущих ног. Что-то происходило, и это что-то звучало как штурм.

– Спецназ? – прошептала Элина.

– Похоже на то.

Они сидели, обнявшись, и слушали звуки битвы где-то в глубине здания. Элина чувствовала, как бьётся сердце Максима, ощущала знакомый запах его кожи, тепло его тела. И поняла, что если это их последние минуты, то она не хочет проводить их в молчании.

– Максим, – позвала она.

– Да?

– Если мы не выберемся… я хочу, чтобы ты знал: я тоже никогда не переставала тебя любить. Как ни пыталась, как ни злилась – не смогла.

Максим крепче прижал её к себе.

– Мы выберемся, – повторил он. – И у нас будет шанс всё исправить.

Выстрелы становились ближе, и Элина закрыла глаза, молясь о том, чтобы его слова оказались пророческими.

Глава 5. Освобождение

Звуки стрельбы приближались. Элина и Максим сидели в полной темноте, не решаясь даже включить телефон. Каждый выстрел заставлял их вздрагивать, каждый крик – сжиматься от страха.

– Внимание! Здание окружено! – раздался голос в мегафон. – Сложите оружие и сдавайтесь!

– Это наши, – прошептал Максим с облегчением.

Но радоваться было рано. В коридоре снова послышались шаги, на этот раз бегущие. Кто-то кричал на незнакомом языке, и голос звучал отчаянно.

– Они бегут сюда, – понял Максим. – Ищут укрытие.

Дверная ручка резко дёрнулась. Потом ещё раз, сильнее. Кто-то пытался попасть внутрь.

– Открыто! – закричал мужской голос по-русски с акцентом. – Должно быть открыто!

В дверь ударили плечом. Потом ещё раз. Старый замок начал поддаваться.

Максим быстро встал и прижался спиной к двери, пытаясь её удержать. Элина поднялась следом, ища глазами что-то, что можно было бы использовать как оружие.

– Отойди от двери! – крикнул голос снаружи.

Раздался выстрел, и пуля пробила дверь в нескольких сантиметрах от головы Максима. Он инстинктивно пригнулся, но от двери не отошёл.

– Максим, уходи оттуда! – Элина схватила его за руку, пытаясь оттащить.

– Если они войдут, мы мертвы, – прошипел он сквозь зубы.

Ещё один выстрел. На этот раз пуля прошла ниже, и Максим почувствовал, как что-то горячее обожгло ему бок.

– Ты ранен! – Элина увидела кровь на его рубашке.

– Царапина, – отмахнулся он, хотя лицо побледнело от боли.

В коридоре раздались новые голоса – на этот раз русские, без акцента.

– Стой! Оружие на пол!

– Не стреляйте! Мы сдаёмся!

Послышалась возня, крики, звук падающего на пол автомата. Потом тишина.

Максим и Элина замерли, прислушиваясь. За дверью слышались приглушённые голоса, но разобрать слова было невозможно.

– Есть кто живой? – вдруг раздался громкий голос. – Если в здании остались заложники, отзовитесь!